Дорога охотника (СИ)

Глава 13

Путь на юг занял ещё неделю.

Лес здесь был густым, труднопроходимым, но относительно безопасным. Крупных хищников я не встречал, только мелочь. Еды хватало, воды — тоже. Шёл не торопясь, восстанавливая силы после болота. Охотился, собирал, делал запасы. И на очередном зайце невидимая полоска опыта наконец заполнилась. Даже две.

НАВЫК ПОВЫШЕН: СТРЕЛЬБА УР. 2 → УР. 3

ПОЛУЧЕНА СПОСОБНОСТЬ: УПРЕЖДЕНИЕ — вы инстинктивно предугадываете движение цели, повышая точность стрельбы по движущимся объектам.

И пускай теперь хоть кто-то усомнится, что я настоящий охотник. Застрелю нахер.

С учётом награды за болото выносливость уже достигла двадцати четырёх, так что выбор был очевиден. Ну и ещё одно очко в восприятие — просто потому что.

ХАРАКТЕРИСТИКА ВЫНОСЛИВОСТЬ ДОСТИГЛА ПОРОГОВОГО ЗНАЧЕНИЯ 28

ДОСТУПЕН ВЫБОР ТАЛАНТА

СЛЕДУЮЩИЙ ВЫБОР ТАЛАНТА БУДЕТ ДОСТУПЕН ПРИ ДОСТИЖЕНИИ ЗНАЧЕНИЯ 56

Двадцать восемь. Серьёзная цифра, красивая. Вдвое больше, чем для первого таланта в этой характеристике. Логично предположить, что и варианты будут посерьёзнее.

Не ошибся, кстати.

1. НЕУЯЗВИМЫЙ

Ваше тело достигает предела человеческой прочности и выходит за него. Вы способны выдержать удары, которые убили бы обычного человека, продолжать сражаться с ранами, от которых другие потеряли бы сознание. Болевой порог повышен вдвое. Шанс получить критическое ранение снижен. Вы можете игнорировать эффекты, вызывающие оглушение или потерю сознания.

2. АДАПТИВНЫЙ МЕТАБОЛИЗМ

Ваш организм адаптируется к любым условиям. Экстремальный холод или жара наносят меньше урона. Вы способны переваривать практически любую органику без вреда для здоровья. Потребность в еде и воде снижена вдвое. Яды и болезни действуют на вас в три раза слабее и выводятся из организма в пять раз быстрее.

3. ВТОРОЕ СЕРДЦЕ

В вашем теле формируется дополнительный орган, дублирующий функции сердца. Вы способны пережить ранения, которые для других смертельны. Потеря крови при ранениях замедлена вдвое. При критическом падении здоровья активируется аварийный режим, позволяющий действовать ещё 10 минут даже с несовместимыми с жизнью травмами. После активации аварийного режима требуется длительное восстановление.

4. НЕУТОМИМЫЙ

Усталость становится для вас чужим понятием. Вы способны бежать, сражаться или работать сутками без отдыха. Запас выносливости увеличен втрое. Восстановление сил происходит в два раза быстрее. Сон требуется только раз в три дня, при этом четырёх часов достаточно для полного восстановления.

Четыре варианта. Четыре способа стать ещё менее убиваемым — или более живучим, тут уж как посмотреть.

Я сидел на поваленном стволе, разглядывая системное окно, и пытался думать. Возможно, конечно, имей в интеллекте не шесть единиц, думалось бы лучше. Но думать все равно надо — от этого выбора зависело, как именно я буду не умирать в ближайшем будущем. Каждый вариант звучал круто. Каждый решал какую-то проблему. Вопрос — какую проблему я хочу решить больше всего?

Адаптивный метаболизм — штука полезная. Жрать всё подряд без последствий, меньше страдать от холода и жары, сопротивляться ядам. После той истории с болотом, где я чуть не сдох от голода и холода одновременно, это звучало привлекательно. Но… но это про выживание в спокойных условиях, когда непосредственная опасность миновала. Да и на случай заразы буквально недавно от достижения перепало.

Второе сердце — вот это серьёзно. Буквально запасная жизнь. Десять минут после смертельного ранения — это охренеть сколько. Можно добить врага, можно отползти, можно… да мало ли что можно за десять минут. Но формулировка настораживала. «После активации аварийного режима требуется длительное восстановление». Насколько длительное? День? Неделю? Месяц? Система, как обычно, не уточняла. А лежать беспомощным в лесу, полном тварей, которые хотят тебя сожрать, — так себе перспектива.

Неутомимый — тоже неплохо. Бегать сутками, спать раз в три дня, восстанавливаться вдвое быстрее. Для того, кто постоянно куда-то идёт, убегает или догоняет, — идеальный выбор. Но… у меня уже есть регенерация. И «Несокрушимый дух». И выносливость под тридцать единиц. Сколько ещё мне нужно выносливости, чтобы чувствовать себя в безопасности?

Остаётся Неуязвимый.

Я перечитал описание ещё раз, вдумчиво, по словам.

«Ваше тело достигает предела человеческой прочности и выходит за него».

Выходит за него. То есть — больше не человеческая прочность. Что-то сверх.

Мама, ты не понимаешь, я супермен.

«Вы способны выдержать удары, которые убили бы обычного человека».

Вспомнил болотного охотника. Его хвост, который едва не переломал мне рёбра. Когти, оставившие шрамы от плеча до локтя. Если бы тогда у меня был этот талант…

«Продолжать сражаться с ранами, от которых другие потеряли бы сознание».

Вспомнил сраных гоблинов. Копьё в бедре, кровь, хлещущую ручьём. Как я полз по оврагу, теряя сознание, едва не сдох в той каменной щели.

«Болевой порог повышен вдвое».

Очень даже кстати. Боль — это то, что замедляет, сбивает с толку, заставляет делать ошибки. Если я смогу её игнорировать — или хотя бы частично игнорировать…

«Шанс получить критическое ранение снижен».

Тоже неплохо. Хотя непонятно, как это работает — кости становятся крепче? Органы прячутся куда-то? Или просто Система решает, что вот этот удар почему-то не пробьёт печень?

«Вы можете игнорировать эффекты, вызывающие оглушение или потерю сознания».

Сколько раз я мог потерять сознание за последние недели? От боли, от потери крови, от удара по голове? Каждый раз это могло стоить жизни.

В общем, все в масть.

— Неуязвимый.

ВЫБОР ПОДТВЕРЖДЁН

ТАЛАНТ ПОЛУЧЕН: НЕУЯЗВИМЫЙ

Меня накрыло. Не побоюсь этого слова, жмыхнуло. Не боль, не дискомфорт — скорее… уплотнение? Укрепление? Как будто каждая клетка тела стала чуть плотнее, чуть крепче, чуть устойчивее. Кожа казалась той же на ощупь, но под ней словно появился дополнительный слой — невидимый, неосязаемый, но реальный.

Я сжал кулак. Обычное ощущение. Ударил по стволу дерева — не сильно, просто проверить. Костяшки не заболели. Вообще. Удар, который раньше оставил бы синяк, прошёл как… как ничего.

— Интересно, — пробормотал я, разглядывая руку.

Попробовал ещё раз — сильнее. Кора треснула, костяшки покраснели, но боль была… фоновой? Как будто я смотрел на неё со стороны, а не чувствовал напрямую.

— Очень интересно.

Проверять талант дальше не стал — не хватало ещё покалечиться ради эксперимента. Вместо этого обновил статус, полюбовался на новую строчку в списке талантов и начал собираться.

День только начинался, погода хорошая, а мне ещё предстояло решить, что делать дальше. Оставаться в этом райском лесу было соблазнительно — еда, вода, относительная безопасность. Но что-то подсказывало, что вечно прятаться не получится. Рано или поздно придётся выходить к людям, искать цивилизацию, налаживать контакты с этим миром по-настоящему.

А для начала — вернуться к тем руинам. Посмотреть внимательнее, обустроить нормальный лагерь. Каменные стены — это вам не шалаш из веток, даже если крыша провалилась.

Я закинул сумку на плечо и двинулся в путь, по пути изучая, что ж я теперь из себя представляю.

Статус

ИМЯ:???

УРОВЕНЬ: 9

КЛАСС: ОХОТНИК

ХАРАКТЕРИСТИКИ

Сила: 14

Ловкость: 15

Выносливость: 28

Интеллект: 6

Мудрость: 6

Восприятие: 17

Доступно очков характеристик: 0

НАВЫКИ

Выживание: ур. 9

(способности: идентификация флоры, идентификация фауны)

Поиск следа: ур. 4

(способности: чтение следа)

Скрытность: ур. 4

(способности: камуфляж)

Ближний бой: ур. 5

(способности: чувство расстояния)

Ремесло: ур. 6

(способности: оценка материалов, понимание)

Установка ловушек: ур. 5

(способности: маскировка)

Стрельба: ур. 3

(способности: упреждение)

ТАЛАНТЫ

Охотничий инстинкт

Регенерация

Молниеносные рефлексы

Несокрушимый дух

Неуязвимый

ОСОБЫЕ СПОСОБНОСТИ

Болотная стойкость

ДОСТИЖЕНИЯ

ЕЩЁ ЖИВ? НИЧЕГО СЕБЕ!

ПЕРВАЯ КРОВЬ

ГУРМАН ПОНЕВОЛЕ

СОБИРАТЕЛЬ

ДОМОСЕД

КУСТАРЬ-САМОУЧКА

ТРАППЕР

КРЫСОЛОВ

УБИЙЦА ЧУДОВИЩ

ПАРТИЗАН

УБИЙЦА РАЗУМНЫХ

ОХОТНИК НА ОХОТНИКОВ

СКВОЗЬ ТРЯСИНУ

Руины нашёл без проблем — «Поиск следа» уверенно вёл по собственным следам двухдневной давности. Старые камни выглядели так же — заросшие мхом, увитые плющом, тихие и заброшенные. Охотничий инстинкт по-прежнему молчал. Никакой живности внутри, никакой опасности снаружи. Идеальное место для лагеря.

Обошёл периметр, оценивая фронт работ. Стены были крепкими — толстая кладка из серого камня, местами выщербленная, но в целом держалась. Две стены стояли почти целыми, третья частично обрушилась, четвёртой не было вообще — только фундамент, заросший травой. Крыша… крыша была проблемой. Точнее, её отсутствие. Несколько балок ещё держались, но большая часть провалилась внутрь, образовав кучу гнилого дерева и обломков.

— Ладно, — сказал я, скидывая сумку. — Работы много, но справимся.

Первым делом — расчистка. Вытащил наружу всё, что можно было вытащить: гнилые доски, обломки камня, кучи листьев и мусора. Работа была муторной, но медитативной — руки делали своё дело, а голова думала о своём.

О том, как я здесь оказался. О квартире, которую, наверное, уже сдали кому-то другому. О работе, где меня, наверное, уже уволили за прогулы. О… Память услужливо выдавала пустоту. Всё, что было до пробуждения в лесу, — размытые обрывки, ощущения без деталей. Я помнил, что работал. Помнил усталость. Помнил кофе и экран компьютера.

А потом — ничего.

— Да и хер с ним, — решил я, выбрасывая очередную охапку гнилья. — Что было, то было. Сейчас важнее, что будет.

К полудню внутренность руин была более-менее расчищена. Открылся каменный пол — потрескавшийся, но ровный. В одном углу обнаружился очаг — настоящий, выложенный из камня, с дымоходом, уходящим в стену. Засорённый, конечно, но если прочистить…

— О, это мы удачно зашли,

Прочистка дымохода заняла ещё час. И это опять не то, что вы подумали. Пришлось лезть на стену, ковырять палкой, дышать вековой сажей и материться сквозь зубы. Но результат того стоил — когда я развёл пробный огонь, дым послушно ушёл вверх, а не заполнил всё помещение.

Дальше — крыша. Точнее, её временная замена.

Нарубил жердей из молодых деревьев, благо топор Торвина рубил отлично. Хорошо, что он помер и не видит столь варварского обращения с оружием. Уложил их на оставшиеся балки, сверху накидал веток, потом слой коры, потом ещё слой веток. Не герметично, конечно, но от дождя защитит. На первое время сойдёт.

НАВЫК ПОВЫШЕН: РЕМЕСЛО УР. 7 → УР. 8

Солнце уже клонилось к закату, когда я закончил с базовым обустройством. Лагерь — нет, уже не лагерь, а дом — выглядел почти уютно. Каменные стены, импровизированная крыша, очаг с живым огнём. В углу — лежанка из сухих листьев и веток, в качестве пледа — всё тот же плащ из шкур. Рядом — мои немногочисленные пожитки.

Сел у огня, достал остатки вяленого мяса. Жевал, смотрел на пляшущие языки пламени и думал о том, что завтра надо будет проверить окрестности. Расставить ловушки, найти источник воды поближе, изучить территорию. Охотничий инстинкт привычно сканировал окрестности. Мелочь шуршала в кустах, где-то далеко выла какая-то тварь, но ничего опасного. Обычная ночь в лесу.

Я уже почти задремал, когда вдруг дёрнулся, даже не сразу поняв, из-за чего. Что-то приближалось. Крупное. Опасное. И плохо ощутимое, почти незаметное. Как будто это существо обладало навыком, схожим с моей скрытностью. Почему бы и нет, глупо было бы полагать себя исключительным… но, конечно, приятно.

Планы поспать, соответственно, накрылись медной пиздой — поскольку желания проснуться в желудке неизвестного, но явно хищного зверя, не было. Соваться в ночной лес тоже было так себе затеей, так что всю ночь просидел, держа рядом лук и копьё, прислушиваясь к каждому шороху.

А утром таки решил идти выяснять, кого заинтересовала моя скромная персона.

Что-то было впереди. Что-то… непонятное. Замедлил шаг, двинулся осторожнее. Активировал скрытность, слился с тенями деревьев. Впереди, метрах в пятидесяти, что-то белело между стволами.

Кости.

Много костей. Разбросанные по поляне, наполовину скрытые травой. Черепа, рёбра, позвонки… Некоторые маленькие — от зайцев или чего-то подобного. Другие побольше — размером с оленя. А в центре… В центре лежал скелет чего-то огромного. Метра три в длину, с массивными лапами и вытянутым черепом. Хищник. Очень крупный хищник.

Но и он был мёртв. Давно мёртв — кости побелели от времени, частично заросли мхом.

Чьё-то логово.

Охотничий инстинкт молчал. Никаких живых существ поблизости. Но это не означало, что здесь безопасно. Я осторожно обошёл поляну по периметру, не выходя из тени деревьев. Искал следы — свежие следы. И нашёл.

Отпечатки лап в мягкой земле у ручья. Большие, с когтями. Кошачьи. Свежие. Может, день, может, два.

— Ну вот и хищник, — пробормотал я. — Здравствуй, котик, хер тебе в ротик.

Присмотрелся, анализируя отпечатки «поиском следа». Четыре лапы, вес примерно… хрен его знает сколько, но много. Двигался уверенно, не торопясь. Хозяин территории. Вершина пищевой цепочки.

Я проследил следы на несколько сотен метров. Они вели в глубь леса, туда, где деревья росли ещё гуще, а желание лезть туда отсутствовало полностью.

Умная и адекватная часть мозга говорила: «Вернись, долбоеб! Не лезь. Найди другое место для охоты». Но была и другая часть. Та, которая за последние недели научилась убивать и выживать. Та, которая понимала: рано или поздно этот «котик» придёт ко мне. На мою территорию. В мои руины. И лучше встретить его на моих условиях, чем на его.

Развернулся и двинулся обратно к лагерю. Нужно было подготовиться.

Следующие три дня я потратил на подготовку.

Первым делом — ловушки. Установил их по периметру руин, на тропах, которые вели к моему лагерю. Ямы с кольями. Растяжки с гарпунами. Петли из сухожилий, способные затянуться на лапе — не сломать, так отвлечь, задержать.

Навык установки ловушек был уже пятого уровня, а с пассивкой «Маскировка» мои творения были практически невидимы — даже я сам едва мог их различить, зная, где они находятся.

Потом — оружие. Наточил наконечники стрел до бритвенной остроты… ну ладно, хоть до какой-то остроты. Проверил тетиву на луке, и запасную тоже. И ещё одну. Сделал примитивное копьё из сломанной ветки — на случай, если первое и запасное сломаются.

И ждал.

Кошка появилась на четвёртую ночь.

Я не спал. Сидел у потухшего костра, притворяясь спящим — не уверен, что поможет, но попробовать стоило, главное действительно не задремать. Охотничий инстинкт предупредил за минуту до того, как я услышал первый звук. Что-то большое двигалось в темноте. Осторожно, почти бесшумно. Ночной гость явно умел подкрадываться к добыче.

Медленно, очень медленно потянулся к луку. Пальцы сомкнулись на рукояти. Стрела легла на тетиву.

Тень отделилась от деревьев у входа в руины. Большая. Очень большая. Даже в темноте я видел силуэт — приземистый, мускулистый, с длинным хвостом. Кошка. Огромная кошка, размером с пантеру, а может, и больше.

Она стояла на границе руин, принюхиваясь. Глаза блеснули в лунном свете — жёлтые, с вертикальными зрачками.

СУМЕРЕЧНЫЙ ОХОТНИК

Уровень:???

Крупный одиночный хищник. Охотится преимущественно ночью, используя исключительное ночное зрение и бесшумное передвижение. Чрезвычайно территориален.

ВНИМАНИЕ: уровень угрозы превышает ваши текущие возможности. Рекомендуется избегать контакта.

Ну охренеть теперь. Спасибо, система, очень полезная информация. Особенно та часть про «избегать контакта». Сейчас вот просто встану и пойду.

Сумеречный охотник сделал шаг вперёд. Потом ещё один. Он двигался медленно, уверенно — знал, что жертва никуда не денется.

Я поднял лук.

— Эй, кисонька, — сказал негромко. — Иди ко мне, моя сладкая.

Тварь замерла. Уши прижались к голове, губы задрались, обнажая клыки размером с мой указательный палец. Рык был низким, утробным — от него вибрировала земля под ногами, не говоря уже о моих кишках. Не обосрался я только потому, что оказался очень предусмотрительным.

Выстрел.

Стрела ударила охотника в плечо. Целился в глаз, но он дёрнулся в последний момент, и я чуть промазал. Но попал хоть куда-то — уже неплохо. Кошка взревела — уже не внушающий рык, а скорее рёв боли и ярости. И бросилась на меня.

Я откатился в сторону за долю секунды до того, как когти разорвали воздух там, где была моя голова. Молниеносные рефлексы сработали безупречно — тело двигалось быстрее, чем я успевал думать. Копьё оказалось в руках. Ткнул им вслепую, целясь в приближающуюся массу. Наконечник скрежетнул по чему-то твёрдому — кость? — и сломался.

Удар.

Лапа врезалась мне в грудь, отбросив к стене. Кольчуга приняла на себя основной удар когтей, но всё равно я почувствовал, как рёбра хрустнули. Боль была… терпимой. «Несокрушимый» работал — то, что должно было сломать меня пополам, оставило только глубокие синяки и пару трещин.

Ещё удар лапой. Спина с каким-то щелчком ударилась о камень. В глазах потемнело на секунду, но я удержался в сознании. А охотник уже разворачивался для следующей атаки. Стрела всё ещё торчала из его плеча, но он, казалось, её не замечал.

Я подхватил второе копьё обеими руками и встретил его. Пантера налетела на остриё всей своей массой. Наконечник вошёл сантиметров на двадцать — я почувствовал, как он пробивает шкуру, мышцы, погружается во внутренности. Охотник взвыл, дёрнулся, и древко вырвало из моих рук. Но он был ранен. Серьёзно ранен. Кровь хлестала из раны в боку, заливая камни.

Осталась одна деревяшка. Сомнительное оружие против такой туши — но другого не было.

Охотник отступил на шаг, пошатнулся. Копьё торчало у него из бока, стрела — из плеча. Глаза горели яростью и болью. А потом он снова атаковал. Быстрый, почти незаметный бросок, снова удар лапой. Я попытался уклониться, но не успел. Когти распороли куртку, кольчугу под ней, добрались до кожи. Три параллельные линии огня прочертились по рёбрам слева.

— Ааа, сука! — заорал я, отшатываясь. — Ты чё творишь⁈

Боль. Невероятная боль, пробившаяся даже через «Несокрушимого». Кровь потекла по боку, горячая и липкая. Охотник тоже отступил. Он тяжело дышал, бок был залит кровью. Мы оба были ранены. Вопрос был в том, кто рухнет первым. Если кот — то регенерация меня вытащит. Если я… ну, то, что зверюга скорее всего сдохнет от ран, послужит мне большим утешением на том свете.

В голове было удивительно ясно. Никакой паники, никакого страха — только холодный расчёт. «Несокрушимый дух»? Может быть. Или просто адреналин.

Прикинул ситуацию. У меня — палка, раны и отмороженность… уже немало. У него — копьё в боку, стрела в плече и, возможно, повреждённые внутренние органы. Он всё ещё сильнее, быстрее, опаснее. Но он ранен. И истекает кровью, похоже, быстрее, чем я.

Нужно было просто продержаться.

Я начал отступать, медленно двигаясь вдоль стены. Охотник следовал за мной, но уже не атаковал. Он тоже понимал, что силы не безграничны. Шаг. Ещё шаг. Я вёл его к выходу из руин. Туда, где ждали мои ловушки.

Тварь вдруг остановилась. Принюхалась. Что-то почуяла?

— Давай, кисонька, — прошептал я. — Ещё немного…