Хакер в другом мире 3: Революция

Глава 18 Гражданская война

Города Эйсмара, как в прочем и любых других стран, предпочитали строить вблизи крупных рек, или их развилок. Обуславливалось это банальной необходимостью в наличии источника воды, до которого не придётся идти несколько километров через леса и поля, рискуя на кого-нибудь нарваться. Кроме того, река являлась так же источником пищи, благодаря обитанию в ней различных видов рыбы.

Как правило, все эти поселения были похожи друг на друга. Соответственно и люди, проживающие в разных городах страны, не сильно отличались менталитетом и привычками. Для многих жителей страны будние дни являли собой привычный распорядок дом-работа-дом. Занятые вечными попытками заработать на жизнь, эти люди так никогда и не начинали жить по-настоящему. Единственным способом сбежать от рутины хоть как-то, был алкоголь. Вероятно поэтому бары и питейные заведения чувствовали себя во все времена так комфортно. В реальности, где каждый день похож на предыдущий и ничего не меняется десятилетиями, очень легко потерять ход времени, поверив в незыблемость привычного уклада жизни. Однако сегодня, в одном из множества провинциальных городов королевства что-то пошло не так. Люди, ранее бредущие по улицам на работу, сейчас остановились и как по команде смотрели в небо. Там, в высоте, среди белых облаков в направлении города плыл длинный, сигарообразный объект. Скорость неизвестного летающего корабля была невелика, однако это не мешало ему неумолимо приближаться, держа курс на ратушу.

Так прошло десять минут. Двадцать. Когда неизвестное «нечто» стало своим размером закрывать небо и солнце над главной площадью, в городе началась паника. Люди бежали кто куда, пытаясь спрятаться от тени летающего корабля. Военный гарнизон, только-только вздохнувший свободно и начавший отходить от постоянных стычек с партизанскими отрядами, весь поднятый по тревоге сейчас занял позиции на крышах домов, переулках, и по периметру главной площади города. В отличие от гражданских, вояки догадывались что это такое к ним прилетело. В докладах и рапортах, что спускались по вертикали командования вниз, доводились общие тезисы о силах противника и вооружении которым тот обладает. Проблема была в другом: что с этим делать?

Ведь знать о чудовище и встретиться с ним — это две разные вещи.

Тем временем на дирижабле экипаж готовился к десанту на городские улицы. Наёмники проверяли снаряжение и артефакты, плотнее затягивали ремни разгрузки на теле. Шухов и Рокстар молчаливо взирали вниз, на целящиеся в них катапульты и арбалеты защитников поселения. Персеваль же, в своей королевской одежде, выглядел среди всех этих невзрачных, вооружённых до зубов людей, как роза среди навоза. Ещё в изначальной точке, где Киров базировался, Артём раздобыл шмотки ярко-фиолетового фасона, дорогие сапоги и перстни на пальцы. В общем — аналог того, что у Арагвейна отобрали доблестные подчинённые, когда тащили того в камеру подземной тюрьмы.

— Здесь есть люди Верховного совета? — спросил бывший король, оторвав взгляд от иллюминатора и устремив его на хакера.

— Думаю да. Вероятно, люди Гектора уже добрались и до провинций, — пожал плечами Шухов.

— Прекрасно. Нет ничего лучше для восстановления власти как несколько хороших казней.

— Только мне интересно, как ты собрался их в этой толпе искать? — задал резонный вопрос Вильям. — Или ты думаешь, что завидев твою персону они сами сдадутся нам на милость?

— Это и не требуется, — усмехнулся бывший король. — Просто дайте мне предстать перед моими солдатами и вы увидите что такое верность. Они сами приведут ко мне всех агентов и провокаторов госбезопасности.

— Ну, дело твоё, — сделал неопределённый жест рукой наёмник.

Когда дирижабль добрался до городской ратуши и выбросил верёвочную лестницу на её крышу, городская стража перевела своё оружие на неё, ожидая пока незваные гости начнут спускаться вниз. Но время шло, лестница раскачивалась, иногда выгибаясь под странными углами, а враг всё не появлялся. Так прошло минут пятнадцать. Офицеры уже обсуждали стоит ли приблизиться и самим взобраться наверх, может это приглашение такое. Но тут, на выступающем балконе главного здания города, откуда к народу обращались высокопоставленные чиновники и управляющие, неожиданно появились несколько людей, один из которых был в ярко-фиолетовой одежде. Вот так, буквально из ниоткуда. Секунду назад не было и раз — уже стоят. А после, над площадью разнёсся голос человека, которого, без преувеличения — знала вся страна:

— Солдаты и офицеры армии Эйсмара! Так-то вы приветствуете своего короля?

Шухов на пару с Рокстаром находились в тени широких внутренних колон административного здания, контролируя обстановку вокруг. Несмотря на то, что наёмники своё дело знали и прикрывали тушку бывшего правителя буквально ото всех, Вильям всё же настоял на том, чтобы лично спуститься с дирижабля и контролировать своих людей, несмотря на возражения хакера. Парень резонно опасался, что если (не дай бог) что-нибудь пойдёт не так и начнётся бойня, давно растерявший всякие боевые навыки руководитель наёмников просто останется лежать на поле боя холодным трупом. И хрен его знает, каким образом потом продолжать удерживать под контролем всю эту жадную до денег банду сволочей, что понимает только язык золота и силы. Суть в том, что сам Рокстар конечно откаты брал, однако рядом с Артёмом он стоял не потому что тот ему платил. И если Шухова эта черта в нём привлекала, то всех остальных это изрядно пугало. Те, кто привык видеть мир серым, не разделяя его на цвета, не могли поверить, понять и принять, что есть люди в корне от них отличающиеся. Серость, в массе своей не приемлет тех, чьи мотивы не удаётся просчитать оперируя понятиями денег, власти, и похоти.

Три столпа, на которых зиждется мир.

Люди очень просты. Они не любят непредсказуемости. В нашем мире каждый знает что будет с восьми до пяти и что будет после шести. И если возникает непреодолимая сила обстоятельств, мало кто пытается с ней тягаться. В целом, людям абсолютно безразличны и добро и зло, и бог и чёрт, если конкретно их это не касается. Но есть и особенные персонажи. На этой планете живут и те, для кого мир очень четко делится на свет и тьму… если смотреть на всё их глазами, конечно же. Таких обычно чувствуешь. Их не сложно определить, даже в толпе. Всегда будут знаки. Странные фразы. Непонятные мимолётные взгляды.

Именно такими людьми были и скрывающиеся сейчас в тени колонны Шухов и Рокстар. Молча слушавшие речь Персеваля, что распалялся перед местным военным гарнизоном всё больше и больше, эмоционально рассказывая им как его «о-боже-обманули-и-предали-высшие-аристократы», два командира мыслями находились каждый в своём мире, лишь глазами мониторя обстановку. Одного из них подчинённые опасались за то, что он не предал собственную честь, поставленный когда-то перед выбором, а второго откровенно боялись за жестокий и холодный разум, способный жертвовать даже самим собой ради смутной и непонятной мечты.

Как понять, кто завтра станет мишенью для таких людей?

— Трюк с твоим заклинанием, скрывающим присутствие, был хорош. Признаю, — решил выйти из молчаливого стазиса Вильям, обращаясь к младшему товарищу. — Могли все на той крыше остаться.

— Прекрати уже называть мои заклинания трюками, — сжал переносицу Шухов. — Мы бы могли использовать подобное чаще, если б не твои ссыкловатые воители.

— Их можно понять, — развёл руками бывший военный. — Свой нож ближе к телу.

В ответ на эту маньяческую мудрость, Артём лишь плюнул на пол в сердцах.

— Во заливает, а? — продолжил Рокстар, слушая речи Арагвейна. — И ведь слушают же его. А главное — верят!

— Тем лучше для нас, — неопределённо провёл рукой по воздуху хакер. — Скоро они ему ещё и в жертву кого-нибудь принесут, вот увидишь.

— Главное — чтоб не нас.

— Не. Пока рано. Он ещё не настолько силён.

… А тем временем, под балконом городской ратуши, толпа военных, вперемешку с гражданскими, во все глаза смотрели та того, кого раньше видели лишь на картинах. Слушали слова о лести и лжи, о предательстве и спасении, о новом союзнике. И конечно же — о необходимости мести. По прошествии полутора часов громогласных лозунгов и речей, люди, стоявшие внизу аплодировали своему королю, а те, кто был облачён в форменное обмундирование, выкрикивали знакомые и опасные лозунги.

— Не зря столько лет правил страной, — произнесла фигура, стоявшая во тьме, за спиной Персеваля третьего.

— Ни прибавить, ни отнять, — вторила ей другая, попутно засовывая руки в карманы своего плаща.

В то время, как лидер сопротивления развлекал себя полётами на дирижабле вместе с бывшим королём, на карте страны появилась точка, события в которой развивались по непредвиденному никем сценарию. Наихудшему из возможных. То, чего хакер всеми силами пытался избежать, всё же случилось и смертельная спираль снова начала набирать обороты.

Мордок — город среди степей, славился своими бескрайними полями зерна самых разных видов и мастей. Без преувеличения можно сказать, что хлеб, производимый здесь, кормил едва ли не четверть всей страны. Издавна самым прибыльным бизнесом здесь являлось владение элеваторами и ветряными мельницами, что позволяли произвести полный цикл обработки зерна и получить муку.

Орудующие в городе отряды Рагнара, получив от штаба приказ прекратить боевые действия и залечь на дно, противиться воле центра не стали, исполнив указание в точности и засев в глухое подполье. Казалось бы — ситуация в Мордоке после этого должна прийти в норму и оставшиеся в живых вояки наконец могли вздохнуть спокойно. Но не тут-то было. Верховный совет, пытаясь стабилизировать положение с восстанием в Эйсмаре, разослал в крупные гарнизоны гонцов с запечатанными конвертами. Если говорить о содержимом этих записок коротко, то основной посыл был в том, чтобы города выделили часть войск для присоединения их к военному контингенту, готовящемуся к походу на северные леса, а так же всем офицерам среднего звена, с текущего момента, выдаются самые широкие полномочия для поиска и устранения шпионов и сочувствующих Красной армии. Новая власть дала исключительные права на применение насилия ко всем, кто хоть как-то казался подозрительным.

Именно последний пункт и стал камнем преткновения будущих событий. Первые несколько дней, после ухода сопротивления в режим ожидания, Мордок пережил спокойно. Но как только до офицеров дошло, что постоянные атаки прекратились, и город снова под контролем армии, на улицах начались облавы. Людей хватали средь бела дня просто за косой взгляд в сторону военных патрулей, избивали и тащили в местную тюрьму на дознание. Шпионов и провокаторов сопротивления видели буквально везде, ибо во время прошлых стычек с партизанами, население не сильно спешило доносить в органы правопорядка где скрываются преступники.

Слухи о задержаниях и облавах распространились по городу со скоростью пожара. Люди старались не выходить на главные улицы, пробираясь в пункты назначения окольными путями, и не попадаться на глаза патрулям. Помогало это правда не сильно, ибо стражники находились почти на каждом ключевом перекрёстке поселения, на каждой развилке, миновать которые было невозможно. Тюрьма под главным фортом Мордока заполнилась очень быстро.

Здесь всё и началось.

Дело в том, что в отличии от Роуэна, где гарнизоны периодически менялись чтобы охранять тюрьму на рудниках, в городе среди степей ситуация была полностью противоположной. Почти все военные были местными, имеющими в городе дома, семьи и родственников. И когда обычные солдаты и офицеры стали находить в катакомбах за решётками своих близких, мучающихся от голода и жажды, у людей в форме стали появляться серьёзные вопросы к происходящему. Начались конфликты, перерастающие в драки между военными. Дисциплина серьёзно пошатнулась. Солдаты, в нарушение всех приказов, начали массово выпускать из заточения своих родственников и знакомых, плюя на крики дежурных офицеров. Никакие угрозы на них не действовали. Дошло до того, что особо ретивых командиров разоружали и самих бросали в карцер.

Обвиняя друг друга, военный гарнизон города постепенно погружался в неуправляемый хаос и анархию.

Последней каплей, переполнившей чашу терпения, стала одна из холодных ночей, когда звёзды в небе были отчётливо видны, не укрываясь за серыми, тяжёлыми облаками. С вечера, перед цитаделью города, начали собираться горожане, требуя отпустить их семьи, родственников и друзей. Люди пришли без оружия, но держа плакаты, наскоро сбитые из палок и белых тряпок с надписями. Сначала протестующих было от силы человек сто. Но чем больше время шло, тем больше их становилось. К вечернему митингу начали подключаться и те, кого просто достали ежедневные проверки и страх оказаться за решёткой. Так сотня превратилась в тысячу. А тысяча в десять тысяч. Протестующие, что не помещались на площади, стояли на улицах примыкающих к ней, издали глядя на стены древнего форта. Ближние ряды скандировали лозунги вроде: «Свободу честным», «Мы тоже люди», «Хватит нас убивать».

Продолжалось всё это довольно долго. Вечер сменился ночью, но основная масса протестующих всё еще стояла на своих местах, когда со стен цитадели в толпу полетели первые ударные заклинания. Людей, не имеющих ни артефактов, ни доспехов, размазывало по серой, холодной брусчатке. Следом посыпались файерболы и стрелы. Собравшиеся на площади падали один за одним, скошенные ведущимся с цитадели обстрелом. Людская масса на площади пошатнулась и, подобно тому как волна набирает силу при порывах ветра, единое живое море тел, приняло определённое направление движения, с каждым новым взрывом впадая в состояние неконтролируемой паники всё сильнее. Протестующие бежали с поля боя, напарываясь на трупы своих товарищей, падали, и пытаясь подняться снова падали, не выдерживая напора мечущихся позади. Количество жертв росло с каждой секундой.

Разведчики зверолюдей наблюдали расстилающуюся перед их взором картину, с крыш близлежащих домов, в немом изумлении. Они ещё могли понять, когда вооруженные сражаются с вооруженными, но происходящее здесь иначе как «уничтожением» назвать было невозможно. Военный гарнизон города развернул своё оружие против тех, кого он обязан защищать. Вероятно, сделано это было из страха перед таким количеством людей. Если бы протестующие единомоментно пошли на штурм, форт мог и не выстоять.

О происходящем было немедленно передано Рагнару, командовавшему здешними отрядами сопротивления. Тот, недолго думая, отправил шифровку в штаб. Но ответа от центра так и не последовало. Волшебник ранее предупреждал, что вся операция входит в финальную фазу и теперь летающий корабль будет временами недоступен. Однако на этом информация заканчивалась.

Тишина в эфире стояла уже несколько недель.

Согласно доктрине, в случае отсутствия связи с вышестоящим командованием, всё управление вверенными подразделениями переходило в руки старшего офицера, следующего по статусу. Сейчас, Рагнар выполнял последнюю поставленную боевую задачу: сидеть тихо и ожидать дальнейших указаний. Сероглазый маг что-то делал, полуволк готов был в этом поклясться на чём угодно. Что-то, о чём остальным знать было не положено. Но происходящие в Мордоке события требовали ответных действий, иначе, с такими раскладами, возникал риск рано или поздно быть обнаруженными.

Пока Рагнар Лиственный обдумывал как лучше поступить, от разведки пришло новое донесение: — Внутри цитадели слышны звуки боя, вождь, — доложил молодой зверочеловек с лисьими ушами.

— Горожане прорвались в крепость? — не поверил полуволк.

— Никак нет. Военный гарнизон ведёт битву с самим собой. Издалека сложно рассмотреть, но похоже что солдаты, под руководством нескольких офицеров восстали против своих товарищей.

— Вот значит, к чему всё это привело, — задумчиво произнёс вождь лесного народа. — Возвращайся на позицию. Я скоро буду.

Коротко кивнув, боец покинул временное укрытие их отряда, и короткими перебежками по крышам, направился в сторону, откуда совсем недавно потянуло запахом гари.

Стрелки часов давно перевалили за отметку в три деления, когда несколько теней, как заправские скалолазы преодолели высокую стену форта и скрылись в темноте ночи, проникнув в узкие проходы на сторожевых башнях. Которые были пусты. Ни людей. Ни света фонарей. Цитадель, ещё недавно разрываемая звуками битвы, будто замерла, пытаясь осознать произошедшее.

Фигура с капюшоном на голове, шедшая впереди, замерла, сделав жест рукой. Постояв так несколько секунд, тёмный силуэт снова двинулся вдоль стены, идя на запах свежей крови. Прокравшись мимо освещённого луной пространства, неизвестные вышли во внутренний двор цитадели. Вся каменная площадка перед их ногами была усеяна трупами людей в военной форме. В результате магической битвы, разорванные и искалеченные тела валялись в неестественных позах, а выражения боли на лицах не вызывали ничего кроме отвращения.

— Они действительно сражались друг с другом, — тихо произнесла одна из теней.

Командир отряда, покрутив головой в разные стороны, пытаясь найти хоть-какой-то источник звука, уловил едва слышный отголосок. Миновав открытую территорию, странные посетители добрались до одного из входов в подземные помещения. Из открытых ворот шёл сильный запах гари, пота и конечно же — отдававшей металлом крови. Дав себе несколько секунд на раздумья, фигура в капюшоне извлекла из кармана своей одежды белую тряпку и переступила деревянный порог.

Внизу, метрах в пятидесяти от ворот, стояли двое часовых в военной форме. Тратить время на них неизвестные не стали, молниеносно метнувшись вперёд, используя особенности своих тел и нанеся несколько ударов в голову, вывели солдат из строя. Наконец достигнув конца прохода, отряд попал в широкое помещение, сплошь уставленное двухъярусными кроватями, сейчас отодвинутыми к стенам. В центре стояли несколько столов, за которыми восседали три офицера армии. Вокруг них, обступив сплошной стеной, стояли остальные защитники крепости. Из бурных обсуждений, вновь прибывшие и никем не замеченные полулюди, быстро поняли суть произошедших событий:

— Господин штабс-капитан, мы пошли против всех мыслимых и немыслимых приказов, которые когда-либо существовали, — взял слово некто из толпы. — Нам просто нет пути назад. Будем выпрашивать пощаду хотя бы для своих семей, когда войска прибудут сюда.

— Предлагаешь покорно склонить головы и надеяться на милость хрен знает кого? — рявкнул один из офицеров. — Вы все знаете что король отрёкся от престола и сейчас в столице правит некий непонятный, мать их — Совет! Как думаешь, что эти зажравшиеся свиньи сделают с теми, кто не подчинился их воле? Да вырежут всех, вместе с роднёй как пример остальным, чтобы неповадно было.

— А что ты хотел? Чтобы наших близких и дальше бросали в тюрьму и убивали на площади? — возразил ему второй офицер, сидящий за столом. — Ты же видел что они начали творить, когда люди перед стенами форта стали требовать освобождения своих родных. Эти гниды, всю жизнь лизавшие задницу королю, теперь решили сделать то же самое для новой власти. Им-то хорошо, их семьи не живут здесь! Выслужиться захотели! М-мать их. И кто знает, где были мои дети этой ночью. Я сейчас сижу здесь, с вами, но мыслями молюсь всем богам, чтобы они сегодня оставались дома. Ибо мы слишком поздно вмешались. Кто считал, сколько там за стеной трупов?

На вопрос, прозвучавший в воздухе, никто не ответил. На пару секунд в помещении наступила тишина.

— Как бы то ни было, мы перебили весь высший начсостав, руководивший обороной города, — взял слово третий, доселе молчавший офицер. — Кроме того убили своих же товарищей, которые продолжили подчиняться приказу. Нас осталось от силы три тысячи, если поскрести. Что мы сможем сделать, когда сюда придёт армия? Кроме того, наши враги, называющие себя сопротивлением, никуда не делись. Они где-то в Мордоке. Чего-то ждут. Что если они придут — и придут первей?

— Они уже здесь… — раздался низкий, рокочущий голос где-то позади толпы.

Солдаты, стоявшие кольцом, синхронно обернулись на звук. Тёмная фигура, сохранявшая молчание до этого момента, медленно двинулась вперёд, сквозь расступающихся на её пути людей. Дойдя до офицерского стола, неизвестный двумя руками откинул свой капюшон в сторону, и в свете нескольких ламп показались волчьи уши.

Рокот удивления и страха прокатился по толпе. Некоторые стали хвататься за свои мечи.

— Спокойно, — произнёс Рагнар, показывая белый флаг. — Мы пришли говорить.

Напряжённое молчание, снова повисло под сводами казармы. Солдаты, только что окончившие битву, вот-вот были готовы броситься в следующую.

— Чего вам надо? — бросил первый пришедший в себя офицер. — Добить пришли? Крепость уже окружена?

— Больно надо, — отмахнулся вождь зверолюдей. — После того, что вы утворили сегодня, будь уверен, что власть в столице, какой бы она там ни была, от вас и мокрого места не оставит. Ото всех! — повысив голос произнёс полуволк.

— Ну и чт…

— Но я впечатлён, — не дав своему оппоненту договорить, продолжил вождь. — В момент необходимости, вы всё же выбрали жизнь. Жаль, что так поздно. Там, на площади, лежит около тысячи трупов. Мы посчитали. Я не знаю, каким образом вы будете искупать это перед собственным народом, ведь фактически, только что вы развязали — гражданскую войну.

— Мы не…

— Однако, — поднял руку Рангар, — как ни странно, именно сейчас мы близки к соглашению как никогда, ведь наши цели — наконец-то совпали.

— Предлагаешь объединиться? — произнёс штабс-капитан, сидевший в центре.

— А ты догадливый, человек. Сам подумай, если войска Эйсмара сюда придут — конец всем. А с нашей помощью и возможностями, у вас есть шанс уцелеть и спасти семьи.

— Каким образом? — произнёс текущий лидер военного гарнизона города. — Вы — просто шайка бандитов и убийц. Что вы можете против целой страны?

Вождь зверолюдей шумно выдохнул. Когда-то, он и сам задал подобный вопрос сероглазому волшебнику, преодолевшему гиблые топи, чтобы встретится с ним. И полуволк до сих пор очень хорошо помнил тот разговор.

— Твоя проблема в том, что ты считаешь будто есть правильные решения и неправильные, — слово в слово произнёс Рагнар слова Шухова. — Хорошие люди и плохие. Добрые и злые. Преступники и герои. Однако запомни: на этой планете, есть всегда и только — плохие люди. Огромное, чёрное море зла, которому не видно конца и края. Правда жизни заключается в том, что иногда они сражаются друг с другом. И нужно просто выбрать свою сторону.

Полуволк выдохнул, молча оглядел всех присутствующих и продолжил:

— Суди сам. За всё время нашего конфликта, конкретно мы — Красная армия, не вредили обычным людям. Мы не трогали ваши семьи, хотя, будь уверен, вполне могли. Не травили городские колодцы, даже не нападали на безоружных солдат. А теперь ответь честно: можешь ли ты уверить своих подчинённых, что если вы сдадитесь на милость властей, они поступят с вашими родными так же гуманно?

Помолчав секунд двадцать, офицер ответил:

— Не могу. Но ты-то что предлагаешь?

Рагнар улыбнулся этому человеку. Их разговор продолжался ещё часа два. А на следующее утро, флаги Эйсмара были сорваны со шпилей главной цитадели города и ратуши. На их месте, к обеду развивались новые знамёна цвета рассвета. А на улицах древнего города, объединенные отряды зверолюдей и военных принялись устранять последствия ночной бойни.

Сервер 404.

Skynet: Я недавно рассуждал над загадками лингвистики.

Shuhart: Та-ак…

Skynet: Все слова, всех языков этого мира очень стары, ведь так? Но тогда чьи они?