Худший из миров. Книга 9

Глава седьмая. Если кто-то кое-где у нас порой.

Олег Евгеньевич оторвал тяжелый взгляд от письма и сосредоточился на физиономии слепого гоблина. Тот, в свою очередь, с довольной миной и видом безмятежно-придурковатым, пялился белесыми глазами куда-то в сторону.

— Какая интересная записочка, — негромко произнес Олег и вернулся к чтению.

“В ближайшее время Фэйфэй умрет. Она погибнет сразу же после того, как вы покинете этот мир.”

На этом письмо заканчивалось. Олег сложил лист вчетверо и убрал его в пространственный карман.

— Нам нужно с тобой поговорить с глазу на глаз, старый, — “ужасный” перевел взгляд в противоположную сторону шеренги, стараясь разглядеть малую.

— Само самбой, — согласился оракул, — Давно пора. Вот только, я сам себе не принадлежу. Так что, общаться будем только в присутствии моей дорогой хозяйки, разумеется, с ее дозволения.

— Ты разрешишь мне поговорить с твоим Наркалом? — наш герой на мгновение позабыл про слепца и теперь сосредоточил свое внимание на Ниссе.

— Пожалуй, нет, — спокойно ответила нагесса, — Наркал моего рода довольно строптив и знает о нас очень многое. Так что, нет.

Олег достал из пространственного кармана камень силы, принадлежащий Фэйфэй, и без затей кинул его в руки Ниссе. Нагесса ловко поймала артефакт, и, почти не глядя, скрыла его в своей сумочке.

— Ты чего! Это же был мой камень! — обиженно выпалила Фэйфэй.

— Я разрешу вам пообщаться, — не обращая внимания на выкрик феи, с достоинством произнесла Нисса, — Но, общение будет происходить исключительно в моем присутствии.

— Плевать, — согласился Олег.

— Тогда пообщаемся сразу же после проведения церемонии портала, — довольная собой, с мурлыкающими нотками в голосе, произнесла глава дома Ханишшь.

Сама церемония вручения портала пяти солнц была обставлена помпезно. В просторном зале наличествовали высокоуровневые высокородные представители гнезда, были сказаны высокопарные речи о вечной дружбе представителей дома и покорителями “Великого пути”. В общем, полная хрень, как оценил для себя событие наш герой. Время в этот чудесный день для нашего героя тянулось крайне медленно, не способствовала ускорению и Фэйфэй, что с обиженным видом ежеминутно попрекала Олега за сдачу СВОЕГО камня. И, когда Олегу в торжественной обстановке вручили кусок полуметрового мраморного бруса, изрезанного какими-то письменами и перстень из того же материала, наш герой эти самые подарки даже рассматривать не стал, сунув их без малейшего интереса в пространственный карман. А далее, уже ближе к концу праздничной церемонии, Нисса пригласила “ужасного” в отдельную комнатку. И четверо разумных расселись за одним круглым столом для основательной беседы.

Фэйфэй по-прежнему дула губки, явно недовольная недавним поступком своего спутника. Она стояла чуть в сторонке от человека на краю стола и смотрела куда-то в сторону, обиженно скрестив ручки на груди.

— Я так понимаю, что ты именно этого ты и добивался, оракул? — первой разрядила гнетущую обстановку хозяйка дома Ханишшь.

— Да, — самодовольно подтвердил гоблин, — Нам втроем нужно было поговорить о нескольких важных вещах.

— Вчетвером, — зло огрызнулась фея, с раздражением глядя на слепца.

— Втроем, маленькая светлая, в том-то и дело, что втроем, — продемонстрировал оскал желтых зубов старец, — Сегодня ты погибнешь. Это вторая и заключительная для тебя возможность пожить подольше, дарованная великим Черным Камнем.

Малая от столь наглого заявления приоткрыла рот, на мгновение впав в ступор, а затем перевела озадаченный взгляд на своего спутника.

— Ты погибнешь сразу же после того, как этот человек покинет наш высокоуровневый мир.

Фея побледнела, у нее затряслись руки, а вот Олег на эти слова вообще никак не отреагировал. Он сосредоточенно вцепился взглядом в Наркала и ждал дальнейшего развития событий.

— Ты, наверное, желаешь меня о чем-нибудь спросить, — самодовольно произнес слепой гоблин.

— Я хочу те в наглое рыло зарядить, — с поразительным спокойствием ответил Олег, — Вот прям именно так, чтоб ты не пугал мою фею.

Гоблин довольно рассмеялся, а по завершению добавил:

— А ты молодец, не теряешь надежду. Дух у тебя сильный.

— Ближе к делу, желтозубый, — холодно и сквозь зубы произнес Олег.

— По возвращению в низкоуровневый мир, ты и твоя светлая спутница погибнете. Вы попадете в какую-то свару у стен древнего города. Ты возродишься, — слепец указал пальцем на Командора, — А она — нет.

— Ну, значит, мы сегодня не отправимся обратно, — моментально нашел решение наш герой.

— Тебе, в любом случае, придется покинуть высокоуровневый мир, — нагло напомнил гоблин, — По велению Большого Камня, тебя нельзя призывать в наш мир более трех раз в сутки, а, еще, по истечению этих суток, тебя выкинет обратно в твой низкоуровневый мир. А там тебя уже ждут. Атака началась ровно в момент твоего призыва. Вы попадете под удар и ничто вас не защитит.

— Так уж и ничего? — с сомнением переспросил “ужасный”.

— Ну, имеется у меня один вариантик, незадорого, — довольный произведенным эффектом, продолжил вещать слепец, — Ты же помнишь мой недавний разговор в храме? — вкрадчиво напомнил оракул.

Олег перевел взгляд на Ниссу, прикидывая как ловчей ее прирезать.

— Не вздумай ее убивать, — опасливо выдал старик, сменив выражение физиономии с расслабленного на напряженное, — Я сейчас о другом говорю. Командор, расскажи моей госпоже о том, что ты там видел и слышал.

— Вот прям-таки все? — едко поинтересовался Олег.

— Расскажи все, — настойчиво потребовал слепец.

И Олег Евгеньевич в полной мере выполнил просьбу оракула. По завершению истории, Нисса непонимающе уставилась на своего предсказателя:

— Ралин, какого демона я сейчас услышала? — раздраженно оголив клыки, поинтересовалась хозяйка гнезда у слепца, — Как так получилось, что после всех моих стараний именно Накхашш станет новым Ашши! Ты ведь говорил, что Ашши стану я?!

— Так и есть, — подтвердил Наркал, — Только я говорил тебе, что Ашши сделает тебя этот человек, — спокойно напомнил гоблин.

Олег и Нисса непонимающе переглянулись и практически одновременно сосредоточили свои взгляды на слепце.

— Камень выберет Накхашшп, но вот он приложит все свои усилия, и именно ты займешь место Ашши дома Ханишшь.

— Ха? — вопросительно выдал вслух наш герой, — Объясни как мне, слепошарый, с какой это такой радости я буду стараться ради местной принцесски? Мне класть на весь ваш мир со всеми его обитателями…

— А на нее тебе не класть, — ехидно поинтересовался гоблин, указав суччковатым пальцем в сторону едва не рыдающей Фэйфэй, — Я знаю, как помочь тебе решить твою проблему. И, если ты поможешь Ниссе, то я помогу тебе, точнее ей.

— Олег, я хочу жить! — как-то враз разрыдалась фея, поймав на себе взгляд спутника, — Я слишком молода и прекрасна!

Олег сменил свой жесткий критичный взгляд на сочувствующий, вздохнул и пообещал:

— Я сделаю ее Ашши. Чего бы мне это ни стоило.

— Вот и прекрасно, — гоблин расслабленно откинулся на спинку, — А теперь я, как и обещал, помогу тебе со спасением твоей маленькой светлой. Вы попали в крайне скверную ситуацию. За твоим лагерем уже несколько дней следят самые сильные бойцы вашего мира. Они же и решились напасть на тебя. Эти разумные просчитали, что после исчезновения надолго, ты появляешься на месте, с которого пропал. Сейчас там, у моста, идет настоящая бойня. И, как только ты там объявишься, тебя тут же атакуют.

— Можно попробовать уйти в тень, — размышляя над сказанным, предложил “ужасный”, опять же, у меня есть щит от Аснодея, пускай на один раз, но это позволит мне уйти в тень.

— Нет, — однозначно ответил слепец, — Я просмотрел сотни вероятностей развития линии твоей жизни. Перебирал время поминутно. Вот, только, ни при каких раскладах она не остается в живых.

Словно в подтверждение словам оракула, малая начала всхлипывать, жалея себя.

— Отставить сопли! — раздраженно скомандовал Олег и вновь сосредоточился на слепце.

— Как я уже сказал, — размеренно продолжил Наркал, — Нет вариантов, при которых твоя подопечная останется жива. Ты возродишься в какой-то печати, но тебя моментально убьет магией. То есть атака будет по тебе, а умрет почему-то светлая. Там без вариантов, эту ловушку приготовили специально для тебя, и запустят ее только после твоего появления.

— И куда же смотрели джины? — риторически произнес Олег, глядя куда-то в сторону.

— Твои джины в городе, как и мелкие ушастые уродцы, — охотно пояснил Наркал, — А те убийцы — они-то пришли исключительно по твою душу.

— И что ты имеешь предложить? — наконец перешел к делу Олег.

— Я несколько дней кряду думал, как можно обойти эту неудобную ситуацию, — явно накручивая интригу, растягивая слова, наслаждался вниманием гоблин, — И так крутил и эдак, и все фигня какая-то выходит. А, давеча, меня буквально осенило светлой мыслью, — раз уж мы не можем предотвратить заключительную смерть маленькой светлой, то, значит, нужно сделать так, чтоб у нее появилась как минимум еще одна жизнь, — слепец для большей наглядности приподнял указательный палец.

— Жемчужины возрождения! — тут же вслух выдал первую пришедшую в голову мысль наш герой.

— Этот вариант я не просчитывал, — с легкой досадой признался слепец, — Мой способ решения проблем намного изощренней, но, если его исполнить, твоя невольная спутница будет жить ровно до того момента, пока ты не покинешь миры живых.

— Она станет бессмертной? — осторожно поинтересовался Олег.

— Пока жив ты, — косвенно подтвердил основную мысль старик.

— А в чем подвох? — рассматривая хитрый прищур на физиономии пожилого гоблина, поинтересовался Олег.

— Все просто, она станет твоей вещью, — старик вновь показал оскал желтых зубов.

Олег прикрыл глаза и потер пальцами вески:

— Мля, как я обожаю ребусы!

— Все просто, — еще раз произнес Наркал, достав из своей сумки два свитка, перевязанных широкими золотыми лентами, — Это великие свитки привязки различных вещей к душе, — охотно принялся пояснять гоблин, — Ими можно привязать любой артефакт, будь он самым обыкновенным или вещью одного из ушедших богов, но результат будет стопроцентным.

— Она не вещь, — вклинилась в разговор Нисса, — С ней подобное не выйдет.

— Что есть вещь, а что нет? — философски произнес Наркал, — Вот, например, это маленькое создание — вещь? — старик в очередной раз указал пальцами на немного успокоившуюся Фэйфэй.

— Она живое существо, — вступила в полемику хозяйка дома Ханишшь, — У нее есть душа и плоть.

— А, если, скажем, мы ее убьем и из ее черепа и крыльев сделаем магический талисман, она станет вещью?

— А, если, я тебе, старый, твой белесый глаз тебе на задницу натяну, он талисманом станет? — зло поинтересовался наш герой.

— Я рассуждаю гипотетически, — опасливо огрызнулся гоблин.

— Я тоже, — многозначительно ответил “ужасный”.

— В таком случае — да, — согласилась Нисса, — Если так, то конечно она станет вещью.

— Я, млять, сейчас из вас вещей понаделаю, — злобно сверкнув глазами, пообещал наш герой.

— Да успокойся ты и дослушай до конца! — нервно потребовал гоблин, — Так вот, есть и другие, не менее занимательные варианты, например, я слышал о яде, что обращает живых существ в каменные изваяния. Как ты думаешь, Нисса, если эту малышку обернуть в камень, свиток распознает ее как вещь?

Принцесса нагов собралась было открыть рот, но слепец ее опередил:

— Не отвечай, я, в отличие от вас, ответ знаю.

Олег молча уставился на Фэйфэй, что-то прикидывая в уме. Спутница тоже молчала, прикидывая, что для нее будет легче: отмучиться один раз или страдать долгие годы рядом с этим человеком?

— Может, все-таки, жемчужину? — осторожно предложил Олег.

— Мы уже пробовали, — напомнила фея, — Она для меня слишком большая, да и где ты ее сейчас найдешь? — Малая повернулась к оракулу и живо поинтересовалась, — Дядя гоблин, а я точно буду перерождаться после каждой гибели?

— В моих видениях было так, — подтвердил Наркал, — Будучи привязанной к этому человеку, ты можешь погибнуть не единожды. К тому же, после того, как твоя душа будет привязана к нему, вы наконец-то сможете побыть врозь.

— Как это? — почти в один голос произнесли невольные спутники.

— Все просто: привязанные вещи можно оставлять где угодно, ведь ты же способен оставлять маленькие золотые кругляши, а, после, когда нужно, их призывать? Вот и здесь будет ровно то же самое.

— И мне не нужно будет сидеть под дверью и слушать как он справляет… — малая осеклась, но выражение ее личика приняло довольный вид.

— Более того, — довольно продолжил декларировать гоблин, — Ее можно будет засунуть в пространственный карман, правда, ненадолго. Там совсем нет воздуха и… Ну ты понял.

Концепция слепца и в самом деле не имела изъянов, практически одни плюсы, но нашего героя точил червь сомнения.

— Надо соглашаться, — однозначно заявила Фэйфэй.

— Может, все-таки жемчужина? — еще раз с сомнением переспросил Олег.

— Да она чуть меньше моей головы, как я ее по твоему проглочу?! — возмущенно выпалила фея.

— Разрежем тебе рот от уха до уха и попробуем пропихнуть, — предложил Олег, как ему казалось, более-менее приемлемый вариант.

— Себе чего-нибудь отрежь от уха до уха! — у феи от возмущения даже голос осип.

— Ну, раз вы все решили, то поступим следующим образом, — не дожидаясь слов от Командора продолжил говорить слепец, — Для начала, ты отравишь ее тем ядом, и, как только она обратится в камень, воспользуйся одним из свитков.

“Великий и ужасный” тяжко вздохнул и многозначительно глянул на фею. Фэйфэй, поняв спутника без слов, молча протянула руку:

— Режь!

Олег с сомнением перевел взгляд на ударную перчатку:

— Аснордей, давай Вампира.

Ударная перчатка перевоплотилась в нож, по кромке которого едва заметной пленкой виднелся тончайший слой яда. Командор осторожно поднес кончик вампира к ладошке спутницы.

— Стоп! — гаркнул оракул, — Она — светлая, — как нечто понятное всем окружающим выдал слепец, — Светлым нельзя касаться лезвия этого клинка.

Гоблин вцепился своими желтыми зубами в край весьма дорогого резного стола и вырвал часть древесины, затем отделил щепу и, взяв Олега за руку, осторожно поводил кончиком щепы по краю кромки, а после, чисто с медицинским хладнокровием, уколол фею в ладонь:

— Все, дело сделано!

Фэйфэй стояла на столике и с интересом глядела на то, как ее ладонь медленно, но уверенно, оборачивалась в камень.

Минут через десять превращение завершилось, и статуя феи во весь рост сильно напоминала шахматную фигурку.

— Все, обратилась, — нарушил тишину комнатки гоблин, — Теперь бери один из свитков и разворачивай его.

Олег поспешил выполнить требуемое, и на столе спустя жалкое мгновение лежал пергаментный прямоугольник со сложным рисунком какой-то дюжиной звезды. Меж лучей на неизвестном языке были нанесены разные знаки и символы.

— Поставь фигурку в центр, — подсказал Наркал.

Олег бережно взял статуэтку своей спутницы и с максимальной осторожностью поставил в центр нарисованной звезды:

— Сделал.

— Отлично, — продолжил вещать слепец, — Посмотри внимательно на рисунок. Под одним из лучей имеется пустой круг. Мазни по нему каплей своей крови.

Аснодей услужливо обратился в вычурный трехгранный нож, практически шило, и наш герой без особых раздумий свершил укол и оставил окровавленный отпечаток в кружке. Свиток, мгновенно вспыхнув, испарился со стола, но статуэтка Фэйфэй осталась на прежнем месте.

— Кажется, все получилось, — довольно оскалился гоблин, — Теперь эта малышка будет привязана к тебе навсегда. Ее больше не смогут убить, пока жив ты. Спасибо говорить не нужно. Просто, когда придет время, сделай то, что обещал.

— Ралин, я очень надеюсь, что мы закончили тут свои дела? У меня еще сегодня встреча с хозяевами дома Кхласс.

— Не совсем. У нас, девочка, остался еще один небольшой вопросик, — слепец с ловкостью плута указал ровнехонько на второй свиток, — Тебе нужно будет привязать еще одну очень важную для тебя вещь, — и, словно уловив вопросительный взгляд Олега, не дожидаясь вопроса, пояснил, — Очки.

— Понятно, — спокойно согласился Олег, внимательно рассматривая свиток.

— А теперь нам пора, моя госпожа, у нас с Вами очень много дел.

— Стоять! — неожиданно обрубил все потуги уйти Олег, — Слышь, слепошарый, мне нужны еще два таких свитка.

— А м… — ненадолго завис старик, переваривая услышанное, — А зачем?

— Ну, так ты ж у нас все знаешь, — сочащимся сарказмом, голосом произнес Олег, и старик против своей воли вернулся за стол.

— Эти свитки крайне сложно достать, — присела рядом с Наркалом Нисса, — Но, если ты готов расстаться еще с одним камнем силы, то все реально.

— Я уже говорил, девочка, тебе не нужны эти камни. Они принесут с собой только беды твоему гнезду, — нервно запричитал старик, — Избавься от второго камня, лучше всего — принеси его в жертву Великому Черному, но даже не вздумай оставлять его себе. За меньшие частицы силы уничтожали города, пожалей мои седины.

— Я подумаю, — холодно пообещала хозяйка гнезда.

— Ладно, человек, — гоблин в один момент забыл о хозяйке и, переключившись на “ужасного”, спросил — Ну, рассказывай, чего ты там удумал?

— Виновные в этом, — Олег указал на свою окаменевшую спутницу, — Должны быть жестоко наказаны.

— Я не видел ни в одной из проекций будущего, чтоб ты кого-нибудь наказал, — выражение физиономии пожилого гоблина приобрело нотки озадаченности, после старик без разрешения вцепился в руку “ужасного” и, получив кулаком в рожу, приземлился на стул.

Спустя короткое мгновение за спиной Наркала стояла Нисса, в ее руке был сжат клинок, и казалось она вот-вот пустит его в дело.

— Успокойся, девочка, — утирая разбитую физиономию, довольно произнес слепец, — Все нормально. Все ровно так, как и должно быть.

— Я не позволяла себе или своим подопечным обижать твоих спутников, — с укоризной попеняла Нисса “ужасному”.

— Никто из моих сопровождающих не позволил себе лапать тебя, девочка.

Хозяйка гнезда еще раз с сомнением поглядела на своего подчиненного и убрала клинок с глаз долой.

— Я видел твою задумку, — довольно произнес Наркал, — И, кстати да, она недурна. Но я бы, на твоем месте, все таки привязал именно очки ушедшего бога.

— Откуда ты берешь столь мощные артефакты? — не смогла сдержать любопытство хозяйка гнезда.

— Ладно, задолбали уже. Спрошу прямо: у вас еще пара таких свитков есть? — даже не удостоил вниманием Олег королеву нагов.

— Найдем, — уверенно ответил за хозяйку Наркал, — Но, найдем часа через два. Не раньше.

— А плата? — довольно строго и весьма тактично напомнила Нисса.

— Девочка, — горестно произнес гоблин, — Жадность — зло, способное привести тебя на самое дно ямы отчаяния. Он сейчас нужен нам больше, чем мы ему. К тому же, он уже отдал тебе второй камень силы. Это ли не достойная плата?

— Ладно, — сдалась нагесса, — Будут тебе еще два свитка.

Нисса сдержала свое слово, и, спустя пару часов, свитки были доставлены в то место, где теперь обитали покорители Великого пути. Домик, к слову, на сей раз Сэясу и его соратникам достался куда как скромней. Небольшое двухэтажное здание стояло почти на самом городском отшибе, едва ли не у самой крепостной стены. Садика у нового жилья не имелось, и, более того, даже комнат на всех не хватало, так что покорители разместились по принципу: мальчики отдельно, девочки отдельно.

“Великий и ужасный” все то время, что провел в этом новом жилье, молчал, разглядывая статуэтку своей маленькой спутницы. Любые вопросы были напрочь проигнорированы. И соратники, осознав, что сейчас от словоохотливого Командора не дождутся и скупой фразы, попросту забили на него.

— Стремно как-то, — вслух выдала Кара, нагло разглядывая Олега, — Может он того, крышей поехал?

— Пару раз я его таким видел, — сдал патрона с потрохами Тигер, — Один раз, когда мы с ним сцепились, и он тогда на нас сильно осерчал. Всю дорогу из логова убер-дэва слова не проронил. А второй раз — он очень долго молчал после гибели его приятеля, ну, того, который с рисунка.

Возможно, соратники так бы и продолжили рассуждать, но в дверь кто-то очень громко постучался. Олег Евгеньевич оторвал свое седалище от не самого удобного дивана и, без лишних слов, проследовал к входной двери. Вернулся он довольно быстро, держа в своих руках пару свитков.

— Евгеньич, ты может расскажешь, что там с Фэйфэй случилось в этой вашей тайной комнате?

Олег на мгновение остановился, внимательно оглядел шкета, а затем вернулся к дивану и присел на него.

— Ну, чего ты агришся? Мне, ведь, тоже малявку жалко, — постарался донести свои эмоции до “ужасного” Костя.

— Все хреново, — без особых эмоций пояснил Олег, выставив на небольшой журнальный столик статуэтку феи, — По возвращению на нас будет совершено покушение, и Фэйфэй погибнет, второй и окончательный раз.

— А сейчас она не погибла? — с сомнением поинтересовалась Мания, разглядывая статуэтку.

— Сейчас, как бы странно это не звучало, она жива, — Олег развернул один из принесенных свитков и холодно произнес, — Аснодей, дай мне Вампира.— Ты чего удумал, хозяин? — враз проснулась металлическая голова на навершии ножа.

«Ужасный» положил оружие на пергамент свитка и прикусил большой палец.

— Одумайся! — что было мочи заорал плененный экс-демон.

— Аснодей, ты желаешь вернуться к прежней жизни или как? — холодно поинтересовался наш герой.

— Да, но…

— Никаких «но»! — однозначно заявил Олег, — Я сейчас буду драться, там меня уже ждут, и, как я понял, бой неминуем. Сейчас я желаю уйти красиво, прихватив с собой как можно больше врагов, и ты мне в этом поможешь. Я, Аснодей, точно знаю чем закончится вся эта драка и оставлять тебя им не горю желанием.

— Мы… Мы... будем драться?! — казалось, экс-демон позабыл про привязку к душе, почуяв запах крови.

Неожиданно для всех Кхасс оттер от стола Костю и Кару, а затем, склонившись над Олегом, произнес:

— Тебе необязательно погибать. Я прошу тебя, Олег, привяжи и меня к своей душе. Точнее, мою маску, — поправилась Ларанта, — Я пригожусь тебе в той бойне.

— Чем это? — Олег самую малость не донес окровавленный палец до кружка на пергаменте свитка.

— У нее поистине изумительные возможности в плане контроля, — с пояса Кары на пол со звоном упал ремешок и, обратившись в змейку, пополз к столу, — Она запросто способна брать под контроль с дюжину высокоуровневых бойцов. А уж с низкоуровневыми, она сможет такого натворить, куда там Аснодею с его жаждой крови.

— А как же этот? — Олег указал пальцем на тело высокоуровневого нага.

— Да в баню его, — сплюнула Ларанта, — Ничтожество, слабак и тряпка. Если бы я в его теле доросла до столь высокого уровня, то была бы на порядок сильней, чем он. Это биологический мусор, недоразумение, каким-то чудом умудрившееся набрать опыт. Я лучше буду служить тебе, буду постоянно при тебе. Вдвоем с Аснодеем мы устроим настоящую кровавую баню твоим врагам.

— Втроем, — стальная змейка по одной из ножек поднялась на стол, — Меня тоже привяжи, чтоб не потерять.

— А как же я? — донеслось от возмущенной Кары, — Ты же моей бабке обещал, что будешь учить меня.

— А я и не отказываюсь от своих слов, — змейка повернула голову в сторону полукровки, — Но! Во-первых, тебе нужно для начала взять тысячный уровень, а, во-вторых, учить и стать твоим личным оружием — это две большие разницы. Девочка, я скоро обрету свое тело, я обрету свою волю, и, поверь, никакие обещания не встанут на моем пути к этой цели.

— Но ведь… А как же… — растеряно начала причитать Кара.

— Успокойся, я продолжу твое обучение, — торжественно пообещал Ранаг, — Сразу после того, как мы разделаемся с врагами почтенного Командора. Привязанные вещи, они возвращаются к хозяину после перерождения, а, до того момента, могут находиться где угодно. Я ведь правильно говорю, уважаемый Командор?

— Да, — подтвердил Олег, размышляя о своих монетках и о том, что обломалась Аврора с привязкой своего дракона.

Олег Евгеньевич планировал привязать к себе все самые важные вещи: Вампира, очки, ну и, на сдачу, отдать один свиток Авроре. Но сейчас бывшие демоны предложили действительно занятное решение, да и грех им было не воспользоваться.

— А с этим опять драться придется, — Костя смерил прохладным взглядом тело шестирукого нага.

— Не обязательно, — Ранаг лбом толкал в сторону один из принесенных свитков, — Его можно связать, опоить каким-нибудь зельем и, уже после, снять маску.

— А ведь точно! — Ларанта достала из своей сумки несколько мензурок и, не раскрывая их, закинула в пасть Кхасса, — На всякий случай свяжите ему руки за спиной и можем начинать.

Слепец не обманул — в мире низкоуровневом нашего героя и в самом деле поджидали, причем поджидали целенаправленно и хладнокровно, словно снайпер свою единственную жертву. И как только Олег материализовался, как и было предсказано, пошла атака со всех сторон, казалось, лупили всем, чем только можно было: магия, стрелы, какие-то снаряды, в ход разом пошло все. Более того, “великий и ужасный”, опять же, как и было обещано, поймал своей тушкой несколько стрел. Не успел среагировать и Аснодей, и Ранаг — стрелы, пробив плоть на вылет, причинили вред Фэйфэй. Ее фигурка, бережно сжимаемая в левой руке, рассыпалась пылью, а далее последовал настолько мощный взрыв, что палатку полевой кухни разнесло в клочья, а самого “ужасного” волной откинуло в сторону обрыва. Олег едва не улетел в пропасть и, если бы не Ранаг, то, скорее всего, так бы и получилось. Стальная перчатка, надетая на левую руку, в последний момент вцепилась стальными когтями в каменистое основание и остановила движение тушки. Олег с сильным скрежетом добрался до края и повис над пропастью, удерживаясь закованной в броню рукой над бездной, вторая его рука надежно удерживала жуткий окровавленный тесак, а на лице ладно сидела полумаска — такой себе зайчик, закрывающий верхнюю часть.

— Какая горячая встреча! — довольно хохоча, произнес Аснодей, — Хохяин, прав ты был, тут явно тебя ждали.

— То же мне новость! — раздраженно донеслось от маски причем устами самого Олега, — Знать бы, как они нас так точно вычислили?

— Уже не важно, — спокойно произнес Ранаг, — Пора показать на что мы способны. Готовы?

— Подожди! — остановила собрата Ларанта, — Дай гляну, много ли их там.

Левая рука была закована в сегментную броню до самого плеча и казалась довольно тяжелой, но тушку на мгновение подкинуло над краем и тут же опустило обратно, а над головой просвистели штук пять стрел.

— Шестьдесят семь рыл, — с легкостью выдала маска, — Опаснее всего стрелки по кустам. Аснодеюшка, влетай в самую гущу.

— Заметано! — довольно донеслось от тесака, и Ранаг резко дернул левой рукей, совершил поистине мощный рывок.

Олег Евгеньевич ощутил, как порвались в руке связки, зато тело с какой-то невообразимой легкостью подлетело и приземлилось у самого края обрыва, а дальше за дело взялся Аснодей, и ноги сами собой, выбрав направление, кинулись в сторону приближающихся бойцов. Тушка петляла, словно заяц, уворачиваясь от прицела невидимых снайперов. И, набрав приличную скорость, слегка закрутившись напоследок, Олег Евгеньевич влетел в толпу врагов. Надежно прикрытый от дальников спинами бойцов-ближников, Аснодей развернулся ненашутку. Огромный орочий тесак выделывал восьмерки и круги, бойко врубаясь в плоть и броню неприятеля. Словно сама по себе, работала левая рука. Сталь, оковывающая ее сегментами, то превращалась в щит, прикрывая “ужасного” от мечей и копий, то вновь приобретала прежнюю форму, а затем в толпу следовал удар когтями.

По расчетам ужасного, подобного рода бойня не могла длиться долго — нет, безусловно, экс-демоны на поле боя показывали себя как матерые мастера, но даже самого матерого бойца можно запросто запинать толпой! Здесь, же, с толпой происходило нечто невнятное. Бойцов словно коротило. Олег точно видел, как один из бойцов, орк с каким-то жутким кистенем, замахнулся своим чудовищным орудием и, словно парализованный, замер на месте, а, спустя мгновение, уже Ранаг стальными когтями вырвал бедолаге сердце. Видимо, и Ларанта не сачковала. А, когда численность бойцов ближнего боя сократилась на треть, началась и вовсе не вообразимая дичь. Эти самые ближники начали рубиться между собой. Друг с другом, и посреди этой невнятной бойни, экс-демоны чувствовали себя, словно хорек в курятнике. И Ранаг и Аснодей помогали в этом междусобойчике всем, чем только могли. Перед самым носом “ужасного” с жуткими физиономиями вцепились на мечах Кобольд и гоблин, а, в следующий момент, правая рука ловко закрутила тесачину, и, как итог, две головы враз слетели с плеч. Не прошел этот выпад безболезненно и у нашего героя — в пылу бойни экс-демоны напрочь позабыли о возможностях тушки “великого и ужасного”, да и, помимо отлетевших голов, Олег Евгеньевич ощутил резь в ключице, а дальше по руке заструился жиденький ручеек крови.

— Аснодей! Двигай влево! — донеслось от маски устами “ужасного”, — В кустах маги, я до них не добиваю!

Тушка довольно резво принялась двигаться во всей этой бойне в нужную сторону, не забывая, когда нужно уворачиваться, а когда и наносить подлые удары.

— Стоп! — скомандовала Ларанта, и в кустах началась какая-то возня.

Олег не смог подробно рассмотреть, что же там происходит, а нанесенные внутренние травмы грозились вот-вот отправить “ужасного” на перерождение. Перед глазами все плыло, но экс-демоны продолжали свою планомерную работу по сокращению численности топов.

Вся эта дичь продлилась не более десяти минут, и на небольшом пятачке под городскими стенами осталось всего пятеро бойцов. Олег Евгеньевич уже минуты три как закончил драться и сейчас стоял, облокотившись на орочий тесак. Он стоял в луже собственной крови с нетерпением ожидая, когда бойцы наконец выяснят: кто из них самый-самый. В какой-то момент из кустов вывалились так хорошо знакомые Олегу лица: Птах собственной персоной и, темный эльф с ником Слай. Причем, эта парочка ровно, как и все остальные, выясняла отношения. Шпага старого знакомого пошла вперед, лишь на самое малое расстояние разойдясь с головой темного эльфа. В ответ, глава клана летунов, изобразив какой-то немыслимый рывок, вонзил в тушку старинного приятеля два кинжала: один в глазницу, а второй куда-то в область сердца. В тот момент, когда Ларанта парализовала кобольда с парою полуторных мечей, на небольшом поле брани в живых осталось трое: два воина и Наш герой. Два бойца восковыми статуями застыли на месте. Аснодей же, предчувствуя близкий конец своего хозяина, напряг последние остатки сил, и тушка неспешно, словно жуткий зомби, волоча тисячину по земле, тронулась в сторону без пяти минут трупов.

Как кончилась жизнь кобольда, наш герой даже не заметил — удар был нанесен походя, а вот попытку покончить с лидером летунов Олег присек.

— Давно не виделись, — еле ворочая языком, поприветствовал старинного знакомого Олег, — Давно, Слай, я с тобой пообщаться хотел. Не думал я, что ты окажешься настолько кончиной гнидой. Ты обещал, что не навредишь Тарану, а сам отправил его хрен пойми куда. С этого дня, ты и твой поганый клан, попадаете в мой черный список…

Олег Евгеньевич хотел было еще что-то сказать, но инициативу перехватил Ранаг. Левая рука, закованная в сегментную броню, полоснула темного эльфа по горлу когтями и тушка “ужасного” осыпалась прахом. Две жизни разом подошли к своему очередному игровому концу.

Перерождение в “Другом мире”, как правило, всегда было болезненным. Обычно, по началу, присутствовали фантомные боли в тех частях тушки, где приключилась травма или рана. Наш герой неоднократно испытывал на себе эти неприятные ощущения, вот только на сей раз — боль была куда сильнее. Казалось, болело все: переломанные кости, связки и сухожилия, ныли ребра. И “ужасный”, ткнувшись физиономией в каменный пол небольшой пещеры, старался не завыть. Сейчас Олега Евгеньевича сильней временной боли интересовал вопрос “а все ли вышло как было задумано?” Потому как никого больше в этой небольшой пещерке наш герой не ощущал. “Великий и ужасный” на мгновение поборол боль и призвал разом все, что было недавно привязано свитками. Лязгнули о каменный пол сталью металлический ремень, лезвие Вампира, затем с деревянным ударом упала маска Лоранта, и, с таким знакомым “Ай блин!” — отозвалась маленькая спутница. На душе как-то враз стало легче.

— Это было нечто! — довольно восхитился недавней бойней Аснодей, — Давно я так не радовался. Энергии правда прорву слил, но — оно того стоило!

— Если бы не Ларанта, ты бы так не порезвился, — холодно подметил Ранаг, — К тому же, не один ты там оторвался.

— Все прошло как задумано? — Олег расслышал, как малая поднялась на крыло, а затем, чуть погодя, запалила в пещере светляка, — А с Олегом чего?

Жужание крылышек зависло где-то над головой, и «ужасный» ощутил какое-то магическое воздействие лечебного свойства. Боль начала отступать.

— Светлая, это мы его немного того… — обернувшись в стальную змейку, с почтением пояснил Ранаг, — У него слишком слабое тело для наших возможностей. Он и погиб-то от внутренних травм.

— Бедняжка! — с сочувствием произнесла Фйэфэй и приступила к врачеванию с новой силой...

Страдал «великий и ужасный» не так уж и долго, от силы минут пять, и, самым занимательным, был неприятный факт отсутствия переноса боли своей маленькой спутнице. Обычно даже последствия похмельного синдрома доставались ей, а, вот сейчас, вся неприятная гамма чувств осталась с Олегом.

Еще минут через десять, Олег Евгеньевич, в компании своей маленькой спутницы, покинул потайную пещерку и выбрался на свежий воздух. Светило нехотя, с ленцой, подступалась к зениту, разливая на всю приморскую округу свое тепло. Простая одежда, оставленная на случай нечаянного перерождения, сидела неплотно, и легкий ветерок приятно обдувал тело.

— Благодать, — зажмурила глазки малая, — А может, ну их, все эти твои разборки и приключения, останемся тут. Отдохнем. Я теперь — вообще, почти, свободная.

И в подтверждение своих слов, Фэйфэй взлетела довольно высоко. Метров на сто. Раньше это расстояние не превышало пары десятков, зато, сейчас фея наслаждалась полетом. Олег задрал голову и с удовольствием разглядывал, как Фэйфэй с визгом исполняет различные пируэты.

— Добрый день, Олег Евгеньевич, — донеслось сзади, из потайного лаза, следом появилась фигурка Виктора.

Дроу явно только что переродился, и, пошатываясь, словно пьяный, держался руками за ребра.

— Витек, ты чего тут делаешь?

— Да то же, что и вы, — недовольно прокомментировал умник, — Все. Наша беготня по Асмаале закончилась. Сначала ударом метеорита приговорили вашего приятеля. Его собратья без должного руководства разбежались кто куда, а, после, меня и Аврору всю ночь гоняли по городским улицам, и что в итоге? Подловили в одном тупичке, — сам же ответил на свой вопрос умник, — Шмотки вашего друга Геннадия мы подобрали, вот, только теперь, уже, наверное, без толку. Боюсь, недолго Авроре одной по столице бегать. А у вас там как дела? Я слышал, в Ранкам целую сотню отборных бойцов направили.

— Меньше, — без затей ответил Олег, — Что-то около семи десятков. И они очень быстро кончились.

— Даже так, — удивился Виктор, — А, ну да, точно! Роман Сергеевич вернулся. Ну, и как он себя показал?

— Не было его там, — Олег присел на камень, продолжая любоваться пируэтами малой, — Это я, всех того. Ну, не совсем я. Демонические клинки.

Виктор проследил за взглядом патрона и, разглядев восторженную мелкую, уставился в том же направлении:

— Это, чего получается, Фэйфэй после второй гибели стала свободной?

— Нет, — спокойно ответил «ужасный», — Она теперь бессмертная, как ты и я.

— А как у вас…? — дроу на мгновение замолчал, — вы же мне расскажете, как возможно такое провернуть?

— Рассказать не расскажу, но оставлю запись в своем дневнике, — пообещал наш герой, — Ты лучше сам рассказывай, что у вас там в Столице вышло?

Рассказ умника вышел довольно скупым и не изобиловал подробностями. В общих чертах все сводилось к банальной жадности от мародерки. Джины засели в самом дорогом торговом районе Асмаалы, ну, и как водится, под чутким руководством Татарина принялись набивать карманы всем до чего руки дотягивались, разоряя магазинчики. Более всего, синюшную братию интересовали бутики, торгующие бижутерией и драгоценными камнями. Татарин настолько увлекся этим делом, что сам не заметил, как попал под удар метеорита. Видимо, топы, сопоставив ущерб городу от одного метеорита и жадности джинов, предпочли выбрать первое. Как только с игровой жизнью одиозного повелителя джиннов было покончено, синюшная братия, потеряв «поводыря», пустилась во все тяжкие — кто в лес, кто по дрова. Результат был закономерен. Джинов довольно быстро начали множить на ноль, и, единственное, что брат и сестра дроу могли сделать, так это прихватить вещи Татарина. Чем, собственно, они и занялись. Аврора успела подобрать хлам Геннадия, а дальше имперская армия при поддержке топовых кланов принялась гонять остатки отряда джинов, а, заодно и пару дроу, по всему столичному городу. Свернув в очередной раз на какую-то малозначимую улочку, Аврора и Виктор напоролись на глухую стену. Именно на этом моменте и кончилась очередная игровая жизнь умника дроу.

История Виктора подошла к концу, а ожидание сестры и подруги затянулось на долгие пятнадцать минут и дабы скрасить ожидание Олег, в красках рассказал, как прошла его теплая встреча с топами. Вот только и после этой истории умница, красавица и почти комсомолка так и не появилась.

— Ожидание затягивается, — отметил Олег, — Может, она и не погибла вовсе?

— Видимо, да, — с явными нотками сомнения, согласился Виктор, — Хотя, я сильно сомневаюсь.

Слова «ужасного» подтвердились позже, примерно через час. Троица, не спеша, прогулялась от потайной пещерки, и, по возвращении на так хорошо знакомой терраске «Бригантины», наши герои повстречали потерянную красотку. Возлюбленная «ужасного» в прекрасном настроении сидела за столиком в компании довольно мрачного Генки, менее мрачного Романа Сергеевича и бодрым дракончиком, что, словно ручная ласка, играл с ручкой девушки.

Фэйфэй бодрой птахой приземлилась рядом с дракончиком и принялась чесать тому загривок. Пет сначала недовольно фыркнул и даже было собрался наказать нежданную напасть, но, признав малую, тут же оставил руку красавицы и, завалившись на бок, утробно заурчал позволяя фее чесать себе загривок.

— Представляешь, Аврора, я, теперь, почти свободная, — ликуя от восторга, похвасталась малая, — Я теперь могу, да я все могу, даже летать куда захочу! А еще я теперь бессмертная!

— И как так получилось? — немного позабыв про свое недавнее поражение, проявил крайнюю степень заинтересованности Татарин.

Малая из истории секрета делать не стала и рассказала все ровно до того момента, как превратилась в камень. А затем и Олег поведал как провел время перед гибелью исключив правда информацию из высокоуровневого мира. После новости о засаде топов, Геннадий в очередной раз погрустнел. И его можно было понять, джинн ожидал бурного веселья в Асмаале, а все самое интересное произошло в лесном краю и самое обидное, опять без его участия.

— Ну а потом, я переродилась, и знаете чего, нифига это не больно, как вы рассказывали. Я вообще ничего не почувствовала. — подбила итог фея.

— А каково это — быть камнем? — задал довольно душетрепещущий вопрос Рубин.

— Ну, видно все вокруг очень плохо, — немного подумав, ответила Фэйфэй, — Зато, слышно все очень даже.

— Это хорошо, — довольно оскалился Рома.

— Эх, жаль, меня кончили рано, — вздохнул джинн, — Теперь вот, жди, пока мой рой, меня отыщет. Олежка, я ведь без него, как без глаз. Не знаю, где что творится, не могу никуда порталом прыгнуть. Хорошо еще Аврора умудрилась мои шмотки подобрать и утащить.

— А мои вещи? — скромно поинтересовался Виктор.

Аврора молча достала из-под стола его плотно набитую сумку. Умник, подтянув ее к себе, без промедления принялся разгребать все добро, что за недолгую мародерку успел присвоить.

Докопавшись до своих записей, Виктор с облегчением выдохнул.

— Слушай, а моих там много передохло? — Татарин внимательно рассматривал краснолобого, приземлившегося на ладонь, и теперь во всю объедавшегося энергией хозяина.

— Твои все целы, я их с вечера в городе запер, — без затей ответил «ужасный».

— Ты ж мой зайка! — растянулся в довольной улыбке Татарин.

— Вообще-то, он мой зайка, — с вызовом заявила Фэйфэй, зависнув перед самым носом джина.

— Вообще-то, он мой зайка, — тоном, не терпящим возражений, произнесла Аврора.

Малая как-то разом сдулась, а Татарин и вовсе промолчал.

— Ладно, это все прекрасно, но нам сейчас нужно возвращаться к Ранкаму. Есть у кого-нибудь заготовленный портал в ту сторону?

— Не, — помотал головой Генка.

Аврора достала свиток и положила его на стол. Минут через пятнадцать окно портала проявилось недалеко от терраски, и вся компания за исключением Татарина двинулась в его зева.

К великому удивлению «ужасного», поле брани так и осталось нетронутым. Оружие, бижутерия, элементы брони так и продолжили валяться бесхозной кладью на пятачке близ обрыва. А на самих гостей, словно восковые статуи, глядели со стен подчиненные Татарина.

— Командора!!! — донесся знакомый вопль со стен, — Наша желай тебе помогай! Но эти синюшный урод не выпускай нас из город!

«Великий и ужасный» пробежался взглядом по верхушке городской стены и безошибочно вычленил фигуру Августа:

— Все! Шабашь! — проорал Олег, — Опускайте ворота!

На выполнение приказа понадобилось минут десять. Поначалу Олег даже подумал, что его проигнорировали, но в какой-то момент лязгнули цепи, удерживающие одну сторону подъемного моста, и массивный настил принялся медленно опускаться. Доски еще не коснулись противоположной стороны пропасти, зато гнумплены во всю прыть принялись прыгать, как могло показаться, навстречу своему «великому лидеру». Правда, все стало понятно, когда эти маленькие отморозки пронеслись мимо и, словно ошалелые, принялись рыться в шмотках недавно усопших топов. Гнумпленов обуяла жажда наживы и они принялись драться между собой, словно дикие коты. Какой-нибудь представитель племени поднимал любую безделицу, и на него налетали собратья, и плевать им было в тот момент, что почти все поле оставалось не оприходованным. Все недавно прибывшие с иронией глядели на удручающий акт мародерки.

— Это мои ребятки, — риторически, с наигранной гордостью, заявил наш герой.

— А ничего, что это твой лут? — как-то самую малость отстраненно поинтересовался Рома.

— Пускай развлекаются, — словно от пустяка, отмахнулся Олег, — Ты лучше расскажи как у тебя дела? Свершил свою черную месть?

— Я сильно опасаюсь, что там уже и мстить некому, — с горечью поделился мыслями грилл, — На том лугу, где ты оставил богоизбранную, эти мелкие бесы свои собачьи свадьбы устраивали, непосредственно перед ее носом. А зрелище такое, я доложу тебе, не каждый затейник способен выдержать. А там, я так понимаю, вся эта вакханалия не один день длилась. Они ее статую, как какую-то свою богиню плодородия и удачи выбрали, мол, если перед ней разврат учинить, то все будет в ажуре.

— Жестко! — оценил масштаб произошедшего наш герой.

— Так что, пока как-то так, а что там у Костяна?

— Все как всегда, — не стал вдаваться в подробности наш герой.

Да, собственно, и некогда было — из арки городских ворот появились джинны. Август с важным видом прошествовал по мосту и, поздоровавшись со всеми, особенно горячо поприветствовал Олега:

— Мое почтение, уважаемый! — склонил голову пожилой джинн, — То, что вы тут вчера исполнили… Это было нечто! Нас всех проняло, а, после вашего исчезновения, добрую половину моих собратьев потряхивало от страха.

Олег не стал уточнять, что нагнанная жуть — это была не его работа.

— Надеюсь, ночью эксцессов не было? — Олег внимательно глядел куда-то за спину Августа, на его собратьев.

— Были две попытки покинуть собственные дома, — старик повернулся и перевел свой взгляд в ту же сторону, куда глядел Командор, — Мы поступили ровно так, как вы нам велели. Остальные до сих пор не показывают на улицу носа.

— Прекрасно, — улыбнулся Олег, — А с моим кристаллом чего произошло?

— Он у меня, — спохватился джинн.

Порывшись в своей сумке, Август протянул завернутый в бумажный лист камень силы:

— Я взял на себя смелость припрятать вашу вещь. Просто вся эта вакханалия началась после вашего исчезновения, и было бы неприятно, окажись столь могущественный артефакт в руках ваших неприятелей.

— Ценю, — приняв камень из рук Августа, произнес Олег, — А теперь, будь любезен, сгони всех горожан на центральную площадь города.

— Будет исполнено, — с почтением произнес Август, — А что с нашим хозяином? Почему он не прибыл вместе со всеми вами?

— Рой, — почти без эмоций пояснил Олег, — Он остался ждать свой рой. Как только все участники роя доберутся до его драгоценной тушки, он обещал появиться.

— Ясно, — джин еще раз склонил голову и, развернувшись, направился к своим.

Из экзекуции местной элиты Олег Евгеньевич планировал сделать шоу. Чисто так, показать врагам, что бывает при попытке кинуть «ужасного».

Джинны согнали горожан на центральную площадь, местные стражи вывели из темниц представителей знати и заботливо поставили их на колени перед персоной «ужасного». Олег Евгеньевич долгие пять минут безмолвно созерцал фигуры пленной аристократии.

— И чего ты с ними делать планируешь? — немного устав от затянувшегося молчания, поинтересовался Рома.

Тишина на площади стояла зловещая: казалось, что даже сердца жителей бились через раз, дабы не нарушать ход мыслей «про́клятого богами».

— Размышляю, как наказать этого бородатого, — Олег кивнул подбородком в сторону местного короля.

— А, давай, я всех их размажу по мостовой, и пойдем уже отсюда! — нарочито громко предложил Рома, продемонстрировав плоскую часть своей легендарной зубочистки, — Поверь, патрон, они сразу не сдохнут. Ты еще полчаса будешь любоваться, как эти твари подыхают в корчах!

Как бы, вторя словам отмороженного грилла, заулюлюкали гнумплены — этой ушастой нечисти вся войнушка пришлась по душе. Седые от воздействия Насти, горожане поплотней сбились в одну толпу, а добрая половина стоя́щих на коленях представителей знати принялась рыдать, причем рыдала, в основной своей массе, мужская часть элиты. А сам белобородый гном Тинар Могущественный — могущественным совсем и не выглядел. Лицо августейшей персоны было бледно и не сильно отличалось по цвету от бороды.

— Размазать по брусчатке... — словно пробуя слова на вкус, переведя взгляд в состояние «безумный», повторил «ужасный», — чтоб он долго мучался!

— Подождите! — из толпы на свободное пространство площади выбрался Арчи Ликри ЛяМо.

Эльф каким-то чудом умудрился выжить после атаки топов и теперь, вместо того чтоб покинуть королевство, он вернулся в город.

— Уважаемый Командор, — немного уняв дрожь в голосе, начал эльф, — Я прошу вас не убивать знать. Этим поступком вы уничтожите королевство Глипат. Я полагаю, что коммерческие разногласия между Тинаром Могущественным и вами вполне можно разрешить. В конце концов, деньги — это всего лишь деньги.

— А как же моральные страдания? — будучи довольным ходом событий, вклинился в разговор Виктор, — Как же все погибшие воины, что пришли с моим Темным Хозяином?

Виктор явно разыгрывал какую-то свою карту, накручивая стоимость грядущих репараций, и Олег принял мудрое решение: не мешать умнику.

— А потом, с чего ты взял, что у твоего короля хватит денег откупиться и от долга по неисполненному договору, и от оскорбления моему Беспощадному Хозяину?! — продолжил накалять обстановку дроу, — Повелитель, нужно всех здесь уничтожить! Нам не нужны враги у наших границ!

Заявление Виктора прозвучало категорически, словно не он тут был самым разумным и неимпульсивным из всех.

— Закроем город и устроим резню? — почти без эмоций поинтересовался Август.

— Прошу! Не убивайте! — с надрывом принялся умолять эльф, — Послушайте, Командор, вы же разумный человек, пожалуйста… Не нужно всей этой крови!

— Да? — Виктор с надменным видом подошел почти вплотную к Арчи, — Твой болван король без зазрения совести взял деньги по договору, а потом, без зазрения совести, решил, что может не выполнять взятые на себя и свой народ обязательства?!

— Деньги все в казне! — не выдержал Тинар, — Там все! И даже больше, — заявил гном, — Да забери все, только не устраивай тут резню! Прошу, не трогай горожан!

На этом месте в "непринужденной беседе" у Олега Евгеньевича приключился легкий диссонанс. Наш герой привык, что властьпридержащие в «Другом мире» все одинаковы, и шкурный вопрос их волнуют куда как сильней, чем какие-то никчемные горожане, а тут такой приступ альтруизма. «Великий и ужасный» даже завис на мгновение, зато Виктор продолжил:

— Деньги-то мы по-любому заберем, а вот оставлять врагов у своих границ — неправильно.

— Послушайте, Командор, разумные всегда смогут договориться друг с другом. Вы можете потребовать подписать договор о ненападении или…

Эмоциональный эльф замолчал, размышляя над тем, что еще можно предложить.

— А ты правда всех их собрался уничтожить? — почти у самого уха нашего героя зависла маленькая фигурка феи.

И хотя говорила Фэйфэй негромко ее слова слышала вся площадь:

— Что, и детей, и женщин, и стариков? — голос у маленькой феи звучал донельзя смущенно.

— Я? Не в жизни, — принялся играть на публику «великий и ужасный», — Их задерут гнумплены.

Фраза произвела нужный эффект, а радостный вой жуткой «про́клятой богами» погони нагнал еще больше жути.

Белобородый гном только скрипнул зубами в бессильной попытке освободиться, зато Арчи попробовал еще раз вразумить Олега:

— Послушайте, вы же заинтересовались тем перстнем. Ну тем, наследием ушедшего бога. Прошу, попробуйте договориться с нашим светлым королем. Просто попробуйте, и я отдам вам браслет из того же набора!

Олег Евгеньевич, где-то очень глубоко в душе, взвыл от столь неожиданного поворота. Он прекрасно понял, о каком браслете идет речь: брат близнец из этого набора уже имелся и тут такое везение. Но всю ситуацию омрачал факт упоминания ушедших богов, да еще и на публике. Насчет местных можно было не волноваться — им, по большому счету, все равно, зато немногочисленным игрокам, да и просто случайным участникам, хотя и специально оставленным в городе шпионам топов, эта информация, что собаке сочная кость.

— Поговорить, — задумчиво вслух повторил Олег, разглядывая не такого уж и простого эльфа, — Что ж, давай попробуем.

Дальнейший разговор происходил почти без посторонних глаз в стенах королевского казначейства. Городские стражи привели представителей знати в просторный подвал, где хранилась казна города и кое-что из оружия и брони. Приличных размеров комната была заставлена семью большими сундуками, в одном из которых находились золотые монеты, а в остальных серебряные и медные. Вся знать города сейчас стояла на коленях со связанными за спинами руками, исключением были стражи и почему-то Арчи. Рядом с Олегом находились Аврора, Виктор, Рома и Фэйфэй.

— Развяжите королю руки, — по-хозяйски распорядился Виктор.

Стражи не торопились выполнять приказ и косились больше в сторону «проклятого богами».

— Развяжите, — разрешил Олег, и только после этого старший среди стражников выполнил требуемое.

Белобородый гном медленно поднялся на ноги и потер затекшие от веревок запястья.

Виктор сделал несколько уверенных шагов в сторону августейшей персоны, на ходу доставая какую-то стопку листов:

— Это условия вашей капитуляции, — протянул бумаги королю дроу, — Ознакомьтесь и подпишите. И тогда, возможно, никто в этом городе не пострадает.

Гном недовольно хмыкнул, но стопку из рук умника забрал, после, подойдя к факелу, принялся изучать требования.

А требования, как Олег узнал позже, были довольно жесткими. Королевство Оран, в лице его единственного клана, требовало от королевства Глипат безоговорочно отречься союза с империей. Прервать с Империей все торговые и не только связи. Также, его королевское величество, обязан был согласовывать любые свои планы и действия с назначенным неким 666 наместником.

Нужно было видеть степень красноты физиономии гнома, когда тот читал текст с листов. Тинар Могущественный то начинал орать, что «это все неприемлемо», то швырял листы под ноги и орал, что «переговоры окончены». Благо, Арчи Ликри ЛяМо был рядом и всячески уговаривал вспыльчивого гнома не торопиться. Совсем неделикатно вклинивался в разговор и Виктор, напоминая о судьбе горожан, что сейчас с нетерпением ждали своей участи на площади, тонко разбавляя свои слова основной мыслью, что в их гибели будет виноват непосредственно Тинар. В общем, кое-как, где натягивая, а где и отпуская вожжи, удалось убедить упрямого гнома подписать мир на весьма невыгодных условиях.

С этого дня королевство Глипат формально становилось союзником королевства Оран, да и, более того, все королевство вступало в так называемый Темный союз «Маленьких няшных котят». И самым позорным для гнома был момент, когда с главного шпиля города стянули флаг королевства и водрузили вместо него стяг союза «Няшных»; помимо этого было подписано кабальное соглашение с представителем «Клевер банка» о выплате грандиозной неустойки в размере трехсот процентов. Таких денег у Тинара попросту не имелось, и «ужасный» милостиво разрешил выплатить этот долг в течение следующих пятнадцати лет. На этом «приятные» новости для короля не закончились. По условиям нового контракта, жителям лесного края предстояло по полной расплатиться по старому долгу. Объем леса, прописанный в первом договоре, нужно было поставить в полном объеме в ближайший срок. Еще одним жестким ударом являлось и то, что жители королевства лишались с таким трудом возведенного стационарного портала. По условиям нового договора, деревушка в пяти километрах от столицы лесного края должна была быть разрушена. Именно в ней находился портал, через который в эти земли могли просочиться шпионы топов.

Когда все эти факты были озвучены, и Тинар с сожалением склонил свою голову перед завоевателями, толпа на площади молчала. Жители понимали, что с этого дня их жизнь поменяется, радовало одно, она — жизнь, хотя бы останется у них. К финалу событий сам «великий и ужасный» назначил наместником этих земель Охрома Феникса, после чего джины и гнумплены покинули город. Сам «ужасный», наравне со своей свитой, в сопровождении представителей местной элиты прогуливался по городу. У Олега осталась пара незавершенных дел. Первое и основное — нужно было выбрать место под закладку здания нового отделения «Клевер банка». С этого дня казна королевства Глепат была тесно связана с этим коммерческим учреждением. Вторым, не менее важным, был момент получения обещанного Арчи артефакта. У Олега буквально чесались руки — он с великим нетерпением ждал момента, когда подручный короля передаст обещанный браслет из набора. И уже перед самым уходом, Арчи таки выполнил свое обещание.

Утро следующего дня Олег Евгеньевич Бендер встречал в шезлонге полу-лежа практически у самого моря. Минувшую ночь наш герой провел в компании одной симпатичной дроу, и теперь, утром, душа радовалась всему на свете. Солнцу, морю, свежему ветерку, и даже состоянию полного одиночества. Фэйфэй до сих пор дрыхла в одном из номеров «Бригантины», и Олег даже не желал знать в каком. «Великий и ужасный» вдохнул полной грудью и оглядел горизонт. Где-то очень далеко виднелись едва заметные кораблики. Довольный положением дел, Олег Евгеньевич достал из пространственного кармана очки и, не мешкая, нацепил их на нос. Следом за очками в руке «ужасного» материализовались: перстень ушедшего бога и браслет из того же набора. Эти подарки вчера достались нашему герою по случаю, но, захлестнутый суетой, изучить их Олег так и не успел.

— Так, что у нас тут? — довольно пробурчал себе под нос «ужасный», сосредоточившись на перстне.

Никакой полезной информации очки не показали. Весь текст, предоставленный для ознакомления, шел кракозяброй, причем без каких-либо вкраплений хотя бы малознакомых знаков. Подобное Олег уже видел и не имело смысла надевать кольца на интеллект. Точно такой же результат показал и второй браслет, и, недовольно наморщив лоб, наш герой убрал обновки с глаз долой. Им на смену появился метровый каменный пенал с письменами и каменный же перстень. Со всех сторон этот самый пенал был изрисован различными символами и знаками. И покрутив артефакт так и эдак, «ужасный» даже умудрился разглядеть щель с одной стороны этого пенала. Манипуляции и попытки засунуть что-либо в эту тонкую размером меньше волоса щелку что-либо не увенчались успехом. Сами же символы, нанесенные на стены и торцы этого каменного пенала походили на древнекитайский, — нечто подобное часто попадалось Олегу в годы его службы в азиатском регионе, вот, только, похожесть — это всего лишь похожесть, и вполне могло выйти так, что значение у этих иероглифов было другим, если не противоположным. Олег внимательно рассматривал принесенный из другого мира портал сквозь зеленоватое стеклышко очков, но вот только какого-нибудь внятного текста древний артефакт не выдавал. Артефакт погрузил Олега Евгеньевича в глубочайшие размышления. Слепец говорил, что Олег с легкостью разберется с этим самым порталом. Мысли были настолько глубоки и тяжелы, что наш герой совершенно не заметил гостя, который стоял буквально в пяти шагах и внимательно следил:

— Я извиняюсь, — донесся словно гром среди ясного неба из-за спины голос графа Олбани Тайера, — вы где-то умудрились добыть камень возведения великого портала!

Олег молча повернул голову и внимательно осмотрел внимательного гостя. Подчиненный Ситара этим прекрасным утром выглядел, что называется, с иголочки. Граф был выбрит, на нем сидел довольно модный особенно по местным меркам, костюм и, самое занимательное, сейчас он стоял в полном одиночестве.

— Да, — немного недовольно подтвердил Олег, убрав пенал под шезлонг, — Вот достал по случаю. Теперь, правда, не знаю, как с ним разобраться. Ну что ж мы все обо мне? — Командор указал пальцем на соседний шезлонг, — Что заставило вас, ваша Светлость, покинуть свой чудесный особнячок в столь ранний час?

Граф Олбани присел на край шезлонга, как-то нелепо положив ладони себе на колени:

— Знаете, Командор, я просто потрясен от тех перемен, что происходят с городом, — признался эльф. — Я ведь живу в этих землях очень давно. С тех самых пор, когда еще жили ушедшие. Я видел, как несколько раз этот прекрасный город разрушался и вновь восставал из пепла. И то, что вы сейчас пытаетесь его воссоздать заново, для меня это очень много значит.

— Это особенно хорошо видно по вашим делам, граф, — со скепсисом напомнил Олег.

— Я не верил, что какой-то жалкий человек способен в очередной раз возвести Эленсию из руин. И я ошибался, — честно признался Олбани, — Боги, как же я ошибался на ваш счет.

— Граф, к чему весь этот треп? — наконец не выдержал Олег и задал конкретный вопрос прямо в лоб, — Вам от меня что-то нужно?

— Олег, — тоже перешел на неформальный язык общения эльф, — В поселке говорят, что в скором времени новым хозяином этих земель станет леприкон по имени Блупик. Не стоит меня убеждать в обратном, даже Солнцеликий Ситар об этом уже знает. Вся его свита прекрасно понимает, что без отречения или гибели старого короля, не появится и нового, — деловито продолжил рассуждать эльф, — Возможно, король не пожелает признать этого леприкона новым хозяином земель и, скорее всего, погибнет вместе со своей свитой.

— А! Так вы, Граф Олбани, навестили меня, чтоб соломки подстелить? — Олег ухмыльнулся, раскусив, как ему казалось, столь очевидный замысел.

— Не совсем так, — без каких-либо обид произнес граф, — Вы, наверное, позабыли, о том, что я жив — пока существуют остатки Эленсии. Умрут все приближенные Светлоликого, кроме меня. И нет, я здесь не поэтому. У меня к вам деловое предложение. Совершенно неслучайно, у меня в моем архиве осталась уйма технологических документов старого, еще первого, города. К тому же я был тогда тут не последним эльфом. Много чего видел, много чего знаю. И эта информация будет полезна и конкретна вам.

— Мне? — с сомнением уточнил «ужасный».

— Да, — запросто согласился Олбани, — Вот, например, я могу вам рассказать про ту штуку, которую вы совсем недолго крутили в руках. Я, например, видел, как такую же запускали на Турамсе. Ее запускали Соломон и Линтер, и далось это им крайне сложно. Я тогда был подручным Первожреца и присутствовал при этом действе. Вам интересно? — прервался эльф, с любопытством глянув на человека.

— Да, — сухо согласился наш герой, судорожно размышляя, информацию какого порядка можно еще выпотрошить из этого «осколка древности».

— В тот раз, ушедшие боги возились с этой штуковиной довольно долго, трое суток. Им пришлось приложить массу усилий, чтоб запустить процесс воссоздания портала, — продолжил рассказывать граф, — И я, как сейчас, помню, как именно они это сделали.

Граф Олбани Тайер прервался, ожидая дальнейших действий от Командора. Олег Евгеньевич, в свою очередь, молча размышлял над превратностями судьбы. Слепец говорил, что наш герой сможет разобраться с этим порталом, вот только никаких конкретных инструкций старый гоблин не дал. Да и стеклышко Линтера отказалось подсказывать, зато появился прихвостень Ситара, которому совсем нет доверия, и теперь предлагает свои услуги.

— Знаешь, граф, — перешел Олег на «Ты», — Почему-то я тебе совсем не верю. Ты уже пытался спалить остатки города вместе со всеми жителями.

— Есть в твоих словах правда, — сменил учтивое «вы» на прямолинейное «Ты» представитель местной элиты, — Все дело в том, что последние сто лет я жил впроголодь и в нищете. В моем особняке течет крыша и ломаются доски стен и пола, того и гляди, он рухнет от старости, я забыл, когда последний раз пил хорошее вино, а не местный кисляк. Я помню те времена, когда были живы ушедшие боги, я помню, как тогда жил. Мне все это по горло встало. Я должен был служить этому старому жадному дураку Ситару за пустые обещания и никчемный титул. Он обещал, что в наши земли придет сильный клан и все наладится, но время шло, а в город пришел Сильвер — и стало еще хуже. Пойми меня, Командор, я сейчас желаю комфорта. Я хочу должность, на которой смогу себя проявить. Я хочу нормальный каменный дом, в котором не будет течь крыша. И мне плевать, как будут звать местного короля: Ситар, Блупик Шкода или пусть даже «про́клятый богами беглый каторжник 666». Те, кто стоят у власти, никогда не были паиньками и чистоплюями, за их спинами куча чужих жизней и грехов такого масштаба, что и не снилось простым разумным, и все равно — народ их любит, чтит и носит на руках.

— Устал, значит? — обозначил основную мысль Олег.

— Хочу достойной жизни, — продолжил граф, — И ради этой достойной жизни готов потрудиться, вложить остатки своей души. Готов отдать все, что у меня имеется.

— И поклясться мне в верности, — холодно добавил Олег, сбив пылкую речь эльфа.

— Да будет так, — согласился граф.

А дальше граф начал свою просветительскую деятельность. Как выяснилось, в те далекие года сам Мудрец планировал развернут портал именно в этих землях, вот только город был плотно застроен и на центральной площади столь важное сооружение банально бы не уместилось. Мешали возведенные в то время памятники ушедшим богам. Линтер и так, и эдак примерялся. Не проходил портал. Тогда Соломон принял решение переселиться на дальний остров Турамс и со своим приятелем отправился в морское путешествие. Турамс Мудрец посещал раньше и там ему нравилось. В качестве обслуги эти «великие» прихватили с собой кучу разумных. Месяц попойки на корабле подошел к концу. И два утомленных пьянством бога сошли на берег в компании их последователей и слуг. Далее Граф рассказывал про само путешествие к центру зеленого острова. Тогда Турамс не был засыпан песком и на нем плотным ковром росли деревья, кустарники и травы. После трехдневного путешествия было выбрано подходящее место, и боги приступили к экспериментам.

— Я в деталях помню, как Мудрец запустил тот портал, помню каждый его шаг, движения. Но после того как сам портал начал разворачиваться, Соломон принялся исполнять какие-то жесты пальцами. И вот их я не вполне смогу повторить.

Для большей наглядности Эльф изобразил жеста, словно он пальцем перелистывает страницу электронной книги или голограммной проекции. В мире «худшем» подобное явление считалось жуткой магией, зато в мире, из которого пришел наш герой, эти жесты были не новы.

— Покажешь, как запустить, — спокойно озвучил собственное решение Олег, — а после отправишься к господину Копернику. Передашь ему все бумаги и будешь помогать, как ты изволил выразиться, вкладывать остатки своей души. И если Коперник мне скажет, что ты недостаточно усердно вкладывался в общее дело восстановления города…

— Я все понял.

Граф в струну вытянулся, словно заправский солдафон. Видимо, по его мнению, именно так должно́ было выглядеть безоговорочное согласие.

— Раз понял, давай показывай, что и как нужно делать с этим порталом?