Эпоха Титана 5

Глава 5

Артефакт пульсировал в кармане. Зелёный шарик размером с грецкий орех, тёплый. Энергия текла в тело постоянно, тонкой струйкой, заполняла каналы, разливалась по мышцам.

Окаменение отступило. Серость на коже исчезла почти полностью, прожилки каменных каналов стали тоньше, менее заметными. Боль притупилась до лёгкого покалывания.

Я наблюдал за эффектом последнее время. Артефакт справлялся, замедлял процесс, даже отбрасывал его назад на миллиметр-два. Но с каждым часом его энергия слабела. Пульсация становилась реже, тусклее, свечение гасло.

Ресурс истощается. Наследие рода Кольцовых, что насыщали магией исцеления десятилетиями, подходит к концу. Ещё несколько дней, может парочку, потом артефакт превратится в обычный камень.

Ольга выполнила свою функцию, дала мне время. Теперь очередь Ирины. Было ещё одно ощущение, которое я не отгонял. Как только эффект артефакта полностью растворится, то окаменение продолжится с куда большим эффектом.

Интуиция, здравый смысл и логика — всё говорило об этом. Я сдерживаю поток, через «дамбу-артефакт» и скоро её прорвёт. Дыхание немного сбилось, руки начали потеть и трястись. Человеческая часть кричала об опасности, но я заставлял себе думать и действовать спокойно.

Паника — яд, которым любят упиваться муравьи… Когда они не уверены в себе или своём будущем. Сжал кулак и выдохнул. Я решу эту проблему, как и все остальные.

После слов Быкова, уже шёл по дорожке особняка к воротам. Как я могу не встретить «гостя», что очень хочет меня видеть. Мужчина, жаль, что не женщина, хотя плевать. Посмотрел на него: утро, солнце поднималось над деревьями, свет пробивался сквозь листву, ложился на мрамор пятнами. Тихо, только птицы щебетали в ветвях.

Удивительно как люди могут себе внушить, что такое спокойствие может продлиться вечно, особенно после их истории. Гиганты уже на этом острове, уже прорываются через аномалии. А такие идиоты как принц, чуть не впустили сюда то, с чем бы они точно не справились.

Охранники у ворот замерли, увидев меня. Молодой отвернулся, уставился в блокнот. Ветеран встретил взгляд, кивнул коротко. Открыл калитку без слов.

За воротами стоял человек спиной ко мне и смотрел на улицу. Среднего роста, худощавый, в сером костюме. Волосы светлые, коротко стрижены.

Я остановился в трёх шагах, он обернулся. Я даже сначала не поверил. Да это же… Рязанов Коля. Лицо светлое, живое, кожа здоровая, без следов ожогов. Глаза ясные, блестят. Губы растянуты в улыбке — широкой, искренней.

Держится прямо, плечи расправлены, подбородок вперёд. Уверенность в каждом движении, в каждом жесте.

Правая рука — протез. От плеча до кончиков пальцев. Металл тёмный, матовый, с гравировкой рун по всей поверхности. Механизм сложный: шестерёнки, пружины, маленькие кристаллы встроены в суставы. Магически-механический, дорогой. Пальцы двигались плавно, естественно, будто живые.

— Приветствую! — произнёс Коля громко и помахал своей новой рукой для демонстрации.

Перевёл взгляд на конечность и оценил ей опасность для меня — минимальная. В случае чего смогу оторвать быстро и потом ей же и забить его.

Парень поклонился мне, не сводя с меня глаз. Я кивнул молча, посмотрел на него внимательнее. Последний раз видел его в десятом корпусе, когда отправлял его к Чешуе: искалеченного, обожжённого, без руки, лицо изуродовано, кожа красная от ожогов, глаза мёртвые, пустые.

Сейчас передо мной стоял другой человек — целый, здоровый, счастливый.

— Спасибо тебе! — ещё раз в пояс поклонился Коля. — Ты меня спас! Дал шанс на новую жизнь! Век не забуду!

— Ты что тут делаешь? — перебил его. — Пришёл проверить, как я устроился?

Напрягся, выпустил силу Титана — тонкую струйку, направил в мышцы ног, рук, спины. Реакция обострилась мгновенно, скорость выросла. Готов убить за секунду, если что-то не так.

Коля здесь не случайно. Откуда-то знает адрес особняка Быкова. Знает, что я здесь. Кто послал? Медведевы? Змеевы? Военные? СКА?

Рязанов улыбнулся шире, не заметил моего напряжения или заметил, но не понял.

— Ты меня не рад видеть? — выдал он буднично, будто этот муравей что-то для меня значит.

— Отвечай, — хрустнул шеей.

— Есть сила, а есть власть, могущество всегда с нами, — произнёс он торжественно.

Я посмотрел на него как на идиота.

— Что за ересь? — спросил я.

Коля растерялся, улыбка исчезла, лицо вытянулось. Он моргнул несколько раз, открыл рот, закрыл.

— Но… — начал он неуверенно. — Мне сказали…

Память щёлкнула. Чешуя, последняя встреча на пустыре. Он давал мне шифр, кодовую фразу для опознания агента СКА в столице.

«Запомни фразу: 'Есть сила, а есть власть, могущество всегда с нами". Это шифр. Его должен произнести наш человек, только после этого можешь ему доверять. Если не услышал — убивай».

Убрал силу Титана, расслабил мышцы. Коля — агент СКА, если точнее, то посланник Чешуи или генерала Бойко. Весьма неожиданный выбор, смею заметить. Взяли искалеченного сопляка и тут же пустили в оборот. Почему? Потому что мы знакомы? Из-за того, что я ему помог?

Кивнул ему.

— Мы можем отойти и поговорить? — спросил Коля осторожно.

Я кивнул снова. Мы двинулись по улице. Коля шёл рядом, не пытался болтать, не задавал вопросов. Ждал.

А я думал. Значит СКА продолжила участвовать во всей это делёжки власти. Сначала была мысль послать его куда подальше, но… Посмотрю, что от меня хотят.

Мысли плавно перетекли к насущным планам и задачам. Окаменение — главная проблема, артефакт слабеет. Ирина и её лекарь… Вот только теперь я готов. Уверен, что приди я раньше, меня бы попытались либо схватить. Пока я ослаблен, либо условия сделки — мне бы не понравились. Теперь всё иначе, у меня есть запас на несколько дней.

Что там у нас ещё? Медведевы и военные. Вчера отпустил одного мага-Воронова живым. Он донесёт о сержанте Кзоте, военном, который убил пятерых магов голыми руками. И снова Ирина окажется мне полезна, она как раз работает с военными.

Использую Вику, намекну Ирине о девочке, что выздоровела после паралича чудесным образом, что ядро восстановилось. Улыбнулся, мне не составит труда связать тех уникальных гигантов, что она видела (Василису и Бориса) и Кольцову. Общие наработки, которые ей точно понравятся.

Змеевы и банда «Серые». Быков просил помощи, бандиты требуют тридцать процентов от прибыли, под крылом побочной ветви. Нужно разобраться с ними, но так, чтобы это вышло боком Змеевым. Подставить их и стравить с Медведевыми тоже. Два Великих Рода в конфликте — идеальная ситуация.

Остаётся вопрос как это сделать? Военные с Ириной или же… А это идея. Кто же знал, что мой куратор вдруг окажется такой полезной в многих делах? Чудо, а не женщина, ещё и в постели хороша.

Император и его семья. Как только закончу с аристократами, военными и СКА, можно будет к нему нагрянуть. Как я понял, когда он занят турбулентностью и опасностью сближения острова — слаб.

И последнее, но не по значению — Борис и Василиса, луркеры с ними. Прошло два дня, яйца должны начать вылупляться. Скоро проверю, посмотрю, как они там. Если всё идёт по плану, через пару недель под городом будет гнездо луркеров, личная армия в подземельях столицы.

Мы дошли до закусочной. Небольшое заведение на углу квартала. Вывеска: «У Марфы». Окна чистые, занавески белые, внутри пусто, только пара посетителей за столиками у окна.

Коля толкнул дверь, вошёл первым, я последовал за ним. Запах кофе, свежей выпечки и жареного мяса ударил в нос. Желудок заурчал, но я проигнорировал. Хватит мне посиделок. Вчера вот покушал с Кольцовыми и расслабился.

Коля подошёл к стойке, заказал два кофе и пирожные — эклеры с кремом. Расплатился, взял поднос. Мы прошли в дальний угол зала, сели за столик подальше от окон и других посетителей.

Коля поставил передо мной чашку и тарелку с эклером. Сам взял свою порцию, сделал глоток кофе, вдохнул с удовольствием.

— Володя, — начал он тихо, наклоняясь ближе через стол. — Я хочу тебя поблагодарить. За всё… Ты спас меня тогда, в корпусе. Вытащил из карцера, отправил в СКА. Мне очень помогли, оплатили операцию, дали протез. Теперь я снова могу жить нормально, работать.

Лицо светилось счастьем, глаза блестели, губы растянуты в улыбке.

— Моя семья… — продолжал он. — Всё в порядке с ними. Я разобрался со всеми проблемами. Долги погасил, сестру выдал замуж удачно. Она счастлива, у неё хороший муж, работа. Мать здорова, живёт со мной. Всё хорошо, понимаешь? Впервые за много лет — всё хорошо.

Он замолчал, посмотрел на меня выжидающе. Ждал ответа, похвалы, одобрения.

Сделал глоток кофе — горький, крепкий, обжигающий. Поставил чашку обратно на стол.

— Плевать, — ответил я. — Что тебя просили передать?

Улыбка Коли померкла. Лицо стало серьёзным, напряжённым. Он сглотнул, посмотрел по сторонам, проверяя, не слушает ли кто. Наклонился ещё ближе.

— Володя… мне приказали передать тебе кое-что. Кое-что плохое… Прости меня.

— Хватит сопли жевать, — оборвал его.

— Ты должен убить Ирину, — выдохнул он тихо, еле слышно. — Ирину Васильевну.

Я поднял бровь. Коля сжался под моим взглядом. Видно было, как в нём борется благодарность и страх перед начальством. Механические пальцы протеза скребнули по столу.

— Твой бывший инструктор и наставник, — продолжил он. — Та, что обучала тебя техникам, давала ядра, помогала.

— Зачем мне это? — спросил я.

Рязанов поморщился.

— Передаю, как мне сказали, — ответил он неохотно. — Она забрала исследования и документы из СКА и ушла. Теперь работает на военных. Есть риск передачи секретной информации врагу. Её нужно устранить.

СКА не вышли из борьбы. Генерал Бойко, Чешуя — они всё ещё играют, двигают фигуры. Но Ирина мне нужна… В моём плане она играет чуть ли не ключевую роль, после — плевать. Но точно не сейчас.

— У меня нет времени, — сказал я.

— Большов! — голос Коли изменился мгновенно.

Из мягкого, благодарного стал жёстким, командным. Он выпрямился, посмотрел на меня в упор.

— Это не обсуждается, — произнёс он чётко. — Ты делаешь, что тебе говорят. Ты сержант СКА. И твой приказ — уничтожение предателя.

— Не хочу, — пожал я плечами.

— Тогда… — Коля растерялся.

Покраснел, вспотел. Отвёл взгляд, уставился в стол. Сжал протез в кулак, механизм щёлкнул, шестерёнки заскрежетали.

— Все узнают, — выдавил он наконец. — Змеевы, Медведевы. Кто ты, где ты, что ты. СКА и военные официально объявят на тебя охоту. Тебя найдут и убьют. Я не советую тебе играть с нами, если хочешь жить.

Я посмотрел на Рязанова спокойно. Он красный, потный, прячет взгляд. Ему неловко, стыдно. Встал из-за стола, не ответил, просто поднялся. Взял эклер с тарелки, откусил — крем сладкий, приторный, тесто мягкое. Доел, вытер рот салфеткой. Развернулся, пошёл к выходу.

Коля вскочил следом, догнал меня у дверей. Схватил за рукав, остановил.

— Это не я, — оправдывался он быстро, сбивчиво. — Просто… просто… просто так сказали. Я не хочу тебе угрожать, правда! Ты мне помог, спас меня. Я в долгу перед тобой. Но приказ есть приказ, понимаешь? Я ничего не могу поделать!

— Забудь, — хмыкнул я. — Срок?

— Неделя максимум, — проглотил Коля. — Чешуя понимает, что это не просто и даёт тебе время, но после… Тебе конец.

Коля кивнул, отпустил рукав, поклонился низко, почти в пояс.

Я вышел на улицу. Солнце поднялось выше, стало жарче. Поймал такси на углу — старая чёрная машина, водитель дремал за рулём. Я постучал в окно, он проснулся, опустил стекло.

— Свободны?

— Да, садитесь.

Я расположился на заднее сиденье. Достал из кармана карточку Ирины и протянул водителю.

— Сюда.

Он прищурился, прочитал. Присвистнул.

— Военный округ, — сказал он. — Далеко, дорого выйдет.

— Сколько?

— Пятьсот империалов.

Я достал купюры, протянул. Водитель взял, пересчитал, спрятал в карман. Завёл мотор. Машина тронулась с места, поехала по улицам. Я откинулся на спинку сиденья, посмотрел в окно.

Мне плевать на Ирину. Она для меня инструмент, ресурс, не больше. СКА думает, что может меня шантажировать? Раскрыть Змеевым и Медведевым моё местоположение, личность. Натравить на меня два Великих Рода. Заставить меня выполнять их приказы под угрозой смерти? Какие же они идиоты…

Неделя? Хорошо. Я медленно улыбнулся и сказал вслух, в пустоту:

— Посмотрим, что из этого выйдет.

Водитель покосился на меня в зеркало заднего вида, но промолчал. Машина ехала долго. Мы выехали из Зелёного пояса, проехали через центр города, свернули в промышленный район. Заводы, склады, ангары. Дым заводских труб тянулся к небу чёрными столбами.

Дальше начался военный округ, заметил его издалека. Высокий забор, метров пять, из бетонных плит. Сверху колючая проволока в три ряда, между рядами — магические ловушки. Я чувствовал их энергию даже с расстояния — слабые импульсы, что пульсировали в воздухе. Сигнализация, датчики движения.

За забором стояли здания: серые, однообразные, пятиэтажные. Окна маленькие, узкие, забранные решётками. Крыши плоские, на них антенны, вышки связи, прожекторы.

Мы ехали к какому-то определённому месту. Начали сбрасывать скорость. Впереди шлагбаум, будка охраны рядом, бетонная, с бойницами. Два солдата у шлагбаума — автоматы на плечах, каски на головах, бронежилеты. Ещё четверо на вышке за будкой.

Машины, грузовики, джипы, бронетранспортёры ездили по территории туда-сюда, поднимали пыль. Солдаты маршировали строем, бегали кроссом, таскали ящики. Сотни, тысячи потенциальных врагов.

Я смотрел на всё это спокойно и анализировал. Если понадобится уйти отсюда с боем… Можно, сложно, но можно. Силы Титана хватит, чтобы прорваться через периметр. Магия земли тут окажется очень кстати, но будут потери. Энергия истощится быстро и я не знаю как её восстановить, ещё ранения.

Машина подъехала к шлагбауму, остановилась. Солдат подошёл к окну водителя, постучал.

— Документы.

Водитель протянул удостоверение, солдат проверил, кивнул. Посмотрел на меня через заднее стекло.

— Пассажир — по какому делу?

Я достал карточку Ирины, протянул через окно. Солдат взял, прочитал. Лицо изменилось мгновенно, стало напряжённым, серьёзным. Он выпрямился, отступил на шаг.

— Одну минуту, — сказал он.

Зашёл в будку, взял какое-то устройство. Говорил минуту, слушал, кивал. Потом вернулся к машине.

— Проезжайте, — сказал он, отдавая визитку. — Вас ждут, проедете прямо, третий поворот налево. Здание номер семнадцать, одноэтажное, серое.

Шлагбаум поднялся. Мы ехали по территории медленно. Солдаты расступались, смотрели на машину. Водитель нервничал, я видел как его руки дрожали на руле, пот выступил на лбу.

— Никогда тут не был, — пробормотал он себе под нос. — Военные… Страшно.

Я промолчал. Третий поворот налево. Здание номер семнадцать показалось впереди. Одноэтажное, серое, без окон. Дверь металлическая, массивная. Рядом стояли трое солдат, все в полной экипировке, автоматы наготове. Машина остановилась перед зданием, я вышел.

Трое солдат подошли ко мне. Один — старший, с нашивками сержанта на рукаве — кивнул.

— Господин Большов?

— Да.

— Пройдёмте, вас ждут.

Они повели меня к зданию. Подошли к двери, старший вставил ключ в замок, повернул. Замок щёлкнул громко, дверь открылась внутрь со скрежетом металла.

Мы зашли.

БАХ!

Дверь захлопнулась за нами резко, с грохотом. Эхо разнеслось по помещению. Я обернулся и напрягся, предчувствуя ловушку. Выпустил силу Титана, струйка энергии разлилась по телу, обострила реакцию.

Я был готов к такому варианту событий. Их всего трое, никого из магов рядом не чувствую, как и гигантов. Так что они уже трупы в случае чего. Тело покрыл покров, на кончиках пальцев уже начал собираться импульс из чистой силы.

Старший сержант повернулся ко мне, посветил фонариком в лицо.

— Вниз, — сказал он коротко.

Он шагнул к дальней стене, нажал на кирпич. Стена дрогнула, поехала в сторону со скрежетом. За ней открылся проход: узкий, тёмный, лестница вниз.

И? Нападения не будет? Даже как-то расстроился немного. Ладно, может быть дальше будет, что-то интересное.

Мы начали спускаться: ступени каменные, мокрые, скользкие. Стены бетонные, покрытые плесенью, лампы на стенах редкие, свет тусклый.

Спускались долго, минут двадцать. Я считал ступени: триста, четыреста, пятьсот. Глубина огромная, метров сто под землёй, может больше.

Наконец лестница закончилась. Мы вышли в широкий коридор из бетона с низким потолком. Трубы тянулись вдоль стен, вода капала откуда-то сверху, лужи на полу.

Канализация? Судя по всему, да, только стара и заброшенная. Или нет, не заброшенная. Я услышал голоса впереди, шаги, лязг металла.

Коридор расширился, превратился в огромное помещение. Зал размером с ангар. Потолок высокий, метров десять. Люди. Много людей.

Десятки мужчин и женщин в белых халатах. Они сновали между столами, несли склянки, тетради, артефакты. Записывали что-то, показывали друг другу.

Столы заставлены оборудованием. Микроскопы, колбы, горелки, странные приборы с проводами и кристаллами. Магические артефакты светились, пульсировали, жужжали.

Вдоль стен клетки: большие, металлические, с толстыми прутьями. В них что-то шевелилось. Я присмотрелся, а там люди или то, что когда-то было людьми. Изменённые… Они сидели в клетках, смотрели пустыми глазами. Кто-то рычал, кто-то скулил, кто-то бился головой о прутья.

Военные патрулировали помещение, стояли у клеток, охраняли выходы. Автоматы в руках, лица каменные и они все маги. Моё ядро вибрировало, когда мы проходили мимо. Судя по энергии они ранга четвёртого, нет пятого, прямо как я. Сильных же сюда охранников загнали.

Вот и подземная лаборатория по созданию изменённых. Только почему мне её показали? Не опасаются?.. Оскалился, нет не опасаются. Зайти то я сюда зашёл, а вот выйти будет проблемой. Во всяком случае так они считают. Ирина именно это планировала? Какая хитрая и опасная женщина.

Поняла мою ситуацию с окаменением и пригласила сюда, когда я ей отказал. Трое солдат, что вели меня, остановились. Старший кивнул мне.

— Ждите здесь, — сказал он.

Они развернулись, ушли обратно к лестнице. Я остался стоять один посреди зала.

Смотрел по сторонам, изучал. Запоминал расположение людей, количество охраны, слабые места. Через пару минут одна из клеток открылась, оттуда вышла женщина — Ирина.

Пепельные волосы собраны в строгий пучок, ни одна прядь не выбилась. Красная помада на губах: яркая, кричащая, контрастирует с белым халатом. Глаза блестят фанатичным блеском, который я помнил. Улыбка широкая, довольная.

Она шла ко мне уверенно, быстро. Туфли стучали по бетону. Остановилась в двух шагах, посмотрела на меня снизу вверх.

— Здравствуй, Володя, — произнесла она мягко, почти нежно. — Вот и ты пришёл.

Пауза. Она улыбнулась ещё шире, развела руки в стороны.

— Как тебе моя лаборатория?