Демоны водопадов

Глава 3

На удобной кровати в задней комнате бунгало Ван Хорна Боб Моран ворочался с боку на бок, пытаясь заснуть. Иногда сквозь москитную сетку, окружающую его ложе, как кокон, он видел пустую комнату в лунном свете, делающем все окружающее каким-то нереальным.

Боб не знал, что мешает ему заснуть, жара или какое-то внутреннее беспокойство. В течение дня рабочие перетащили его самолет, и теперь он ожидал ремонта в одном из складов, находясь в полной безопасности. В этом Моран был уверен. Но откуда же тогда беспокойство? Может быть, это результат рассказов Питера Ван Хорна о жюжюрусах?

В конце концов Боб все же задремал.

Француз не мог бы сказать, сколько длилось его забытьё, но очнулся он от чьего-то присутствия в комнате. Открыв глаза, Боб почувствовал, что волосы зашевелились у него на голове. Сквозь пелену москитника он увидел морду жюжюруса, который надвигался, растопырив чудовищные лапы с когтями, готовый вот-вот ударить.

У Боба мгновенно сработал защитный рефлекс, и он откатился на другой конец широкой постели, услышав, как когти вспороли матрас в том месте, где он только что находился. Падая на пол, Боб дернул за сетку, и та окутала нападающего.

Вскочив, Моран хотел схватить оружие, но кобура с пистолетом лежали в изголовье, там, где находилось чудовище. А оно, орудуя когтями, как ножами, освобождалось от москитной сетки и рвалось к Бобу. Француз лишь успел схватить стул и изо всех сил обрушить его на мерзкую морду жюжюруса. И тут произошло неожиданное… От мощного удара голова с огромными клыками и рогами сорвалась с плеч и полетела на пол, обнажив гримасничающее, покрытое татуировкой лицо огромного негра. Человек, видя, что его разоблачили, все же бросился на Морана, выставив свои страшные фальшивые когти, но француз успел ударить его в солнечное сплетение и нырнул в классическом кувырке дзюдо в сторону кобуры с оружием. Буквально на лету подхватив оружие, он бросился на пол. А противник уже приближался. Боб понял, что выбора у него нет. Выхватив из кобуры оружие, он трижды нажал на спусковой крючок. Получив заряд в грудь, жюжюрус успел еще сделать шаг вперед, но тут же потерял равновесие и рухнул.

В последнем усилии его когтистая лапа заскребла по полу в двадцати сантиметрах от Морана, затем пальцы застыли и уже больше не шевелились.

Боб, сжимая дымящийся пистолет, медленно встал, взглянул на лежащего у его ног негра и повернулся на скрип открывающейся двери.

В комнату ворвался Питер Ван Хорн в пижаме и с пистолетом.

– Что случилось?– выкрикнул он.

Стволом своего оружия француз указал на жюжюруса.

– Он набросился на меня, когда я спал, но мне повезло.

Француз опустился на колени возле маски и стал разглядывать ее.

– Череп буйвола с рогами, покрытый крокодиловой кожей. Рога обожжены, чтобы сделать их неузнаваемыми. А в челюсти вставлены кабаньи клыки. Чтобы создать иллюзию щелканья челюстями, жюжюрус дергал за тонкую веревочку, закрепленную изнутри… вдоль шеи. Так… Глаза из небольших жемчужин, наклеенных на окрашенную в красный цвет деревяшку. Малейший лучик света заставляет их сверкать…

Питер Ван Хорн тоже опустился на колени рядом с трупом.

– Смотрите-ка. Костюм сшит из крокодиловой кожи, а на плечи подложена кожа, свернутая в рулон, чтобы сделать их шире. В шее прорезана пара отверстий, чтобы можно было видеть. Вот вам и объяснение высокого роста жюжюруса. Впрочем, этот негр и так довольно крупный.

Ощупав тело, плантатор вытащил что-то вроде небольшой метелки, спрятанной под шкурой лжемонстра.

– Эти жюжюрусы используют метелки, чтобы уничтожать следы сразу после того, как пройдут. Ну, а когда кого-нибудь из них подстрелят, сообщники утаскивают труп в джунгли и зарывают. Вот поэтому-то тел и не находят. К тому же они действуют под покровом темноты. Вот и выходило, что они якобы существа потусторонние… Вы правильно предположили, господин Моран, что это замаскированные люди, вроде членов секты леопардов…

Говоря это, Ван Хорн перевернул жюжюруса на спину и стал внимательно изучать рельеф татуировки на лице мёртвого. Через пару минут он взглянул на Морана.

– Думаю, что не ошибаюсь… Этот человек принадлежал к племени бамбара, которое вместе с пигмеями живет в районе водопадов. В этом смысле жюжюрусы действительно демоны водопадов.

Он снова помолчал.

– До сего времени, как вы знаете, никто ничего точно не мог сказать о демонах водопадов. Но теперь благодаря вам он» полностью разоблачены.

Боб скорчил гримасу.

– Уж никак я не желал участвовать в этом эксперименте. Если бы этот фанатик успел хватить меня своими когтями!..

Боб даже вздрогнул, представив такую картину.

В этот момент в комнату вбежал слуга Ван Хорна и закричал, обращаясь к хозяину:

– Бвана, скорей смотреть… Бвана смотреть!..

Моран и хозяин, обменявшись быстрыми взглядами, выскочили за ним.

Когда Боб и Ван Хорн вбежали в гостиную бунгало, то там царил полнейший беспорядок. Это была большая квадратная комната, обставленная ультрасовременной мебелью, которую молодой плантатор за большие деньги выписал из Европы. Повсюду были предметы негритянского искусства, которые собирал еще отец Ван Хорна, посещая отдаленные племена. Одним из таких предметов был гигантский фетиш из красноватого дерева, фигура, двумя руками поддерживающая свой вздутый живот, в который были вбиты многочисленные ржавые гвозди и лезвия. Голова у фигуры снималась и надевалась на шею, скрывая отверстие. В настоящий момент она валялась в стороне на полу. Но когда вечером Боб и Питер расходились по спальням, она была на плечах у фетиша.

Ван Хорн поднял тяжелую голову и водрузил ее на место. Подогнана она была так, что создавалась полная иллюзия целостности фигуры, вырезанной из единого куска дерева.

– Мой отец привез ее от бамбара, – объяснил плантатор. – Я столько помню ее, но никогда не знал, что голова снимается.

– Может,; кто-то искал что-нибудь, спрятанное в выемке этой головы? – спросил Моран. – Туда ведь можно что-то спрятать?

Бобу показалось, что его хозяин слегка вздрогнул от удивления.

– Нет, – твердо ответил он.– Если бы там что-то было, то отец наверняка бы сказал брату и мне. Поскольку этот фетиш от бамбара, а жюжюрусы – это бамбара, как мы теперь знаем благодаря вам, то они хотели по каким-то причинам, скорее всего по религиозным, унести идола. А голову тащить отдельно, она довольно тяжелая. Но тут стрельба. Они все бросили и убежали…

Плантатор показал рукой на несколько перевернутых кресел и брошенных предметов.

– Вот вам доказательство, что они спешили…

Слуга, который привел белых в гостиную, покачал головой.

– Нет, бвана, это не жюжюрус. Когда Джанго входить сюда, после услышать выстрел, он видеть, как белый человек убегать в окно.

На этот раз Питер Ван Дорн явно вздрогнул.

– Белый человек! – со злостью сказал он. – Кто же из цивилизованных людей проникнет в это время сюда, если это не жюжюрусы? Разве горел свет, когда Джанго сюда вошел?

Негр отрицательно помотал головой.

– Нет, бвана. Джанго зажигать свет, когда вор уже убегать…

Ван Хорн, казалось, вздохнул с облегчением.

– Джанго, должно быть, плохо видел, – быстро бросил он. – Это не мог быть белый человек, повторяю тебе…

И не давая времени слуге ответить, он ухватил Морана за локоть и утащил в курительную комнату, говоря вполголоса:

– Черным нельзя верить, особенно всяким их россказням. Они наивны, как дети, и часто выдумывают.

Немного погодя Боб и Питер, одетые в пижамы, сидели друг против друга в курительной комнате. Закурив сигару, Ван Хорн немного помолчал. Затем улыбнулся и выпустил через нос две голубоватые струйки табачного дыма.

– Должен сказать, что нынешняя ночь была довольно плодотворной, поскольку благодаря вам мы теперь знаем истинную суть демонов водопадов.

– Действительно, – согласился Моран, – и они тоже теперь знают, что нам это известно, и прекратят нападения.

– Ну, в этом я сильно сомневаюсь. Ритуальных убийц ничем не остановишь. У бамбара репутация гордых воинов, и нужно дать им суровый урок. Думаю, что так я и поступлю.

– И как же вы рассчитываете сделать это?

– Силой, естественно. Когда мои рабочие узнают, что жюжюрусы – это просто-напросто люди, такие же, как они, то перестанут бояться и попытаются взять реванш. Я дам им оружие, исам пойду во главе своей маленькой армии, завоюю район водопадов и предъявлю счет бамбара.

Боб ответил не сразу. Он никогда не был сторонником карательных экспедиций и старался перетащить плантатора на свои позиции.

– Почему бы не предоставить Колониальной службе заняться этим делом? – спросил он.

– Это займет слишком много времени; пока они раскачаются, будут новые жертвы. И вообще лучше всего, когда действуешь сам. Кроме того, эта экспедиция даст мне возможность посетить могилу моего бедного брата, который погребен неподалеку от реки, в четырех днях плавания отсюда.

– Вы мне говорили, что вашего брата убил буйвол во время охоты. Раненый буйвол – штука опасная и непредсказуемая. Я слышал много историй на этот счет от охотников. А что же случилось с вашим братом?

Ван Хорн немного поколебался, как будто ему не хотелось ворошить вызывающие боль воспоминания.

– Ян был моложе меня на два года, – начал он. – Так вот, год тому назад мы отправились в сопровождении черного охотника Донгбе к верховьям реки. Через несколько дней плавания мы остановились в местах, богатых, как нам показалось, дичью. Охотились целую неделю и набрали немало трофеев, после чего решили возвращаться. Но тут Ян неосторожно вышел на след раненого буйвола. Пока мой брат шёл через джунгли, готовясь открыть огонь, животное вдруг выскочило из-за куста и пронзило его рогом, а затем растоптало. Мы с Донгбе издали видели это, но ничем не могли помочь. Когда мы подбежали и пристрелили буйвола, мой бедный брат был уже мертв. Поскольку мы были довольно далеко от мест, тронутых цивилизацией, а тело начало разлагаться, нам пришлось самим заняться погребением. Сверху мы навалили огромный камень, чтобы хищники не разрыли могилу. После этого нам оставалось только добраться до плантации, которую я и был вынужден взять целиком на себя.

Питер Ван Хорн долго молчал, и Моран не в силах был нарушить тишину.

– Когда вы собираетесь двинуться в район водопадов? – наконец спросил он.

Плантатор развел руками.

– Положим два-три дня на вооружение армии и ее экипировку. Так что двинемся через четыре, ну максимум пять дней…

В голосе Ван Хорна зазвучали решительные нотки.

– Да, пожалуй, точно, через пять дней.

– А если я отправлюсь с вами? – предложил Моран. – Я немало побродил по свету и участвовал в разных переделках. К тому же у меня прекрасное ружье, и я могу быть вам полезен.

Про себя же Моран думал, что как-то сумеет успокоить своего хозяина и найдет какие-нибудь другие средства, кроме стрельбы.

– Зачем вам идти с нами? – возразил плантатор. – У вас нет причины рассчитаться с этими жюжюрусами.

– Ну как же!– воскликнул Боб.– Они пару раз чуть не разделались со мной, не забывайте этого. К тому же пройдет несколько недель, прежде чем починят мой самолет. Что же мне, сидеть и ждать? Крутить пальцами у живота? Для меня нет ничего хуже, чем бездействие. Я уверен, что мы вернемся еще до того, как прибудут запасные части к моей машине. Так что ничто не мешает мне сопровождать вас…

Но Ван Хорн, казалось, не сразу решился дать согласие Я

– Вы забыли об опасностях, которым мы будем подвергаться.

– Нисколько я о них не забыл, но вдвоем легче их преодолевать.

И тут Ван Хорн решился.

– Ну, ладно. Раз уж вы так хотите, господин Моран, отправимся вместе. Вижу, что вы любите дикие забавы. Могу заверить, что с жюжюрусами вы их получите…

В знак удовлетворения Моран хлопнул себя по ляжкам.

– Итак, мы договорились. Я горю нетерпением посмотреть на эти знаменитые и таинственные водопады. Кстати, по дороге я сделаю несколько снимков животных. Может быть, вы дадите мне персонально какого-нибудь чернокожего, который бы страховал меня. Ну, например, этого Донгбе, который знает всю округу…

– Увы, господин Моран. Донгбе никак не сможет подстраховывать вас, он умер полгода назад от лихорадки…

По правде говоря, Боб Моран ждал чего-то подобного. После той охоты, когда погиб младший брат плантатора, Донгбе наверняка, как почему-то казалось Бобу, не мог остаться в числе живых.

– Но не беспокойтесь, – продолжал плантатор, – я подберу вам кого-нибудь из местных. Например, тот же Джанго хорошо знает дело. Он прекрасно стреляет и не боится в джунглях ни одного зверя. Так что он будет прикрывать вас во время съемок. Итак, я занимаюсь подготовкой экспедиции и мы скоро отправимся в путь. Надеюсь, что надолго покончим с этими жюжюрусами.

Моран промолчал, но подумал о том, что его толкает лезть в эту авантюру, которая не предвещает ничего хорошего.