Дети Нави. Банная невеста

Глава 53

– С дочками? – переспросила я, стараясь скрыть удивление в голосе.

– А то! – усмехнулась старая ведьма, её глаза блеснули холодным светом, а морщины на лице стали глубже. – Только они об этом не знают. И он не знает. Так что вот тебе благодарность, сваха!

Я до сих пор не могла поверить, что Ася и Нуна – это те самые дочки Лизара. Они казались такими разными, но в то же время чем-то неуловимо похожими. Но сейчас, зная правду, я видела в них нечто большее – нечто зловещее.

– А почему они не помнят, что он их отец? – спросила я, понимая, что эта бабка – ведьма, и что она не только источник неприятностей, но и ценный источник информации.

– Так ведь люди, когда нечистиками становятся, чаще всего ничего не помнят! – усмехнулась бабка, её голос звучал хрипло и насмешливо. – А ты, смотрю, умная девка. Всё помнишь.

– Я-то помню! – возразила я, стараясь не показать, как сильно меня напугала её откровенность. – Всё прекрасно помню!

– Так тебя же не в детстве в баньке стащили! – заметила ведьма, её взгляд стал острым, как нож. – Ладно, иди! Утомила ты меня сильно. А про невестушку помни! Коли откажет, то ещё пуще сделаю. Мне эта девка самой нужна. Я ей потом силу свою передам. А ты берегись. Беда тебя ждёт!

Я поёжилась, чувствуя, как холод пробежал по спине. Её слова звучали как предупреждение, как угроза. Но я не собиралась отступать. Я должна была узнать правду, какой бы страшной она ни была.

Ускорив шаг, я направилась по тропинке в деревню. Воздух был свежим, наполненным ароматами трав и леса. Но внутри меня всё дрожало от напряжения. Вот за что я ненавидела всякие предсказания, так за то, что после них как на иголках. Нет чтобы чётко сказать! В тринадцать двадцать тебя собъёт машина улице Меньшикова, возле магазина "Цветы". Или в двадцать ноль ноль на тебя с девятого этажа рухнет рояль, когда будешь идти по улице Ленина! А так, получается, ходи и бойся!

– Банник – хозяйка… Тьфу ты! Банник – хозяин и банница – хозяйка! Пустите меня да не обидьте! – тут же напросилась я в чужую баню, чувствуя, как страх и любопытство борются внутри меня.

– Опять ты? – скрипучим голосом произнесла старая обдериха, её глаза горели злобой и недоверием.

– Банница-хозяюшка, пусти меня, не обидь! – неразборчивой скороговоркой выдала я, стараясь не выдать своего волнения. Я знала, что здесь нужно быть осторожной.

– Тьфу ты! – вздохнула чужая обдериха, её голос звучал устало, но в нём всё ещё чувствовалась угроза. Я тут же нырнула в тёмный угол, очутившись в своей бане.

– Ну что там? – слышались голоса Аси и Нуны, их голоса звучали встревоженно и взволнованно.

– Да так, вроде бы всё решила. Полегчать должно. А что в деревне? – с тревогой спросила я, стараясь скрыть своё беспокойство.

– Лизару крышу сломали! – послышался голос Аси, её голос дрожал от страха.

Неужели я не успела? Эта мысль пронзила меня, как молния. Я вырвалась прочь из бани и бросилась бежать со всех ног в деревню. Пробежав по пыльной дороге, я увидела, что возле дома Лизара никого нет. Но в крыше зияла огромная дыра, через которую можно было увидеть тёмное, пустое пространство внутри.

Я бросилась в избу, чувствуя, как сердце колотится в груди. Войдя внутрь, я увидела сидящего на полу растрёпанного Лизара. Его лицо было бледным, а на руках виднелись глубокие порезы и синяки. Он тяжело дышал, его грудь вздымалась и опадала.

– Ты как? – прошептала я, стараясь не показывать своего страха.

– Очевидно, хорошо, – едко заметил колдун, его голос звучал устало, но в нём всё ещё чувствовалась сила.

– А это откуда? – спросила я, глядя на его руки, покрытые кровью.

– Черти с того света тащили! – усмехнулся Лизар, его губы скривились в насмешливой улыбке. – Они не хотели, чтобы я умер.

– Да! – послышались голоса. – Тащили! Как могли! Помирать не давали! Мы в него воздух вдували!

– И три ребра сломали, – мрачно отозвался Лизар, морщась от боли. – Будь другом, подай мне там туесок, он стоит…

– Что? – уточнила я, чувствуя, как моё сердце замирает.

– Туесок. Там травы, – сказал Лизар, стряхнув кровь с руки и откидывая прядь волос со лба.

– Бери выше! Я даже не знаю, что такое туесок! – ответила я, стараясь скрыть своё удивление.

В этот момент я увидела, как черти радостно скачут и тащат какую-то плетёную коробку с крышкой. Лизар шумно вздохнул, достал траву и начал её разжёвывать. Даже сейчас он выглядел красивым – сильным, мужественным и немного загадочным. Это если бы меня черти по избе таскали, то я бы выглядела как писец! А тут прямо – романтичный герой, раненый в порванной рубахе, с каплями крови на лице.

– Что ж, подлечился немного. Скоро раны затянутся, – заметил Лизар, вставая и опираясь на стену. – Я так понимаю, что это ты подсуетилась…

Я подняла брови, пытаясь понять, о чём он говорит. Его голос звучал спокойно.

– Ну да, – произнесла я, чувствуя, как по спине пробегает холодок. – Ты спас мне жизнь.

– Поблагодарить тебя должен. Не так ли? – спросил он с усмешкой, его глаза блеснули холодным светом.

– О, нет, спасибо. Не стоит благодарностей! – произнесла я как-то нервно и поспешно, стараясь не смотреть ему в глаза. И тут же развернулась к двери, чувствуя, как меня что-то удерживает.

В этот момент я почувствовала, как его рука мягко коснулась моей руки, останавливая меня. Я замерла, чувствуя, как его дыхание касается моих волос. Минута молчания растянулась в вечность. Я не знала, что сказать, но и не могла заставить себя уйти.

– Не умею я сладкие речи говорить, как мой отец, – послышался тихий голос Лизара, его слова звучали как признание. – Вот стою и думаю, как тебя поблагодарить…

Но в этом его голосе было что-то ещё – некая тень грусти и усталости, словно он давно носил тяжелое бремя, о котором мало кто знал. Я почувствовала, что эти слова – не просто благодарность, а скорее призыв понять его, заглянуть за маску силы и загадочности.

Медленно он отпустил мою руку, и я ощутила, как внутри всё сжалось от неожиданности. Взгляд его стал мягче, немного грустнее, и в нём я увидела ту самую искру, которая раньше казалась мне недоступной – искру человеческой уязвимости.

– Ты знаешь, – начал Лизар тихо, – иногда я думаю, что эта моя сила – не подарок, а проклятие. Что она держит меня в плену. И всё, что я делаю, – это лишь попытки не потерять себя в этом мире. А ты… – он вдруг замолчал, как будто искал слова, – ты… просто ты. Не бойся, я не собираюсь тебя ранить. Просто… будь рядом, и я постараюсь защитить тебя.

– Так, интересно, это можно считать признанием в любви? – спросила я.

– Не знаю, – усмехнулся колдун, глядя на меня.

Меня так и подмывало сказать ему про дочек. Но боялась. Вдруг он заберет их у меня, и я останусь одна? Совсем одна?