Королева скалистого берега 3. Дочь Одина.

Глава 44

Было интересно наблюдать, как в стене Парижа со скрипом отворились внутрь двустворчатые воро̀та, открывающие выход... прямо в воду, куда на катка̀х была спущена большая лодка. В нее загрузились шесть гребцов и человек в богатых рыцарских латах, скорее, предназначенных для демонстрации статуса их владельца, нежели для реальной защиты. Рядом с рыцарем встал знаменосец в тоже недешевых, но более скромных латах, который держал в руке флаг с алым полотнищем, на котором было вышито нечто вроде золотых языков пламени. Знаменосец тщетно пытался поймать порыв ветра, наклоняя древко и так, и эдак, но флаг упорно не хотел эффектно разворачиваться.

— Их хёвдинг что ли? — поинтересовался Ульв, смачно сплюнув в сторону приближающейся лодки.

— Думаю, это сам король Франкии, — проговорила я.

— Да ладно! — удивился Скегги. — Прям самый настоящий? И не боится вот так, считай, в одиночку отправляться к нам?

— Не думаю, что это поддельный король, — отозвалась я. — Слишком уж высоки ставки. Он только что потерял половину армии, и едва не лишился своей столицы. По сравнению с этим его жизнь не стоит ничего. Если он не договорится с нами, его просто разорвут те подданные, кто сумеет остаться в живых. И король это прекрасно понимает.

Тем временем лодка довольно быстро пересекла Сену — гребцы работали на совесть — и, когда она ткнулась носом в наш берег, двое из них вскочили со своих скамеек, спрыгнули в воду, присели, и скрестили руки так, чтобы рыцарь мог спуститься по ним с лодки как по лестнице.

— Тьфу, — скривился Рагнар. — Что это за король такой, который не может сам сойти с лодки?

Я дипломатично промолчала. Демонстрировать презрение к Карлу — если, конечно, это был он — сейчас никак не входило в мои планы.

Тем временем рыцарь сошел на берег, снял шлем, отдал его знаменосцу, и направился к нам. При этом я заметила, как его взгляд скользнул по внушительному складу набитых стрелами колчанов, лежащих за нашими павезами... Ага, не зря я организовала эту имитацию! Пусть думает, что дальнобойных огненных стрел у нас хватит на три Парижа, и еще на один Лунденвик останется.

Вперед выскочил знаменосец, и на ломаном датском проорал:

— Мой король Карл Второй, повелитель Западно-Франкский королевств, есть приходить к вас говорить...

— Оставь это представление для менестрелей, Джон, — на приличном датском устало произнес король. Похоже, он, как и я, смертельно устал и хотел спать, но положение обязывало разруливать проблемы, которые он же сам и создал.

Король был молод, лет двадцати с небольшим, и на его голове произрастала пышная шевелюра, ниспадавшая ему на плечи. Если мне не изменяла память историка, «Лысым» его в насмешку прозвали старшие братья, с которыми он враждовал из-за того, что при разделе наследства получил меньшую часть королевства с неплодородными «лысыми» землями.

— Буду краток, — проговорил Карл. — Кто ваш вождь и чего вы хотите?

— Я Рагнар по прозвищу «Кожаные штаны», вождь викингов, почти уничтоживших твою армию и твой город, — произнес мой муж. — Я умею воевать, но не обладаю талантом говорить красиво. Потому пусть переговоры с тобой ведет моя жена, которая делит со мной правление Норвегией.

«Молодец», — мысленно похвалила я мужа. «Вряд ли без такого предисловия король согласился бы беседовать с женщиной, которых что франки, что англы в эти времена не считали за людей».

Карл Лысый перевел на меня взгляд, в котором читалось, что он согласен беседовать хоть с самим дьяволом лишь бы это всё закончилось и мы убрались подальше из его владений.

— Я готов говорить с вами, королева, — произнес он. — Чего вы хотите за то, чтобы навсегда уйти из моих владений и никогда больше не возвращаться?

— Я хочу, чтобы вы выплатили нам выкуп в двадцать тысяч марок серебра, — медленно, четко и раздельно произнесла я. — И тогда мы обещаем уйти.

Карл Лысый усмехнулся и покачал головой.

— Это более двенадцати тысяч английских фунтов. Даже если я отдам вам всю королевскую казну и вскрою вообще все секретные хранилища франкской короны, я не наберу столько серебра...

Я видела, что этот человек не врет. Но при этом понимала: мне сейчас жизненно необходимо вырвать ядовитые зубы у этой змеи, чтобы она больше никогда не смогла кусать мою страну, натравливая на нас данов, вооружая их, и оплачивая услуги наемников...

— Хорошо, король Франкии, — кивнула я. — Я верю вам. Но и вы должны понимать, что один взмах моей руки — и ваш город еще до восхода солнца превратится в кучу пепла, после чего мы разделаемся со второй вашей армией так же, как уничтожили первую. Итак, слушайте мое последнее слово. Вы выплачиваете нам выкуп в семь тысяч английских фунтов, а также отдаете все свои корабли, которые ваши люди спрятали в притоках реки и замаскировали в прибрежных кустах при нашем приближении. И еще вы дадите мне свое королевское слово, что больше никогда не станете натравливать данов на Норвегию, помогать им деньгами, торговать с ними, и вести какие-либо дела.

Сонный взгляд короля стал жестким и пронзительным. Но я не отвела глаз, с усмешкой глядя, как Карл Лысый усилием воли пытается скрыть ярость, которая начала корежить его лицо...

Но он справился с собой. После чего спросил:

— Как ваше имя, истинная королева Норвегии?

Хотела я было поспорить с данной оценочной характеристикой, но уж больно мне спать хотелось... Потому я просто проговорила:

— Меня зовут Лагерта.

— Хорошо, храбрая и мудрая воительница, — кивнул Карл. — Вашему мужу очень повезло с женой, а Норвегии — с королевой. Я согласен на эти условия. Но мне будет нужна одна неделя. Я не держу такие деньги в Париже, и, чтобы собрать выкуп полностью, мне придется потрясти кошельки своих вассалов.

— Прекрасно, — кивнула я. — Эту неделю вы проведете у нас в гостях, отдавая необходимые распоряжения своим ближайшим соратникам, пока они не соберут необходимую сумму и не приведут корабли к этому берегу Сены.

— Я буду вашим заложником? — нахмурился Карл.

— Как можно? — улыбнулась я. — Я же сказала — гостем. И только. Неужто вы оскорбите меня отказом погостить в моем лагере после того, как мы обо всем договорились?

— Хорошо, — вздохнул король Франкии. — Сейчас мои люди уплывут назад и передадут мой приказ кому следует. Думаю, уже утром треть суммы будет у вас, а остальное они соберут в ближайшие дни. А теперь скажите, можете ли вы выделить мне отдельную палатку с периной и одеялом, и сделать так, чтобы меня никто не тревожил ближайшие пару дней? Надеюсь, за это время я смогу нормально выспаться.

— Конечно, — кивнула я.

А сама подумала, что и я не отказалась бы от такой волшебной палатки, где б меня хотя бы сорок восемь часов никто не беспокоил по поводу решения неотложных государственных вопросов.