Дети Нави. Банная невеста

Глава 47

Я решила не вмешиваться. Мне было нестерпимо жаль девушку, которая лежала на лавке, словно загнанный судьбой зверек. Или что? Она должна была на любого мужчину согласиться? На первого встречного? А ничего, что ей с ним еще всю жизнь жить!

Нет, я была в ярости от деревенских нравов. Они казались мне дикими, жестокими и несправедливыми. Я не могла понять, как можно так легко отдавать свою судьбу в чужие руки, особенно когда речь идет о такой важной части жизни, как брак.

– Бабка-то, – причитала мать пострадавшей, охая и заламывая руки. – Она же самая сильная колдунья. Ей вон уже сколько лет. Я еще мала была, так она уже бабкой была. Ее еще моя бабка помнит!

Ого! – вырвалось у меня. Я не могла поверить своим ушам. Колдунья? В наше время? В нашем веке?

– Хорошо, сведу, – кивнул Лизар, не глядя на меня. Его голос был холодным и отстраненным, словно он привык к таким ситуациям.

Я одобрительно хмыкнула, хотя внутри меня все кипело от возмущения. Нет, конечно, у меня к нему было важное дело, но я никогда не видела, как на кого-то сводят килы. Хотя, наверное, я бы обратилась к врачам. Вот такой вот я человек.

Я всегда считала, что прежде чем кричать: "На мне порча!", нужно сначала обратиться к докторам, сдать все анализы и провериться на гормоны. Вот одна моя знакомая. Она мучилась с родовой порчей: упадок сил, слабость, черные мысли. "Сосет мои силы ведьма проклятая!", – постоянно говорила она. "Все из рук валится! Ничего не хочется! Только встала – уже устала!" Пока однажды не попала на анализы, и доктор не прописал ей витамины. Через месяц тетку было не узнать. Все гадалки привокзальные чебуреком разом поперхнулись!

Лизар с легкостью поднял девушку и положил ее на стол. Я видела, как он что-то мешает в маленьком горшочке, а черти, невидимые для родителей и несчастной, подают ему то одно, то другое.

Положив руку на лицо девушки, которая скривилась от боли, Лизар закрыл глаза и опустил голову. Я видела, как его губы шевелятся, но слов разобрать не могла. В комнате повисла напряженная тишина, нарушаемая лишь хриплым дыханием девушки.

Внезапно девушка на столе задергалась так, словно ее экстренно реанимируют. Волосы на голове родителей зашевелились, словно от страха. Я отчетливо видела, как под платком у матери шевелятся волосы.

В этот момент я округлила глаза, увидев, как из лица девушки, сквозь пальцы колдуна, словно дым черный пошел. На всю избу раздался неожиданный старушечий голос: "Слово мое не перебьешь! Ключ, замок, язык…"

И тут я увидела еще одного чертика. Он словно появился из этого густого, вязкого дыма, который клубился вокруг нас, словно живое существо. Чертик озираясь по сторонам, его маленькие, острые глазки сверкали, как искры в темноте. Он выглядел так, будто только что выбрался из самой преисподней.

– Бей чужих! – заорали черти Лизара, как свора голодных псов, и набросились на бедолагу с яростью. – Это он килу наслал!

Завязалась потасовка. Сцена была похожа на хаос из ночного кошмара. Горшки летали в воздухе, словно птицы, лавки переворачивались, как корабли в бурю, а корзина с продуктами перевернулась, рассыпав содержимое по полу. В воздухе стоял запах разбитого стекла и пролитой воды. Мать пострадавшей вжалась в отца, как испуганный ребенок, а тот схватился за крестик, словно это был его единственный шанс на спасение.

– Усе! – объявили черти Лизара, закончив свою работу. – Справились! К хозяйке побежал жаловаться!

В этот момент девушка дернулась, и я увидела, как ее лицо исказилось от боли. Но в следующий миг на ее лицо лег компресс, пропитанный чем-то холодным и успокаивающим. Это был знак, что все закончилось.

– Свободны, – произнес Лизар, и родители бросились к своей дочери, которая уселась на столе и озиралась по сторонам, как будто только что очнулась от долгого сна. Даже через тряпку компресса было видно, что отек с ее лица спал, и оно приобрело более здоровый, естественный вид.

– Ой, благодарим, Лизарушка, – первая мать упала на колени, причитая, как будто это было последнее, что она могла сделать. Колдун смотрел на нее с легкой, почти издевательской усмешкой, его глаза блестели холодным светом, как у хищника, который только что поймал свою добычу. Отец пострадавшей ограничился поклоном, но его глаза светились искренней благодарностью.

Я видела, как они повели девушку, которая шла, шатаясь, как пьяная, в сторону двери. Она была словно тень, покидающая сцену после долгого и изнурительного представления. Дверь открылась, и я едва успела спрятаться за углом дома, слыша, как скрипели ступени под их ногами.

– Ну все! Теперь можно на аудиенцию, – подумала я, чувствуя, как мое сердце начинает биться быстрее. – Тут как? По талонам или в порядке живой или неживой очереди?

Я направилась к Лизару, понимая, что у меня насущный вопрос. Но как только я вошла, то увидела, что он сидит на лавке, устало опустив голову. Его лицо было скрыто в тени, и я не могла разглядеть выражение его глаз.

– Тебе чего? – спросил он с присущей ему мрачной грубостью, как будто я потревожила его сон.

– Я по поводу бати твоего пришла, – ответила я, стараясь говорить уверенно, хотя внутри меня все дрожало. – Он мне тут реноме портит!

– Так скажи ему, что с твоей "реномой" он поаккуратней был! – усмехнулся Лизар, его голос звучал холодно и безразлично. – Что за глупости?

Но я не могла оставить это так. Мне нужно было защитить себя и свою репутацию.

– Нет, ты не понял, – я поправилась, стараясь не показывать своего раздражения. – Он в моем облике по деревне шляется! Еще не хватало, чтобы он тут деревню поджег или еще что-то учинил!

Я видела, как Лизар напрягся, его глаза вспыхнули, как два холодных огонька. Он встал, его движения были быстрыми и решительными.

– Ладно, я подумаю, что можно сделать, – наконец сказал он, его голос стал чуть мягче, но в нем все еще чувствовалась угроза. – Приду и расскажу.

Я кивнула, стараясь скрыть свое разочарование. Его безразличие к моей проблеме было как холодный ветер, который пробирал до костей.

– Спасибо, – вздохнула я, чувствуя, как моя уверенность тает.

Разговор явно не клеился. Ну, видимо, у нас с ним не судьба! Бывает же такое, что не судьба? Я развернулась к двери, почти дошла до нее, как вдруг услышала звук падающего на пол тела. Обернувшись, я увидела Лизара, распростертого на дощатом полу. Его глаза были закрыты, а на лице застыла нехорошая бледность.