Бордель: Когда зайдёт солнце (СИ)

Пара минут до заката

Комната заполнялась светом, солнце всё выше и выше вставало над шумным городом. Первые лучи ослепили мужчину, который еле-как мог пошевелить пальцами рук. Пролежав всю ночь на спине, он сейчас с трудом мог перевернуться на бок. В горле пересохло, слов даже выговорить не мог, а это бесящее солнце только сильнее раздражало покрасневшие зелёные глаза. Воспоминания скользнули через всю комнату и дали знать, что, когда эти глаза закрывались, место, где он был… Совсем не дом. Он был в клубе. Он был с ней. Красивые, гладкие, стройные ножки прижимались к его колену. Взгляд всегда волей неволей опускался на упругую грудь. Затем холодные, расчётливые глаза вызывали его на эмоции, напоминали о страшном секрете. Сдался. Отошёл. Полетела первая дорожка. Вдохнулась вторая. А дальше… Вспоминалось только дерьмо. И всё же Гарри здесь, у себя дома, если повернуть голову, то на тумбочке можно найти бокал воды, на лбу приложено полотенце.

Но голова поворачивается в другую сторону, где спит, свернувшись в крошечный клубочек, темноволосая. Так и осталась спать в блестящем платье, только макияж смыла, а всё остальное оставила при себе. Долго складывать два и два мужчина не стал: всё предельно ясно. Она в курсе. Вчера Тереза обескуражено, ещё не совсем понимая, что происходит, смотрела на него, пока вокруг люди тряслись, как ненормальные, в танце. И всё же лежит с ним. Всё ещё здесь. Видимо, из жалости.

Только Гарри пошевелил ногой, переместил корпус на правую сторону в попытках встать с кровати, как темноволосая вздрогнула, резко выныривая из сна. Пару секунд у него было форы, чем он быстро воспользовался. Не хотелось глядеть либо в осуждающие глаза, либо в сожалеющие, либо вообще ничего не отражающие. Путь был взят в ванную комнату, где можно скрыться на неопределённый срок, освежиться, обдумать планы на сегодня и вообще на жизнь. Так начинается его каждый день после бурной ночи с наркотиками, девушками, алкоголем и Себастьяном. Но в этот раз Тереза с лёгкостью прерывает его традицию, вставая на пути. Кому-то определённо нужен разговор. И она тут такая одна.

— Как ты себя чувствуешь? — оглядев тёмные круги под глазами, девушка не на шутку беспокоилась. Конечно, каждые полчаса ночью просыпалась, проверяла его.

— Всё отлично, Тереза. Ты можешь ехать домой, — был, как и раньше, холоден, в своей излюбленной маске, не подпуская ближе вытянутой руки.

— Я сама решу, когда поеду домой. А сейчас я жду объяснений, — недовольно фыркнула.

— Каких объяснений? — будто ничего не случилось, задал вопрос.

— Ты сейчас серьёзно? — гнев и строгость дали слабину, в серых глазах действительно встало сомнение, — Гарри, вчера у тебя случилась передозировка… Кокаином…

— И? — выжидающе он с лёгкостью обходил её в хладнокровности, еле держась на ногах.

— И?! — злобно прошипела в ответ, — Все твои друзья кинули тебя в клубе, пока ты валялся рядом с унитазом без сознания. Ты был на грани смерти! — тыкнув мужчину в грудь, она вновь обрела прежнюю силу, — Вот я и жду объяснений всему произошедшему.

— Ты вроде сама только что всё объяснила. А теперь, Тереза, ты свободна, я позабочусь о себе сам, — опешив от подобной наглости, она позволила ему пройти мимо, миновать её и уже открыть дверь в ванную комнату. Но не тут-то было!

— Хватит! Хватит! — девушка уверенно, грубо оттолкнула Гарольда от ванной, хлопая ладошками по крепкой спине, — Не делай вид, будто всё в порядке, будто наркотики — это приходящее и уходящее в твоей жизни! Хватит! — она уже не скрывала негодование.

— Ты — это проходящее и уходящее в моей жизни. — Грубо отрезал, желая ранить словом так сильно, чтобы она убежала в страхе, в злости, но убежала.

— Мы это уже с тобой проходили, ты пытаешься по какой-то мифической причине, которая перестала быть мифической ещё вчера, оттолкнуть, а затем возвращаешься…

— Вот именно, Тереза! Ты узнала, что я наркоман со стажем, испугалась и убежала в ужасе перед злобным монстром! Дверь там! — он следом перешёл на крик.

— Я не уйду… Пока ты не скажешь, как так случилось? Как ты… Спортсмен… Смог подсесть на эту дрянь. — Никогда не сдающаяся слишком рано, Тереза лишь наблюдала за тем, как искусно выводит мужчину на эмоции, на разговор. Тот уже нервно оглядел ванную в попытках найти выход и бежать прочь, но ничего не нашёл. Кровь бурлила.

— Не лезь ко мне в душу, будто знаешь всё! Ещё раз повторю: иди домой! — уже обессилено пытался хоть как-то её спровадить, Гарри опустился на пол, прислоняясь спиной к холодной кафельной стене, — Просто иди домой… — прошептал.

Если бы она хотела уйти, бросить его, забыть о ночи, как о самом страшном сне, то оставила бы его ещё после полуночи. А раз не оставила, значит, это не то, чего она хотела. Вместо того, чтобы послушаться его, возможно обидеться, уйти за дверь, Тереза села рядом, обхватывая крепкую, но ослабшую руку в локтевом изгибе.

— Я не хочу уходить, бросать тебя… — перешла на мягкий шёпот, мечтая лишь об одном, чтобы изумруды ещё раз обратились к ней с прежней нежностью.

— С самого детства меня дразнили в школе за слабость, пока я шёл и двигался к мечте стать профессиональным борцом. Спустя много лет моя жизнь действительно стала мечтой всех людей на свете: популярность, деньги, жена, дочка, куча домов по всей планете. Но… Когда я потерял Саманту, смелости даже не хватило приехать в больницу, да и на похороны. Я просто собрал все вещи и вещи Ханны, а затем улетел на полгода в Нью-Йорк. Бросил дом, который мы хотели достроить, бросил настоящих друзей, не разговаривал с родителями, и это казалось таким правильным. Делать вид, будто ничего не произошло. — Гарри повернул голову слегка в бок.

Их взгляды наконец сошлись в борьбе не за правду и право, а за чувства.

— Тереза, ты действительно особенная девушка, как бы не старалась это отрицать. И именно поэтому я пытался оттолкнуть тебя, не дать погрязнуть в том дерьме, где сейчас я, но… Ты здесь. Прости, что разочаровал.

Девушка уже смотрела на него сквозь пелену слёз, окончательно расчувствовавшись.

— Мы все ошибаемся, и я уверена в тебе на сто процентов, наверное, как не уверена ни в ком другом. Знаю, что ты сильный, что заботливый, ответственный, временами даже ранимый. И знаю, что ты справишься с зависимостью.

— Это не так просто, как кажется. Я уже пытался, и ничего не вышло. — скорчился в ответ.

— В этот раз я тебе помогу, хорошо? Ты ведь согласен? — вопреки его ожиданиям, Тереза не посмотрела с разочарованием или с пренебрежением, а наоборот протянула руку помощи.

— И что ты предлагаешь? Обратиться в клинику? — по тону голоса стало ясно, что он не хочет переходить сразу к таким методам.

— Мы можем попробовать что-нибудь другое. Например, оградим тебя от внешнего мира, наймём кого-нибудь для терапии, в общем… Придумаем, только ты должен стараться. — Тереза не была уверена в том, что предлагала, как и в том, что происходит.

— Ты правда хочешь мучиться со мной? Потому что мне сейчас так херово, что ещё пара секунд, и я просто отключусь… — усталая улыбка сгустилась на бледных губах.

— Давай вернёмся в спальню, — услышав немой зов о помощи, темноволосая ещё больше вдохновилась, набралась сил и начала поднимать Гарри с пола.

Крики и ссоры закончились хотя бы на несколько минут, и он подался вперёд, опираясь на девушку почти всем телом, пока она делала миллиметровые шажки к кровати. Ощущение стыда наполнило его, и рот уже намеревался открыться, прогнать её куда подальше, сказать, что идея никудышная, но Тереза так аккуратно его укладывала на матрас. Маленькое сокровище, которое он ещё не один раз подведёт.

— Думаю, необходимо ввести некоторые правила. Например, ты отдашь мне свой телефон на время, чтобы не было никакой связи с «негативным влиянием», — под этим словосочетанием девушка конкретно имела в виду Себастьяна, — Введём только несколько контактов, с которыми ты будешь поддерживать связь, но пусть это будут только родственники. То же самое касается и ноутбука.

Изумруды устало внимали и разглядывали её уверенное личико. Мужчина всё чётче и чётче понимал, что тут разочарованием и жалостью даже не пахнет.

— На улицу тоже лучше не выходить, некоторое время надо себя сдерживать, и, пожалуйста, не закрывайся от меня, а говори, что не так, что чувствуешь. Например, сейчас? — сев с краю кровати, темноволосая внимательно посмотрела на него.

— Я хочу немного поспать, потому что тело болит, голова тоже… И, Тереза, если хочешь забрать мой телефон и ноутбук, бери. — Пока что он готов, сдаётся по всем фронтам.

— Я поменяю пароли, если ты не против. А сейчас мне надо собраться и съездить в школу. Я ведь всё ещё учусь, вроде как… — потупив взгляд, она уже была готова встать, как тёплая рука мужчины схватилась за её нежную ладонь.

— Разве учебный год не подошёл к концу? — взгляд обеспокоено мазнул по личику.

— Подошёл, но мне надо сдавать экзамены, а сейчас будет неделя подготовки. — Смягчённо улыбнулась в ответ, как бы давая понять, что всё в порядке.

— А, — нервозность так чётко в нём проглядывалась, — тогда Уилл тебя отвезёт, и вообще он полностью в твоём распоряжении, — внезапно Гарри стал заботливым без причины.

— Мне не нужен Уилл… — снисходительно улыбнулась, а глаза уже опустились на декольте. Надо что-то быстро придумать с одеждой, потому что в этом платье ехать нельзя, а из привезённых вещей нормальными были только джинсы.

— А мне нужен, — пальцы обхватили подбородок девушки и подняли голову обратно, — Тебе будет удобно, а мне спокойно, что ты доедешь в безопасности и так же вернёшься.

— Хорошо, я возьму с собой Уилла. А теперь мне надо решить, что надеть… — недовольно простонала и сморщила нос. Тут вновь нашёлся в Гарри спаситель ситуации.

— В гардеробной можешь взять что-нибудь из моего. Футболку, например. Джинсы тебе точно не подойдут, но… — она тут же его прервала нежным поцелуем в губы.

— Ты лучший мужчина на всём белом свете. И если тебе станет физически полегче к вечеру, мы можем приготовить вместе ужин. Выбор меню за тобой, — несмотря на все трудности, вставшие между двумя людьми, Тереза сохраняла нежную улыбку.

— Буду ждать вечера, — уже слабо выдохнул, и веки сами на несколько секунд дольше прикрыли тусклые изумруды. Понятно: ему нужен отдых.

Держа голову поднятой, а настроение на уровне, девушка пошла к гардеробной, где не сумела оставить при себе нервный выдох. Сначала её удивили размеры отдельной комнаты для одежды, казалось, будто она размером с просторную спальню Гарри. Затем само количество одежды, вешалок, обуви и украшений. И всё закончилось на том, что здесь была не только мужская, но и женская. Всё всегда ясно. Но серые глаза устремились на несколько фотографий в рамках, стоящих на тумбе, располагающейся по середине. Какие-то групповые, в компании, которые она прошла мимо, но остановилась на чёрно-белой, где изображена темноволосая девушка с большими карими глазами. Если это и правда Саманта, то сложно сказать, будто этот человек был болен анорексией, которая впоследствии и высосала из неё жизнь. Обнажённая красавица, лежащая на белых простынях, чувственно обращалась к фотографу. В углу снимка нежилась подпись, составленная из маленьких аккуратных букв:

«Навсегда твоя, Гарри. Первая и последняя…»

Не было ревности. Хотя что-то неприятное определённо кольнуло в области живота. Не видя их, как пару, вместе, девушка всё равно почувствовала неугасающую любовь.

И вся сохранившаяся одежда в знак верности к единственной женщине его сердца доказывала существование каких-то, но всё же чувств.

Стянула с вешалки обычную белую рубашку, уже не глядя на роскошную часть платьев и украшений, надела свои джинсы. Переодевалась она не долго. А появившееся смятение сопроводило её в спальню, где мужчина выкладывал из тумбочки свой ноутбук к лежавшему смартфону. Так быстро согласился…

Долго церемониться не стала, сразу на глазах у мужчины поменяла пароли, определившись со скромным списком тех лиц, которые могут с ним связываться. Ноутбук пришлось оставить дома, а вот телефон она кинула в свой рюкзак. Пока Гарольд разговаривал с охранником и водителем в одном лице, темноволосая быстро сбежала из спальни и направилась к кухне. Заворожённая видом на Лос-Анджелес, она принялась готовить незамысловатый завтрак себе и мужчине. Из быстрого и аппетитного вспомнилась только яичница с беконом. В холодильнике нашлось куча графинов со свежевыжатыми соками. Почва для приготовления прощупана. И всё было бы отлично, если бы в кухню не залетела хохочущая девочка, убегающая от няни.

Хорошенько оторвавшись от девушки, темноволосая чуть не врезалась в незнакомку, орудующую на кухне. Пара карих глазок столкнулась с серыми, рот приоткрылся в недоумении. И это состояние было общим. Темноволосые смотрели друг на друга.

— Кто ты? — нежный, детский голосочек разорвал тишину, а на лице появилась заинтересованность в новом объекте, которого до этого дома не было.

— Меня зовут Тереза, — девушка отвлеклась от готовки и присела на корточки перед крошкой. Рука потянулась навстречу, — А тебя как? — глядя в карие глаза, она находила сходство с Гарри. Кудрявые, шоколадные пряди, длинные ресницы и серьёзный взгляд.

— Ханна, — радостно ответила на вопрос, а затем положила свой ручку в ладошку.

— Ханна-банана, значит? — хихикнула в ответ, на лице девочки тоже образовалась улыбка, так не похожая на улыбку мужчины. Тот её всегда скрывал, а здесь она искренняя.

— Банана, — вторила следом, заливаясь пуще прежнего, показав ровные белые зубки.

— Почему ты бродишь одна? — посмотрев за спину, Тереза никого не нашла.

— Прячусь от Эмили, — отвечала что-то себе на уме, толком не объясняя.

— Тогда давай тебя спрячем, чтобы никто не нашёл. — Встав с колен, темноволосая на полном серьёзе начала искать укрытие, — Иди сюда, — указала на тумбу, за которой девочка может встать и остаться незамеченной, — Скорее! Кто-то идёт!

Под хихиканье малышка прыгнула за небольшое ограждение от посторонних глаз, как раз тогда, когда из-за угла вышла няня, Эмили. Молодая, довольно симпатичная девушка с волосами цвета спелой пшеницы. На лице снисходительная улыбка. Тереза сразу мазнула глазами по рукам в поисках необходимого обручального кольца. Не хотелось думать, что рядом с Гарри разгуливают такие красавицы, так ещё и незанятые. Стало неприятно, и это чувство пришлось силой унять.

— Вы, видимо, Мисс Гарднер? — вежливо обратилась Эмили, оглядывая комнату в поисках девочки. Та еле сдерживала задорный смех прячась. Серые омуты непонимающе обратились, как бы спрашивая, откуда ей всё известно, — Мистер Стайлс сообщил, что вы будете время от времени здесь ночевать, — официальность зашкаливала в их разговоре, и Тереза уже хотела сморщить нос.

— Я на некоторое время останусь здесь, сейчас Гарри не чувствует себя должным образом, поэтому мы с вами будем видеться чаще… — неловко поджала губы, вызывая явное раздражение у блондинки. Понизив тон, девушка прошептала, — Ханна сейчас прячется, давайте сделаем вид, что никто её не смог найти.

Качнув головой, няня удалилась, сворачивая за тот же угол. Видимо, девочка почувствовала вкус победы, оказавшись не найденной, и начала смеяться.

— Тебя не нашли! — радостно воскликнула девушка, заглядывая и проверяя малышку.

— Я выиграла! — идиллия моментально образовалась между двумя, и Тереза так не хотела её разрывать, поэтому сначала посмотрела на еду, затем на Ханну.

— Сядем кушать? — протянула руки навстречу. Внутри зарождалось трепещущее чувство к девочке, которая лишилась матери в столь раннем возрасте. Ей ведь всего три года.

— Мы будем кушать мармелад? — невинно пролепетала, действительно надеясь на десерт, которого, к сожалению, не было.

— Нет, у нас будет вкусная яичница с беконом и любой сок на выбор. Какой ты хочешь?

— Мармеладный, — уверенно настаивала на одном.

— Такого нет, есть… Яблочный, апельсиновый, ананасовый и вишнёвый. Выбирай.

— Апельсиновый, — уже с некой досадой в голосе пролепетала, разглядывая свои скрещенные пальчики. Ну как похожа на отца! Копия!

— Тогда пойдём за стол, Ханна-банана… — взяв всё необходимое, девушка направилась к просторному стеклянному столу, оглядывая комнату на предмет детского стула. Но девочка всё решила за неё, подбегая к одному из высоких для детей стульев. Ручками и ножками малышка забралась и поудобнее уселась, голова даже до стола не доставала, — Тебе точно удобно? Может подушку подложим?

— Нет, — как ни в чём не бывало ответила, уже готовясь к завтраку, — А что ты тут делаешь?

— Я… — неловко прикусила нижнюю губу, раскладывая еду по тарелкам, — Подруга твоего папы. Некоторое время поживу с вами, ты ведь не против?

— А ты будешь со мной играть? — всё, что интересовало в сказанном ребёнка.

— Конечно, будем играть в прятки. Во что ещё любишь играть? — Тереза начала пододвигать стул к девочке. Ясно ведь, что не дотянется она до стола.

— Я покажу тебе мой любимый домик… В комнате… — карие глазки загорелись.

— Для кукол? — уточнила на всякий случай, а малышка рьяно закачала головой.

Они быстро нашли общий разговор, но это ещё и отчасти потому, что Ханна не была капризной или злой, какими бывают иногда и довольно часто дети. Зато показалась любопытной, разговорчивой. За столом не спорила, слушала, но не забывала по-детски хихикать и ёрничать. Созрел, конечно же, вопрос: Неужели это Гарри настолько хороший отец, что воспитывает из неё такого замечательного ребёнка? Как только с завтраком было покончено, она быстро переложила еду с общей тарелки в другую, чтобы отнести мужчине. Надеясь, что он всё-таки спит, девушка и не заметила, как уже подняла Ханну на руки, ощутив детские манипуляции на себе.

Под предлогом, что надо переодеться из пижамы во что-то нарядное, Тереза всё же увидела кукольный домик, о котором они беседовали. Большой. Белого цвета. Из дерева. С куклами внутри. Ещё оказалось, что не только у взрослых в этом доме большая гардеробная, подобная была и у Ханны. Столько маленьких платьиц, штанишек, футболок и кофточек, даже глаза разбегались. Но девочка просила якобы любимое платье светло-розового цвета. Сказано-сделано. В итоге на голове они навели порядок, сделав две красивые косички по разные стороны.

Как только вернулась няня, Тереза тут же глянула на часы. Опаздывает! Опаздывает на курсы по подготовке к экзаменам, а это совсем не есть хорошо. Быстро прошлась по тёмным волосам расчёской, промелькнула с тарелкой в спальне, где в глубокой, кромешной темноте сопел мужчина. Температура никуда не делась, а влага, обильно выделявшееся из тела, говорила сама за себя. Не удержалась и перед уходом оставила лёгкий поцелуй на макушке кудрявой головы.

Внизу, в гараже здания, её ожидал, как и было обещано, Уилл — темноволосый, суровый на вид мужчина с пронзительными тёмными глазами. На лёгкое, культурное приветствие он лишь кивнул головой, якобы выполняя свою работу. Сели они в тонированную чёрную иномарку, девушке было предложено сидение сзади.

Видимо, хорошо, что она опаздывала, потому что, как только машина подъехала к главному входу в школу, никто не мог проследить за тем, чья персона вышла из неё. Оговорено лишь то, что на весь день он её личный водитель по совместительству телохранитель, так как просьбу босса никто не будет оспаривать. И всё было хорошо: когда она зашла с извинениями в кабинет, когда села рядом с Камиллой, когда чувствовала взгляд Энди, абсолютно не волнующий её на данный момент, когда старательно писала конспекты вслед за учителем, когда перешёптывалась с подругой, обсуждая надвигающийся выпускной. Впереди было столько планов на этот день, один из которых — воспользоваться услугой водителя и заехать домой, чтобы собрать все нужные для ночлега у мужчины в квартире, а ещё объяснить бабушке, что примерно происходит в её жизни. А перед этим девушки, держась под руку, вышли за стены школы, измученные огромным потоком информации, Камилла произнесла:

— Может сходим в кафе? Тут, на углу? — моментально одной просьбой ввела подругу в краску, зная, как та не любит отказывать, но часто это делает, — Не можешь, да? — быстро поняла по смущённому выражению лица Терезы.

— Ты же знаешь, что я с радостью, но у меня столько проблем. — Искренне виновато прошептала в ответ, и именно сейчас Уилл решил выйти из тонированного, припаркованного автомобиля, чтобы нарушить идиллию и создать хаос.

— Мисс Гарднер? — обратился так, будто перед ним стояла не скоро выпускающаяся школьница, а его начальница со скверным характером.

— Уилл, я сейчас сяду. Дай мне, пожалуйста, минуту… — только голова повернулась обратно к подруге, а глаза сошлись со слегка взбешёнными и непонимающими, надо было прервать тишину, — У тебя много вопросов, знаю. И я хочу тебе всё рассказать…

— Не хочешь или не можешь? — поинтересовалась светловолосая.

— Скорее не могу и не совсем понимаю, что должна думать вообще сейчас.

— Тереза, у тебя какие-то проблемы с новоиспечённым парнем?

— Нет, у нас всё нормально, но не у него. Сейчас он переживает некоторые проблемы, и я обязана быть рядом. У меня от тебя секретов нет, они, по большей части, его.

— Хорошо, я всё принимаю, но, Тереза… — ухватив предупредительно подругу за локоть, Камилла наклонилась вперёд, чтобы сказать: — Будь, пожалуйста, на связи.

Попрощавшись с подругой, девушка села в машину, нарушая тишину тяжёлым вздохом. Балансировать между личной жизнью и общением с подругой стало невыносимо. С одной стороны, хотелось услышать поддерживающий совет, наставление от Камиллы, но подставлять безопасность личности Гарри она попросту не могла.

— Всё в порядке, Мисс Гарднер? — спросил мужчина с переднего сидения, их взгляды сошлись в зеркале заднего вида.

— Да, я в порядке… — натянуто улыбнулась, — И можете звать меня Тереза.

— Хорошо, Тереза. Возвращаемся домой? — он говорил дружелюбно.

— Не сразу, мне надо заехать к себе, забрать пару вещей, вы не против?

— Нет, конечно, на то я и с вами сегодня. — Уилл завёл мотор этой ласточки, — Музыку?

Задумалась, но отказываться не хотела.

— А что обычно слушает Гарри?

— Мистер Стайлс редко слушает музыку, но пару раз включал диски. Там что-то в стиле рока, но старого такого. Олдскульного, как говорит молодёжь.

— Правда? Я даже не могла себе представить… — задумчиво протянула.

— Он скрытный очень, я тоже долго распознавал его предпочтения в еде, например, чтобы возить в любимые рестораны. Неразговорчивый он человек.

— А сколько вы уже у него работаете?

— Ох, уже очень давно. Наверное, с начала карьеры, лет десять прошло. А он нисколько не изменился. Требовательный. Строгий. Скрытный.

— Даже интересно, мне он таким не показался… — отвернулась к окну, скрыв улыбку.

Вновь образовалась тишина, но для Тереза она стала важной. Погрузившись в неё с головой, девушка начала обдумывать и сказанное, и то, что есть сейчас перед ней. Вроде Гарри говорил всегда искренне, иногда, безусловно, хотел скрыть правду, но по итогу, она всё узнавала из его же уст. Что произошло и сегодня утром, когда спустя несколько минут после ссоры мужчина признал произошедшее.

Автомобиль остановился точно у входа многоэтажки. В глазах Уилла снова читалось ожидание, поэтому девушка поторопилась. Заставлять его сидеть в душном автомобиле не хотелось. Зато впереди ожидался серьёзный разговор с бабушкой, которая, как раз кстати, встретила её на пороге. Не видеть внучку в течение уже нескольких дней — это что-то.

— Ты где была? — спокойно вроде бы спросила, но по тону голосу стало ясно — наказание.

— Бабуль, прости. Я должна была вернуться ещё вчера, но у Гарри сейчас некоторые проблемы со здоровьем. Я хочу быть рядом, — несмотря на то что ей уже есть восемнадцать, становиться на сто процентов самостоятельной не было желания.

— То есть ты снова уходишь? — шокировано спросила сразу же.

— Я должна, прости… — обошла бабушку и быстро направилась в свою комнате, где, казалось, уже не была и не ночевала вечность.

— Звонили из больницы, — следом зашла женщина, начав возможно натянутый разговор.

— Что-то случилось? — сразу выпрямилась и посмотрела через плечо.

— Нет, только сказали, что состояние мамы улучшается, возможно она вылечится.

— Господи, какие хорошие новости… — выдохнула, когда почувствовала расслабление.

— Думаю, надо сказать спасибо твоему… Кхм… Парню, он ведь оплатил всё лечение.

— И я обязательно ему сегодня передам, — неловко прошептала в ответ.

— Ты действительно к нему поедешь, даже если я против?

— Да, я ему многим обязана, и если он попросил о помощи, значит, я буду там.

— Ладно, но только не прогуливай курсы, хоть изредка появляйся дома, свети личиком, чтобы я знала, что с тобой всё в порядке. И звони! Про брата не забывай.

Вызвав только снисходительную улыбку у девушки, Хизер вышла из комнаты и дала время, чтобы собрать вещи. Тереза долго не сомневалась: достала рюкзак побольше и начала скидывать туда спальные принадлежности, вещи личной гигиены, тетрадки, ручки, повседневную одежду. Планшет было решено оставить Тиму, так как там ей будет точно не до него. Закинув сумку на плечо, Тереза попрощалась со всеми домашними и бросилась за дверь. Телефон мужчины завибрировал в заднем кармане джинсов, девушка, перепрыгивая через одну ступеньку, быстро вынула его, чтобы прочитать присланное сообщение.

«Привет, дружище! Надеюсь, ты оклемался, чтобы сегодня всё повторить! У Сэма неплохой товар: всё опробовано. И, умоляю, не бери свою принцессу, она умеет портить кайф…» — Себастьян был на коне сегодня.

— Ублюдок, — шикнула себе под нос и тут же быстро занесла телефон в чёрный список, а затем и вовсе удалила контакт.

На улице верно ожидал Уилл, оглядываясь подозрительно по сторонам. Конечно, это не элитный район и не Беверли-Хиллз. Тут по вечерам становится даже опасно передвигаться в одиночестве, но кого бы сейчас это интересовало.

Вечерело. На улице прохладно. Уже вот-вот солнце начнёт склоняться за горизонт. Машина ловко скользила по дорогам в сторону огромной крепости. После долгого, изнурительного дня, она хотела узнать одну вещь: как у него дела. Каково вообще ощущать ломку на примере своего тела? Больно? Невыносимо? А что хочется делать? Наверное, на стены лезть. Или вообще умереть… Вдруг его такие мысли сейчас настигли… Не хотелось бы быть той разрушительницей настроения, а наоборот прижаться и пообещать, что всё станет легче, надо только потерпеть.

— Я дома, — зачем-то произнесла она, но тихо-тихо. Квартира на шестнадцатом этаже заполнилась красноватым оттенком.

Оказалось, что и в кухне пусто, и в гостиной, даже тишина какая-то была приглушённая, она не на шутку взволновалась. Но только нога ступила за порог спальни, улыбка пробежала по розовым губам.

— Покажи мне двойку, — приоткрыв один глаз, мужчина сквозь головную боль наблюдал за сидевшей рядом дочкой. Она перебирали цифры-магнитики внимательно.

— Двойка, — показала в ответ правильно, — Лебедь.

— Молодец, а теперь найди пять среди всех остальных.

— Вот она, — победно быстро достала из кучи остальных разноцветных цифр.

— А теперь сложи двойку и пятёрку. Сколько будет? — у них тут занятие по арифметики.

— Семь? — неуверенно выбрала следующую цифру и прикрепила после знака равно.

— Давай вместе посчитаем на пальчиках, — Гарри притянул девочку к груди, они вместе начали загибать её маленькие пальчики, считая вслух, — Один…

— Два, три, четыре, пять, шесть…

— Семь! — громко и радостно оповестил мужчина и тут же сжал малышку в объятиях, начиная тираду поцелуев, от которых Ханна запищала, — Так, наша малышка умная?

— Да! — закивала рьяно головой, а мужчина быстро вернулся в лежачее положение.

— Извините, что прерываю вас… — наконец подала голос Тереза, не в силах сдержать улыбку. Поставила у двери сумку и двинулась к кровати, усыпанной игрушками, — А чем это вы сегодня занимались?

— Может Ханна расскажет? — искоса отец посмотрел на темноволосую головку.

— Мы гуляли с Эмили, потом папа играл со мной, считал цифры и смеялся.

— Во что же вы играли? В прятки? Как с Эмили? — поддерживала девушка разговор.

— Нет, мы рисовали, смотрели мультики про кволика и свинку.

— Про кого? — специально спросил Гарри, услышав ошибку в произношении.

— Кролика! — отчётливее ответила малышка, недовольная расспросами.

— Вы ели? — Тереза посмотрела на мужчину, который также не отрывал взгляда от неё.

— Ели, только поужинали. — Указав головой на детскую тарелку, устало выдохнул.

— А ты ел? — темноволосая будто знала отрицательный ответ.

— Кому-то пора спать! — громко объявил мужчина, ускользая от разговора.

— Я уложу Ханну, — Тереза показала всем своим видом, что недовольна, когда опустила грустно серые глаза на девочку, а затем, притворившись, будто его вообще в комнате не существует, подняла её на руки и направилась на выход.

— Хочу сегодня белую пижаму, — будто это обычная просьба, прошептала малышка.

— Будет белая, если ты почистишь зубки. — Тереза с лёгкостью общалась с детьми, так как опыт имелся с младшим братом. Хоть болезнь мамы проявилась совсем недавно, но всё детство они провели бок о бок друг с другом.

Как сказано, так и сделано. Ханна помчалась в свою ванную комнату, где всё тематически детское, с цветочками и бабочками, там она забралась по небольшой стремянке к зеркалу и раковине. Пока она умывалась перед сном, темноволосая быстро расправила кровать. Сама детская спальня была мечтой всех малышек. Кроватка сделана в виде небольшого замка принцессы, где внизу располагалось само место для сна, а ко второму ярусу вели две крутые лестницы. Много белого цвета, как и розового. Игрушки. Даже был свой собственный туалетный столик. И всё равно Ханна предпочитает находиться у папы, нежели здесь.

Белая пижама была приготовлена. Косы расплели. Ханна залезла под тёплое одеяло и начала слушать сказку на ночь. Прошло буквально несколько минут, как послышалось тихое сопение. Приглушила свет в комнате, но не до конца, чтобы избежать проблем с боязнью темноты, которая часто бывает у детей. А затем вернулась в спальню.

Там она вела себя отстранённо — просто молча собирала игрушки с кровати в коробку к остальным. Конечно, взгляд зелёных глаз чувствовался, и не то слово, он просто им прожигал насквозь. Но именно под взгляд испепеляющих изумрудов она закрыла за собой дверь в ванную и начала готовиться ко сну.

Переоделась в белую майку, шорты. Почистила зубы, прошлась нитью, смыла макияж под чистую. А выходить до сих пор не хотелось. Откуда такое странное чувство? Хотя… Теперь она постоянно боится, что он сорвётся и снова примет наркотики вместе со своим другом. А возможно на неё подействовали написанные слова этого же друга. Столько в них лжи… Бросить человека на произвол судьбы, а затем зазывать на новую дозу. Но не стоит сдаваться. Не стоит опускать руки.

— Что случилось? — сразу спросил Гарольд, только открылась дверь.

— Ничего, — успокоившись, решила не ворошить его зависимость, не напоминать, что существует Себастьян с крутой дозой от какого-то Сэма.

— Уверена?

— Нет, — тут же чётко ответила и села на противоположный край кровати.

— Тогда что случилось? Скажи.

— Не знаю, я всё ещё осмысливаю то, что происходило с тобой всё это время. Неужели после того, как ты уезжал от меня, приезжал к Себастьяну, чтобы принять эту дрянь?

— Ты хочешь узнать правду? — осторожно спросил.

— Да, я хочу разобраться с тем, как всё произошло за моей спиной.

Гарри сначала поджал губы, запрокинул голову, не зная, надо ли рассказывать со всеми подробностями, а на деле даже говорить-то не хотелось. Тёмное прошлое всё-таки.

— Я принимал кокаин на протяжении двух лет, потому что не мог смириться с потерей своей любви… — снова речь зашла о Саманте, девушка вспомнила о фотографии в гардеробной и опустила глаза, ощущая боль, — Так было легче: легче забываться в угаре, в алкоголе, легче ходить к шлюхам в бордель. Но, когда проходит состояние кайфа, эйфории, вместо них возвращается разум. Я понимал, что это плохо.

— Ты хоть раз пытался бросить? Обратиться за помощью?

— Я бросил однажды… Когда мы с тобой решили связать друг друга отношениями. Мне казалось, что всё будет проще, так оно и было. Ты умело отвлекала меня.

— Я была твоим отвлечением? — грустно спросила, мысленно отстраняясь от него.

— Нет, но ты определённо была моим лекарством от всех проблем. — Гарольд прочистил голос, не зная, как объяснить свои чувства. Прошло немало времени с тех пор, когда он кого-то любил, — Ты подталкивала меня к тому, чтобы бросить.

— И как так случилось, что вчера у тебя была передозировка?

Вопрос в лоб. В целях узнать больше правды, чтобы заставить себя остаться.

— Мне сложно было сказать нет после завязки. Всё время, что мы вели романтические отношения, я сдерживал себя. И сейчас мне так паршиво, что всё вылилось наружу.

— Не тебе одному, — тактично произнесла и глубоко вздохнула.

— Ты можешь уйти, если почувствовала негативные изменения внутри. Я пойму. Я возможно так бы и сделал. Ничего страшного, — спокойно ответил, пришёл вроде бы на помощь. А Тереза сдерживала слёзы из последних сил.

Это не была помощь. Он ничего не изменил. А только усложнил. Если бы не растущие чувства привязанности, влюблённости к нему, если бы не то, как бабочки порхали при виде именно этого мужчины, а не какого-нибудь Энди, ушла бы. Без оглядки, вспомнив, что дала себе обещание не быть слабой перед мужчиной. Куда уж тут… Даже сейчас готова расстелиться перед ним, сделать всё, что он захочет.

— Я не могу. Не могу уйти и быть в неведении, что с тобой, потому что испытываю что-то странное. И, наверное, это не взаимно… — пожала плечами.

— С чего ты взяла? — зелёные глаза полыхнули огнём в сумерках комнаты, — Я не хочу говорить о чувствах, просто… — неуверенно прочистил горло.

— Не надо заставлять себя что-то говорить. Я никуда не уйду и ничего не прошу.

— А я хочу сказать, что между нами с тобой больше, чем просто симпатия, привязанность и секс. — Гарри наконец сказал вслух, описывая настоящие чувства всего лишь на крошечную долю, не показав, какая буря в нём творится и уничтожает всё сейчас, — И ещё я был бы не против, если бы ты наконец меня поцеловала.

— Правда? — слабая улыбка появилась на губах.

— Не проси снова.

— Ладно… — смешок слетел с уст, и Тереза залезла с ногами на кровать, чтобы проползти несколько метров до мужчины, — Я очень по тебе скучала, — как нежная кошечка, она потёрлась носом о его скулу, не ожидая ответа.

Губы аккуратно соединились в трепетном поцелуе, он оказался впервые не таким навязчивым, а наоборот спокойным и полным ласки.

— На мгновение я подумал, что ты ушла навсегда.

— Неужели ты такого плохого мнения обо мне? — улыбнулась в его губы, аккуратно укладываясь рядом. Он был таким тёплым и приятным.

— Не о тебе, а о себе. Повторю, что сам бы на твоём месте уже свалил.

— Ты хороший мужчина, отец и человек. Я уже всё увидела, — прикусывая нижнюю губу, девушка сама потянулась рукой к его лицу, а точнее к синякам под глазами, — Как ты себя чувствуешь? — насторожено спросила.

— Не очень, если честно. Пытался поспать, но всё мешало и раздражало.

— У тебя всегда были проблемы со сном? — глядя будто в воду, произнесла девушка.

— Уснуть мне помогал либо алкоголь, либо секс с тобой. Но я бросаю, а сил даже подняться с кровати нет. — Их разговор становился всё откровеннее.

— Это сейчас комплимент? Правда только со мной? — проводя пальчиками по острым скулам, она не могла наглядеться в эти омуты.

— Правда только с тобой, у нас всё, как в последний раз. Точнее у кого-то в первый…

— Хватит вести эти похабные разговоры, Мистер. — В секунду она выбралась из его объятий, ловя за собой недовольное бормотание и гневный взгляд, — Надо решать проблемы с бессонницей другим способом, и у меня есть кое-что на примете.

— Боже, пусть она достанет презервативы, а не пистолет… — ехидно, делая вид, будто молится, он вложил одну руку в другую.

— Нет, это масло. Его обычно используют для ароматерапии, — Тереза вытащила из кармашка рюкзака маленькую стеклянную бутылочку, — Ложись поудобнее.

— Одежду снимать? — продолжал подшучивать.

— И почему я всё ещё здесь? — устало выдохнула, подходя к его стороне кровати.

— Потому что хочешь увидеть, что под боксёрами.

— Хватит пошло шутить, секса всё равно не будет.

— Не говори это при нём! — театрально он прикрыл пах руками.

— Если это ты — настоящий, то пора бежать. А вроде на лицо нормальный.

— И не только на лицо…

— Хватит! — Тереза хмуро свела брови на переносице, и тут ему пришлось послушаться, — Подвинься немного в сторону. — Указала рукой на середину.

— Ты правда обиделась? — послушно отодвинулся и тон сменил на обычный.

— Нет, всё в порядке… — поджав губы, девушка больше не обращала серые глаза на него, — Когда-то я использовала это масло для лечения своей бессонницы, поэтому уверена, что и тебе поможет… — перешла на шёпот, пока маленькими каплями смазывала подушечки пальцев. Запах трав, мяты и чего-то свежего сразу ударил в нос.

— Пахнет приятно, — прикрыв глаза, Гарри вдохнул аромат полной грудью.

Девушка ничего не ответила. Размазав масло по пальчикам, она коснулась сначала его висков, а затем повела по линии челюсти вниз. Массаж лица должен расслабить его, а запах успокоить и привести в порядок шалящие нервы. Глаза, ухватывая каждый кусочек, всматривались в блаженное лицо мужчины. Он окончательно доверился и расслабился в её руках. Окружённый запахом масла, Гарольд буквально потерялся в тепле юношеского тела, в заботе, в искренней помощи. Массирующие движения мягких, маленьких пальчиков успокаивали его ураган, заменяя холодный дождь приятным бризом. Всё гнетущее ушло на второй план, и уже спустя минут пять, может семь, он провалился в сон. А тихое сопение, больше похожее на мурчание, дало об этом знать.

Комментарий к Пара минут до заката

Вы также можете подписаться на меня в Wattpad, там больше моих историй!

https://www.wattpad.com/user/Lion_official