И не иссякнут родники

М. Секрет ЖИЗНЬ У ОГНЯ

В Орском индустриальном техникуме шла защита дипломных работ.

— Леонард Чекасин предлагает оригинальное решение реконструкции одного из участков комбината «Южуралникель». Послушаем его, товарищи, — представил членам государственной комиссии очередного студента председатель комиссии, известный никельщик.

Леонард начал свой рассказ не спеша, тщательно обдумывая каждую фразу, умело используя заранее проанализированный материал, безошибочно доставая из папки то один, то второй документ.

Защита прошла успешно. Поздравляя выпускника с удачной работой, председатель комиссии заметил:

— Деда в тебе узнаю, его характер… Да и у отца твоего спокойствия и рассудительности хватало. Хорошая династия никельщиков.

Это меня и заинтересовало…

Передо мной несколько фотографий, которые вошли в историю. Вот одна из них, сделанная в Кремле. Рядом с М. И. Калининым сидят двое Чекасиных: отец и сын.

Это произошло в конце тридцатых годов. Тогда группу орских строителей и металлургов-никельщиков удостоили высоких правительственных наград. Среди них были директор Орского никелевого комбината Николай Никитич Чекасин и его сын монтажник Сергей Чекасин. Вручая награды, М. И. Калинин вдруг задал вопрос:

— Почему у нас, товарищи, сегодня двое Чекасиных?

— Это отец и сын! — заулыбались все. — Никельщики!

— Директора Чекасина я знаю хорошо и орден Ленина ему вручаю с удовольствием. А вот о Сергее не слышал, но думаю, что первая награда ему по заслугам. Молодцы! Крепкие корни пускают Чекасины на Урале, настоящая рабочая семья…

А вот вторая фотография, сделанная на строительстве Уфалейского завода. Это был первый отечественный никелевый завод, а директором его и начальником строительства стал Н. Н. Чекасин. При пуске одной из печей Уфалея строители и металлурги единогласно проголосовали за присвоение одной из печей имени Чекасина.

И еще один документ: телеграмма, подписанная наркомом Серго Орджоникидзе:

Николай Никитич Чекасин — один из многочисленного семейства уральских металлургов, был рабочим, прокатчиком, директором никелевого завода, а затем — комбината по производству никеля и кобальта. Интересна предыстория строительства первого никельзавода. Выдающийся организатор производства С. М. Франкфурт в свое время писал в «Правде»:

Да, Россия имела богатые запасы никелевых руд. Еще в 1855 году русские инженеры определили, что в районе Ревдинской дачи на Урале имеются никелевые руды, которые не содержат мышьяка. Вскоре были разработаны методы его получения, испытана восстановительная плавка руд в вагранке на никелевый чугун. Опыты были удачными.

Шли годы. Урал открывал людям новые месторождения. Перед революцией на карте Урала уже пестрели несколько знаков никелевых месторождений. В 1907 году были открыты мощные запасы руд в районе Верхнего Уфалея. Но Россия по-прежнему «питалась» никелем из-за границы. Уходили пуды золота за небольшое количество металла. Без никеля пушки не отольешь, корабля не построишь. Попытки русских инженеров выплавить никель в доменной печи потерпели неудачу, как и многие подобные опыты. Тогда обратились за помощью к иностранцам. В полученном заключении говорилось, что уральские руды в условиях жестоких холодов и жарких летних месяцев перерабатывать нецелесообразно. Сейчас тайна стала явью: шла первая мировая война, и за спиной западных фирм стоял могучий «подсказчик» Крупп, который уже построил завод и выплавлял никелевую сталь. Он-то и срывал задумки уральских мастеров.

Итак, из России уходило золото. Дорогой ценой доставался каждый килограмм металла технического прогресса — никеля.

Закончилась мировая война. Началась гражданская. Урал стал партизанским краем. Целыми семьями уходили рабочие в партизанские отряды. Ушла и семья Чекасиных, рабочих Нижнесергинского металлургического завода. Здесь, в прокатном цехе, работал отец Чекасиных Никита. Рядом, у печи, стоял его сын Иван, а в прокатке катал металл Николай. От огня Чекасины ушли к огню. Стали лесными солдатами. Вскоре Николаю товарищи по оружию оказали большое доверие — он возглавил партизанский отряд, стал членом партии Ленина. Немало дерзких рейдов в тылу колчаковцев совершил отряд, громя врага. Однажды партизанские разведчики незаметно проникли в занятый врагом город и вывесили у проходной завода плакат: «Товарищи! Бейте врага. Мы скоро вернемся! Металлурги!»

И отряд вернулся с победой. На центральной улице города возник митинг. На бочку из-под сельди поднялся Николай Чекасин. Заговорил о новой жизни, о Ленине, о заводе, которому нужно отдать все силы, вдохнуть в печи жизнь. Теперь завод принадлежал народу, и заботу о нем обязаны проявлять все металлурги.

— Кто будет директором? — спросил Чекасин людей, которые вместе с ним освободили город.

— Тебе командовать заводом! — решили люди. — Бумагу пиши, разрешаем тебе быть директором…

— Я прокатчик, всего-навсего. — Растерялся Чекасин. — Мы ведь — рабочие, всю жизнь у огня…

— Чекасина! — загудела толпа.

Николай Никитич стал директором металлургического завода. Его звали «красный директор». Впоследствии он возглавлял крупные промышленные предприятия и рудники на Урале и в Казахстане. Обычно посылали его на новое место по приказу наркома. Так было и с первым советским никелем. 28 апреля 1928 года газета «Уральский рабочий» сообщила:

А в июне 1928 года наша страна уже имела 19 килограммов металлургического никеля. Это была победа ученых и практиков. Можно было приступать к промышленному производству никеля.

В 1930 году советские инженеры А. А. Миронов и А. А. Цейдлер отправились в Канаду. Они хотели познакомиться с производством никеля на заводе Коппер-Клиф. Их на завод не пустили. Не пустили советских специалистов и на никелевые заводы в Европе. Тогда-то Чекасина и вызвали в Москву. Он пробыл там более месяца. И вернулся на Урал с заданием особой государственной важности. Ему было поручено возглавить строительство и пуск первого в СССР никелевого завода.

В памяти старых советских специалистов никогда не исчезнут те горячие дни. Никто в стране не имел представления о том, как плавят никелевую руду в промышленных масштабах. Приходилось начинать с нуля. И люди смело шли на риск. 1 августа 1931 года был заложен первый камень никельзавода. А в марте 1933 года Чекасина заслушивали на коллегии народного комиссариата тяжелой промышленности СССР. Принимается решение — обеспечить пуск завода в этом же году. Строители сдержали слово, завод был построен в срок. Чекасин не только возглавлял многотысячный коллектив, но и сам брался за лопату, постоянно находился на участке строительства плотины, на сооружении узкоколейки и печей.

25 июля 1933 года первая секция завода была введена в строй действующих. Сушильный цех принял руду, заработали конверторы плавильного цеха. В Москву ушла посылка с первой продукцией. По этому случаю и была в Уфалей направлена телеграмма, приведенная в начале рассказа.

Но стране социализма нужно было много никеля. Строились Магнитка, домны Кузбасса, восстанавливались заводы юга страны. Перед металлургами СССР была поставлена задача выплавки высококачественных сталей для военных нужд. Тогда и принимается решение строить комбинаты «Южуралникель» и «Североникель».

Орск. В те годы он бурлил. Здесь разворачивалось строительство нефтеперерабатывающего завода, мясоконсервного комбината, локомотивного завода. И вот — «Никельстрой». Франкфурт в августе 1935 года писал:

Чекасин приехал в Орск по направлению ЦК партии. У него уже было большое семейство, привыкшее к бесконечным разъездам: жена, сыновья Сергей и Анатолий, дочь Нонна.

Годы могучего трудового подъема. Иначе не назовешь это время. Казалось, недавно первостроители заложили памятную плиту в основание плавильного цеха. Но вот спустя месяцы настала пора пускать плавильный цех. Дни и ночи Чекасина заполнены до предела. Никельщики Орска хорошо помнят этого коренастого волевого человека, уверенно шагавшего по строительной площадке. Старые номера газет рассказывают о трудовом героизме и младшего Чекасина — Сергея. Его бригада монтажников находилась на самых горячих участках новостройки.

В ноябре 1938 года была одержана новая победа — в строй действующих вступила первая очередь синтерной фабрики. И вот настало 12 декабря 1938 года. Николай Никитич с сыном уже неделю не были дома. В этот день в Орске была выдана первая плавка штейна, а 24 февраля 1939 года страна получила орский никель. Зарубежная пресса сообщила, что с пуском комбинатов «Южуралникель» и «Североникель» Советский Союз выходит по производству никеля на второе место в мире. В те годы было немало сенсаций, но эта, пожалуй, была одной из наиболее выдающихся.

Но построить завод — полдела. Нужно было быстро освоить сложнейшее технологическое оборудование, внедрить новые схемы и процессы. И коммунист Чекасин повел коллектив по неизведанному пути. Начался поиск резервов. Вместе с огромным коллективом отец и сын Чекасины непосредственно были заняты делами плавильного производства, исследованием путей форсирования плавки никелевых руд. В результате коллективного решения сложной проблемы программа первого года по выдаче полупродукта была выполнена, а вскоре даже перекрыта.

Сейчас Сергей Николаевич Чекасин рассказывает:

— Отец для нас был примером во всем. И не было дня, когда бы мы сомневались в правильности избранного дела. Он наказывал хранить огонь, зажженный старыми русскими мастерами в печах и, словно олимпийский факел, нести его дальше и дальше. Вот за эти дела у огня отцу и вручили два ордена Ленина…

Прошли годы. На Урале дышат могучие заводы, в судьбе которых приняла участие и трудовая династия Чекасиных. Остался верен однажды избранному делу Сергей Чекасин. После окончания строительства комбината он перешел в действующий цех. Стал электриком во втором дробильно-агломерационном цехе. Коммунист, инициативный работник, активист, новатор производства и просто отличный товарищ — этими короткими словами многие десятилетия характеризуют друзья старшего электрика ДАЦ-2 С. Н. Чекасина. За этой характеристикой скрывается очень многое. И самое главное — любовь к делу, верность отцовскому наказу хранить огонь. Была у Сергея Николаевича возможность перейти на руководящую работу, особенно после того, как вместе с сыновьями он закончил индустриальный техникум. Но он остался в цехе.

Как-то газеты сообщили, что группа орских изобретателей удостоена третьей союзной премии. В составе этой группы новаторов производства был и Сергей Николаевич Чекасин. Изобретатели разработали уникальную схему автоматического регулирования отходов газов на эксгаустерах. Более одного миллиона двухсот пятидесяти тысяч киловатт-часов электроэнергии сберег комбинат, внедрив находку новаторов.

А группа «скорой помощи», как называют бригаду Чекасина, живет новыми задумками. Их мысли о том, как автоматизировать регулирование работы дымососов, как уменьшить количество моторов, потребляющих электроэнергию, сократить количество никельщиков, обслуживающих ту или иную технологическую линию. Комбинат переживает второе рождение — реконструкцию, поэтому каждое предложение новаторов тщательно анализируется и затем внедряется в производство, сокращая затраты государственных средств.

Уйдя на заслуженный отдых, Сергей Николаевич Чекасин остался верен своей профессии. Он по-прежнему среди товарищей в цехе, его знают как наставника молодежи, воспитавшего десятки опытных электриков и наладчиков оборудования.

Частенько можно видеть С. Н. Чекасина рядом с похожим на него молодым человеком. Это Леонард Сергеевич — представитель третьего поколения Чекасиных-металлургов. Он работает на комбинате «Южуралникель» конструктором. Сложное у него дело.

— Мы за эти годы набрались немало опыта, — говорит Леонард Сергеевич. — Ведь комбинату более сорока лет, вот и приходится с точки зрения современной науки и техники пересматривать многие процессы, заниматься проектами нового строительства и реконструкции предприятия одновременно. Дело выбрал себе по душе. Комбинат-то, можно сказать, по наследству переданный…

Сейчас Леонард Сергеевич, прошедший в свое время через бригады кровельщиков и каменщиков, получив навыки управления коллективом строительного участка, является одним из ведущих конструкторов комбината. Комбинат растет, крепнет, появляются новые производства. Все это нужно разместить так, чтобы не пришлось переделывать в будущем. С этой ответственной задачей Чекасин успешно справляется. Его работу трудно регламентировать. Только считается, что рабочий день у него кончается в шесть часов. Проект, который по-настоящему затронул конструктора, не оставляет в покое ни на минуту. Все, что он проектирует, отличается простотой, рациональностью, экономичностью. А для строительства — это главное условие. В строительном бюро комбината немало молодежи. Все они прошли в свое время школу Чекасина. Идут молодые разработчики за советом и сейчас. Идут за мастерством, за опытом. И всегда Чекасин умело растолкует человеку, где он допустил ошибку в расчетах, и вместо одного желаемого результата предложит еще несколько. Опыт, уверенность в своих силах помогают в решении сложнейших инженерных задач.

— Хорошо иметь сыновей, в случае чего подскажут, — как-то сказал Сергей Николаевич.

И я понял его. Дело в том, что в свое время ему не пришлось получить специальных знаний. Первые пятилетки, война, период возрождения — время, которое требовало самопожертвования. Такая деталь: после войны Чекасин едет добровольцем на Кавказ восстанавливать разрушенные рудники. А затем снова возвращается на родной комбинат, идет в свой цех. Началось строительство дробильно-агломерационного цеха и Сергею Николаевичу захотелось на новое место: там было труднее. Его приняли в самый разгар строительства, и он смело пошел на монтаж, помогая устанавливать оборудование. Как-то, вернувшись домой, услышал:

— Мы вот с Анатолием думаем в техникум поступать, а у тебя нет диплома…

Сергей Николаевич задумался, потом ответил:

— Да, сынки, время требует знаний. И хотя годы у меня не те, пойду с вами учиться…

Это была необычная студенческая семья. Учились дружно, настойчиво. После окончания техникума младший сын, Анатолий, пошел на стройку в трест «Орскжилстрой». Умелый это строитель, непоседливый, как дед. В свое время потребовались строители высшей квалификации для выполнения особо важного задания. Одним из первых в списках стояла фамилия Анатолия Чекасина. Сейчас можно сказать об этой новостройке. Это был космодром Байконур.

Собираясь вместе, Чекасины любят рассматривать старые фотографии. Перед ними проходит судьба большой рабочей уральской семьи. Есть здесь и строители, и металлурги, и киноработники, и военные… Инженером-металлургом стала Нонна Чекасина, мечтал стать никельщиком и младший сын Николая Никитича — Анатолий. Но не суждено было осуществиться его мечте. Пришлось защищать от врага Родину. Скупые строки фронтовых писем и газетные статьи рассказывают о его боевых делах. В одном из писем Анатолий писал, что воюет под Ленинградом, командует взводом. Второе письмо, написанное чужим почерком, рассказывало о тех героических минутах боя, когда Анатолий Чекасин, ведя в атаку бойцов, погиб от вражеской пули…

Стоит в некогда пустынной степи первенец советской никелевой промышленности — комбинат «Южуралникель», награжденный орденом Трудового Красного Знамени. Да и город Орск удостоен ордена Трудового Красного Знамени за особые заслуги в деле развития цветной металлургии. Крепкий, дружный коллектив металлургов живет и трудится в этих местах. И среди тех, кто сегодня идет в числе правофланговых одиннадцатой пятилетки, можно встретить и фамилии Чекасиных.