Дети Нави. Банная невеста

Глава 54

Я поняла, что останусь совершенно одна. Без поддержки, без тепла, без тех, кто всегда был рядом. В баньке без Аси и Нуны будет невыносимо пусто и холодно. Но в то же время я вспомнила, как девочки мечтали стать людьми. Как они грезили о невестах, о свадьбе, о жизни за пределами этой мрачной баньки. Их глаза горели надеждой, и я знала, что это было не просто детское желание.

Но прежде чем принимать решение, нужно спросить у самих детей. Хотят ли они жить с отцом? Девчонки сообразительные, неглупые. Пусть сами решат. Это будет правильно.

– Мне пора, – прошептала я. – Ты выздоравливай… И крышу заделай!

– Сейчас чертям прикажу. Пусть работают, – выдохнул он, и я поняла, что спугнула момент, который мог бы стать чем-то большим.

Колдун, слегка пошатываясь, подошел к столу и стал жадно пить воду. Она проливалась на его рубаху, а мокрая рваная ткань липла к телу.

– Чего сидим? Чего расселись? – спросил он, усмехнувшись. – Быстро залатали мне крышу!

Черти что-то побуровили, нехотя вылезая из всех щелей.

– А я не могу! – заметил один. – Я только килу сажать умею!

– А ты сиди здесь, – мрачно произнес Лизар, запрокинув голову. Черти уже орудовали на крыше, пытаясь приладить доски. Колдун устало опустился на лавку.

– А ты вообще по какому делу приходила? – спросил он чуть насмешливо, но в его голосе звучала усталость. – Или просто увидеться захотелось?

– Я по поводу отца твоего! – проворчала я, почти забыв, с какого перепугу вообще поперлась через всю деревню. – Портит он мне тут отношения. Со мной уже русалка не здоровается! И это только начало. Может, как-то угомонить его можно? Если что, готова оказать всяческое содействие.

Лизар усмехнулся, и его глаза блеснули в полумраке. Черти на крыше тихо чертыхались, но дело у них шло довольно шустро.

– Я подумаю, как его можно остановить, – заметил Лизар. – Только сейчас я не совсем готов к встрече. Сильно меня прижало.

– А зачем ты вообще полез килу снимать? – спросила я сердитым голосом. – Ты же видел, что ответка прилетит.

– А что девке? Помирать что ли? Если отказала? – усмехнулся Лизар. – Ну не нравится ей жених. И что? Килу сажать да до смерти доводить? Чересчур это!

Я видела, как ловко черти заделали дыру, сквозь которую виднелись звезды. Теперь там была просто крыша. Словно и не было ничего. О как!

– Рано или поздно и мой черед придет, – произнес Лизар, глядя на чертей. – Придется мне силу кому-то передавать. Иначе умирать буду долго и мучительно…

– Ой, да ладно, – тут же заладили черти. – Нескоро это будет!

– Однако будет, – усмехнулся Лизар.

Я вздохнула. Неприятно это было слышать. Но еще неприятней думать об этом.

– А я, видимо, когда состарюсь, буду напоминать бабу без кожи, выживу из ума, буду всех, кто ко мне помыться ходит, на каменку натягивать, – заметила я, вспоминая сумасшедшую обдериху. – Совсем умом двинусь. Так что у меня тоже будущее так себе!

– Ну иди сюда, пожалею! – насмешливо заметил колдун, закинув руку мне на плечо. – Не бойся, я не кусаюсь.

Мы сидели и смотрели, как черти прибираются в избе. Только один, который «только килы сажать умеет», сидел на лавке и вздыхал.

Горшки становились на место, черепки собирались в миски, и я чувствовала, как внутри меня что-то теплеет. Я знала, что должна уйти, но что-то удерживало меня здесь.

А меня все подмывало порадовать его новостью, что дети нашлись.

– Ладно, пойду я, – улыбнулась я, понимая, что вот так сидеть и молчать о чем-то своем можно бесконечно.

И вдруг Лизар наклонился ко мне, его губы нежно коснулись моих. Поцелуй был коротким, но сильным, как удар молнии. Он был красноречивее всех слов в моей жизни.

– Тише, осторожней, – прошептала я, глядя на марку на его груди. – Ты лучше отдохни… Договорились?

Я выскользнула из избы, чувствуя, как ветер холодит мои щеки. Я уже заметила, что чем дальше от своей баньки, тем меньше у меня сил. Сейчас я чувствовала себя так, словно сдавала квартальные отчеты до пяти утра.

Ночь была красивой, звёздной. У меня на губах цвела загадочная улыбка. Я не обращала внимания на ворчание чужих домовых, которые пуще собак охраняли дом и спящих хозяев: «Стой! Кто идёт? А ну пошла вон! Нечего тут шастать!»

Войдя в баньку, я почувствовала, как внутри все снова наполняется силой. Я, словно батарейка, впитывала в себя эту невидимую силу.

– Мама пришла! – послышались радостные голоса.

Я смотрела на поленца, обнимала их и почувствовала, как ком застрял в горле.

– Ася, Нуна, – сглотнула я. – Я знаю, чьи вы…

– Чьи? – запереживали девочки.

– Вы – дочки Лизара, – с грустью произнесла я. – Те самые, которые в баньке пропали.

Поленца замерли, а затем переглянулись, словно не веря своим ушам. Я вздохнула.

– Я ему не говорила, – добавила я, стараясь не выдать своих чувств. – Пока ещё. И решила спросить вас. Хотите вы остаться здесь, со мной, в бане? Я тогда ничего говорить ему не буду. Или хотите снова стать людьми и жить в деревне? Тогда я ему скажу. Я не тороплю вас с решением. Можете подумать…

Я снова горько вздохнула, глядя на их изумлённые лица. В этот момент я поняла, что не могу оставить их здесь. Они заслуживали счастья.

– Ну что, девочки, – сказала я, стараясь говорить как можно мягче. – Решайте сами. Я буду ждать вашего ответа.