Черное крыло

Глава 13.

Не знаю, сколько я провела без сознания, но, когда пришла в себя, надо мной по-прежнему темнело небо и воздух, неожиданно сырой и тяжелый, предвещал скорый дождь. Пахло свежестью и пшеницей и, приподнимаясь, я догадалась, что была без сознания не так долго.

Князь оказался рядом. Сидел прямо на земле глядя на меня и не делая попыток прикоснуться, только синий взгляд горел тревожно и необъяснимо.

- Мы победили? – спросила я неожиданно высоким голосом.

- Как твоя голова? – вместо ответа, поинтересовался он.

Я вспомнила боль и подняв руку, коснулась затылка. Под пальцами свежей коркой нащупала запекшуюся кровь.

- Я остановил ее, - князь протянул ко мне руку, помогая подняться на ноги. Я благодарно кивнула и приняла его ладонь.

- Где безымень? – спросила я, но Вацлав почему-то не спешил отвечать, лишь смотрел на меня слишком пристально и внимательно, словно хотел прочитать мысли или проникнуть в самую душу. От такого взгляда сразу стало не по себе.

- Вы убили его? – задала вопрос, а в голове мелькнула фраза, которую произнес дух, прежде чем напасть на князя: Ведьмак! Он – ведьмак!

- Почему вы молчите? – и голос сорвался, когда мужчина чуть наклонился ко мне. Теплое дыхание коснулось растрепанных волос: во время схватки с нечистью я даже не успела заметить, как растрепалась моя коса, или это в последний миг разорвалась лента, удерживающая переплетенные толстые пряди?

Сердце отчего-то забилось сильнее и, не в силах совладать с собой, опустила взгляд, глядя на губы Вацлава, которые были слишком близко от меня. Так близко, что качнись я навстречу мужчине и наши губы соединятся! Я словно и думать забыла о том, что произошло. Забылся и безымень, и пыл сражения, забылось и то, что моя голова минуту назад болела после падения и удара, забылось и то, что ткань на моей груди распорота жестким крылом нечисти и кожи касается прохладный ветерок. Все, что я сейчас могла – это просто смотреть на четко очерченные губы мужчины, который заставлял мое сердце биться чаще. А затем он наклонился ко мне и осторожно коснулся губами моих губ.

«Так нельзя!» - подумала я, но не отпрянула, позволяя себя целовать. Более того, я хотела, чтобы он поцеловал меня.

Губы мужчины оказались одновременно твердыми и жесткими, но трепетная осторожность, с которой он касался моих, заставила мои ноги подогнуться, а руки, такие же безвольные, как и их глупая хозяйка, поднялись вверх и ослушавшись меня, обхватили шею князя.

Кажется, это подтолкнуло его на дальнейшие действия и поцелуй, из почти целомудренного, превратился в пылкий и обжигающий, а руки мужчины проникли под разорванную одежду и накрыли полушария груди. Вацлав подался вперед, прижимаясь к моему телу и я ощутила всю силу его желания.

Он продолжал меня целовать. Жесткие мужские губы прогнали все мои мысли, оставив только одно неудержимое желание, чтобы поцелуй продолжался вечно.

Вацлав воспользовался моим замешательством. Одна его рука перестала сжимать грудь, легко ущипнув напряженный сосок, отчего я застонала прямо ему в рот. Князь отстранился, глядя на меня потемневшим взглядом глубокой синевы. Он смотрел на меня как-то иначе теперь. Я поняла, что ему нравится то, что он видит.

- Вы…- начала было, но закончить мне не дали.

Со стоном, больше похожим на обреченность, он снова накрыл мой рот поцелуем. Только теперь его губы властвовали, размыкая мои, протискивая жаждущий язык в мой рот, исследуя его, лаская и заставляя меня испытывать новые, доселе неведомые чувства.

Никто не целовал меня раньше так, как это сейчас делал Вацлав. В голове мелькнула мысль, что, конечно же, за столько веков, пока он живет на этом свете, мужчина не мог не поднабраться опыта, но душа и тело ликовали в его руках, продолжавших ласкать меня и одновременно прижимать к напряженным чреслам князя.

Его желание было слишком ощутимым. Твердый напрягшийся орган, налившийся кровью, давил мне в живот. Рука Вацлава, та, что сейчас лежала на моей спине, прижимая меня к мужчине, обжигала, но каким-то приятным теплом, от которого внизу живота, наравне с тяжестью, разливалось тепло. Даже не знаю, как далеко я бы позволила зайти мужчине, но он отстранился от меня, тяжело дыша, а затем снова посмотрел в глаза.

- Все это правда! – произнес хрипло, не отрывая взгляда от моих удивленно распахнутых глаз, горевших, наверное, не менее ярко, чем его собственные.

- Я не могу противится, - продолжил он свои странные речи, а затем легко подхватил меня на руки. Впереди что-то оглушительно щелкнуло и когда я бросила взгляд на перекресток и его дорогами, разходившимися в стороны, то увидела черную воронку, которая увеличивалась по мере того, как мы приближались к ней.

«Портал! – поняла я. – Он открыл портал, а значит, мы возвращаемся в замок!».

Я не знала, что произошло с безыменем, удалось ли нам уничтожить его. Странное поведение князя немного пугало меня, как и его неожиданная страсть. Может быть, ее появлению способствовал бой с тварью, или что иное, а может быть…. Но нет. Я не могла и надеяться на иной вариант исхода событий.

«Он не мог влюбится в меня!» - поняла я.

Никогда не обращал внимания на очередную служанку в своем замке, и тут столько нежности для меня одной!

Я не была наивна и глупа, а потому не верила в проснувшееся чувство подобного мужчины к простой девушке, такой, как я. Но и не подумала вырваться из его объятий, пока целовал и сейчас тоже позволила нести себя на руках.

Его взгляд пылал, даже когда мы провалились в темноту портала и нас закружило в водовороте перемещения. Но я чувствовала крепкие руки мужчины и видела его лицо и пронзительный взгляд, устремленный на меня.

Как же волнительно быть желанной, даже, когда понимаешь, что возможно, это всего лишь минутный порыв, но мне хотелось снова ощутить его губы на своих, почувствовать руки на своем теле и эти ласки, от которых подгибались колени и кружилась голова.

«Он нравится тебе, - призналась обреченно. – Смирись, глупая!».

Портал вывел нас в покои князя. Я даже не удивилась этому, как не удивилась, когда мужчина отнес меня в свою спальню и положил на постель, бережно, осторожно, при этом глядя в глаза с настороженностью, словно опасался, что я приду в себя и убегу, оставив его наедине с самим собой.

Я не убежала и откинувшись на подушки, стала следить за действиями Вацлава, а он смотрел на меня, выжидая.

- Я тебя напугал? – спросил он. Голос по-прежнему оставался хриплым, а синий взгляд горел, проникая в мою душу.

- Нет! – покачала головой.

Он опустился ко мне. Уперся коленом в одеяло, наклонившись и всматриваясь в мое лицо, так, словно хотел что-то прочитать в нем. Я отвечала молчаливым взглядом, стараясь не опустить взор на его губы, которые еще недавно так жадно целовали меня.

Вацлав подался вперед, и я уже было подумала, что он снова поцелует меня, когда мужчина неожиданно отпрянул и распрямившись, произнес изменившимся голосом.

- Уходи.

Я села на постели, не осознавая смысл сказанного им слова.

- Уходи, пока я еще могу удержать себя в руках! – сказал он и отвернулся. Мне на мгновение показалось, что ему было неприятно или даже больно, смотреть на меня и, тем не менее, я не спешила выполнять его приказ.

- Зачем вы меня поцеловали? – вырвалось невольное, но князь не ответил.

- Уходи! – повторил глухо. – Это был минутный порыв.

- А если не уйду? – спросила и не узнала собственный голос, слишком тонко он прозвучал.

Тишина длилась всего одну секунду, за которую я успела услышать, как громко ударилось сердце о грудную клетку. Мир будто замер вокруг нас и даже пламя свечи, освещавшей покои хозяина замка, застыло, чтобы спустя один вздох вспыхнуть выше и ярче.

Вацлав метнулся ко мне, проделав это так быстро, что я смогла разглядеть только одно смазанное движение и вот он уже нависает надо мной, угрожающе глядя в глаза. Внутри мужчины разгоралась буря, которая грозила уничтожить нас обоих, или сделать счастливыми. Все зависело от того, что произойдет дальше.

- Если ты не уйдешь, то потом мы оба пожалеем о том, что произойдет! – произнес он сипло и безумно, а затем по буквам, словно обращаясь к несмышлёному ребенку: - У-х-о-д-и!

Мне бы действительно убежать, сломя голову, пока был шанс, но я не осталась лежать на постели и вместо того, чтобы выполнить просьбу своего хозяина, вдруг вскинула руки, обхватывая его шею, и притянув к себе, сама поцеловала мужчину, алея от стыда и одновременно радуясь своей смелости.

Мне хотелось поцеловать его. Мне хотелось до боли снова ощутить его прикосновения! Я просто хотела его и будь, что будет потом, но сейчас, пока не испугалась, пока не одумалась, пусть все случится. Все-равно домой не вернусь, уже решила для себя, а «Крыло» покину, как только поможем Стефе. Мой путь лежал в Круг. Я – ведьма, а значит, должна учится и стать сильнее. Я использую то, что дала мне природа и не стану простой крестьянкой. Я хотела большего! Но это после. Сейчас я хотела его, мужчину, который затронул мое сердце, который будет первым и, возможно, последним в моей жизни.

Князь не стал отталкивать меня. Более того, он ответил на мой поцелуй жадно, до боли терзая нежные губы, спускаясь ниже, по тонкой коже на шее и одновременно с этим срывая с меня покров одежду, обнажая мягкую плоть, округлость груди и тонкую талию.

Под его поцелуями я таяла, словно воск свечи, обнаглев настолько, что позволила себе взъерошить его густые волосы, отвечая на поцелуй со всей страстью, на которую была способна.

Пальцы мужчины скользили по обнаженной коже, то сминая высокую грудь, то опускаясь ниже, вычерчивая на моем теле замысловатые узоры, от которых растекалась по телу сладкая нега.

Его губы оставили мой истерзанный рот и спустились ниже, по шее, минуя ключицу, пока не замерли на груди. Вацлав потерся щекой о выступавший камешев соска, а затем захватил его в плен, втянув в рот и посасывая, словно младенец, покусывая, но так нежно, что я не сдерживала срывающиеся стоны. А затем все закончилось также неожиданно, как и началось.

Я услышала только жуткий грохот, а затем истошный женский крик, полный бешеной злобы.

- Нет!

Наваждение исчезло. Вацлав приподнялся на локтях и обернулся на двери, в которых застыла высокая фигура молодой девушки в восхитительном платье.

«Елень!» - поняла я. Но откуда? Княжну я узнала по ее белоснежным волосам, видела то всего раз мельком, когда гостья князя садилась в свой экипаж спешно покидая Крыло. Невольно вспомнила и ее подругу, которая едва не отправила меня в Навь, если бы тогда не вмешательство Вацлава, сейчас не лежать мне в его объятиях, а в сырой земле!

Ведьма была вне себя от гнева. Я увидела ее горящие ненавистью глаза и вскинутые руки с растопыренными пальцами. Казалось, она была готова прыгнуть на нас и выцарапать мне глаза. Именно мне, потому что ее взгляд был устремлен мимо Вацлава, на ту, что посмела целовать и обнимать своего господина.

- Елень? – Вацлав спокойно распрямился, быстро стянув на мне разорванную одежду, скрывая меня таким образом, от взгляда девушки. – Что ты здесь делаешь? – продолжил мужчина холодно. – Я кажется, не звал тебя! Почему ты в замке?

Я села, пытаясь прикрыться, а Вацлав закрыл меня собой, сев на постели так, что я оказалась за его спиной. Елень это, кажется, заставило разозлиться еще сильнее.

- Будьте добры, пани Вишневская, - официальным тоном произнес князь, - покиньте мои покои и впредь не заходите сюда без приглашения!

Надо было видеть лицо пани Вишневской! Если бы взглядом можно было убивать, она бы непременно сделала это. Мне же хотелось провалиться сквозь землю, но я оставалась сидеть, прячась за спиной князя и думая о том, почему высокородная панна позволяет себе вот так врываться в покои Вацлава и не связывает ли их что-нибудь личного характера?

- Вацлав! – крикнула Елень, но не помогло. Князь оставался непреклонным. Лишь свел брови и мрачно поглядел на девушку. Мне показалось, что от злости она даже задрожала, а потом выскочила из спальни князя, громыхнув напоследок дверью.

Несколько секунд мы просто сидели, слушая ее удаляющиеся шаги. Затем грохот еще одной двери, той, что вела в покои хозяина замка. Вацлав повернулся ко мне и посмотрел в глаза. Я думала, он что-то скажет или объяснит мне наглое поведение Елень.

«Наглое ли? – мелькнула мысль. – Что, если это я совершила глупость? Кто Вацлаву я и кто эта девушка? Уже не невеста ли?», - но спросить не повернулся язык.

Судорожно стягивая на груди одежду, я соскользнула с кровати, избежав объятий мужчины. Отвела глаза, полная намерения уйти и оставить его в покое. Уйти, чтобы подумать о том, что только что едва не совершила ошибку. Если бы не вошла Елень, я бы отдала единственное, что было у меня дорогого – мою честь – этому демону.

«Он не демон, - поправила себя, - ведьмак!» - безымень не стал бы лгать.

- Не уходи! – попросил Вацлав и метнулся следом за мной, не дав пройти и пары шагов в направлении выхода.

- Простите! – я не знала, почему и за что извиняюсь, но это были единственные слова, которые сейчас пришли на ум.

- За что? – удивился он.

- Мне пора! – ответила, понимая, что несу чушь, но очередная попытка покинуть спальню князя закончилась провалом. Он схватил меня за плечи, развернув к себе. Синие глаза впились в мои, пытаясь понять, почему я убегаю.

- Елень для меня никто. Ни невеста, ни жена, ни подружка, - сказал он.

- Что с безыменем? – спросила я, игнорируя слова мужчины.

- Мы убили его, - ответил он чуть удивленно. Пальцы, сильные и настойчивые, сжимали мои плечи, а я хотела сбросить их и освободиться, но не могла. Тело помнило еще волшебные ласки, которые дарили его прикосновения, а разум кричал: «Уходи, или погибнешь!».

- Значит, вы поможете мне? – я заставила себя выдержать его взгляд.

- Что? – не понял он.

- Если безымень погиб, значит, я выполнила то, что обещала, - ответила тихо, - теперь вы исполните то, что говорили!

- Ах, да! – кивнул рассеяно демон. – Стефа!

Я вопросительно уставилась на князя.

- Я всегда держу свое слово! – проговорил он.

- Спасибо! – ответила я и шагнула прочь от мужчины. На этот раз он не пытался удержать меня. Сильные руки упали безвольно вдоль тела, а я выскользнула за двери и почти сорвалась на бег, стремясь как можно скорее покинуть покои Вацлава. Сердце колотилось, будто бешеное и я понимала, что хочу вернуться к мужчине, хочу снова увидеть пламя в его глазах! Пламя, которое разгоралось в них, когда он смотрел на меня.

«Благодари богов, что не совершила глупость! – сказал внутри кто-то рассудительный. – Поможешь сестре и беги как можно скорее из замка! Беги от него, Валеска! Беги!».

Елень не могла оставить все просто так. Я поняла это, когда столкнулась с ней на лестнице, ведущей вниз. Она стояла, облокотившись на перила и с ожиданием смотрела в коридор, когда появилась я.

Глаза молодой ведьмы полыхнули торжествующе, и она преградила мне путь, глядя пристально и холодно.

- Такие как ты у Вацлава бываю слишком часто, - заявила она, скрестив руки на груди. – Не обольщайся, безродная!

Я остановилась и посмотрела на соперницу.

«Какая она тебе соперница?» - одернула себя. Она – дочь Главы Круга, а я простая крестьянка, девушка, которая не имеет за душой ничего, кроме сомнительного дара, который еще предстоит раскрыть и то не факт, что у меня окажется небывалая сила.

- Зачем вы мне это говорите? – спросила я.

- Предупреждаю! – отозвалась Елень.

- Не понимаю, - я вздохнула, успокаиваясь, - если я для князя очередная игрушка, то почему вы сейчас злитесь и… - я поняла это лишь, когда произнесла вслух, - и боитесь!

Глаза Елень Вишневской вспыхнули злобой.

- Если я – никто, значит, вам не стоит и переживать, - мне удалось взять себя в руки и теперь на пани Елень смотрела я, полная собственного достоинства.

- Пошла вон, прислуга! – взвизгнула неожиданно девушка и шагнула было ко мне, но голос дворецкого, раздавшийся снизу, заставил нас обеих посмотреть на лестницу.

Казимир Кондрат поднимался тяжело и не спеша. Все его шесть глаз смотрели не на меня, а на дорогую гостью. Дворецкий пытался держать «лицо», но я видела, что он крайне недоволен, только не совсем понятно кем из нас двоих.

- Госпожа! – оказавшись на площадке, дворецкий быстро поклонился Елень, а когда распрямил спину, одной своей рукой махнул мне, мол, можешь идти. Я не заставила просить себя дважды. Ринулась вниз при этом пытаясь спускать исполненной собственного достоинства. Надеюсь, получилось.

- Эта дрянь! – раздалось сверху.

«Елень! – хмыкнула я. – Жалуется на меня пану Казимиру!».

- Мне велели провести вас в ваши покои! – услышала голос дворецкого.

- Кто? – удивилась она.

- Его Светлость!

Настал мой черед усмехаться. Я поняла, что госпожа ведьма не в курсе, кто такой Элкмар!

В комнате, которую я делила с Габриэль, царила тишина. Я прокралась к своей кровати и быстро разделась, скинув мужскую одежду, разорванную на груди когтями нечисти. Без жалости бросила на пол, а сама забралась под одеяло и легла на бок, спиной к двери. Затем, вспомнила, что стоит закрыть двери на засов, пока в замке гостит пани Вишневская и, с неохотой встав, задвинула задвижку и снова вернулась под одеяло.

Сон не шел. Сейчас, лежа на прохладных простынях, я вспоминала не жуткий бой и страшную тварь, которая едва не разделалась со мной, нет! Я не вспомнила даже капризную Елень с ее претензиями, но думала о сильных и таких ласковых руках князя. О том, как он целовал и ласкал меня, и жар снова разлился под кожей, едва не сорвав с моих губ стон.

«Думай только о сестре!» - говорила себе и понимала, что не могу выбросить из головы синий взгляд и нежные прикосновения, и его губы, которые умели целовать пылко и страстно.

Вацлав стоял у стола, дожидаясь прихода Казимира. В зеркале над камином маячила львиная морда, выглядевшая удивительно сконфуженной, но князь даже не смотрел на духа, думая о своем.

Он вспомнил Валеску, ее тело в его руках, ее глаза, затянутые пеленой страсти, ее губы такие манящие и такие сладкие. Тело отзывалось на мысли и как мужчина не старался, не мог успокоиться. Он хотел ее, эту маленькую бесстрашную ведьмочку и плевать на все, что раньше было важным. Сейчас плевать, он это понял и слава богам, не настолько поздно, чтобы потерять ту, которая проникла под его кожу, которая поселилась в мыслях, претендуя на большее, чем простая интрижка.

Когда в двери вежливо постучали, Вацлав пригласил дворецкого, уверенный, что это пришел именно он, и не ошибся.

- Ваша Светлость! – пан Кондрат чуть наклонил голову, приветствуя хозяина.

- Как госпожа Елень оказалась в моем замке? – спросил холодно мужчина, и только задав вопрос, повернулся к Казимиру.

Дворецкий выдержал пристальный взгляд хозяина, ответив с самым честным видом:

- Сегодня, почти сразу после вашего ухода, она появилась на пороге вместе со своей матерью, и госпожа Мария потребовала, чтобы мы впустили пани Вишневскую. Помня ваш наказ, касательно молодой пани, я пытался протестовать, но не смог ничего поделать!

Вацлав прищурил синие глаза.

- Значит, Мария привела ее! – проговорил. – Тогда все понятно. Ты поступил правильно, впустив пани Вишневскую.

- Я полагал, что она явилась по какому-то делу! – продолжил Казимир. – Насколько я помню, госпожа Глава уже давно не заявлялась в Крыле без важного повода. Но она ушла через портал, сразу же, как я распорядился провести в покои ее дочь.

- Хорошо! – отмахнулся князь. – Я все решу завтра сам, - он поднял руку, положив ее себе на затылок. Потер, ощущая усталость во всем теле.

- Утром после завтрака пани Вишневская, скорее всего, покинет нас, - добавил он, - так что, будьте готовы, Кондрат!

Дворецкий поклонился и вышел, оставив хозяина замка наедине с собой.

Князь прошел к окну, посмотрел на еще черное ночное небо и подумал о том, что скоро рассвет и ему стоит немного отдохнуть. Утром, сразу после завтрака, он был намерен поговорить с Елень и потребовать ее объяснений, но сейчас слишком устал, чтобы вызывать девушку к себе, да и приличия не позволяли.

- Элкмар! – позвал князь устало.

Дух замка проявился в зеркале, выжидающе замер.

- Проследи за нашей дорогой гостьей! – приказал Вацлав. – Если она сделает хотя бы шаг вне отведенных покоев, сразу же сообщи мне.

- Как прикажете, хозяин! – дух кивнул и растворился, возвращая зеркалу прежний вид.

Вацлав прошел к спальне, стараясь прогнать мысли о той, которая еще недавно была рядом.

О той, кожи которой касался своими руками.

О той, которую целовал и хотел сделать своей.

«Значит ли вмешательство Елень, что это судьба?» – вдруг подумал он и уже возле кровати замер.

Желание обладать понравившейся женщиной еще никогда не сжигало его настолько сильно, но еще и никогда он не испытывал подобного страха, понимая, что она и есть та, единственная, избранная, которая сможет изменить всю его жизнь.

«Или ее остаток!» - напомнил себе и тяжело рухнул на постель.

Этой ночью мне снился князь. Сон был постыдный, жаркий, и проснувшись, я увидела, что руками сминаю простынь, уцепившись в нее, как утопающий хватается за соломинку, а по всему телу разливалось непривычное желание. Я могла поспорить, что лицо мое горело алым цветом, но, к счастью, никого, кто мог бы заметить это, в комнате не было. Габриэль уже ушла, и я лежала одна в нашей спаленке, глядя перед собой горящими от стыда и желания, глазами.

«Да что же это!» - подумала я и резко села.

Перед взором был князь. Его глаза, синие, словно летнее небо и его руки, так бесстыдно ласкающие мое податливое тело.

- Ох! – только и смогла произнести, после чего прижала ладони к горящим щекам.

Сейчас я уже жалела о том, что едва не произошло между мной и Вацлавом, и даже была рада вмешательству Елень, хотя мне не давало покоя, что именно она увидела нас вместе. Ее реакция не давала покоя. Сразу было понятно, что молодая ведьма имеет виды на Вацлава, видимо, по этой же самой причине и гостила в прошлый раз, когда ее подруга едва не свела со мной счеты. Наверное, сейчас Елень жалела о том, что у оплетая не вышло покормиться мной.

«Стоит держаться от этой пани подальше!» - сказала я себе и тут же охнула, вспомнив, что Елень является дочерью главы Круга.

«Значит, путь туда тебе заказан!» - поняла с горечью. Не допустит Елень, чтобы меня приняли в Круг. Вот чувствую, что костьми ляжет, но не допустит этого.

В двери постучали, и я подняла взгляд.

- Да? – проговорила вопросительно.

- Уже проснулась? – в приоткрывшуюся дверь просунулась мордочка Юстины.

- Проходи! – кивнула я.

Девушка скользнула тенью, прикрыв за собой двери. Села на край моей кровати, глядя на меня с интересом.

- Долго же ты спала! – сказала она – Смотрю, пани Машкевич относится к тебе по-особенному! – добавила. – Уже давно утро и скоро полдень, а ты продолжаешь спать.

- Что? – ужаснулась я и бросила взгляд в окно. Через шторы пробивался яркий свет, возвещая о том, что день уже в разгаре!

«Это сколько же я спала?» - мелькнула мысль и, спрыгнув с кровати, я начала быстро одеваться, наспех умыв лицо водой из глубокой миски, что стояла на табурете у стола.

- Его Сиятельство тоже спали сегодня дольше обычного! – зачем-то сказала девушка. – Сейчас он завтракает вместе со своей гостьей, панной Вишневской, - добавила и посмотрела на меня, словно ожидая увидеть мою реакцию, но я сделала вид, что не заметила ее фразы, натягивая поверх сорочки свежее платье. Юстина покосилась на одежду, которая лежала на полу рядом с ножками моей кровати, но никак не прокомментировала это, лишь снова перевела взгляд на мое лицо.

- Пани Машкевич велела нам тебя не будить! Но я решила проверить, вдруг ты уже встала!

А я внезапно осознала, что не знаю куда и для чего спешу. С безыменем мы разобрались, так что никто не ждем меня больше в лаборатории в подвале. Так почему я так быстро одеваюсь, если никто не ждет меня?

Руки сами собой замерли и упали вдоль тела.

- Что с тобой? – удивилась подруга.

Я села на кровать рядом с ней, посмотрела в распахнутые глаза.

- Просто не знаю, что делать! – призналась.

Юстина не растерялась, взяла меня под руку.

- Сперва пойди позавтракай! – сказала. – Чем ты хуже пана хозяина? Ведь если было велено не будить тебя, значит, снова чем-то важным занималась в пани Машкевич! – предположила она.

Я кивнула, вспомнив, что никто, кроме дворецкого и экономки не знал, что этой ночью мы с князем рисковали своей жизнью, чтобы уничтожить нечисть, убивавшую людей. Для всей прислуги я была помощницей экономки и раскрывать свой секрет я не хотела и не могла.

- Пойдем же! – потянула меня за руку Юстина. – Сегодня на кухне только пани Мария и Радка. Поешь и поболтаем! У меня вот выдалось немного времени свободного!

Она больше ничем не напоминала ту напуганную до смерти девушку, упавшую в обморок при виде пана Казимира. Это не могло не радовать.

- Пойдем! – согласилась я и встала.

Мы вышли из комнаты, прихватив таз с использованной водой. Я понимала, что на кухне меня ждет не только теплый прием, но еще и опасные вопросы, на которые я не смогу дать ответы. Придется отмалчиваться. Девушкам это не понравится, но я просто признаюсь, что это не моя тайна и, думаю, они поймут.

Уже шагая по коридору крыла, отведенного для прислуги, я думала о том, что сейчас делает князь вместе со своей гостьей. Вспомнилось ее лицо, искаженное злобой и крик, полный отчаяния и боли.

«Он нравится ей!» - поняла неожиданно. И мне вдруг стало до боли любопытно, нравится ли она ему?

За столом было тихо. Лишь стук приборов и редкий звон бокалов, шорох платья и взгляды, которые Елень то и дело бросала на хозяина замка, ожидая, когда он, наконец, заговорит. Но мужчина молчал. Ел неторопливо, ловко орудуя ножом и вилкой. После приветствия, которым они обменялись прежде чем сели завтракать, Вацлав не произнес ни единого слова и Елень неожиданно поняла, что это очень плохой признак.

Она не выдержала, когда слуги принесли чай и сменили тарелки. Лишь когда стихли шаги лакеев, девушка позволила себе заговорить, мало обращая внимание на пана Казимира, стоявшего за спиной князя и наблюдавшего за действиями слуг.

- Вы игнорируете меня, князь! – Елень не удалось сдержать раздражение. – Неужели вас воспитали настолько плохо? Вы разве не знаете, что нельзя молчать в присутствии гостей? Вы обязаны развлечь меня беседой! – ее голос едва не сорвался и только чудом пани Вишневская смогла удержать его в узде.

- У меня отличное воспитание! – ответил Вацлав, даже не глядя на свою гостью. Он как ни в чем не бывало продолжал завтрак, приступив к оладьям, еще горячим, ароматным, политым медом.

- Вы сами виноваты в том, что я сейчас веду себя так, - он хмыкнул, прежде чем закончил фразу, - недостойно.

Елень сверкнула глазами.

- Что? – вырвалось у нее.

- Гостям не принято врываться в спальню хозяина дома без разрешения и тем более с нелепыми требованиями! – продолжил Вацлав.

- Я не знала, что у вас в постели любовница! – ответила Елень резко.

- И это, кстати, не ваше дело, дорогая пани! – он, наконец, соизволил посмотреть на собеседницу. Синие глаза потемнели от гнева и девушка подалась назад, сглотнув.

- Вы первая совершили дерзкий поступок и благодарите вашу мать, что я не выставил вас за порог своего дома, - сказал Вацлав. – По уму, мне стоило открыть портал и сопроводить вас вон, но я решил поговорить с вами сегодня, чтобы поставить все точки над «i», так как подобное дальше продолжаться не может.

- Что вы имеете ввиду? – Елень резко встала из-за стола. Ее глаза, голубые и холодные, сверкали от гнева. Князь спокойно повернулся к своему дворецкому и сказал, обращаясь к нему одному:

- Пан Кондрат, будьте так любезны, оставьте нас с пани Вишневской и пусть никто не тревожит нас, пока мы не поговорим! – произнес он спокойным ровным тоном.

- Да, Ваша Светлость! Конечно! – с низким поклоном шестирукий дворецкий удалился, прикрыв за собой двери в зал. Еще до того, как затихли шаги Казимира, князь снова обратил свое внимание на Елень, которая продолжала стоять и смотреть на него в ожидании. Было заметно, что девушка переживает. Ее грудь, стянутая лифом платья, приподнималась от дыхания, но взгляд князя равнодушно скользнул по прелестям красавцы и остановился на ее лице.

- Присядьте, пани Вишневская! – попросил он миролюбиво. – Нам предстоит важный, но надеюсь, недолгий разговор, а мне очень не по себе, когда дама стоит, а я сижу!

Фыркнув, девушка тем не менее, опустилась на стул и с вызовом посмотрела на Вацлава.

- Так-то лучше! – одобрил он. – Чаю? – предложил неожиданно.

- Как вы можете быть таким! – разозлилась Елень.

- Каким, таким? - вскинул брови Вацлав.

- Равнодушным! – выплюнула она яростно.

Брови князя поднялись вверх.

- Пани Елень! – произнес он, спустя несколько секунд. – Кажется, вы забываетесь!

- Я не забываюсь! – ответила она резко. – Вчера, когда я увидела вас там… на постели с этой… - и не найдя подходящих слов, бессильно ударила пальцами, сжатыми в кулак, по столу. Почти сразу же охнула от боли и бросила на князя негодующий взор, словно это он был причиной этой самой боли.

- Вот оно значит, что! – князь не удержался, встал и прошел от стола к окну, затем вернулся назад, всматриваясь в лицо Елень. Она же, заметив его замешательство, немного приободрилась и села так прямо, что ее спина показалась Валаву неестественно ровной.

- Пани Вишневская, - начал он, - я конечно, предполагал, что у вас есть ко мне определенный интерес, но никогда не давал вам повода надеяться на ответное чувство с моей стороны! – прозвучало сухо и Елень поджала губы, ожидая дальнейших слов мужчины. Сердце ее забилось гулко и быстро, и девушка поняла, что ничего хорошего хозяин замка ей не скажет.

- Когда-то давно, - продолжил Вацлав, - я сделал ошибку, о которой сожалею до сей поры. А именно – имел глупость дать слово вашей матушке, чем вы обе теперь безнаказанно пользуетесь. Но это не дает вам право претендовать на мое сердце.

Девушка прищурила глаза. Сейчас в ее взгляде сверкала ярость, а губы превратились в тонкую горизонтальную линию: почти бескровные, белые. Она сейчас как никогда раньше, напоминала князю вампира. Та часть ее существа, что принадлежала к жуткому племени кровопийц, проявилась прямо на его глазах, отторгая человеческую сущность девушки. Сейчас Елень не была так прекрасна, как прежде и Вацлав видел передо собой очередную нечисть, с которой когда-то боролся и которую привык убивать.

- Моя мать спасла вашу жизнь! – проговорила пани Вишневская резко. – Вы обязаны ей тем, что сейчас ходите по этой земле и дышите воздухом! Что ваше сердце бьется, и вы живы! И так уже триста лет!

- Я сполна заплатил за это, - ответил мужчина. – К тому же, пани Мария в некотором смысле обманула меня.

- За все надо платить! – губы Елень приняли прежний вид.

- Вы правы! – согласился князь, а Елень встала и подошла к нему, призывно глядя прямо в глаза.

- Неужели, я вам не нравлюсь? – спросила она требовательно.

Вацлав посмотрел на нее сверху вниз, скользнув взглядом по прекрасному лицу, обрамленному снежными волосами и ниже, от покатых плеч до узкой талии и бедер.

- Я не могу не нравится! – Елень шагнула ближе, сократив расстояние между ними до ничтожного. Сейчас она стояла рядом с мужчиной, едва не касаясь его своим телом, но князь не спешил делать последний шаг, лишь усмехался, глядя на молодую ведьму.

- Разве я не хороша? Союз со мной будет только на руку вам, Ваша Светлость! – она улыбнулась, сверкнув белыми зубами и спрятав маленькие клыки, прорезавшиеся было, когда девушку охватила злость. Сейчас она сменила гнев на милость, надеясь услышать то, что хотела. – Разве это не прекрасно, жить вечно и со мной? – спросила она тихо.

- Я прекрасно жил и без вас! – ответил мужчина и отошел назад, глядя, как меняется лицо красавицы. Елень снова стала бледной и клыки выступили вперед, изуродовав милый рот девушки, превратив ее в чудовище.

- Со мной вам не грозит проклятье! – зарычала она, не в силах снова успокоиться. А князь лишь смеялся, облокотившись спиной на свой высокий стул, он сложил руки на груди и смотрел на красавицу с презрением, продолжая смеяться и зная, что это злит ее не меньше, чем его равнодушие.

- Может быть, я больше не страшусь его? – перестав смеяться, вдруг спросил он.

- Что? – Елень сдвинула брови.

- Пани Вишневская, - сменил тему мужчина, - я прошу вас больше не появляться в моем замке без действительно важного повода и матери передайте, что я не согласен терпеть ее дочь и ее неуемные капризы. Если пани Марии что-то о меня нужно, - его голос стал холодным, словно лед, - действительно нужно, пусть обращается ко мне без посредников и, конечно же, никаких приемов с участием вашей невоспитанной свиты в стенах этого дома. Я выразился ясно?

Ведьма заскрипела зубами, бросила на князя взгляд, полный яда и, резко развернувшись, взмахнув пышными юбками, шагнула вон, направляясь прочь из зала.

- Через час я открою вам портал, - крикнул ей во след князь, - будьте готовы, пани Елень и мой привет Главе!

Двери хлопнули так, что казалось, содрогнулись даже стены замка. А спустя несколько секунд в двери постучали и на пороге возник пан Кондрат.

- Все в порядке, Ваша Светлость? – спросил Казимир спокойно.

- Да, спасибо, - кивнул князь и указал на стол. – Велите слугам убрать и пусть пани Машкевич отправит горничных в покои нашей гостьи – она покидает нас.

- Так быстро? – улыбка скользнула на губах дворецкого.

- Увы! – развел руками Вацлав и улыбнулся в ответ.

Мне сообщили, что нежданная гостья уехала и снова замок вернулся к прежней жизни. Меня покормили сытным завтраком и забросали вопросами, часть из которых, конечно же, касалась моей работы с пани Машкевич. К моему облегчению, никто не подумал связать это с самим хозяином замка, а может, просто не рискнул спросить напрямую. Так или иначе, имя Вацлава не упоминалось в нашей беседе, а сразу же после позднего завтрака, или, обеда, я отправилась было в свою комнату, как увидела домовиху, спешившую по коридору в сторону кухни, откуда я только вышла вместе с Радкой.

- Валеска! – позвала меня пани Машкевич, едва завидев. – Подойди сюда!

Я посмотрела на Радку и извинившись перед ней, поспешила к экономке, размышляя над тем, что ей понадобилось.

«Неужели, князь придумал способ помочь Стефе? – мелькнула мысль. Это было бы слишком быстро. Ведь только некоторое время назад он был занят тем, что развлекал свою гостью. О ее скором отъезде я старалась не думать, догадываясь, что именно я могла быть причиной, по которой пани Елень так быстро покинула Крыло. Но, признаться, я совсем не горевала и даже радовалась тому, что не встречу ее в коридорах замка. До сих пор дрожь по телу, как только вспомню выражение ее лица и злобный голос на повышенных тонах.

- Да, пани Экономка! – я поклонилась домовихе, заметив, что женщина сделала знак Радке идти прочь, а сама посмотрела на меня.

- Господин князь велел привести тебя в его кабинет, - сказала женщина.

Я кивнула, соглашаясь. Она как-то странно посмотрела на меня, но ничего не сказала, лишь взглядом пригласила следовать за собой. Но уже на ступенях лестницы, неожиданно обратилась ко мне, придержав шаг так, чтобы мы поднимались рядом.

- Валеска! – ее голос был спокойный и напоминал мне голос моей матери, когда она собиралась узнать что-то личное у меня, своей дочери.

- Да, пани Машкевич?

- Я хочу у тебя спросить нечто и ты, скорее всего, удивишься такому вопросу, но мне надо знать и поверь, это не старческое любопытство! – продолжила она.

- Спрашивайте, госпожа Экономка, - улыбнулась я. До конца лестницы оставалось всего несколько ступеней. Еще чуть-чуть и мы окажемся перед покоями князя. Там она не станет допытываться, а пока…придется ответить, что бы не спросила. Казалось, удивить меня уже не могло ничто, но пани Машкевич это удалось.

- Скажи откровенно, - она поставила ногу на последнюю ступеньку и застыла, вынуждая остановится и меня. – Тебе нравится наш князь?

- Что? – признаться, подобного вопроса я не ожидала.

- Это важно! – она не улыбалась, но и я не спешила открываться перед женщиной.

- Мы с господином князем из разных миров! – ответила я то, что считала правильным.

- Я сейчас спрашиваю тебя не об этом, - чуть улыбнулась пани.

Вспомнив, как еще ночью таяла в его руках, ощутила, как с силой забилось сердце и не удержавшись, подняла руку, прижимая ее к груди. Пани Машкевич проследила за моим жестом.

- Я собираюсь оставить замок, когда Его Светлость выполнит свое обещание, как я выполнила свое! – сказала я, решив не отвечать домовихе на ее вопрос.

- Хочешь уйти? – ее улыбка, так и не расцвела на губах, поблекла, словно тень упала на лицо женщины.

- Да! – ответила твердо. – Теперь, когда я знаю, что не привязана к замку, подобно остальным, хочу уйти.

Пани Машкевич как-то сразу осунулась, хотя, мне могло и померещиться. До дверей, ведущих в покои князя, я затем и к его кабинету, шли молча. В двери постучала домовиха, но, как оказалось, Вацлав уже ждал нас, так как сказал: «Войдите!», - еще до того, как она занесла руку, чтобы постучать второй раз.

- Проходите! – прозвучал голос мужчины из-за двери и пани Машкевич толкнула ее, схватившись за дверную ручку.

Князь сидел за столом, обложившись книгами. Напротив него, к моему удивлению, расположился Трайлетан и взгляд глаз всадника сразу же метнулся ко мне, игнорируя пани экономку.

- Присаживайтесь! – нам указали на диван. Пани Машкевич немного удивилась. Было заметно, что она не привыкла сидеть в присутствие хозяина замка, а я невольно подумала о том, что в его присутствии мне довелось даже полежать!

Щеки окрасил румянец, что не ускользнуло от внимания старшего всадника. Кривая и такая, до отвращения, понятливая улыбка, тронула его красивые губы.

- Пани Машкевич! – обратился Вацлав напрямую к домовихе, игнорируя меня. – У меня есть к вам просьба.

- Я слушаю, Ваше Сиятельство! – она вскочила с дивана, по-видимому, почувствовав необходимость стоять, и почти сразу приняла расслабленную позу. Я догадалась, что экономке так привычнее. Впрочем, князь не стал просить ее присесть снова, а вместо этого, придвинул какую-то книгу, старую и запыленную, в направлении женщины. Как я заметила, книга была раскрыта на более чем середине и это был действительно древний фолиант.

- Трайлетан согласился нам помочь! – просто сказал Вацлав. По всей видимости, эти его слова предназначались мне, хотя взгляд хозяина замка по-прежнему смотрел куда угодно и на кого угодно, кроме меня.

«Неужели, все из-за того, что произошло между нами?» – мелькнула мысль и я заметно огорчилась. А что оказалось еще неприятнее, так это тот факт, что меня задело его равнодушие. В то время как я сама вспомнила объятия князя, он…

- Вы сможете приготовить это зелье? – ткнул пальцем в книгу Вацлав и пани Машкевич склонилась над фолиантом, рассматривая указанный рецепт.

- Трудный заказ, - проговорила она.

- В чем загвоздка? – поинтересовался князь.

- У меня нет всех нужных ингредиентов! – тут же отозвалась женщина.

- Думаю, это не проблема! - Вацлав указал на всадника. – Трай достанет все, что нужно. Только напишите ему список.

Если Трайлетан и удивился такому решению Вацлава, то виду не подал.

- Возьмите книгу и ступайте вниз! – велел им обоим хозяин Крыла.

Я встала было, чтобы последовать за домовихой и Трайлетаном, но князь остановил меня:

- Задержись! – сказал, глядя на меня.

Всадник оглянулся на меня и снова усмехнулся, и я поняла, что он, по всей видимости, догадывается о том, что произошло между мной и Вацлавом. Вряд ли князь ему рассказал о нашем приключении, которое плавно перекочевало в постель, но этот мужчина был не глуп и его взгляд говорил мне: «Я знаю! Мне и видеть не надо, чтобы знать!».

- Что вы придумали, что помочь мне? – спросила я, сразу переходя к делу, едва закрылись двери в кабинет Вацлава. Хозяин замка встал из-за стола и направился ко мне, а я неожиданно попятилась. Перед глазами всплыл его облик, и я сама, в разорванной одежде, которую мужчина принялся бесцеремонно снимать. Картинка получилась настолько яркой и живой, что приятный жар, который я гнала прочь из своей груди, снова разлился по телу.

- Валеска! – произнес князь. – Я не для того попросил тебя остаться, чтобы говорить о твоей сестре.

- Но меня ничто другое не волнует, - отозвалась я.

«Лжешь!» - сказали его глаза.

«Лгу!» - подтвердили мои.

- О чем же еще нам говорить? – я сделала вид, что не понимаю его намека.

- Я напугал тебя тогда?

- Скорее, ваша гостья! – ответила я.

- Елень? – он криво усмехнулся. – Она больше не появится в замке, я позаботился об этом!

- Дело даже не в пани Вишневской! – я попятилась, когда мужчина сделал попытку сократить расстояние между нами. Его брови приподнялись в удивлении, а когда он заговорил, я обратила внимание на то, какие все же, замечательные у него ямочки на щеках. Он нравился мне. Сейчас я как никогда остро понимала и чувствовала это, продолжая пятиться назад, отступая к окну, а князь шагал на меня, пока мы не остановились, так как за спиной оказался подоконник.

- Некуда бежать! – сказал Вацлав.

- Некуда! – подтвердила я.

Мужчина наклонился ко мне. Я было опустила голову, но его пальцы легли на мой подбородок, поднимая лицо навстречу поцелую.

Губы князя были горячими и твердыми. Поцелуй – требовательный, но не жадный. Создавалось впечатление, что мужчина проверял свои собственные ощущения. Властно разомкнув мои губы он со стоном победителя протиснул через них язык, завладев моим ртом, целуя так, что голова пошла кругом и я снова была готова принять его ласку.

С трудом подняла руки, мечтая запустить их в черные волосы мужчины, но вместо этого положила ладони на крепкую грудь и оттолкнула князя.

- Почему? – его взгляд был затуманен.

- Между нами ничего не может быть! – прошептала я.

Синий взгляд стал более осмысленным.

- Расскажите мне, как мы с вами поможем моей сестре? – взмолилась я, торопясь сменить тему и молясь всем богам, чтобы он не вздумал снова поцеловать меня, иначе я просто потеряюсь в его страсти и, одновременно с этим, надеясь на продолжение поцелуя.

- Вы обещали! – прошептала я.

Мои ладони все еще лежали на его груди, и я чувствовала, как бьется сердце демона или ведьмака? Кем же был князь на самом деле?

- Не переживайте, пани Каревич, - он отступил сам и мои руки безвольно упали вдоль тела. – Я всегда держу данное слово. Мы поможем вашей сестре!

- Это все, что я хотела знать! – сказала я.

- Тогда, если это действительно все, - он задержал взгляд на моих губах, - вам стоит отправится к пани Машкевич и ознакомится с зельем. Его приготовление в разы сложнее чем то, что вы делали для безыменя.

Обращение ко мне на «вы» показало, что мужчина недоволен или обижен? Только глядя в его глаза, я не видела обиды, а лишь одно сплошное разочарование. И я невольно подумала, что скорее всего, Вацлав надеялся на продолжение наших непонятных отношений, а точнее, хотел продолжить то, на чем нас прервала пани Вишневская!

Я не дала времени одуматься ни ему, ни себе. Ушла, поклонившись хозяину, как это подобалось делать хорошей прислуге. А уже за порогом его покоев, прислонилась к закрытой двери и прикрыла глаза.

Мои губы все еще хранили тепло его поцелуя и так хотелось вернуться и дать ему шанс закончить то, что начал. Но я не сделала этого. Взяла себя в руки и поспешила к лестнице, чтобы потом сорваться на бег по темному коридору, ведущему в подземелье.

Грася постигала первые азы ведьмовства, когда в особняк вернулась дочь Главы. Елень вошла так стремительно и так оглушительно хлопнула дверью, что на секунду Гражине показалось, что содрогнулись стены, и она переглянулась с младшими сестрами, рядом с которыми сидела на первом занятии по целительству.

Елень мелькнула быстрой тенью и скоро ее шаги стали удаляться. Никто не проронил ни слова, а сестра Иоланта, средняя в иерархии Круга, велела всем не отвлекаться и продолжила свой рассказ о методах воздействия на раны с помощью белой и черной магии.

- Не секрет, что те из нас, кто обладает светлой силой, более талантливы в сфере исцеления и врачевания, - продолжила она. – Черным ведьмам знахарство дается тяжелее, ведь, все-таки, темная сила не предназначена для того, чтобы помогать.

Княжна услышала, как где-то, на самом верхнем этаже дома, оглушительно хлопнула дверь и подняла взгляд, устремив его к выходу из зала.

- Пани Щенкевич! – тут же позвала ее сестра Иоланта. – Не отвлекайтесь!

Кивнув, девушка сосредоточилась на уроке, в то время как в покоях Марии Вишневской, Елень мерила шагами кабинет матери, хмуря тонкие брови, пока Глава, в свою очередь, ожидала окончания вспышки ярости у своей дочери.

- Что на этот раз? – спросила она. – Почему ты вернулась так быстро? Вацлав выставил за двери?

- Именно! – кивнула грубо дочь.

- Не навязывай себя! – проговорила Глава. – Доступные женщины никогда не интересуют мужчин. Они по своей сути – охотники все до единого, а уж тем более, князь. Его демоническая сущность…

- Вместо того, чтобы читать лекции, лучше бы помогла мне! – перебила мать Елень. – Ты же ведьма! И в твоем расположении должно быть огромное количество способов, как привлечь мужчину. В конце концов, ты можешь приготовить мне какое-нибудь любовное зелье.

Мария с упреком посмотрела на взбешенную дочь, затем указала ей на стул напротив себя.

- Садись! – велела тоном, не вызывающим возражений. – Если ты надумала опоить князя, то я просто разочарована в тебе, дочь моя. И это – будущая Глава Круга! – она покачала головой, а Елень плавно скользнула на стул, уставившись на мать.

- Он нужен мне, мама, - заявила она.

- Зачем? – удивилась Мария. – Скажи одно слово и лучшие из мужчин почтут за честь быть рядом с тобой. Свет не сошелся клином на Вацлаве.

- А мне не нужны другие мужчины, я хочу его! – ответила девушка и тут же прикусила капризно нижнюю губу, понимая, что ведет себя, словно маленькая девочка, которой не покупают понравившуюся куклу.

- Если нужен – добивайся своего, но не такими методами! – ответила мать.

- А какими? – Елень положила руки на стол и взглянула на мать холодными голубыми глазами. – У него есть женщина. Я видела их вместе в его спальне.

- Что тут удивительного? – приподняла брови Глава. – Князь взрослый, состоявшийся мужчина с определенными потребностями…

- Это снова была она, эта девчонка, - фыркнула Елень. – Валеска! – и тут же добавила с неприязнью: - Какая-то девка безродная. Там даже посмотреть не на что.

Мария хотела было возразить дочери, но промолчала, понимая, что сейчас Елень ее просто не услышит.

- Хорошо! – внезапно проговорила она. – Я помогу тебе и сделаю зелье, но не сейчас. Пусть все немного успокоиться и уляжется, а затем, когда князь поостынет, вернешься в Крыло и будешь мила и учтива, даже с его девкой.

Елень впилась взглядом в глаза матери. Мария спокойно выдержала ее взгляд.

- Спасибо! – только и проговорила дочь.

- Кто же тебе еще поможет, кроме матери! – кивнула Глава. – Но сейчас у нас есть другая проблема и она, поверь мне, важнее твоих сердечных дел.

- Какая же? – Елень чуть расслабилась и откинулась на спинку стула.

- Пани Щенкевич! – последовал ответ.

- Новенькая? – моргнула дочь удивленно.

- Она самая, - согласилась Мария. – Я догадываюсь, с какой целью ее прислал в Круг отец.

- Думаешь, метит на твое место? – охнула Елень.

- Именно! – ответила Глава. – И у нее для этого есть все возможности, а главное – у нее есть сила и за ее спиной – клан вампиров, что тоже, само по себе, большой плюс.

- А как же я? – тихо спросила девушка.

- Вот о чем я тебе и говорю, - Мария вздохнула, - нам стоит как можно скорее провести обряд и наделить тебя той силой, которой ты достойна. Так что, готовься. Скоро все произойдет и, - тут ведьма хитро улыбнулась, - возможно, мне удастся помочь и твоей беде.

- Как? – удивилась Елень.

- Подожди, скоро узнаешь! – таинственно ответила женщина.

Трайлетан не в первый раз бродил по лавкам знахарей и ведьм, выбирая и покупая необходимые ингредиенты для пани Машкевич и ее зелий, но сегодня у него был особенный список и не получалось ограничится простыми ведьмами самоучками, которые собирали травы и коренья. Нет, сегодня ему нужно было купить редкие компоненты для нового зелья, а потому старший всадник, переодевшись в зажиточного господина, отправился прямиком в лавку Круга, которая находилась в столице и располагалась неподалеку от особняка, где жили сестры Круга.

Шагая по улицам и глядя на каменные дома, тянущиеся цепочкой вдоль мощеной дороги, Трайлетан думал о том, как приятно, когда под ногами не чавкает грязь дорог, а твердая и каменная дорога, но жалел о том, что пришлось оставить своего жеребца, так как черный конь я горящими глазами, словно вырвавшийся из пламени ада, слишком бы привлекал к себе внимание. А так, на него если и поглядывали, так разве что панночки, при этом быстро отводили глаза и странно хихикали, а некоторые, особенно смелые, кивали и смотрели так, словно были не прочь познакомиться с молодым и красивым мужчиной. Но Трайлетана не трогали эти улыбки и ужимки. Со списком в кармане, он шел к своей цели, а когда до лавки, располагавшейся на первом этаже двухэтажного дома, оставалось всего несколько метров, он заметил двух девушек, которые, по всей вероятности, тоже направлялись именно туда.

«Она!» - мелькнуло в голове всадника, когда он узнал в одной из младших сестер, девушку, встреченную им не так давно на дороге.

«Мое имя – Гражина Щенкевич, - он вспомнил, как она представилась первой, игнорируя правила, - Княжна Щенкевич!» - и вот сейчас эта самая княжна была прямо перед ним и, тут Трайлетан едва не поперхнулся воздухом, она тоже его заметила и застыла. Но прошла секунда – другая и ее губы растянулись в улыбке. Девушка вскинула руку и помахала ему, крикнув:

- О! Пан Спаситель! Вот мы с вами и встретились снова!

Всадник застыл, размышляя, что ему делать дальше. Хотелось убежать или сделать вид, что он и знать не знает девушку в сером платье, но ее подруга или знакомая, стоявшая рядом с княжной, уже с любопытством смотрела на него, а сама Грася, решительно расправив плечи и приподняв острый подбородок, шагнула к нему. Трайлетану ничего не оставалось, как тоже пойти к ней на встречу.

- Пани Щенкевич! – проговорил он, едва они поравнялись.

Ведьма сверкнула глазищами и сунула ему руку для лобзания, при этом веселый блеск в ее глазах говорил мужчине о том, что она понимает, что ему совсем не хочется целовать ее руку. Но всадник сдержался и захватив в плен тонкие пальцы, запечатлел на внешней стороне ладони поцелуй.

- Я знала, что мы еще увидимся! – произнесла девушка и высвободила руку.

Трайлетан улыбнулся, про себя подумав о том, что, если бы знал, что встретит здесь эту полукровку, обошел бы лавку десятой стороной, но теперь отступать было поздно. Еще никогда женщина настолько не привлекала его и не отталкивала одновременно. Гражина Щенкевич была особенной девушкой и, кажется, вполне осознавала это.

- Мне кажется, вы направлялись в лавку! – проговорила княжна. – Мы тоже туда, не правда ли Яна? – девушка посмотрела на свою спутницу и тут же наигранно скривилась. – О! Как я только могла так забыться! Я же не представила вас!

Она указала рукой на девушку, которую прежде назвала именем Яна, и сказала:

- Младшая сестра Круга, Яныся Штур!

Затем перевела взгляд на всадника и добавила:

- А это пан… - и демонстративно замолчала.

- Ежи Боронский! – назвал Трайлетан первое имя, пришедшее ему в голову. Он, конечно же, не собирался говорить свое истинное имя, не желая девушкам зла.

- Значит, пан Боронский! – протянула Грася.

Он поклонился, осознавая, что эта маленькая нахалка пыталась обхитрить его сейчас.

«Что ж, - подумал с удовлетворением мужчина, - не на того напала, ведьмочка!», - и тут же улыбнулся, больше своей смекалке, чем девушкам. Только ему совсем не понравилась ответная улыбка, подаренная княжной и то, что он, как ему показалось, успел увидеть в глубине ее взгляда.

- Так может быть, мы составим вам компанию, пан Боронский! – предложила Гражина с прежней веселостью глядя на Трайлетана. Ему захотелось отвести взгляд от ее лица, но не смог.

«Не могу же я отступиться только из-за того, что столкнулся с этой наглой панной?» - подумал он и решительно шагнул вперед.

- Почему бы и нет! – проговорил уверенно. – В такой прекрасной компании и покупки совершать приятнее! – а сам посмотрел на пани Штур, отчего-то уверенный, что его внимание к другой девушке заденет княжну. Но Гражина лишь весело рассмеялась и обнаглела настолько, что подхватила всадника смерти под руку, заставив его глаза слегка округлиться от подобного поведения, которое, по мнению мужчины, не пристало истинной княжне.

Пани Яныся оказалась более воспитана даже для ведьмы и скрывая улыбку, пошла рядом, лишь поглядывая на незнакомого по сути мужчину, с которым ее новая подруга вела себя настолько фривольно.

В лавку вошли молча. Трайлетана отпустили только у самой двери и то, лишь для того, чтобы открыл перед паннами двери. Он вошел последним, замыкая шествие и огляделся. В данной лавке он был впервые, но она почти ничем не отличалась от виденных им ранее. Пани Машкевич часто просила всадника купить ей ту или иную траву или нужный компонент, так как сама из замка не отлучалась, а Трайлетану это делать приходилось и довольно часто. Домовиха ему нравилась, а потому мужчина не отказывал ей в помощи в подобных мелочах, как не смог отказать и князю.

Лавка оказалась весьма просторная. За прилавком стояла женщина в летах, одетая во все черное. Таким же черным и пронзительным были ее глаза. Она сразу же впилась взглядом в Трайлетана, скривив свои губы в подобие усмешки и игнорируя сестер Круга.

- Добро пожаловать в лавку! – проговорила она.

Девушки отошли в сторону, рассматривая пучки сухих трав, висевших на веревке вдоль правой стены, Трайлетан направился прямиком к хозяйке и протянул ей список.

Женщина приняла его и живо пробежала взглядом по названиям ингредиентов.

- О! – только и сказала она, а затем уже с интересом посмотрела на всадника.

- У меня есть не все, что вам надо! – произнесла она.

- Чего не хватает? – уточнил Трайлетан.

- Когти химеры, - ткнула пальцем в список ведьма. – Но я подскажу, где можно их, при большом желании, достать.

- Буду чрезмерно благодарен! – отозвался мужчина.

Ведьма прихватила с собой список и велев ему ожидать, удалилась в подсобку, оставив гостей одних в лавке. Грася почти сразу же оставила свою спутницу и повернулась к Трайлетану, а затем, смерив его заинтересованным взглядом, приблизилась встав так близко, что протяни он руку, коснулся бы ее руки.

- Пан Ежжжиии, - протянула она и улыбнулась, - вы разрешите мне вас называть именно так?

- Немного фамильярно, не находите? – ответил Трайлетан, не отступая назад, хотя все внутри него твердило неустанно: «Уходи от этой девушки!».

- Было бы фамильярно, если бы это было… - она выдержала паузу и чуть наклонилась вперед, добавив шепотом, так, чтобы не услышала пани Штур, - если это было бы ваше настоящее имя.

- Если вы настолько проницательны, пани Щенкевич и понимаете, кто я, то, думаю, вам не стоит знать мое настоящее имя! – отозвался мужчина.

- О! – она наигранно захлопала ресницами, явно насмехаясь над всадником. Что-то подсказало ему, что обычно эта девушка ведет себя иначе. Так почему с ним держится подобным образом.

«Ты ей понравился!» - мелькнул в голове ответ и Трайлетан чуть не рассмеялся в голос от подобных нелепиц, лезших в голову. А еще он неожиданно понял, что хитрая ведьмочка помесок, каким-то чудесным образом поняла, кем он является на самом деле, что для нее было весьма опасно.

- Я знаю несколько хороших лавочек, где вы сможете приобрести когти химеры! – вдруг заявила она.

- Вы подслушивали? – удивился мужчина.

Гражина рассмеялась.

- Увы, но нет! – ответила она. – Просто вы с пани Брысей говорили слишком громко и не таились. Не прикажете же мне затыкать уши?

Трайлетан понимал, что она права, но промолчал, не желая признавать это вслух. Пани Щенкевич же продолжала.

- Я могу проводить вас после в нужную лавку, чтобы сэкономить ваше время.

- С чего такая неожиданная доброта?

Ответом ему была улыбка и последовавшая за ней фраза:

- Вы были так любезны, что помогли мне в трудной ситуации и я не могу не ответить вам тем же! – но при этом глаза ее сверкнули так загадочно, что всадник смерти понял: «Не к добру это», - только отказывать не спешил.

Тем временем, хозяйка лавки вернулась. В ее руках находился большой бумажный пакет и список Трайлетана. Все это женщина положила на стол и нашла взглядом покупателя.

- Вот все, что вы просили! – сказала она.

Трайлетан подошел к ней и рассчитался, после чего сгреб покупки и поспешил откланяться.

- Хорошего дня, панночки! – спешно бросил он в сторону Гражины и ее подруги, затем быстрым шагом направился к выходу. Грася тут же схватила пани Штур за руку и притянув ее ближе, что-то быстро шепнула девушке на ухо.

- Хорошо! – сказала Яныся и бросила взгляд на широкую спину мужчины, который уже выходил в двери.

- Я рассчитываю на тебя! – проговорила княжна и, подарив улыбку своей спутнице, поспешила догонять Трайлетана. Сделать ей это удалось уже на улице и то, пришлось сорваться на быстрый шаг, так как, ей показалось, мужчина спешил отойти как можно дальше от лавки, принадлежавшей Кругу.

- Пан Боронский! – крикнула она на бегу, подхватив платье, чтобы было удобнее бежать.

Первой мыслью Трайлетана, когда он услышал крик княжны и, оглянувшись, увидел и ее саму бегущую за ним следом, самому сорваться на бег, а еще лучше попросту исчезнуть, только он вовремя осадил свой постыдный порыв и вопреки желанию, остановился и даже развернулся всем корпусом тела, дожидаясь, пока Гражина Щенкевич поравняется с ним.

- Ох! – она перевела дыхание в шаге от всадника. – Как же быстро вы ходите, пан Ежи! – попеняла. – Отчего вы сразу ушли, не дождавшись меня, ведь я обещала показать вам место, где продают отличные когти химеры! – а сама посмотрела так лукаво, что Трайлетан едва удержался, чтобы не закатить глаза. Но сделай он это, получилось бы слишком по-человечески, а всадник смерти давно уже не ощущал себя человеком.

- Неужто испугались? – она притворно округлила рот, но он понял – девушка попросту над ним насмехается.

- Чего я могу испугаться? – спросил он.

Гражина огляделась по сторонам и пожала плечами. Только сейчас Трайлетан заметил, что на улице, помимо них, еще прохаживаются жители столицы и сейчас они обращали внимание на странную парочку, которая, по всей видимости и по мнению людей, выясняла отношения.

- Не будем привлекать лишнего внимания, пан Ежи! – Грася изловчилась и подхватила всадника под руку. – Позвольте мне удовлетворить свое любопытство, а заодно действительно помочь вам купить то, что требуется!

Трайлетан покосился на нахалку, вцепившуюся в его руку и обреченно вздохнул.

- Хорошо! – а про себя понадеялся, что данная встреча с пани Занозой, последняя в его жизни.

- Тогда вперед! – скомандовала княжна весело и потянула его за собой.