Гарем на шагоходе. Том 12 (СИ)

Глава 16

Церебрумы

Белое сияние, в которое я нырнул, оказалось ещё более неприятной субстанцией, чем во время первого перемещения. Ощущение было такое, будто моё тело, мою душу, моё «я» пропустили через космический блендер. Меня разбирало на атомы, перемешивало с фотонами и квантовой пеной, а затем с отвратительным, тошнотворным рывком собирало обратно, причём, казалось, в совершенно случайном порядке. На мгновение я почувствовал себя одновременно и одноклеточной амёбой, и сверхновой звездой, и чьим-то забытым на антресолях носком.

А потом — БАМ.

Удар. Жёсткий, болезненный, абсолютно реальный. Я рухнул на что-то твёрдое и холодное, и мир, до этого бывший калейдоскопом из света и боли, обрёл резкость.

Открыв глаза, понял, что лежу на полу. Причём сразу же захотелось расцеловать его. Но я сдержался. Пол напоминал отполированный до зеркального блеска обсидиан. Гладкий, холодный и какой-то странный, не отражающий бликов.

Я медленно сел, и голова тут же отозвалась протестующим гулом. Воздух был другим.

Стерильным, с едва уловимым запахом кварцевания. Никакой гари от полыхающего леса, никакого аромата высокого травостоя. Пол плавно перетекал в потолок, создавая дезориентирующее ощущение бесконечного, замкнутого пространства. Всё помещение было выполнено из одного чёрного, поглощающего свет материала.

Едва сознание полностью вернулось в черепушку, как я понял, что нахожусь здесь не один. Вокруг меня, паря в воздухе без всякой видимой опоры, двигались… кристаллы в скафандрах?

Представьте себе огромные, полупрозрачные камни, с хорошей огранкой, которые будто вобрали в себя свет далёких галактик. Они переливалась всеми оттенками синего и фиолетового, а внутри них, как рыбки в аквариуме, плавали сгустки света.

Да, эти кристаллы сразу напомнили мне те, что парили в зале «Демиурга». С одной существенной разницей. Они вели себя как живые. И каждый явно занимался своими делами.

Нижняя часть каждого камня была заключена в некое подобие скафандра… ну или обёртки из фольги. По ним пробегали тонкие, как паутинки, силовые линии. Похоже, это портативные антигравитационные устройства, позволяющие парить в воздухе.

Кристаллов было около десятка. И они не обращали на меня никакого внимания. Подлетали к стенам, касались их внезапно вспыхивающим энергетическим коконом, и в месте прикосновения стена загоралась сложным, светящимся узором, похожим на нейронную сеть. А затем они… заговорили.

Их язык не походил ни на один, какой я слышал раньше. Но он очень сильно напомнил то, как звучали кристаллы в зале «Демиурга». Это были аккорды. Мелодичные, переливающиеся, как звуки арфы. Иногда в них вплетались резкие, щёлкающие нотки, похожие на треск статического электричества.

Я сидел на полу, как первобытный человек, попавший на концерт симфонического оркестра, и пытался осознать масштаб катастрофы. Во-первых, до меня сразу дошло, что Кощей создал свой суперкомпьютер из тел вот этих кремниевых существ или их родственников. Во-вторых, я снова промахнулся. Насколько, пока неизвестно. Но если это космический корабль… и если мы не на Земле, а на другом конце Галактики…

— Твою мать, — прошептал я и мысленно «потормошил» своего нейропризрака. Очень настойчиво потормошил, с матами и угрозами.

В голове раздался тихий, вежливый голос.

АНАЛИЗ ТЕКУЩЕГО СОСТОЯНИЯ. ФИЗИЧЕСКИЕ ПОКАЗАТЕЛИ В НОРМЕ. ПСИХОЭМОЦИОНАЛЬНЫЙ ФОН: ПОВЫШЕННАЯ РАЗДРАЖИТЕЛЬНОСТЬ, УРОВЕНЬ АГРЕССИИ — 78 %. РЕКОМЕНДАЦИЯ: ГЛУБОКОЕ ДЫХАНИЕ, СЧЁТ ДО ДЕСЯТИ.

«Я тебе сейчас так посчитаю, что у тебя все энергетические микросхемы в узел завяжутся! — взревел я мысленно. — Ты забросил нас к пришельцам!»

ОТВЕТ: Я ПРЕДУПРЕЖДАЛ, ЧТО СПОНТАННЫЙ ПЕРЕХОД ВРЯД ЛИ УВЕНЧАЕТСЯ ЖЕЛАЕМЫМ РЕЗУЛЬТАТОМ. КВАНТОВЫЕ ФЛУКТУАЦИИ НЕПРЕДСКАЗУЕМЫ.

«Непредсказуемые флуктуации⁈ — я чуть не задохнулся от возмущения. — Мы хотя бы в той же Вселенной?»

АНАЛИЗ ТЕКУЩЕГО МЕСТОПОЛОЖЕНИЯ: МАЛО ДАННЫХ. Не могу использовать вашу пси-энергию для сканирования. Материал стен поглощает любые излучения. Вероятно, мы находимся на борту судна расы, которую условно можно классифицировать как «КРИСТАЛЛИЧЕСКИЕ ЦЕРЕБРУМЫ». УРОВЕНЬ ТЕХНОЛОГИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ ПРЕВЫШАЕТ НАШ ПРИМЕРНО НА… СИЛЬНО ПРЕВЫШАЕТ.

«Спасибо, — проворчал я. — Без тебя бы не догадался. И что теперь? Мы здесь застряли? Я стану экспонатом в их кунсткамере? Примат обыкновенный, самец среднего возраста, в дурацкой шляпе?»

ОТВЕТ: Я МОГУ ПРОИЗВЕСТИ ПЕРЕРАСЧЁТ АЛГОРИТМА ВОЗВРАТА. ОДНАКО, УЧИТЫВАЯ СЛОЖНОСТЬ ЗАДАЧИ И НЕОБХОДИМОСТЬ КОРРЕКЦИИ НА ГРАВИТАЦИОННЫЕ И МНОГОМЕРНЫЕ ИСКАЖЕНИЯ, ЭТО ЗАЙМЁТ НЕКОТОРОЕ ВРЕМЯ.

«Сколько?» — с тоской спросил я.

Перед моим мысленным взором снова появилась шкала. Тонкая, зелёная, издевательски пустая.

ПРОГРЕСС: 0,000%

Я застонал и закрыл лицо руками. Это даже не смешно. Это уже какая-то злая, космическая шутка. Я застрял. Снова. В ещё более странном и, вероятно, ещё более опасном месте. А ещё я понял, что просто чудовищно, умопомрачительно… хочу чашку кофе. Крепкого, горячего, можно даже с сахаром. Но что-то подсказывает, что автомата или кофейни здесь не найдётся.

Поднял голову и посмотрел на этих парящих, светящихся, переговаривающихся с помощью музыки существ. Они всё ещё не замечали меня. Я был для них не более чем элементом интерьера. Пылинкой, случайно залетевшей в их стерильный, идеальный мир.

Я сел поудобнее, прислонившись к гладкой, холодной стене, и стал ждать. Ждать, пока эта грёбаная зелёная полоска не дойдёт до ста процентов. Надеюсь, в следующий раз гиперкуб не забросит меня на обед к Ктулху. Хотя… это было бы даже интересно.

ПРОГРЕСС: 0,001%

— Нет, ты реально издеваешься? — пробормотал я спустя два часа. — С такой скоростью мы вернёмся домой как раз к тепловой смерти Вселенной. И то, если повезёт.

АНАЛИЗ ВАШЕГО ЗАМЕЧАНИЯ: ГИПЕРБОЛА. РАСЧЁТНОЕ ВРЕМЯ ЗАВЕРШЕНИЯ: ПРИМЕРНО ШЕСТЬ СТАНДАРТНЫХ ЗЕМНЫХ ДНЕЙ, ПЯТЬ ЧАСОВ, ДВАДЦАТЬ ТРИ МИНУТЫ И СОРОК ДВЕ СЕКУНДЫ. РЕКОМЕНДУЮ МЕДИТАЦИЮ ИЛИ ПРОСМОТР СОХРАНЁННЫХ ФАЙЛОВ ДЛЯ СКОРОТАНИЯ ВРЕМЕНИ.

«Ты понимаешь, что за неделю медитации я превращусь в очень просветлённую сушёную мумию? — уточнил я мысленно. — Я же сдохну от обезвоживания!»

Едва я додумал эту гневную мысль, как один из церебрумов подлетел к стене и коснулся её. Стена тут же стала прозрачной, как стекло, а затем и вовсе растворилась, открыв проход в слабо освещённый коридор. Я поднялся на ноги, отряхнулся и послал чипу ещё одну мысль:

«Придётся брать дело в свои руки».

КАПИТАН, ЭТО ОЧЕНЬ ПЛОХАЯ ИДЕЯ!

«Твои не особо лучше».

Я медленно, стараясь не делать резких движений, пошёл вдоль стены. Кристалл тем временем уже влетел в коридор, стена снова начала обретать плотность. Пришлось поторопиться, наплевав на риск, что меня заметят. Одно лёгкое сверхчеловеческое движение, и вот я уже в коридоре.

Правда, всё тело сразу же взорвалось болью. Все эти путешествия по пространственно-временному континууму хреново сказываются. По ощущениям, мне срочно требуется месяц-другой в санатории для супергероев-ветеранов.

Длинный коридор из того же чёрного материала уходил вдаль, изгибаясь под невозможным, неевклидовым углом. Я шагнул дальше. Церебрум плыл впереди. Пожалуй, для начала просто последую за ним, ведь открывать здесь двери самостоятельно пока не умею.

Никакого звука моих шагов в коридоре не отражалось, а парящий кристалл по-прежнему относился ко мне, как к пустому месту. Я даже начал сомневаться, что мы с ним находимся в одном измерении. Может, я превратился в призрака или что-то в этом роде.

Через минуту церебрум снова остановился, коснулся энергией стены. Та начала бледнеть и терять плотность. Мы вошли.

Огромное, гулкое помещение, залитое мягким светом. Вдоль стен, уходя в перспективу, стояли ряды здоровенных, похожих на коконы, капсул. Они были сделаны из какого-то прозрачного материала и тихо пульсировали, как живые. Внутри, в мутной, переливающейся жидкости, плавали… эмбрионы.

Я подошёл к ближайшей капсуле. И почувствовал, как волосы на затылке встают дыбом.

Внутри, свернувшись калачиком, как человеческий младенец, плавало существо. У него были человеческие ручки и ножки, человеческое личико. Но на голове… на голове торчали два маленьких, покрытых нежным белым пушком, кошачьих ушка. А от копчика отходил тонкий, длинный хвостик.

Ангориец.

Сначала подумал, что это какой-то жестокий эксперимент. Что эти кристаллические твари похищают ангорийцев, изучают их, клонируют. Но потом увидел голограмму.

Она висела в воздухе рядом с капсулой. На ней были изображены две спирали ДНК. И между ними, как мост, тянулись тонкие, светящиеся нити. Они сплетались, сливались, и в результате получалась третья, гибридная спираль. Спираль кошкочеловека.

Церебрумы не изучали ангорийцев. Они их выводили.

Как породистых собак. Как экзотические цветы.

Я почувствовал, как к горлу подкатывает тошнота. Пошёл дальше, вдоль рядов.

Следующая капсула. Внутри существо, похожее на телёнка, но с человеческим телом. Минос.

Ещё одна. В мутной жидкости плавала девочка. С прекрасным, почти ангельским личиком, длинными волосами, которые колыхались, как водоросли. И с рыбьим хвостом вместо ног. Русалка. Мереида.

Дальше хорнид, с крошечными, только-только пробивающимися рожками. Аголит, человек-свинья. Икарус, с длинным клювом и зачатками перьев на крыльях.

А вот крысолюд. Круглые уши, чуть вытянутая мордочка, мышиный хвост.

ОБЪЕКТ: HOMO RATTUS (ЧЕЛОВЕК-КРЫСА), — услужливо подсказал нейрочип. — ПОДВИД: КАНАЛИЗАЦИОННЫЙ. ХАРАКТЕРНЫЕ ПРИЗНАКИ: ПОВЫШЕННАЯ АГРЕССИВНОСТЬ, СКЛОННОСТЬ К КЛЕПТОМАНИИ, НИЗКИЙ УРОВЕНЬ СОЦИАЛЬНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ.

— Спасибо, чип, — пробормотал я. — Без тебя бы не узнал.

Целый инкубатор, полный гибридов.

Вот оно, начало. Исток генетического безумия нашей планеты. Все эти расы, все эти народы, которые воевали друг с другом, ненавидели друг друга за цвет кожи, за форму ушей, за наличие хвоста…

Они все результат эксперимента. Грандиозного, чудовищного, нечеловеческого научного проекта. Все они просто подопытные кролики.

Я прислонился к одной из капсул. Она была тёплой, живой. Я смотрел на крошечное, ещё не сформировавшееся существо внутри, и в моей голове был только один вопрос.

Зачем?

Зачем всё это? Ради чего? Чтобы посмотреть, что получится, если скрестить человека с кошкой? Или с быком? Или с рыбой? Чтобы написать диссертацию на тему «Гибридизация белковых форм жизни в условиях планеты класса М»?

И мои девочки… Сэша, которая так гордилась своим пушистым хвостом. Кармилла, которая страдала из-за своей грязной крови. Шондра, которая скрывала свои жабры, боясь, что её не примут.

Их боль, их страхи, их комплексы — всё это создано искусственно.

Потому что кому-то захотелось.

Я посмотрел на церебрума, который деловито облетал капсулы и снимал какие-то показания. Лаборант. Обычный инопланетный лаборант.

И я рассмеялся. Безумным, громким и очень злым смехом. Этот звук отразился от стен и заметался в пространстве, множа эхо. Звуковая волна, похоже, оказалась настолько интенсивной, что летающий кристалл замер и переменился в цвете.

Только сейчас он заметил меня.

Музыкальный, переливающийся язык заполнил зал.

АНАЛИЗ: СУБЪЕКТ ПЫТАЕТСЯ КОММУНИЦИРОВАТЬ С ПОМОЩЬЮ СЛОЖНОЙ СИСТЕМЫ ГАРМОНИЧЕСКИХ ВИБРАЦИЙ. ВЕРОЯТНОСТЬ УСПЕШНОГО ПЕРЕВОДА С ПОМОЩЬЮ ТЕКУЩИХ БАЗ ДАННЫХ: 0,00001 %. РЕКОМЕНДАЦИЯ: УЛЫБАЙТЕСЬ И МАШИТЕ.

— Спасибо за совет, — прорычал я.

О! ПОДОЖДИТЕ! ОН ВСТУПАЕТ В КОНТАКТ И САМ ГОТОВ ПОДКЛЮЧИТЬ СИСТЕМУ ПЕРЕВОДА! ПРИНЯТЬ?

— Давай.

— Запрос на идентификацию, — прозвучали переливы кристалла.

— Зови меня просто Волк, — скупо ответил я, уже собирая свою психическую энергию.

Он подумал, поиграл светом. Потом заявил, причём говорил явно не со мной:

— Обнаружена аномалия. Неклассифицированный организм в секторе «Инкубация». Уровень эмоциональной эманации: Критический. Уровень угрозы: Высокий. Возможна контаминация экспериментальных образцов.

Церебрум подлетел ближе. Я видел своё искажённое отражение в его кристаллической поверхности.

— Мы не использовали образцы ДНК Canis lupus. Вы — ошибка? Дефектный образец?

— Я — ваш грёбаный кошмар, — прорычал я.

Ярость, которая до этого была просто эмоцией, теперь стала физической силой. Я чувствовал, как она течёт по моим венам, как заставляет мышцы напрягаться с нечеловеческой силой, как она ищет выход. Вся усталость прошла, будто и не было.

— Уровень агрессии биологического образца превышает допустимую норму. Активация протокола «Санитарная обработка».

Церебрум не стал тратить время на дальнейшие прелюдии. Энергетический кокон вокруг его корпуса сжался, концентрируясь в одной точке, а затем выплюнул в меня ослепительно-белый луч.

Вместо того чтобы блокировать, я рванул в сторону, пролетая мимо зависшего кристалла смазанной чёрной тенью.

ВЖУХ!

Луч чистой, стерильной энергии ударил в то место, где я стоял долю секунды назад. Обсидиановый пол зашипел, испаряясь. В воздухе запахло чем-то похожим на жжёную пластмассу.

— Хрен тебе, люстра! — крикнул я, уже вылетая в коридор. — Иди сюда! Давай разберёмся, как мужчина с минералом!

— Угроза подтверждена. Ликвидация.

— Ликвидалка не отросла! — огрызнулся я. — Ну же, стекляшка! Догони, если сможешь!

Перед глазами уже пылала багровая аура силы. Мне стоило большого труда, чтобы не жахнуть раньше времени.

Церебрум клюнул. Он выплыл следом, величественно и угрожающе, как айсберг, решивший заняться кикбоксингом. Его музыкальный язык сменился резкими, диссонирующими аккордами, от которых у меня заныли зубы.

— Объект демонстрирует высокую мобильность и способность контроля энергии. Коррекция протокола. Уровень угрозы повышен до «Экстремальный».

Он снова начал накапливать заряд. На этот раз быстрее.

Я развернулся, скользя подошвами по гладкому полу. Коридор был узким, деваться некуда. Бежать дальше, значит подставить спину.

Церебрум выстрелил. На этот раз он не стал концентрировать энергию в луч, а ударил широким фронтом, заполняя всё пространство коридора. Волна света, от которой невозможно увернуться. Но я и не собирался.

— ХА! — выдохнул я, выбрасывая вперёд правую руку.

Багровая вспышка пси-энергии столкнулась с белой сверкающей стеной.

БДЫЩЩЩ!!!

Грохнуло так, будто в узкой трубе подземки столкнулись два скоростных поезда. Меня отбросило назад, подошвы ботинок прочертили дымящиеся борозды на полу. Но я устоял. Мой багровый щит, сотканный из ярости и воли, выдержал удар.

Свечение померкло, оставляя в воздухе треск статического электричества.

АНАЛИЗ: ЭНЕРГЕТИЧЕСКАЯ СИГНАТУРА ПРОТИВНИКА — ЧИСТАЯ ПЛАЗМА С ВЫСОКОЙ ЧАСТОТОЙ КОЛЕБАНИЙ. ВАША ЗАЩИТА ДЕРЖИТСЯ НА ЧЕСТНОМ СЛОВЕ И УПРЯМСТВЕ, КАПИТАН. РЕКОМЕНДУЮ НЕ ЗАТЯГИВАТЬ.

— Спасибо за поддержку, калькулятор! — прорычал я сквозь стиснутые зубы.

Церебрум, кажется, удивился, что санитарная обработка пошла настолько не по плану. Его мелодичный гул сбился на фальшивую ноту.

— Моя очередь! — заорал я.

Из протеза со щелчком выдвинулся «секач» и тут же вспыхнул багровым заревом.

Рывок. Прыжок.

Я оказался над противником. Кристалл попытался отлететь, но в тесном коридоре его маневренность оставляла желать лучшего. Я обрушил на него удар сверху. Мой клинок, превратившийся в красную молнию, врезался в его силовое поле.

Щит Церебрума лопнул со звуком воздушного шарика. «Секач» вошёл в кристаллическую плоть. Раздался жуткий, негармоничный визг, будто кто-то провёл смычком по пенопласту, усиленному мегафоном.

Я ударил ещё раз, с разворота, вкладывая в удар инерцию всего тела. Кристалл треснул. Его нижняя часть, закованная в технологичный «подгузник», заискрила, антиграв отказал, и инопланетянин с грохотом рухнул на пол, превратившись в груду тускнеющих осколков.

— Один ноль в пользу белковой жизни! — констатировал я, тяжело дыша.

НЕ РАССЛАБЛЯЙТЕСЬ. ЭТО БЫЛ ВСЕГО ЛИШЬ ЛАБОРАНТ. СУДЯ ПО ВИБРАЦИЯМ КОРПУСА, К НАМ УЖЕ СПЕШИТ СЛУЖБА БЕЗОПАСНОСТИ. И ОНИ БУДУТ НЕ ТАКИМИ ХРУПКИМИ. ЧТО ВЫ СОБИРАЕТЕСЬ ДЕЛАТЬ?

— Выбираться, — ответил я. — И ты мне поможешь по мере сил и возможностей.

Присел на корточки рядом с россыпью осколков церебрума. Возложил на них ладони, закрыл глаза и сосредоточился. Пси-энергия, до этого бурлившая во мне багровым пламенем ярости, превратилась в тонкий, точный инструмент. Я не пытался ничего сломать или починить. Я пытался… услышать. Почувствовать остаточный гул, эхо сознания, которое ещё мгновение назад обитало в этом кристалле и через него добраться до систем корабля.

По пальцам живой руки пробежал разряд, будто сунул их в розетку. Я почувствовал отголоски мыслей. Не слова, а чистые концепции: «угроза», «контаминация», «удивление», «протокол».

И тут же мой призрак издал восторженный писк.

КАПИТАН! Я В СЕТИ! ИХ СЕТИ! ЯДРЁНА ГАЙКА, ЭТО НЕ СЕТЬ, ЭТО… ЭТО… Я ДАЖЕ НЕ ЗНАЮ, КАК ЭТО НАЗВАТЬ!

«Докладывай, — мысленно приказал я, не разрывая контакта. — И постарайся без мата».

ОТВЕТ: КАПИТАН, ЭТО… НЕВЕРОЯТНО. Квантово-запутанные вычислительные ядра, работающие на принципах многомерной логики, а не бинарной. Оптоволоконные магистрали, где фотоны передают не биты, а целые концепции! У них тут операционная система, построенная на гармонических резонансах! Это как… как «Демиург»! Я чувствую себя дикарём, который нашёл калькулятор и пытается им разжечь костёр!

«Меньше восторга, больше фактов, — оборвал я его. — Что ты видишь?»

НАШЁЛ ЛОГИ ЭКСПЕРИМЕНТА. ПРОЕКТ «ЗЕМНОЙ БЕСТИАРИЙ». ЦЕЛЬ… ЦЕЛЬ… Я НЕ МОГУ ЕЁ ПОНЯТЬ. Она нелогична. У них нет концепции «захвата», «колонизации» или «ресурсной эксплуатации». Вы были правы. Им просто любопытно. Как далеко можно зайти в скрещивании? Каковы пределы генетической совместимости? Они кристаллическая кремниевая жизнь. Размножаются почкованием — отколовшийся осколок может вырасти в новый кристалл. Органические формы жизни для них непостижимое чудо, как для нас говорящий бутерброд. Им непонятно, как нечто подобное вообще может функционировать.

ОБНОВЛЕНИЕ ДАННЫХ: КАПИТАН, ЭТО ПЛОХО. ОЧЕНЬ ПЛОХО. Эмбрионы в этом зале — это не основной проект. Это демоверсии, но «релиз» уже состоялся.

ВТОРОЙ ЭТАП. «ЗАСЕЛЕНИЕ». ОН УЖЕ ЗАПУЩЕН. Они взяли успешные образцы и расселили их по всей планете в подходящих климатических зонах. Тойгеров — в тёплые джунгли. Миносов — на равнины с обильной травой. Мереидов — в океаны. Они не вмешиваются. Они просто наблюдают. Собирают статистику. Смотрят, кто кого сожрёт, кто с кем скрестится, кто построит цивилизацию, а кто так и останется на уровне каменного топора. Мы все для них — просто реалити-шоу «За стеклом», которое рассчитано на тысячелетия. И им плевать на переселенцев с других планет. Но только пока плевать. СКРЕЩИВАНИЕ С ПРИШЕЛЬЦАМИ — ТРЕТИЙ ЭТАП.

Я стиснул зубы. Значит, предки гибридных рас уже бегают по древней Земле, пытаясь не стать обедом для саблезубого тигра. И за ними наблюдают эти бездушные стекляшки. Но до третьего этапа дело, видимо, не дойдёт. В наше время нет гибридов с пришельцами и нет данных, что они когда-то существовали. Есть только люди, ксеносы и гибриды людей с животными.

Думаю, я знаю, почему третий этап не начался.

«Перехвати управление, — приказал я мысленно, поднимаясь на ноги. — Захвати корабль».