Двадцать невымышленных историй

Василий Иванович Глотов
Стражи общественного порядка

В городском штабе народных дружин людно и шумно. На семь часов вечера сюда собрались люди разных возрастов и занятий: безусые представители заводской молодёжи, внимательные и тактичные студенты, плечистые строители и загорелые спортсмены. Одни из них получают красные повязки и, закрепив их на рукавах пиджаков, направляются в парки и рабочие клубы города, другие только что вернулись с задания. А третьи терпеливо уговаривают двух пьяных горожан, пытаясь усадить их на стулья.

В правом углу комнаты, у окна, сидит паренёк лет пятнадцати, взъерошенный, с расстёгнутым воротником рубашки. Он молчит, низко склонив голову. В шесть часов вечера этот мелкий воришка снял часы с руки какой-то женщины и пытался спрятаться в толпе, но попал в штаб дружины.

Рядом с ним на стареньком стуле расселась уже не первой молодости блондинка. Её хитрые глаза бегают по комнате. Это – спекулянтка. Она возмущается, что её задержали. «Кому, собственно, запрещается получать с Кавказа посылки и продавать лавровые листья? Разве большая беда, если человек достал и перепродал несколько десятков брикетов дрожжей? Попробовали бы эти молокососы постоять на базаре восемь часов! Нет, надо этих дружинников завтра же призвать к порядку. Кто-кто, а уж она пойдёт к прокурору...»

– Скоро ли я буду свободна? – въедливо спрашивает она дежурного.

– А мы же вас не задерживали, – спокойно ответил тот. – Вот подойдёт очередь, составим акт, и потом можете идти, куда вам хочется.

– Это что за акт такой? – округлила спекулянтка тонкие розовые губы. – Что я, преступница?

– Не прикидывайтесь наивной тёткой, не поможет! Мы вас несколько раз замечали на базаре и предупреждали. Вы же продолжаете спекулировать. Теперь мы вынуждены составить акт. Ведь доказана незаконная продажа лавровых листьев и дрожжей. Пусть разговаривают с вами в суде.

Когда акт был составлен, дежурный сказал:

– Теперь можете идти. Документы получите завтра.

Работа у дружинников довольно хлопотная. Тем не менее никто их не обязывал выполнять её. Они сами добровольно и совершенно бескорыстно стали в ряды смелых молодых бойцов, которые ведут непримиримую борьбу с нарушителями общественного порядка. У них нет ещё достаточного опыта, но зато есть большое и глубокое желание – обеспечивать чистоту и спокойствие родного города.

...В штаб входит хорошо одетая женщина с заплаканными красными глазами. Губы её дрожат, она долго не может ничего сказать. Потом садится на стул и рыдает горько, безутешно.

Дружинники забеспокоились. Они окружили женщину, начинают успокаивать.

– Что с вами? – спрашивает ее дежурный.

– Помогите мне, дорогие друзья!

– Поможем. Но в чём и чем?

– Дочь я потеряла, – всхлипывая, говорит женщина, – Ещё днём потеряла. Помогите найти мою крошку.

И она снова зарыдала.

После нескольких вопросов дружинники поняли, наконец, в чём дело. Оказалось, что во второй половине дня эта женщина взяла с собой дочь и пошла на базар покупать продукты. Чтобы дочку не толкали люди, она оставила её у ворот базара, приказав ей ждать, пока вернётся. Девочка согласилась, но, когда мать вышла с базара, дочери у ворот уже не было. Первые поиски не дали никаких результатов. Тогда убитая горем мать обратилась за помощью в городской штаб дружинников.

– Найдём! – заверил женщину дежурный – Сейчас я позвоню на все наши участки и сообщу дружинникам. Какого возраста девочка? Как она одета?

Женщина подробно рассказала.

– Ну, а теперь успокойтесь и идите домой, – посоветовал ей дежурный, – Если девочка не пришла, зайдите к нам в 10 часов.

Женщина облегчённо вздохнула. Не успела она исчезнуть за дверью, как в штаб позвонили. Дежурный взял телефонную трубку. Вызвали начальника городского штаба народных дружин. Не говоря больше ни слова, дежурный передал трубку юноше в форме курсанта милицейского училища.

– Да, я слушаю, – говорил в трубку Харченко, – Что-что? Говорите: тяжело ранили дружинника? Кто? Хулиган? Ясно, значит, рабочие задержали его. Сейчас посылаю людей на помощь. Пострадавшего немедленно везите в больницу, а хулигана – сюда, в штаб.

Положив трубку, он поднялся.

– Товарищи, – обратился он к двум дружинникам, – в клубе трамвайщиков ранен наш работник. Берите дежурную машину и езжайте на место происшествия. Я буду в штабе. Если нужно – звоните.

Через минуту автомашина отправилась от штаба.

Городской штаб народных дружин работает уже почти год. Много сделано за это время хорошего и нужного. Возглавляет штаб бывший воин Советской Армии Григорий Филимонович Харченко. Это спокойный и решительный человек, во всех случаях справедливый и вдумчивый.

Жизнь не баловала молодого коммуниста. Отец его погиб на фронте, и Григорию с ранних лет пришлось помогать матери в работе.

После демобилизации из рядов воинов-артиллеристов он окончил среднюю вечернюю школу рабочей молодёжи. Честный и трудолюбивый, он с малых лет воспитал в себе ненависть к тунеядцам, хулиганам, пьяницам и спекулянтам. Работая в городе от рассвета до вечера, Харченко скоро понял, что ненавидеть уродов общества мало, с ними надо бороться. И он, не задумываясь, поступил во Львовскую милицейскую школу на юридическое отделение.

Совмещая обучение в школе с работой в штабе дружин, Григорий Харченко воспитывает молодых добровольцев-дружинников смелыми, мужественными и справедливыми. Основное оружие у дружинников – это убеждение и перевоспитание. Поэтому Григорий требует от своих товарищей по работе быть всегда и везде вежливыми и тактичными, не унижать никогда человеческого достоинства, в отношении нарушителей общественного порядка действовать дружно и решительно. Сам Харченко в этом подаёт пример.

Не так давно в штаб отряда дружинников позвонил гражданин П. Он сообщил, что в городском Парке культуры и отдыха четверо пьяных хулиганов бесчинствуют, мешают львовянам отдыхать.

– Немедленно едем! – ответил гражданину Харченко.

Через пятнадцать минут они уже были в парке. Хулиганы тем временем перешли в летний ресторан. Там они вели себя вызывающе: брызгались пивом, оскорбляли официанток, плевали на стол, ругались, пели похабные песни.

Харченко с двумя дружинниками подошёл к ним и заметил, что ведут себя они неприлично. Хулиганы вызверились. Один из них вытащил из кармана кистень и сказал нагло:

– Исчезни отсюда!

Но Харченко не из пугливых. Он показал им документ и попросил хулиганов пройти с ним в ближайшее отделение милиции. Хулиганы вскочили с мест.

– А–а–а, так! – захрипел здоровяк, наступая на Харченко, – Я плевал на тебя и на твою милицию! – и он схватил Харченко за горло.

Присутствующие в ресторане люди поняли, в чём дело, и помогли дружинникам скрутить хулиганов и привести их в милицию. Там дежурный проверил их документы. Это были два брата Меновщиковы, Ситников и Федоришин. Двое из них уже судились за хулиганство.

Достав из шкафа какие-то бумаги и прочитав их, дежурный сказал дружинникам:

– Вы сделали большое дело, товарищи. Этих молодчиков мы давно уже ищем. Они не только хулиганы, но и воры; более десятка часов сняли с граждан города. Спасибо вам за помощь. До свидания!

Через два дня штабу сообщили, что задержанные дружинниками хулиганы и воры переданы в народный суд. Вина их уже доказана. Да и сами они признались в грабежах. Харченко крепко пожал руку своему напарнику – студенту Владимиру Котлярову, и, облегченно вздохнув, сказал:

– Выходит, ещё четыре болячки общества обезврежены...

Студент Владимир Котляров – один из самых активных и смелых членов комсомольского отряда дружинников. Как и Харченко, он давно уже всей душой ненавидит тунеядцев и хулиганов. Молодой и сильный, дружинник Котляров действует всегда решительно и мужественно. Нарушители общественного порядка боятся его, а честные граждане, наоборот, уважают Владимира, часто обращаются к нему за помощью и защитой.

Никакие угрозы хулиганов не пугали и не пугают комсомольца Котлярова. Он понимает, что хулиганов в городе – капля в море, а честных людей – тысячи. Они повсюду – на фабриках и заводах, в учреждениях и высших учебных заведениях. их можно всегда встретить на улицах города и в парках. Не отворачиваются они от него, а помогают в благородной борьбе с нарушителями общественного порядка. Нет, не ему, а хулиганам надо бояться.

И всё же однажды он пал духом. Только не угрозы побороли его пылкую, ранимую душу, а слёзы матери. Не мог понять Владимир, почему мать так убивается и уговаривает его оставить работу в дружине. Неужели это неприлично? Тогда почему друзья детства относятся к нему, как и прежде, доверительно и сердечно. Может, соседи что-нибудь сказали ей? Но нет, соседи с тех пор, как он записался в дружину, стали относиться к нему с ещё большим уважением. Не раз спрашивал он мать о причине её слез, но она молчала. В чем же дело?

Причина выяснилась позже. Вот как это было.

Работая в дружине, комсомолец Котляров много раз замечал, что хорошо одетый черноволосый парень от имени вымышленного коллектива пачками покупает билеты в кассе кинотеатра и потом через мальчишек распродаёт их. Что это за человек? Наконец Котляров решил предупредить парня, чтобы не нарушал советских законов. Тот спокойно выслушал Владимира и потом дерзко сказал:

– А не ушёл бы ты, юноша, отсюда? Хочешь достать нож в бок? И не подумай заявить об этом в милицию. Я тебя разыщу тогда и под землёй. Катись, пока цел!

Котляров рассказал об этом Харченко и другим дружинникам. На второй день спекулянта задержали. Личность его оказалась загадочной, биография грязной. Через некоторое время он уже сидел на скамье подсудимых. Котляров выступал тогда, как свидетель. На суде сказал, кто он такой, где живёт.

Подсудимый запомнил адрес Котлярова. Отсидев пятнадцать суток и уплатив штраф, он решил отомстить комсомольцу. Поздним вечером, когда Владимир возвращался домой из штаба дружины, подстерёг его возле дома.

– Значит, встретились! – зло прохрипел он, показывая Котлярову финку, – Теперь слушай и мотай себе на ус: если ты не оставишь работу в дружине, я порешу тебя. Силы у меня хватит. Так вот выбирай: или будешь спокойно жить, или завтра тебя вынесут на кладбище, чтобы ты не совал свой нос, куда не следует. Слышал?

И он со всей силы толкнул Котлярова.

Молодой дружинник не мог заснуть до утра, его мучили обида и стыд. Но что он мог сделать, когда хулиган был сильнее его и вооружён финкой? Он и в самом деле воткнет её под сердце. Нет, матери не надо говорить об этом. Зачем?

На следующий день он снова вышел на работу в дружину.

Хулиган проверил стойкость комсомольца и решил сделать другой манёвр. Через два дня после встречи и разговора с Котляровым он в шесть часов вечера пошёл на его квартиру. Мать Владимира настороженно встретила незнакомца. А тот развязно сел на стул и начал отборными словами позорить сына в глазах матери. Больная женщина с замиранием сердца слушала. Наконец гость поднялся и с порога пригрозил:

– Не оторвёте сына от той дружины – похороните!

С того дня и начались слёзы. Долго думал Владимир и решил уступить перед просьбами матери временно не появляться на работе в комсомольскую дружину. «Успокоится, тогда пойду», – думал он. Но не так обернулось дело. На второй же день дружинники во главе со своим командиром пришли на квартиру Котлярова.

– Ты что, заболел? – спросил его Харченко.

– Нет, – прямо ответил комсомолец.

– Так в чём же дело? Мы ждали тебя вчера, а ты не пришёл.

Котляров склонил голову, не мог сразу найти слов для ответа. Стыд пёк ему лицо. Никогда он не чувствовал себя так плохо, как в эту минуту. Видя, как сын переживает и краснеет, мать всем сердцем поняла его смущение. Она тяжело вздохнула и рассказала, что именно заставляло её сдерживать сына, чтобы тот не ходил в комсомольскую дружину.

Хулигана в тот же день арестовали органы милиции, а Котляров снова надел на рукав пиджака красную повязку дружинника.

Позже Владимиру за активную работу в штабе отряда выдали туристскую путёвку.

Котляров с группой других туристов выехал на юг нашей Родины.

Штаб народных дружин города в десять часов заполнили люди. Теперь уже некоторые дела прояснились. Была разыскана и вручена матери девочка, которая убежала от ворот базара и потом забыла свой адрес. Привезли в штаб хулигана, ранившего дружинника.

Это был стройный и сильный юноша, дерзкий и легкомысленный. Пустоцвет, типичный тунеядец с бандитскими повадками. Моральное падение его началось давно. Воспитанный «маменькиным сынком», он бездельничал, увлекался заграничными танцами, искал острых ощущений.

Зная всё это, дружинник К., человек с опытом, решил пригласить юношу в штаб и откровенно поговорить с ним. На конкретных фактах он показал ему никчёмность и отвратительность его гулящей жизни, советовал ему устроиться на работу, возобновить учёбу в вечерней школе.

Но дружеский совет не доходил до чёрствого сердца молодого паразита. Огрызаясь, он отвечал:

– Вы меня не учите! Я сам знаю, что мне делать.

– Тогда почему же не делаете? – спросил его дружинник, – Вы мешаете порядочным людям идти к заветной цели. Труд украшает человека, украсил бы он и вас. Посмотрите: вы сильный и красивый парень...

– Я не нуждаюсь в ваших оценках! – грубо отвечал пустоцвет.

– Вы скатываетесь в яму, и мне жаль вас, – терпеливо разъяснял ему дружинник, не повышая голоса.

– Замолчи! – вдруг воскликнул хулиган и, схватив со стола графин с водой, ударил им дружинника по голове.

Кровь залила лицо дружинника. Хулиган хотел ещё раз ударить, но дружинники скрутили ему руки...

Теперь он стоял перед столом командира комсомольского отряда дружинников и смотрел в угол. Он охотно попросил бы прощения за свой хулиганский поступок, но было поздно.

– Теперь я не могу вам помочь, – сказал ему Харченко, – придётся отвечать перед народным судом. Вы совершили большое преступление и имейте мужество ответить за него.

Пустоцвета повели в милицию.

В одиннадцать часов вечера в штаб пришёл средних лет мужчина в дорогом костюме, в лакированных туфлях. Это был техник одного из заводов города. Увидев его, Харченко спросил:

– Вы ко мне?

– Пришёл попросить прощения, – смущаясь, ответил гость, – Вчера я перебрал и, кажется, наделал беспорядка.

– Да, вы оскорбили одного нашего дружинника, поломали стул и грязно ругались.

– Перебрал, перебрал, – шептал мужчина в дорогом костюме, краснея до ушей... – На именинах своего друга побывал...

– А почему же вы оказались на тротуаре возле винного магазина?

– Вот этого я не помню, – удивлялся техник. – Это, конечно, неприлично. Люди проходили, видели...

– Да, очень некрасиво, – согласился Харченко, – но не нам вас учить. Вы же отцом могли бы нам быть. Сегодня на наш запрос завод дал о вас положительную характеристику. Вы честный работник, трудолюбивый и дисциплинированный, в коллективе вас уважают. Как же вы могли допустить, чтобы на вас смотрели прохожие, когда вы лежали под стеной винного магазина? Знают ли об этом ваши друзья?

– Пока нет. Простите меня, ребята, больше этого не будет. Мне стыдно и перед вами, и перед рабочими завода...

Харченко отдал ему документы.

– Ладно! Пока ограничимся разговором.

Большое дело делает комсомольский отряд дружинников. Эти честные молодые люди научились укрощать хулиганов, обезвреживать мелких воров, отбивать охоту к лёгкой наживе у спекулянтов, пресекать пьяные дебоши. Но не только это. Дружинники проводят большую воспитательную и разъяснительную работу: выпускают сатирическую газету, раскрывают перед гражданами содержание советских законов, популяризируют биографии лучших людей нашей страны.

Начальник штаба дружинников с большой любовью рассказывает о честности, трудолюбии своих товарищей. Г. Ф. Харченко называет имена дружинников: слесаря Виталия Соляника, санитара Бориса Лопушанского, старшеклассника Степана Гостинецкого и многих других. Он гордится ими.

– Милые ребята. А сколько таких! Эти люди вполне бескорыстно работают в дружинах. Им хочется видеть свой город чистым, спокойным, весёлым. Разве это не благородное желание?