Королева скалистого берега 3. Дочь Одина.

Глава 29

Обычно конунги и ярлы викингов наносили свои гербы на паруса. Но в данном случае они у наших драккаров были пока что просто белыми — корабли готовились на продажу, и подразумевалось, что впоследствии покупатель сам намалюет на парусине собственные знаки.

Однако, при этом существовали еще и, так называемые, «вымпелы народов» — можно было поднять на верхушку мачты длинный и узкий флаг с расцветками, присущими нордам, свеям, данам, гётам или саамам, проживающим в эти времена на территории Скандинавии...

Что ж, если навстречу нам и правда плыли даны, то драки не избежать. И вряд ли она окончилась бы в нашу пользу. Да, у нас было целых десять драккаров, но на каждом из них находилось лишь по дюжине викингов. Достаточно для управления судном, но мало, чтобы его защитить, если вдруг случится битва пусть даже с вдвое меньшим количеством кораблей, но полностью укомплектованных...

— Поднять на мачты вымпелы свеев! — скомандовала я.

— Как-то это не совсем честно... — пробормотал чернобородый Густав. — Коль мы принесли тебе клятву верности, получается, что ты сейчас наша королева...

— Но ты ж от этого не перестал быть свеем, верно? — усмехнулась я. — На всех моих кораблях большинство представителей твоего народа, так что никто никого не обманывает.

— Верно, — почесал в затылке викинг. — Признаться, об этом я не подумал...

Очень скоро стало ясно, что навстречу нам и правда плывут четыре драккара данов — на парусах были отчетливо видны узнаваемые знаки этого народа: черные во̀роны, каждый из которых сжимал в когтях большой ключ.

— Не припомню я такого атрибута у данов, — почесал бороду Скегги. — Когда они приплывали прошлой весной, его не было на их парусах.

— Думаю, это знак королевы Хель, а в когтях во̀ронов — ключи от воро̀т Хельхейма, — предположила я.

— Многовато берет на себя их королева, — нахмурился Скегги. — Исправлять родовые знаки — неважная примета.

— Возможно, — кивнула я. — А вот плохая она или хорошая, думаю, мы скоро это узнаем.

Я была в курсе, что со свеями даны находились в нейтрально-торговых отношениях. Это нордов они считали своей кормовой базой, которую нужно и до̀лжно грабить, как только она обрастет жирком, словно мясная корова...

Но с той поры, как я стала королевой этого народа, всё несколько изменилось. Даны уже дважды получили по зубам — в Скагерраке и в Каттегате — и, думаю, среди них мое имя стало пользоваться некоторым уважением. Но пока что мне лучше было не показываться им на глаза. Потому я наскоро проинструктировала своих хирдманнов что нужно делать, а заодно и свеям раздала инструкции, которые оперативно были переданы голосом по цепочке остальным кораблям...

Расстояние между нами и данами сокращалось. При этом я, встав за мачту, дабы не светиться до поры до времени, отметила, что даны не вывесили на нос своего флагмана белого щита мирных переговоров — правда, и горящую стрелу в нашу сторону не выпустили, что было бы предложением сдаться немедленно. Значит, беседа всё-таки состоится, но результат ее непредсказуем — может начаться крошилово, а может и миром разрешится ситуация...

— Тормозим! — негромко скомандовала я.

Шестеро викингов, севших на весла, немедленно опустили их в воду и принялись грести в обратную сторону. Остальные, ослабив шкоты, «стравили парус», отчего он повис мешком, а Ульв навалился на рулевое весло по правому борту, выставив его под углом к движению драккара, отчего судно практически моментально потеряло скорость. При этом остальным нашим драккарам, чтобы не воткнуться носом нам в корму, пришлось обогнуть головной корабль справа и слева...

Четыре драккара данов шли «квадратом», по два корабля в ряд, причем идти им пришлось чуть ли не против ветра. Паруса практически не помогали, потому большинство викингов сидели на веслах...

— Куда это ты ведешь наши драккары, Скегги? — подняв руку, заорал с головного корабля здоровенный дан, облаченный в недешевые доспехи.

— Да вот, Барди, устали вас ждать, и решили сами перегнать свои корабли отличным покупателям! — проорал в ответ Скегги.

В его словах не было лжи, а значит, викинг не запятнал ею свое имя. А то, что дан воспринял эти слова на свой счет — его проблемы.

— А, понятно! — осклабился предводитель данов, заметно расслабившись. — Ну, это было ни к чему, мы бы и сами приплыли за своим товаром. Но за любезность спасибо. Думаю, королева Хель оценит ее по достоинству. Хоть платит она за службу немного, но я уверен, что никто из вас не откажется от великой чести воевать за королеву данов. Тем более, что она готовит большой поход против нордов, где всем хватит добычи.

— Обещаниям мы предпочитаем серебро, — усмехнулся Скегги.

— Всё у вас будет, — заверил дан. — Правда, мы не сможем купить ваши драккары за ту цену, что обещали на ярмарке — слишком много средств уходит на подготовку к войне. Но вы же уступите их нам за полцены, правда? А мы учтем это при дележе добычи, которую возьмем с нордов уже этим летом.

Пока предводитель данов распинался, агитируя свеев, наши остальные драккары, как бы невзначай, повинуясь воле попутного нам ветра, вытянулись в линию, которая довольно быстро превратилась в дугу, огибающую корабли данов. Те, почуяв неладное, начали озираться...

Но было уже поздно.

— Стоять! — рявкнул Рауд во всю мощь своих легких — и со всех наших драккаров в воду полетели каменные, либо окованные железом деревянные якоря, намертво застопорившие корабли и освободившие руки гребцов, которые весьма оперативно выстроились вдоль бортов, держа в руках луки с наложенными на них стрелами.

— Знаешь, Барди, пожалуй, мы откажемся от предложения продать наш товар за полцены и повоевать за обещания, — крикнул Скегги. — К тому же мы уже продали и эти драккары, и свои мечи дроттнинг Скагеррака и Каттегата, которая дважды победила вас, и сейчас готова сделать это в третий.

Я вышла из-за мачты и, встав рядом со Скегги, прокричала:

— Эй, Барди. Одно неверное движение или лишнее слово, и мои люди утыкают вас стрелами так, что вы станете похожими на ежей. Потому предлагаю тебе и твоим викингам сложить оружие, а также снять доспехи. В плен я вас брать не буду, рабов-трэллей из вас делать не стану. До берега недалеко, доплывете, а там уж пусть норны решают вашу судьбу.

— А ты кто такая? — неуверенно прорычал Барди, наверно, уже догадываясь, с кем имеет дело. — Неужто та самая хитроумная ведьма-гейду, что отбила наши вики на нордов?

— Почти угадал, дан, — отозвалась я. — Только я не гейду, что несет людям горе, а нойда, которая спасает их от таких, как вы. Я могла приказать убить вас, и это было бы правильно, ибо с нами вы б не церемонились. Однако я дарю вам жизнь. Скоро лето, и на суше вы не пропадете. А там может поймете, что можно существовать на этом свете и не делая людям зла...

— Ножи то разрешишь нам оставить? — мрачно спросил Барди, зачем-то щелкнув пальцами — может, от переизбытка эмоций...

— Конечно, — улыбнулась я, довольная, что всё закончилось миром.

— Дроттнинг, берегись! — внезапно закричал Рауд, бросаясь ко мне...

Пока я пыталась всё решить по-хорошему, из-за спины Барди внезапно вынырнул лучник и, резко рванув тетиву, пустил стрелу в меня... Получается, неспроста чернобородый щелкнул пальцами, подав стрелку заранее обговоренный знак на тему: «пристрели вождя, с которым я буду говорить». Видимо, Барди решил, что, убив меня, у него выйдет уломать свеев и корабли ему продать, и поступить на службу к королеве Хель...

И заодно устранить главную проблему в моем лице, которая уже дважды помешала данам захватить Норвегию.