Дети Нави. Банная невеста

Глава 56

Я сидела на полочке в бане и ждала. Каменка загорелась от одного моего прикосновения, наполняя воздух терпким ароматом берёзовых веников и горячей воды. В ожидании я смотрела на раскалённые камни, чувствуя, как время медленно утекает сквозь пальцы. За окном раздавались голоса: «Пойдём в баньку мыться!» – доносилось до меня. Я резко дёрнула рукой, закрывая дверь, и услышала, как два мужских голоса зазвучали снаружи.

– Пойдем в баньку мыться! – слышала я голоса на улице.

Я резко дернула рукой, закрывая дверь. Два мужика стояли за дверью и пытались отпереть ее.

– Ты почто ломишься? Не видишь? Обдериха не в духе! Лучше не ходить, – послышался опасливый и настороженный голос.

Нет, для людей я была просто «умывальников начальник и мочалок командир». А для нечисти – так, мелочь, слишком молодая и неопытная.

– Открывай! – раздался резкий голос Лизара, наполненный угрозой. Я, дрожащая от напряжения, выдохнула с облегчением. Его слова, как ледяные стрелы, вонзались в мою грудь, но я знала, что это лишь начало.

– Открывай, иначе дверь тебе под ноги брошу, – добавил он.

Я, чувствуя, как сердце колотится в груди, произнесла:

– Входи.

Дверь, словно подчиняясь невидимой силе, сама собой распахнулась перед ним, открывая путь в мрачную баню, где царила напряженная тишина. Лизар, с его бледным лицом и горящими глазами, вошел, как незваный гость, но с такой уверенностью, что я не смогла его остановить.

Он тут же напросился.

Это мне не понравилось. Очень не понравилось. Если он напросился, значит, его намерения не были добрыми.

– Змий тебе всё рассказал? – спросила я, стараясь скрыть дрожь в голосе. Я смотрела на Лизара, пытаясь понять, что он скрывает за этой маской спокойствия.

– Да, – ответил он коротко, но в его голосе прозвучала тень удивления. – Всё. И ты знала?

– Нет, – я махнула рукой, пытаясь скрыть растерянность. – Только сегодня, точнее, вчера. Впрочем, неважно. Узнала от ведьмы.

– И что ж ты рядышком сидела, а ничего не сказала? – Лизар стоял надо мной, возвышаясь, как темная башня. Его голос звучал холодно, но в нем слышалась скрытая ярость.

– Я детям выбор дала, – произнесла я, чувствуя, как внутри поднимается волна горечи. – Как скажут, так и будет! Пусть они решают! Будут ли они людьми или силой нечистой! Они выбрали остаться нечистью и…

Не договорив, я замолчала. Лизар, словно не замечая моей попытки продолжить, перебил меня:

– Значит, я годы убил, чтобы колдовству обучиться! – резко произнес Лизар. – Значит, я сначала у деда как мальчик для битья бегал. Всю грязную работу вместо чертей делал! Двух учеников он чертям на растерзание отдал, чтобы силы еще набраться! На моих глазах он их чертям отдал! А они, между прочим, друзьями моими были!

Я слушала его, чувствуя, как по спине пробегает холодок. Его слова были как удары хлыста, которые оставляли глубокие раны на моей душе. Я понимала, что за этими словами скрывается не только гнев, но и боль.

– И всё ради того, чтобы научиться, – продолжал Лизар, его голос становился все громче. – И для того, чтобы, когда этот дед подыхал, силу мне передал! Чтобы детей своих из бани вытащить! Вызволить из лап проклятой нечисти! Да я в собаку чертову на перекрестке лез, чтобы мне бесов дали! Я всё растоптал! И род свой, и веру! Лишь бы их отсюда достать…

Я не знала, на кого он злился больше – на меня или на ситуацию. Но в его словах я чувствовала такую боль, такую глубокую боль, что мое сердце сжалось от сочувствия.

– А они решили нечистью остаться! Нечистью! Банной! – выкрикнул он, и в его глазах вспыхнула ярость, которая казалась почти безумной.

Я поняла, через что он прошел, чтобы достать своих детей. Теперь я понимала, что за этим гневом скрывается не только отчаяние, но и бесконечная любовь.

– Я могу их позвать, – произнесла я, глядя на Лизара. Свет луны, проникающий в кривое оконце, мягко освещал его лицо, придавая ему загадочное выражение. – Я хочу, чтобы они были счастливы. И только. Но при этом я понимаю, что они сами должны делать выбор! Сами! Они уже достаточно взрослые, чтобы выбирать! Ася! Нуна!

Два поленца появились из темноты. Их очертания казались нереальными, словно они были частью сказки. Лизар жадно смотрел на них, а они на него. Его глаза горели надеждой.

– Пойдете со мной? – произнес он, падая на колени перед ними. Он раскинул руки, словно хотел обнять. – Вы ведь всегда хотели узнать, что было до того, как вы стали поленцами?

– А как же мама? – спросила Ася, её голос дрожал от волнения. – Пусть мама тоже с нами идет!

– Ваша мама… – начал Лизар, но запнулся. Его голос звучал мягче, чем я ожидала. – Как только мы пойдем со мной, все вспомните.

Я заметила, как он достал из сумки две льняные рубашки, которые, казалось, светились в лунном свете, и два деревянных крестика на веревочке.

– Идите, – прошептала я, улыбаясь. – Идите…

– А как же мама? Мы ведь не бросим маму! – занервничали поленца. – Вот наша мама! Мы её сами выбрали!

Лизар посмотрел на меня с грустью в глазах.

– С мамой мы потом вопрос решим. Её отсюда вытащить сложно будет, – выдохнул он. Кажется, он больше не злился.

– Ну, – улыбнулась я, – идите, не бойтесь. Я не пропаду… Обещаю!