Фея Фая

11. Бесконечный день

Убегать было поздно! И так понятно, что нас заметили и проблему нужно решать. Догонялки тут не помогут. Главное, чтобы те что в вездеходе не вызвали подкрепление. А уж с ними-то мы как-нибудь справимся. Я покосился на пролом в стене позади нас, вздохнул и ещё раз подумал о том, что бежать не стоит. Это сразу покажет нашу слабость.

Оставалось надеяться, что в вездеходе сидят не совсем уж звери и не начнут в нас с ходу палить ведь с нами ребёнок.

Расстояние было небольшим, и мы просто ждали, когда вездеход приблизится.

— Надо усиливать? — вдруг раздался голос Лизы.

Я с улыбкой повернулся к ней.

— Думаю, что нет! Надеюсь, мы и сами справимся, — сказал я, — но если что, сразу прячьтесь и лучше не в бассейне. Не забывайте, что там троглодиты.

— Хорошо! — серьёзно кивнула Инга.

Вездеход остановился возле здания, прямо напротив нас, а мы стояли между обломком стены, который служил нам укрытием, и зданием бассейна. В общем, мы для сидящих внутри машины были как на ладони.

За лобовым стеклом угадывались тёмные силуэты, но даже количество сидящих внутри людей подсчитать не получалось.

На крыше вездехода была установлена какая-то труба на кронштейне. Я это за пушку не посчитал, думал что-то безобидное. Как выяснилось, очень зря.

Эта труба вздрогнула, чуть довернулась в нашу сторону и вдруг выстрелила! Но выстрелила не снарядом, а, как оказалось, сетью. Вылетевший в нашу сторону тугой канат вдруг резко раскрутился в воздухе, расправившись большим полотном с грузиками на краях, и накрыл всех нас как покрывалом.

Мы с Топором стояли впереди, девочки за нами. Боковым зрением я увидел, что когда сеть начала падать на нас сверху, здоровяк резко взмахнул своим топором, как пропеллером и рассёк сеть над собой на две части. Когда она опустилась, он единственный оказался не накрыт, пройдя сквозь дыру.

Разрез был рядом со мной, и я клюшкой откинул сеть с себя в сторону.

Надо же, вроде топор, а острый как лезвие! Не зря он его постоянно точит… только вот при встрече с чем-то твёрдым, не затупится ли он тут же?

В боковое окно высунулась круглая морда в чёрной кепке. Ага, выходит, наёмники!

— Ты нам сеть испортил, сука! — проорал он.

— Вы чего такие невежливые, граждане, шестёрки Ордена? — крикнул я ему.

— Чего? — вытаращил на меня глаза кругломордый.

— Я говорю, чего хамим, давно конечности тебе никто не отрывал, тварь? — крикнул я.

— Ах ты урод! — бросил мне кругломордый, убирая свою морду обратно в салон вездехода.

Мы с Топором без слов поняли друг друга. Нужно было действовать, пока чёрные ничего не выкинули. Видимо, ни присутствие детей, ни присутствие очевидной адептки в виде Фаи для них ничего не значили. Возможно, они даже не поняли, что фея из Ордена. Ладно, по Сирин этого никак не скажешь, но Фая была до сих пор в своём комбинезоне и не понять, кто она такая, это нужно было быть совсем не в теме. То, что наёмники не в теме, верилось с трудом. Значит, либо у них есть ориентировка на нас, либо они просто отмороженные.

Я резко качнул ману у всех присутствующих внутри. До этого я к ним не лез своими щупальцами, чтобы они раньше времени чего не почувствовали. Но теперь уже было не только можно, но и нужно.

В процессе откачки маны я понял, что внутри пять человек, настроение которых от моих действий резко переменилось от азартно позитивного до панического. Они такой подставы от меня не ожидали.

В следующую секунду Топор в пару длинных прыжков оказался возле вездехода и, ухватив его сбоку под днище, натужно заорал, приподнял и, толкнув резко от себя, опрокинул набок.

— Обалдеть! — раздался сзади потрясённый голос Сирин, — вот это богатырь!

Я её удивление и восторг искренне разделял! Это сколько же силище в Топоре? Понятно, что он здоровый, но вот так, одному, в один рывок опрокинуть немаленький, и возможно гружёный вездеход это было что-то с чем-то!

Окно, в которое высовывал свою морду наёмник, оказалось наверху и было по-прежнему открыто. Я быстро запустил туда небольшой шарик, взорвавшийся внутри парализующими молниями.

Выжигать все внутренности вездехода я пока что не хотел, мало ли, вдруг пригодится? Поэтому постарался сработать ювелирно.

Топор подошёл к лобовому стеклу, стоящему сейчас вертикально, одновременными ударами двух кулаков пробил в нём две дыры, просунул туда руки и вырвал лобовуху с мясом. После чего стал выкидывать из салона пассажиров, сваливая их в кучу и не особо заботясь об их здоровье. Хруст костей эту небрежность только подтвердил.

Последним он извлёк кругломордого, который что-то вяло пытался сказать, но язык его не слушался. Но даже без текста было понятно, что он молит о пощаде.

Но щадить всяких уродов в постапокалиптическом мире беззакония — это большая роскошь. Они ведь ничему не научатся и будут дальше доставлять проблемы людям.

Топор поднял его высоко над землёй, одной рукой держа за грудки. Кругломордый барахтался и, наверное, был готов на всё, лишь бы его отпустили.

— Вроде немаленький уже, — сказал Топор, брезгливо глядя на быстро потерявшего весь запал наёмника, — а суку от кабеля не отличаешь!

После чего здоровяк взглянул на Ингу, она мгновенно поняла его взгляд и повернулась так, чтобы Лиза не видела происходящего, а Топор легко, по-прежнему одной рукой, швырнул наёмника, как тряпичную куклу, в стену бассейна.

Хруст человеческих костей, звук к которому сложно привыкнуть, сколько бы ты раз его ни слышал. Мы все вздрогнули, потому что чувство, возникающее при этом звуке, приятным не назовёшь.

В общем, Топор исполнил желание наёмника, отпустил его. Только вот, не совсем так, как тот хотел.

Остальные четверо возились в куче между нами и вездеходом.

Топор подобрал топор, который бросил на землю перед тем, как перевернуть вездеход, и повернулся к нам.

— То, что они поднимут тревогу, это только вопрос времени, — сказал он, — мы слишком здесь наследили, — и он взглянул на перевёрнутый вездеход.

— Можешь поставить его обратно на колёса? Я помогу! — сказал я.

Топор слегка снисходительно улыбнулся, покачал головой, и, подойдя к машине, точно так же в одно движение и с таким же натужным криком опрокинул его обратно.

Я присел возле копошащихся наёмников.

— Рассказывай, куда и откуда вы путь держите? — сказал я, поймав взгляд одного из них.

— Ты кто? — прохрипел он.

— Ты ещё не понял, что нужно отвечать на мои вопросы, а не задавать свои? — сказал я, — что вы вывозите из бункера, и куда?

— Тебе конец! — прохрипел наёмник.

— Ошибаешься, — вздохнул я, — это тебе конец! Ты что, вообще потерял связь с реальностью?

— Паук вас прикончит! — продолжал хрипеть наёмник.

— Ты не заметил среди нас адептов Ордена? — спросил я.

— Чего? — впервые во взгляде наёмника появилось что-то вроде сомнения.

К этому времени все уже давно выбрались из-под сетки и стояли рядом.

— Ты что, не видел среди нас лысую девушку? — сказал я.

— Лысый это ещё не значит, что из Ордена, — сказал наёмник.

— Хорошо, я передам Пауку, что его наёмники нападают на его Орден. Пусть разберётся с вашей конторой, — сказал я.

— Чего? — во взгляде чёрного снова появилось сомнение.

— Что вы возите? — спросил я.

— Не знаю, нам не говорят, мы делаем, что сказано, — сказал наёмник.

— Почему на нас напали? — спросил я.

— Бабы у вас красивые! — ничуть не смутившись, ляпнул наёмник.

Я повернулся к девочкам.

— Нет, всё-таки вас нужно похуже одеть, а ты вы притягиваете к нам проблемы. Скольких драк мы могли бы избежать, если бы у некоторых озабоченных на вас не начинала выделяться слюна? — сказал я.

— Ну, знаешь, что! — возмутилась Сирин, — то, что мир лежит в руинах, это ещё не повод плохо выглядеть. Я согласна переодеться во что-то более удобное, но это не значит, что я собираюсь ходить в образе нищей старухи. Я всё равно буду хорошо выглядеть и вызывать слюноотделение. Чушку ты из меня не сделаешь!

— Женщины! — вздохнул я, как бы жалуясь наёмнику.

— Надо сваливать, — сказал Топор, — а то если сейчас поедет ещё один вездеход, снова придётся драться.

— Согласен, — кивнул я, — как думаешь, не покормить ли нам троглодитов?

Топор согласился, что можно и покормить. Сирин на всякий случай сходила с нами, чтобы троглодиты и нас за еду не приняли. Я попросил об этом именно её, потому что уже было известно, что на птичку они не реагируют. Поскольку в Ордене у них с Фаей было разное положение, то фея могла и не иметь такой особенности. Но выяснить мы это не собирались, пошли по проторённой дорожке.

Сброшенные в бассейн наёмники, те, что были ещё живы, пытались орать от ужаса, но недолго. Всё же троглодиты, как выяснилось, были не такими сытыми, чтобы просто смотреть на еду. Сожрали бедолаг за считаные секунды.

Убитый об стену кругломордый последовал туда же. Заметать следы, так заметать.

Сеть мы тоже собрали и затолкали в кузов, к стоящим там ящикам.

Туда же Топор поставил и притихшего, возможно от усталости, Буцефала. Места там для него как раз хватило впритык. Зато не упадёт если что!

Вездеход заводился с кнопки, и управление имел самое простецкое из возможных. Я опасался, не пережёг ли своим разрядом его системы, хотя и не должен был, ведь это был парализатор, а не обычная молния. Та, конечно, могла бы уничтожить всю электронику запросто.

Машина завелась, стоило нажать на кнопку с надписью «СТАРТ». Двигатель мерно заурчал, мы все набились в кабину и, не затягивая процесс, тронулись с места. Рулил я, и почти сразу освоился с непривычной машиной. Всё было удобно и интуитивно понятно, ничего экстраординарного.

Сейчас, когда мы все внутри и просто едем, со стороны и не поймёшь, что вездеход захвачен. Только отсутствие лобового стекла может наводить на мысли… но тут уж ничего не поделаешь.

Нас был шестеро, то есть всего на одного ребёнка больше, чем ехавших здесь до этого наёмников, но мы почему-то еле-еле разместились. Потом я понял почему — Топора можно было считать за троих. Его габариты в замкнутом пространстве вездехода особенно ощущались.

Но, как говорится, в тесноте да не в обиде!

Я направил вездеход в ту же сторону, куда он изначально ехал. План был немного углубиться в застройку, а потом свернуть в сторону Барбинизатора. Объехать его с левой стороны и потом, через прорубленную магами Ордена просеку доехать до подвесного моста белого замка.

Если повезёт, то ещё до темноты мы будем на месте.

Но не повезло! До темноты мы не успели, а фары у вездехода включаться ни в какую не хотели. Уж не знаю, я их повредил, или они и так не работали, но когда мы уже были где-то совсем близко и должны были скоро выехать на дорогу, на которой я дрался с лысыми адептами и потом встретился с Пауком, стемнело окончательно.

Ночь как таковая меня не пугала, она просто осложняла дальнейшие действия. Было сложнее искать дорогу, ориентироваться, да и опасности в темноте могут дольше оставаться незамеченными, чем при свете дня.

Меня всё никак не отпускало происходящее возле бункера Сталина. Что они там делали? Это эвакуация или просто рабочий момент, связанный с подвозом и вывозом каких-то необходимых им для работы вещей?

У нас был вездеход с полным кузовом, изучение которого могло пролить свет на некоторые моменты… но вряд ли на все. Мы не знаем, сколько народу было возле бункера, и, вполне возможно, мы бы с ними справились… вот только я всё время себя одёргивал, каждый раз вспоминая, что отряд у нас не боевой. Что у нас мама с ребёнком и две девушки иногда очень полезные в бою, но вот только не в любой ситуации, потому что наше взаимодействие ещё не отлажено. Да и сами они свои дары ещё применять толком не научились как нужно.

Каждый раз, когда у нас что-то получалось хорошо, по сути, это была импровизация. А я всё-таки сторонних продуманных планов… подумав об этом, я рассмеялся:

— Интересно, когда я в последний раз делал что-то по плану?

— Чего? — удивлённо посмотрел на меня Топор.

— Да это я так, сам с собой, — спохватился я, поняв, что говорил вслух, — устал и башка уже плохо соображает. К тому же не видно ни черта!

— Останови-ка, я вылезу и пойду впереди, — сказал Топор, — а то отсюда плохо видно и слышно, что вокруг происходит.

Я не возражал. Проводник очень хорошо поможет выбирать дорогу в темноте. У меня оттого, что я напрягал постоянно глаза, даже голова заболела.

Топор шагал быстро и не всегда по прямой, выбирая путь, наиболее удобный для вездехода. А то мы хоть и на больших колёсах были, но проехать всё равно не везде могли. Ствол большого дерева поперёк пути являлся непреодолимым препятствием.

Крюк через жилой массив в объезд стадиона и густого леса, выросшего перед ним, оказался довольно большим. Дома мимо которых мы проезжали, пока ещё было светло, выглядели мёртвыми. Конечно, в них мог кто-то быть, просто он разумно оставался незамеченным. Но сам район был не жилой. Ни людей, ни какой бы то ни было инфраструктуры. Наверное, тоже Орден постарался, если здесь раньше была их база. Да и развязка со всякими тварями тоже находилась в двух шагах.

Попытавшись сопоставить в голове масштаб и нарисовав мысленную карту, я вдруг понял, что партизанили мы с Лерой и потом я сидел в плену совсем рядом со стадионом, где находился бункер. Это всё прям вот в двух шагах друг от друга. Теперь и положение Барбинизатора, и расстановка сил вокруг него, и ситуация постоянной осады, в которой жили девочки, предстала в новом свете.

Сначала-то мне казалось, что этот остров с белым замком стоит где-то вдалеке ото всех, на отшибе и до него ещё добраться нужно. А он оказывается, является практически частью действующей инфраструктуры Ордена.

Да, скольких же сил стоило девочкам удержать оборону и не дать Ордену их захватить!

Я вдруг понял, что уже давно потерял чувство направления и остановил вездеход.

— Что случилось? — обернулся ко мне Топор.

— Я не уверен, что мы движемся туда, куда надо! — сказал я, — по моим ощущениям, мы уже давно должны были выбраться на большую дорогу.

— Я взлечу, посмотрю, — сказала Сирин, — думаю, белый замок хорошо видно даже в темноте.

— Хорошо, — кивнул я, — только осторожно!

— Ты такой милый! — улыбнулась мне Сирин, и я не понял, искренне она это сказала или с сарказмом.

Мы с ней выбрались из вездехода. Фая хотела тоже выйти на улицу, но я попросил её побыть с Ингой и Лизой, которые уже давно спали в уголке кабины.

Мы с птицей забрались на крышу и после того, как огляделись по сторонам, она легко взмыла вверх. Её светлый силуэт было хорошо видно даже в ночном небе… что было очень плохо!

Сирин сделала в высоте пару кругов и приземлилась обратно на крышу.

— Ну, что видно? — спросил я.

— Барбинизатор там, — она махнула рукой.

— В общем, я так и думал, — кивнул я, — а большая дорога?

— Там! — указала Сирин в сторону, куда мы и двигались всё это время.

— Хм! Получается, что мы всё время двигались правильно! — сказал я.

— Но здесь рядом, есть ещё одна дорога, она ведёт прямо к замку. Не очень большая, но, мне кажется, мы должны проехать. Похожа на асфальтированную, — сказала Сирин.

— Да? — удивился я, — не знал… впрочем, я с этой стороны Барбинизатора почти не лазил. В основном всё время с другой приходилось находиться. Так что, вполне возможно.

— Ну что, может, срежем? — предложила Сирин, — а то хочется уже до места добраться.

Это чувство разделяли все. День был длинным и вымотал нас до предела.

— Я всё понял, — сказал снизу Топор, — поищу путь, где можно проехать!

Он сменил направление и пошёл в сторону невысоких зарослей. Мы в это время спустились с кабины и залезли в вездеход.

Только я успел завести двигатель и тронуться с места, поворачивая машину вслед за Топором, как раздался воинственный клич и в воздухе сверкнули два голубых клинка. Они летели откуда-то сверху и были нацелены на Топора.

Встретившись со здоровяком, клинки рассыпались мелкими искрами.

— Что за хрень? — раздался возмущённый женский голос.

— Топор, замри, не тронь её! — что есть силы заорал я, — всем не двигаться! Свои!

— Алик? — раздался удивлённый голос Амины, — а как это ты воскрес без моей помощи?