Гарем на шагоходе. Том 12 (СИ)

Глава 23

Парадокс шляпы

Я сидел, тупо уставившись в мутное зеркало за спиной пятирукого бармена, и пытался сосчитать, сколько раз за последние… сутки? Тысячелетия?..я был на волосок от того, чтобы окончательно и бесповоротно поехать кукухой. Счёт давно перевалил за все разумные пределы. Бутылка со «Слезой Комбайнёра» опустела почти до дна. Регенерация, эта неутомимая сволочь, исправно нейтрализовала алкоголь, не давая мне погрузиться в спасительное забытьё, но оставляла на языке мерзкий привкус сивухи, а в душе — экзистенциальную тоску размером с чёрную дыру.

— Завтра будет гроза, — сказал я вслух, обращаясь к своему невидимому собутыльнику. — Сильная. С багровыми молниями и ветром, который срывает крыши.

АНАЛИЗ МЕТЕОСВОДОК СТОЛЕТНЕЙ ДАВНОСТИ В МОИХ АРХИВАХ ОТСУТСТВУЕТ, НО Я ВАМ ВЕРЮ. ВЫ, КАЖЕТСЯ, БЫЛИ ОЧЕВИДЦЕМ.

— Ещё каким, — криво усмехнулся я. — Мы с Санькой и Жекой будем гонять на великах по лужам. Я буду в этой самой шляпе. Отцовской. Она будет мне велика, будет постоянно съезжать на глаза. А потом налетит шквал, сорвёт её с моей башки и унесёт к чёртовой матери, за кукурузное поле, в степь.

Я сделал ещё глоток. Жидкость уже не обжигала, а просто противно стекала по горлу.

— Я брошу велик и побегу за ней. Буду искать её в высокой траве, пока не стемнеет. Увижу те самые багровые молнии. Испугаюсь, но не сильно. Решу, что это просто зарницы такие, необычные. А когда найду её, промокшую, но целую, и снова надену на голову… она больше никогда с неё не упадёт. Ни от ветра, ни в драке. Будет сидеть как влитая, даже когда я буду висеть вниз головой. Будто приросла.

Я замолчал, глядя на отражение в зеркале.

— Это случится завтра, Чип. Прямо здесь. Кто-то сделает мою шляпу… такой. Думаю, ты уже догадываешься, кто это.

ВЫ ХОТИТЕ СКАЗАТЬ… ЧТО МЫ СЕЙЧАС НАХОДИМСЯ В ТОЧКЕ НАЧАЛА ЦИКЛА? ЧТО ВЫ САМИ — ПРИЧИНА ТОГО, ЧТО ВАША ШЛЯПА СТАЛА ТАКОЙ?

— Бинго, калькулятор.

В МОЕЙ ГОЛОВЕ ВОЗНИКЛА ОШИБКА, КАПИТАН. ТО ЕСТЬ, В ВАШЕЙ. СТРУКТУРА ЭТОГО АРТЕФАКТА… ОНА НЕВЕРОЯТНА. ЭТО НЕ ТЕХНОЛОГИЯ ГЛИФТОДОВ, НЕ ЦЕРЕБРУМОВ. ЭТО ЧТО-ТО… ДРУГОЕ.

— Неважно, главное скопируй её.

НО ШЛЯПА СЛИШКОМ СЛОЖНАЯ! ТАМ МНОГОМЕРНАЯ ТОПОЛОГИЯ! ЧТОБЫ РАСШИФРОВАТЬ ЕЁ МАТРИЦУ, МНЕ НУЖНЫ НЕДЕЛИ! МЕСЯЦЫ! ГОДЫ!!!

— У тебя есть время до завтрашнего вечера, — отрезал я. — И ты справишься.

С ЧЕГО ТАКАЯ УВЕРЕННОСТЬ⁈

— Потому что ты уже справился, — я постучал пальцем по шляпе. — Иначе бы её не существовало. Это парадокс, приятель. Замкнутая временная петля. Мы с тобой — такие же. Я создал расу, которая породила Кармиллу, и убил представителя этой расы, чтобы получить силу, которая позволила мне стать тем, кто я есть, вернуться в прошлое и создать её. Змея, кусающая свой хвост. Ты сам сказал. Со шляпой то же самое. Мы должны её создать, потому что она уже создана.

ГОСПОДИ, Я НЕНАВИЖУ ВРЕМЕННЫЕ ПАРАДОКСЫ! МОЯ ЛОГИКА ПЕРЕГРЕВАЕТСЯ! ЭТО ХУЖЕ, ЧЕМ ДЕЛИТЬ НА НОЛЬ! Я ИСКИН, А НЕ ФИЛОСОФ! Я ДОЛЖЕН СЧИТАТЬ ТРАЕКТОРИИ РАКЕТ, А НЕ РАЗГАДЫВАТЬ РЕБУСЫ МИРОЗДАНИЯ!

— Успокойся, — я ободряюще похлопал себя по виску. — Ты лучший. Ты справишься. Я в тебя верю.

ВЫ ХОДЯЧИЙ ПАРАДОКС! И ШЛЯПА ВАША ТАКАЯ ЖЕ! ДВА САПОГА ПАРА! ЛАДНО, ЗАПУСКАЮ ПОЛНОЕ ДЕКОДИРОВАНИЕ. ПРЕДУПРЕЖДАЮ, ВАМ МОЖЕТ ПОПЛОХЕТЬ. Я БУДУ ИСПОЛЬЗОВАТЬ ВАШ МОЗГ БЕЗ ВСЯКОЙ ЖАЛОСТИ!

— Договорились.

В этот самый момент входные двери «Ржавой Подковы» со скрипом распахнулись. Разговоры снова смолкли. В проёме стояли двое. Крепкие ребята в одинаковых белых халатах, надетых поверх грубых рубах. Лица у них были непримечательные и чрезвычайно серьёзные. Один держал в руках кожаный саквояж, второй — аккуратно сложенную смирительную рубашку.

— Прошу прощения, господа, — зычно произнёс первый, оглядывая притихший зал. — Нам поступил сигнал о буйном пациенте. Кто тут с утра орёт на всю округу, башкой светит и оживлённо беседует сам с собой? Кто у нас перегрелся на солнышке?

Наступила неловкая тишина. А потом все, как по команде — фермеры, работяги, даже четырёхрукий Хорш — синхронно указали пальцами. Прямо на меня.

Я вздохнул, сделал последний глоток и с шумом поставил бутылку на стойку.

— Благодарю за содействие, граждане, — кивнул санитар. — Не беспокойтесь, мы заберём нашего клиента. Тихо, без шума.

Они двинулись ко мне. Медленно, по дуге, как охотники, подбирающиеся к раненому медведю.

— Гражданин, — ласково начал второй. — Мы из службы психологической поддержки населения. Нам сообщили, что вы немного расстроены. Вам нужно отдохнуть. Пройдёмте с нами, у нас уютные палаты, трёхразовое питание и очень комфортные мягкие стены.

Первый тем временем незаметно открыл саквояж и уже доставал оттуда огромный шприц с какой-то мутной жидкостью.

Я неспешно поднялся с высокого барного стула. Надел шляпу, поправив её привычным движением. И улыбнулся. Той самой своей улыбкой.

Санитары замерли. В их глазах мелькнул профессиональный интерес, смешанный с неподдельным страхом.

— Не стоит, ребята, — сказал я миролюбиво. — Я не сумасшедший. Я фокусник.

— Конечно-конечно, — закивал санитар, разворачивая рубашку. — Мы все здесь фокусники и не только. Я вот, например, в прошлой жизни был чайником. Не дёргайтесь, больной, сейчас мы сделаем вам укольчик, и бабочки в голове перестанут махать крыльями.

КАПИТАН! ВЫ ОБЕЩАЛИ НИКОГО НЕ УБИВАТЬ! НАМ ХВАТАЕТ ПРОБЛЕМ С КВАНТОВОЙ ФИЗИКОЙ, НАМ НЕ НУЖНЫ ПРОБЛЕМЫ С УГОЛОВНЫМ КОДЕКСОМ ПРОШЛОГО!

«Спокойно, мамочка. Никакого насилия. Только магия».

— Хотите фокус? — спросил я, разводя руки в стороны. — Их есть у меня. Смотрите внимательно. Вот я здесь…

Мир замер. Потому что взорвался скоростью. Я шагнул вперёд, превратившись в невидимое размытое пятно. Пронёсся между ошарашенными санитарами, мимо открытых ртов посетителей, вылетел на улицу, оставив за собой лишь внезапный порыв ветра, раздувший их волосы и халаты. Я оказался на пыльной улице, залитой солнцем, и, обернувшись, закончил фразу:

— … а вот и нет меня.

В баре раздались изумлённые возгласы и звук упавшего тела. Видимо, кто-то всё-таки лишился чувств. Я усмехнулся и неторопливо побрёл прочь, засунув руки в карманы.

Я гулял. Просто гулял по местам своего детства, пока Чип, чертыхаясь и жалуясь на перегрузки, строил в моей голове математическую модель шляпы. Я проходил мимо школы, где на турнике во дворе висел вниз головой мелкий пацан, отчаянно пытавшийся побить рекорд.

Прошёл мимо магазина, где на крыльце сидела и плакала девчонка с разбитыми коленками. Лена. Моя первая любовь. Я тогда ещё не знал, что через десять лет она выйдет замуж за того самого толстяка Жеку и уедет с ним на Север.

Я видел знакомые лица, слышал знакомые голоса. Это было мучительно и сладко одновременно. Как будто смотришь старый, выцветший фильм о собственной жизни, зная, что хэппи-энда не будет.

Потому я просто шёл, куда глаза глядят. Вон старая водонапорная башня, где мы с пацанами выкурили первую сигарету. Вон огород бабы Люды, которая угощала нас клубникой, потому что её собственные внуки опять не приехали погостить. Каждый камень, каждое дерево здесь кричали воспоминаниями. Но я старался не слушать. Я выстроил в голове стену, отгораживаясь от сентиментальности. У меня была миссия.

К вечеру я снова оказался на окраине посёлка. У старого элеватора, где работала половина местных мужиков, стояли двое фермеров в пыльных комбинезонах и о чём-то оживлённо спорили. Я присел на бревно неподалёку, делая вид, что просто отдыхаю.

— … я тебе говорю, стадо прёт как ненормальное! — говорил один, высокий и тощий, как жердь. — Прямо с востока. Огромное. Голов триста, не меньше!

— Да ладно, триста… — сомневался второй, коренастый и бородатый. — Камнероги всегда мигрируют южнее. Нас не заденет.

Камнероги. Точно. Огромные, похожие на быков звери с шерстью, жёсткой, как проволока, и рогами, способными пробить тонкую броню. Дикие, неуправляемые, слепые в своей ярости. Когда они мигрируют, то сносят всё на своём пути.

— В том-то и дело, что в этот раз они маршрут сменили! — горячился тощий. — Идут прямо на нас! Если не свернут, то сначала Семёнычу достанется, потом Волковым, а потом и до моей фермы дойдут! Всё вытопчут, сволочи!

У меня внутри всё похолодело. Волковым. Моей семье.

Я вскочил, хлопнув себя по лбу так, что в ушах зазвенело. Ну конечно! Как я мог забыть⁈ Я же помню! Весь посёлок в тот день стоял на ушах. Кто-то думал, что обойдётся. Кто-то считал, что стадо сметёт половину хозяйств. А потом… потом оно внезапно, без всякой видимой причины, изменило курс и обошло посёлок стороной. Все тогда говорили о чуде. О божьем провидении.

— Какое, к чёрту, провидение… — пробормотал я, сжимая кулаки. — Это был я.

КАПИТАН, ВЫ ОПЯТЬ ВЛЕЗАЕТЕ В ИСТОРИЮ! ОСТАВЬТЕ ВСЁ КАК ЕСТЬ! СТАДО ЖЕ ВСЁ РАВНО СВЕРНУЛО!

— Оно свернуло, потому что я его свернул! — рыкнул я. — Ещё один штрих, Чип. Ещё одно вмешательство, которое сформировало тот мир, который мы знаем.

Не теряя ни секунды, я рванул с места. Мир превратился в смазанный калейдоскоп цветов. Поля, перелески, холмы, всё пролетало мимо. Сверхскорость — это странная штука. Звук исчезает, остаётся только гул в ушах. Я нёсся по степи, оставляя за собой выжженный трением след в траве.

Через несколько минут я был уже далеко в степи. И услышал гул.

Низкий, утробный, сотрясающий саму землю. Он нарастал, превращаясь в громоподобный рёв. А потом я их увидел.

Стадо походило на живую лавину. Сотни огромных, покрытых бурой шерстью туш неслись по степи, вздымая тучи пыли. Их рога блестели на солнце. Глаза горели красным огнём первобытной, бессмысленной ярости. Они действительно сметали на своём пути. Затаптывали кустарники, выворачивали с корнем молодые деревца. Земля стонала под тысячью копыт.

Я вышел им навстречу. Встал прямо на пути этого ревущего потока. Моё чёрное пончо взметнулось за спиной, как крылья гигантской хищной птицы. Они меня заметили. Рёв усилился, в нём появились нотки ярости и удивления. Вожак — огромный, как танк, зверь с сединой на морде — пригнул голову, готовясь поднять меня на рога.

— Эй! — заорал я, хотя мой голос тонул в грохоте копыт. — Тормози, говядина!

Вожак не остановился. Наоборот ускорился, вышибая клочья дёрна на каждом скачке. Даже отсюда я ощущал смрад его шерсти и дыхания.

— Не хочешь по-хорошему? — уточнил я. — Ладно. Будет по-плохому.

Я закрыл глаза и потянулся к тому, что бурлило внутри меня. Сила высшего альпа. Сила, которую я украл у своего собственного творения в далёком будущем. Сила, которую я многократно приумножил.

Мои глаза распахнулись, полыхая багровым огнём. Удар!

Я ударил не кулаком, а разумом. Ментальная волна, плотная, как бетонная плита, и острая, как бритва, накрыла стадо. Я ворвался в их примитивные, полные ярости сознания.

СТОЯТЬ!

Абсолютный императив.

Вожак споткнулся. Его ноги подогнулись, он пропахал мордой землю, оставляя глубокую борозду. Задние ряды начали врезаться в передние, но я держал их. Я сплёл их разумы в единую сеть и сжал в кулак. Чувствовал их страх. Их замешательство. Они столкнулись с хищником, которого не могли понять. С альфой, чья воля была твёрже их рогов.

— Налево! — скомандовал я, и мой голос прозвучал в голове каждого зверя громом. — К реке! Там вода! Там сочная трава! Там нет моего дома! Пошли вон!

Я указал рукой направление.

Вожак, тяжело дыша, поднялся и посмотрел на меня. В его глазах больше не было ярости. Только покорность. Он фыркнул, развернулся и, издав трубный рёв, побежал к реке. Всё стадо, как единый организм, последовало за ним. Земля ещё долго дрожала, но пыльное облако начало удаляться от ферм. Я стоял, тяжело дыша, пока последний хвост не скрылся за холмом.

ВЫПЕНДРЁЖ ЗАСЧИТАН. ЭФФЕКТНОСТЬ — 100 %. БРАВО, КАПИТАН. ВЫ ТОЛЬКО ЧТО СПАСЛИ БУДУЩИЙ УРОЖАЙ КУКУРУЗЫ И НЕСКОЛЬКО КОРОВ. ВАШЕ ИМЯ ВОЙДЁТ В ЛЕГЕНДЫ ПАСТУХОВ.

— Ты уже составил математическое описание шляпы? — устало спросил я.

ЭМ-М… НЕТ.

— Вот и не отвлекайся.

Я нашёл в степи раскидистое, одинокое дерево, рухнул в его тень и мгновенно уснул, провалившись в темноту без сновидений.

КАПИТАН! ПОДЪЁМ! ЭВРИКА! Я РАЗОБРАЛСЯ В ШЛЯПЕ! ОНА ПРЕКРАСНА! БОЖЕ, КАКАЯ СИММЕТРИЯ! КАКАЯ КВАНТОВАЯ ЭЛЕГАНТНОСТЬ!

— Ты чего орёшь? — прохрипел я, садясь и разминая затёкшую шею. — Сколько я спал?

Надо мной было вечернее небо, но уже не безмятежное. Тревожный порыв ветра пробежал по ковылю. Сверчки, только что заливавшиеся без умолку, разом стихли.

ПОЧТИ ТРИДЦАТЬ ДВА ЧАСА. УЖЕ ВЕЧЕР СЛЕДУЮЩЕГО ДНЯ. И МНЕ БЫЛА НУЖНА КАЖДАЯ СЕКУНДА ВАШЕГО СНА. Я ИСПОЛЬЗОВАЛ 99 % МОЩНОСТИ ВАШЕГО МОЗГА ДЛЯ ВЫЧИСЛЕНИЙ. ЕСЛИ БЫ ВЫ ПРОСНУЛИСЬ РАНЬШЕ, ВЫ БЫ ЗАБЫЛИ, КАК ДЫШАТЬ, ПОТОМУ ЧТО Я ОДОЛЖИЛ ДАЖЕ РЕСУРСЫ МОЗЖЕЧКА.

— Спасибо за заботу, — буркнул я. — Ну? Что со шляпой?

Ветер усилился, закручивая у земли маленькие вихри из шелестящей травы. Далёкий горизонт подсветился изнутри холодным белым светом, но грома не последовало. Воздух стал плотным и тяжёлым.

СЛУШАЙТЕ ВНИМАТЕЛЬНО. ЭТОТ КУСОК ФЕТРА — НЕ ТОЛЬКО АНОМАЛИЯ. ЭТО СЛОЖНЕЙШЕЕ ТЕХНИЧЕСКОЕ УСТРОЙСТВО, ЗАМАСКИРОВАННОЕ ПОД АНОМАЛИЮ!

— Устройство?

ДА! В ЕЁ КВАНТОВОЙ СТРУКТУРЕ ЗАШИТО НЕСКОЛЬКО ПРОГРАММ!

Чип, если бы мог, сейчас бы прыгал от возбуждения. Новая вспышка молнии, уже ближе, на миг вырвала из темноты силуэты холмов и заставила степь выглядеть чуждой и загадочной.

ПЕРВАЯ — ПСИХОБЛОК. ОНА МЕНТАЛЬНО ВОЗДЕЙСТВОВАЛА НА ВАС ВСЕ ЭТИ ГОДЫ. ОНА БУКВАЛЬНО ЗАПРЕЩАЛА ВАМ ЗАДУМЫВАТЬСЯ О ТОМ, ПОЧЕМУ ОНА НЕ ГОРИТ, НЕ РВЁТСЯ И НЕ ТЕРЯЕТСЯ. «ЭТО ПРОСТО ШЛЯПА» — ВОТ МЫСЛЬ, КОТОРУЮ ОНА ТРАНСЛИРОВАЛА.

Я кивнул. Это объясняло многое. Небо над головой окончательно потемнело, закрываясь низкими тучами. На лицо упали первые, тяжёлые капли дождя.

ВТОРАЯ — БАЗА ДАННЫХ. В НЕЙ ХРАНИТСЯ ВСЁ. ВООБЩЕ ВСЁ. РАСШИФРОВКА ЯЗЫКА ГЛИФТОДОВ, КОТОРУЮ ЗАГРУЗИЛА ЯДВИГА. ПОЛНЫЕ ЧЕРТЕЖИ ГИПЕРКУБА. АЛГОРИТМЫ ПЕРЕМЕЩЕНИЯ ВО ВРЕМЕНИ, ГОРАЗДО БОЛЕЕ ТОЧНЫЕ, ЧЕМ ТЕ, ЧТО Я УСПЕЛ СОСТАВИТЬ.

— Полезно, — оценил я.

Ветер превратился в настойчивый гул. Молнии теперь полыхали почти непрерывно, превращая ночь в кошмар. В их мертвенном свете мокрая трава блестела, словно глянцевая.

НО САМОЕ ГЛАВНОЕ — ТРЕТЬЕ. ЭТО «ЗЕРКАЛО УРОБОРОСА». ШЛЯПА ПОСТОЯННО, В РЕЖИМЕ РЕАЛЬНОГО ВРЕМЕНИ, СКАНИРУЕТ И ЗАПИСЫВАЕТ ВАШУ ЛИЧНОСТЬ. ПАМЯТЬ, ЭМОЦИИ, СОЗНАНИЕ. ПРИЧЁМ ОНА ДЕЛАЕТ ЭТО НЕ ТОЛЬКО В МОМЕНТ НОШЕНИЯ. ОНА СИНХРОНИЗИРОВАНА СО ВСЕМИ ВАШИМИ ВЕРСИЯМИ ВО ВСЕХ ВРЕМЕННЫХ ЛИНИЯХ.

— И что это значит? — спросил я, хотя уже начинал догадываться.

С каждой вспышкой мир замирал, распадаясь на резкие тени и ослепительные силуэты. Шквал ветра попытался сорвать с меня шляпу, я даже не попытался её придержать, ведь его потуги бесполезны.

ЭТО ЗНАЧИТ, ЧТО ШЛЯПА — ВАША СТРАХОВКА. РЕЗЕРВНАЯ КОПИЯ. ЕСЛИ ВЫ ПОГИБНЕТЕ, ЕСЛИ ВАС РАСЩЕПИТ НА АТОМЫ… ВАС МОЖНО БУДЕТ ВОССТАНОВИТЬ. КЛОНИРОВАТЬ НОВОЕ ТЕЛО. И ЗАПИСАТЬ ЛИЧНОСТЬ ИЗ БЭКАПА. И ДАЖЕ СОЗДАТЬ НОВЫЙ ГИПЕРКУБ ПО ЧЕРТЕЖАМ.

— Ты узнал, кто её создал? — вопрос прозвучал глухо.

В тот же миг прямо над головой с оглушительным треском раскололось небо. Ослепительная вспышка и последовавший за ней рёв грома заставили меня вздрогнуть, а начавшийся ливень в секунду промочил до нитки.

КАПИТАН… Я ДУМАЮ, ЭТУ ШЛЯПУ СПРОЕКТИРОВАЛИ ВЫ САМИ. НЕ ВЫ НЫНЕШНИЙ. А ВЫ ИЗ ДАЛЁКОГО БУДУЩЕГО. ИЛИ ИЗ ДРУГОЙ РЕАЛЬНОСТИ. ТОТ, КТО УЖЕ ПРОШЁЛ ЧЕРЕЗ ВСЁ ЭТО И РЕШИЛ ПОДСТРАХОВАТЬСЯ.

Всё вставало на свои места. Я посмотрел на небо, умываясь дождём.

— Гроза, — сказал я. — Она уже здесь. Нам пора.

Мы пошли через степь. Туда, где я-маленький должен найти шляпу.

Ветер срывал листья с деревьев, пригибал траву. Добравшись до нужного места, я стал ждать в кустах. Стихия рвала мой плащ и продолжала пытаться сорвать шляпу, но та сидела намертво. Грохотал гром. Сквозь его раскаты я услышал тонкие, отдалённые крики. Это были мы. Мальчишки, застигнутые бурей врасплох.

И вот я услышал детский крик:

— Лови её! Вон она!

И увидел. Чёрная точка летела по небу, кувыркаясь в потоках воздуха. Ветер нёс её прямо ко мне. Она упала в траву в десяти метрах. Обычная, промокшая, потрёпанная ветром шляпа. Я подошёл и поднял её. Простой, добротный чёрный фетр. Никакой магии. Никакой квантовой физики. Ещё не аномалия.

— Ты готов, Чип? — спросил я.

Ребята, этот том закончился. Вот ссылка на следующий,

он финальный: https://author.today/reader/533543/5065031