Игра в семью (СИ)

Глава 1

Такси приехало вовремя. Ровно в пять часов по Московскому времени на телефон пришло сообщение, что синий "Рено Логан" ждет меня возле подъезда. Я, будучи уже готовой к такому посланию, сразу же вышла в прихожую, надела новые туфли и, прихватив два пакета, с сувенирами и с подарком имениннику, покинула свою любимую квартиру.

Заперев дверь на все замки, подошла к лифтам и нажала кнопку вызова. И… Тишина. Не одно из двух волшебных устройств, спускающее и поднимающее людей, ехать совсем не спешило. Нервно потеребив сумку на плече, я прошлась до окна и обратно…

А я ведь уже опаздываю — меня к пяти и ждали. Но я, решив что хорошо выглядеть на празднике намного лучше и необходимей, чем прийти на этот праздник вовремя, специально задержалась. Родня должна понять и, как говорится, простить: я часа три как сошла с трапа самолета. Не побегу же я, только что прилетев, сломя голову, по гостям? И уж тем более не буду спускаться по лестнице десять этажей.

Негодуя, я еще раз надавила на кнопку, хотя прекрасно понимала, что толку от этого мало… Но тут, о чудо, механизм маленького лифта заработал, кабинка поднималась и… проехала мимо моего этажа, куда-то на верх. Я психанула, пнула дверь ногой. И тут же об этом пожалела: туфли-то новые, итальянские, а двери лифта старые, отечественные.

Лифт остановился где-то на пару этажей выше, я слышала как кто-то неспеша в него зашел и через пару секунд он все таки тормознул там, где я его ждала. Двери со скрипом открылись и перед моим гневным взором предстал Сашка — новый житель нашего подъезда из сорок второй вартиры.

Познакомились мы с ним так же в лифте, и каждый раз здоровались и вроде как флиртовали. Но дальше нашей совместной поездки в десять этажей, этот флирт не заходил.

— Привет, — улыбаясь во все свои тридцать два белоснежных зуба, поздоровался со мной сосед и сделал шаг назад. Я сменила гнев на милость, тоже широко улыбнулась и зайдя в лифт, ответила:

— Привет, — и нажала кнопку первого этажа.

— Как дела? — не убирая своей шикарной улыбки, поинтересовался Сашка.

— Отлично. А у тебя? — ответила я банально на вполне банальный и стандартный вопрос, чтобы просто что-то ответить.

— Тоже хорошо, — он оглядел меня с ног до головы и восхищенно подметил: — Вот это загар, отдыхала где?

— Да, в Крыму, — кивнула я.

— В Крыму? — он вроде бы удивился. — А я думал что ты только по заграницам отдыхаешь.

Я пожала плечами:

— Вот не поверишь. Везде была, а в родном Крыму ни разу. Даже в детстве. Вот и решила посетить, теперь вновь нашу, здравницу.

— И как там?

— Красиво, полезно, весело. Мне понравилось. С удовольствием съезжу еще раз.

Сашка опять улыбнулся:

— Компания подобралась хорошая? Или спутник был приятный?

— Спутника не было. Я предпочитаю ездить отдыхать одна. А компания, действительно, подобралась хорошая, — улыбнулась я в ответ.

Здесь я, конечно, приврала, ведь моему соседу совершенно необязательно знать как на самом деле я отдохнула. Так что, пусть думает что отлично.

Тут лифт затормозил на самом нижнем этаже и мы с Сашкой поочередно покинули кабину. Сосед обогнал меня на ступеньках и, как истинный джентельмен, распахнул передо мной двери нашего подъезда.

— Может, тебе помочь, с пакетами? — уже на улице спросил у меня Саша.

— Да нет, спасибо, я на такси, — замотала я головой и, увидев припаркованный у клумбы с цветущими бархатцами, нужный мне синий Рено, с характерными желто-черными шашечками на крыше, подошла к машине, спрашивая у водителя:

— На улицу Свободы? — водитель кивнул. Я кивнула ему в ответ и шагнула к задней двери.

— В гости собралась? — предположил сосед и, вновь демонстрируя свои самые лучшие качества, подлетел к машине, открывая мне дверь.

— Спасибо. Да, в гости, к родственникам, — ответила я, аккуратно устраивая пакеты на сиденье. Потом сама забралась в салон и, расположившись в нем поудобней, уж было собралась захлопнуть дверь, но Сашка тормознул мою попытку, задержал рукой дверцу и спросил:

— Кир, а может как-нибудь сходим куда-нибудь?

Поначалу я захотела ответить категоричным отказом, но подумав немного, решила, что поход "куда-нибудь" в принципе ни к чему не обязывает. И я вполне могу согласиться, и хорошо провести время с симпатичным мне соседом.

— Может, — улыбнулась я, а Сашка обрадовавшись, полез в карман за мобильником.

— Давай телефончик, — попросил он.

Я продиктовала свой номер и попрощавшись с соседом, наконец захлопнула дверь. Сашка помахал мне ручкой, а водитель тронулся и повез меня по известному ему заранее маршруту.

За окном хаотично мелькал мой простенький, но миленький райончик, я равнодушно разглядывала прохожих, вечно спешавших по своим делам. Эх, жаль что я так мало отдохнула… Но у меня были причины и повод вернуться.

Когда машина свернула на главную улицу района, у меня зазвонил телефон. Я почему-то подумала, что это сосед Сашка, таким образом, проверяет правильность данного мной ему номера телефона. Но оказалось, что звонит Ксюха.

— Здравствуйте, Ксения Сергеевна, — поздоровалась я, сняв трубку.

— Привет! Ты уже на малой Родине? — услышала я веселый голос подруги.

— Уже как часа три, — ответила я и зачем-то кивнула.

— Ух ты, ну, с приземлением! Чем занимаешься?

— К родне в гости еду, — со вздохом ответила я. — Сегодня Олежке двадцать пять.

— Уже? — вроде бы удивилась Ксюха.

— Что — уже? Тебе столько же.

— Не напоминай, — заворчала она. — Я предпочитаю говорить, что мне двадцать с лишнем лет.

— Ага, а еще ты говоришь, что после двадцати все года — лишние, — напомнила я подруге, смеясь. Что ни говори, а поднять настроение Ксюня умеет. Вечный живчик и позитивчик.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Увы и ах, так оно и есть… — согласилась Ксюха. — Значит Олежек сегодня герой дня. А чего это он собирает гостей посередине рабочей недели?

— У него с детства привычка такая — отмечать факт своего рождения на свет непременно день в день. Ни в коем случае ни позже, и уж тем более ни раньше.

— Н-да, — усмехнулась Ксюша. — Как я понимаю, он не изменился? И все такой же противный и пухлый маменькин сынок?

Уф, что есть, то есть. Олежку я знаю очень хорошо и очень давно. Он — мой троюродный брат. А если быть точней в родственных связях — старший сын папиной двоюродный сестры, тети Леры. Так уж получилось, что наша семья и теткина жили в одном районе, в соседних домах, объединенных общим двором.

В детстве Олег был толстеньким, завистливым, вечно всем и всеми недовольным, избадованным мальчишкой. Прибавьте к этому паническую жадность и склонность к ябедничеству. Во дворе с ним никто не хотел дружить. А вот мне приходилось с ним общаться из-за этих самых родственных связей, чему я была крайне недовольна и соответственно всячески пыталась этого избежать. И избежать так, что бы не обидеть дрожжайших родственников. Наловчившись, мне это стало неплохо удаваться… Но лишь до тех пор, пока нас с Олежкой не определили в одну школу и в один класс (Олег пошел в школу как и положено в семь лет, а вот мне было только шесть), где избегать нелюбимого брата у меня просто не получалось. Зато у Олега с легкостью получалось портить мне жизнь, одним только своим присутствием: за партой сидеть он хотел только со мной, на уроках бессовестно подглядывал и списывал, сдавал, если списывала я, а на переменах ходил за мной точно хвостик, отпугивая от меня подружек… Слава Богу, что продолжалось это всего-то шесть лет… Тетя Лера повторно вышла замуж, родила второго сына и переехала к мужу в другой район города. Сказать, что я выдохнула с облегчением — это ничего не сказать. Моя жизнь заметно наполнились красками, после того, как ее покинул Олежка.

Правда, покинул не навсегда, у нас традиционно происходили, подобные как сегодня, семейные сборища по праздникам. Но к ним, с возрастом, я отношусь уже спокойней. И поняла такую житейскую истину, что всех, а тем более таких родственников, лучше любить на расстоянии.

Ксюха, так как жила с нами в том же дворе и ходила с нами в ту же школу, только училась в параллельном классе, тоже прекрасно знала практически обо всех особенностях Олега.

— Боюсь, мон шер ами, некоторые люди просто не меняются, — ответила я, вынурнув из далеких воспоминаний.

— Ясно, — Ксюха помолчала секунду, а потом с обидой спросила: — Значит сегоднясвою самую любимую и единственную подругу увидеть ты не сможешь… Ведь ночь, как я понимаю, твой уже тоже застолбил?

"Твой" прозвучало брезгливо. Впрочем, Ксюня всегда с такой брезгливой интонацией произносит это слово.

— Есть такое. Обещался быть.

— Соскучился поди? — усмехнулась она.

— Говорит, что очень… Обещал незабываемую ночь.

— Жаль, — коротко бросила она. — В смысле, жаль что твой вечер и ночь заняты. А мне так не терпелось отчитаться тебе за проделанную, во время твоего отсутствия, работу и я, признаться честно, рассчитывала послушать чудесную историю о том как ты провела свой отпуск…

— Отчитываться тебе, Ксения Сергеевна, не за что. Напоминаю, в очередной раз, что бизнес у нас общий и держится в основном на тебе… А что касается чудесной истории — так рассказывать особо нечего… — ответила я и глубоко вздохнула.

— Чего — на курорте даже "волшебства" не было? — иронично поинтересовалась подружка, а я покачала головой.

Ксюха когда-то была ярой фанаткой одного скандального и самого "долгоиграющего" реалити-шоу нашей страны. И упорно пыталась привлечь меня на свою сторону. Но я ее фанатизма не разделяла, фыркала и твердила, что этот "дурдом" смотреть ни за что не буду, что интриг, любви и скандалов и в жизни хватает. Но это словечко, которым участники телепроекта называют самый естественный и приятный процесс для ночного времяпрепровождения двух влюбленных людей, в нашем с Ксюхой лексиконе как-то прижилось.

— А сказочное свинство за волшебство сойдет? — спросила я у Ксюши. Она засмеялась, а вот мой таксист усмехнулся. Я, удивившись его усмешке, вдруг подумала — неужели он тоже является фанатом этого реалити? А что? Знала я одного такого парня, которому нравилось смотреть сие шоу. У каждого придурка — свои радости. — Ладно, Ксюх. Давай мы с тобой завтра завалимся в наше караоке, напьемся, напоемся и обо всем поговорим?

— О нет, там слишком шумно. Давай лучше я к тебе приеду? — предложила она.

— Тоже вариант. Давай. Я как проснусь, сразу тебе наберу.

— Ок. Ловлю тебя на слове, — согласилась она. — Буду ждать твоего звонка… И это, не напивайся там в гостях и уж очень сильно не старайся ночью. Я хочу видеть тебя завтра бодрой и свежей.

— На счет первого — обещаю. А вот на счет второго… — я мечтательно потупила глазки. — Тут извини. Как ты сама говоришь — держу себя в руках, но чувствую что вырвусь.

— Ладно уж, вырывайся. В конце концов, это полезно для здоровья, — засмеялась она и мы с Ксюшкой попрощались.

С Ксенией Сергеевной мы знакомы ну очень много лет. Точной даты, когда началась наша крепкая дружба, я не назову, но лет пятнадцать точно. А сейчас не только дружим, но и работаем вместе: у нас небольшой, но очень сладкий и, как оказалось, весьма прибыльный бизнес — скромненькая такая кондитерская под названием "Сластенкин Рай". И общее дело нисколько не испортило наших отношений, как это часто бывает, потому как мы четко разделили обязанности: я занимаюсь исключительно всеми бумажными делами, а Ксюнич руководит непосредственно самой кухней, на которой трудятся несколько человек.

Ксюха с детства любила, а главное умела готовить. Особенно хорошо ей удавались всевозможные десерты и сладости. И, естественно, что после школы Ксюшка пошла в повара-кондитеры. А меня родители пристроили на экономический факультет филиала одного известного Московского ВУЗа. И когда я закончила обучение, а Ксюня к тому моменту, уже успела поработать подмастерием у самого успешного в городе кулинара, да еще и поругаться с ним, а после со скандалом уйти из-за того, что ей давали мало свободы для личного творчества, у нас одновременно встал вполне логический вопрос — чего же делать дальше?

И вот, сидели мы тогда вдвоем на маленькой Ксюхиной кухне, обмывали мой красный диплом белым сухим вином, заедая его сладкими заварными пирожными, приготовленными Ксюшкой в мою честь. И пол вечера сетовали на сложившуюся несправедливость. Ксюня ругала бывшего эгоистичного начальника, а я родных, которые заставили меня пойти учиться на такую распространенную специальность — экономистов пруд пруди, на работу, тем более без опыта, устроиться трудно… А когда винцо было допито, а пироженки съедены, ко мне вдруг пришла замечательная и гениальная идея: а почему бы, собственно, не объединить Ксюшкин талант и мое образование?

И, как выяснилось, нет ничего невозможного, если ты обнаглел до нужной степени: где одолжить деньги на осуществление задуманного мы сообразили быстро, оставалось найти место. Этим занялась я, и специально искала такое, чтобы поблизости не было никаких, даже косвенно, похожих заведений. Из всех возможных вариантов, выбрала самый удачный: центр города, большая проходимость, помещение советской чебуречной, освободившееся буквально на днях. Арендовав сию площадь, мы сделали ремонт и вскоре открылись.

Все начиналось с маленьких пирожных, для людей просто желающих перекусить. Потом стали поступать заказы на праздники и фуршеты. Слушок о наших вкусных десертах прокатился по всей округе и теперь мы были, чуть ли не главным кондитерским центром города.

Бывший мастер Ксюни нервно покусывал логти, жалея что потерял ценного сотрудника и обрел такого конкурента.

Все одалженное и потраченное окупилось быстро, и вот уже как два года мы жили и творили в свое удовольствие. И с не меньшим удовольствием тратили свои, кровные деньги.

А со стартовым капиталом помогли родственники, в гости к которым я сейчас и еду. И хоть я за многое им благодарна (и кстати всю свою благодарность вернула. С лихвой), но все равно еду туда, без особого удовольствия.

И есть тому множество причин.

Во первых — Олежка. Но про него и свое нелегкое из-за него детство я уже рассказывала.

Во вторых — тетя Лера, которая упрямо называет меня только Кирочка, а я… прям бешусь от этого! Переубеждать и просить ее меня так не назвать — бесполезно. И я, однажды, на очередное теткино предложение обращаться к ней на "ты", согласилась, и в отмеску стала называть ее Лерочкой, каждый раз стараясь передразнить теткину сюсюкающую интонацию. Замечательный суффикс "чк" так всем понравился, что вскоре стал неотъемлемой частью нашей семьи. И у нас теперь есть не только Кирочка и Лерочка: Лерочкин муж стал Вовочкой, а моя маман Олечкой…

Но это еще пол беды. Когда все вокруг ласкательно друг друга называют, уже не так реагируешь на свое имя… Больше всего меня бесит, что наша Лерочка, последние года четыре, как только меня видит, первым делом интересуется: когда это я выйду замуж и нарожаю ораву детей? Ведь в этом, как она считает, главное женское предназначение. Сама-то она Олежку родила в семьнадцать лет и почему-то очень этим гордилась. "Я была молодой мамой и буду молодой бабушкой" — постоянно твердит Лерочка. Да вот, кто будет являться молодым дедушкой Олежкиным детям — мы так до сих пор и не знаем. Мне порой кажется, что сама Лерочка этого не знает. Со слов папы, его кузина в юности не очень-то была разборчива в связях, которые в большей степени были "случайными". Но теперь-то она у нас дама статусная, замужем. Вот уже двенадцать лет.

Леркин муж моложе ее на пять лет, и выглядит моложе лет на десять, минимум. Я до сих пор не понимаю чем она его взяла. Вовочка — красивый, молодой мужчина. Высокий, умный, добрый, щедрый. С серо-зелеными глазами и с темными густыми волосами. А она далеко не красавица. Да, Лерочку вполне можно назвать симпатичной. Но последние остатки этой симпатичности она нещадно губила. Тут во всем виновата ее страсть к стилю 90-х: мелированные волосы с горизонтальной химией, которые она упрямо начесывала и залачивала, синяя подводка стойким карандашом на нижних веках и отвратительно-неестественный розовый оттенок губной помады. Одевается тетка модно, но совершенно не по возрасту. Ей все время хочется омолодиться, что бы, наверно, соответствовать хорошенькому мужу. И поэтому Лерочка носит только короткие юбчонки, из-под которых торчат такие же коротенькие и худенькие ножки. Грудь у нее, ничего не скажешь, выдающаяся. Но при этом, совершенно не по женски, широкие плечи. А она, усугубляя эту непропорциональность, любит носить объемные блузки с огромными декольте. В общем — желая подчеркнуть большие титьки, она непроизвольно подчеркивает и плечи. С моим папулей они совершенно разные, разве что, этим самыми плечами и похожи. Я уж молчу о том, что мы с теткой вообще не выглядим как родственники. Пожалуй схожесть есть только в груди. Она у меня, конечно не такая большая как Лерочкина, но тоже далеко не маленькая. Это у нас от общей родственницы — от папиной бабушки.

И это все. Все остальное не имеет ничего общего: Лера — пепельная блондинка, а я — шатенка, у нее серые глаза, у меня карие, я высокая под метр семьдесят пять, в тетке же всего метр шестьдесят. И я совершенно не приветствую ее вкусы и стиль одежды. Однако тетя из года в год дарит мне на все праздники что-то именно из одежды. Это что-то как правило, либо вульгарное, либо безвкусное. На столько, что даже дома я такое носить не буду, боясь оплеваться случайно пройдя мимо зеркала…

Поэтому я, принципиально в ответ, дарю ей только кухонную утварь, прекрасно зная, что готовить тетушка не умеет… Она вообще мало чего умеет, что по сути должна уметь дделать женщина-домохозяйка… О, да, я ж не сказала, что она не работает. И никогда не работала. Всегда жила за счет других…

Все таки, как же ей повезло с мужем! Ко всем его заслугам я забыла добавить, что он еще и богатый. У него свой логистический бизнес, автомобильный салон и несколько автомоек в городе. Начинал он с нуля, с этих самых автомоек, на которых сам и трудился, и лишь спустя какое-то время, из-за близкой дружбы Вовочки с сыном нашего нового мэра, его дела пошли в гору. Именно в этот момент они с Лерочкой, кстати, и познакомились. Тетка, не будь дурой, быстро от него забеременела и, благодаря новой жизни в своем чреве, затащила Вовочку в ЗАГС. Они, так же быстро расписались, пока у Леры не виден живот, и спустя семь месяцев на свет появился славный мальчуган по имени Артемка. Вот он, пожалуй, единственный мой кровный родственник из теткиной "ветки" нашей семьи, которого я люблю. Темка хорошенький, добрый мальчишка и все таки, и внешне и внутринне, больше похож на своего отца, чем на мамулю.

В общем, констатировав все вышеперечисленное, скрипя зубами, резюмирую: Лерочка отхватила себе смачный кусок сытного пирога — Вовочка стал приносить домой немалые деньги и это избавило тетю от всей домашней работы. На то теперь есть милейшая женщина по имени Люба, которая все делает за Лерочку. А делать приходится много, квартира моих родственничков прям таки огромная: два сан узла, кухня, как моя спальня, четыре комнаты и большущая гостиная. И квартирка эта находится в недавно отстроенном микрорайоне, на окраине города, где живет в основном новая "элита" города. Рядом протекает чистая речушка и стеной стоит сосновый лесочек. Помню, когда жилых домов на этом месте еще не было, мы летом ездили сюда купаться. Собственно и сейчас это здесь не запрещено, и пляж продолжает быть доступным для всех желающих, а теперь еще и более благоустроенным.

Была еще третья причина моего нежелания встречаться со всем семейством Климовых разом. Но о ней я даже думать сейчас не хочу.

А между тем такси уже подъезжало к дому моей родни. Я с какой-то досадой посмотрела на веселенький цветной фасад многоэтажки… Ну ничего. Как сказал один мудрый человек: "То что нас не убивает, делает нас сильнее".

А Ксюха еще любит добавлять: "А так же злее, подлее и равнодушней".

Автомобиль притормозил возле дома и я, расплатившись с таксистом и прихватив свои пакеты, вышла из машины.

Закинув сумочку на плечо, я подошла к первому подъезду и, набрав нужный номер квартиры, замерла в ожидании ответа.

— Да, — ответил голос Лерочки.

— Это я, — пропела я ей.

— Опаздываешь. Все только тебя и ждут. Заходи, — отчитала меня тетушка и открыла мне дверь.

Я показала язык ни в чем не виноватому домофону и зашла в подъезд.

Родня жила аж на двадцатом этаже. И пока я поднималась в, якобы скоростном лифте, вдруг представила: какого это жителям верхних этажей подниматься пешком по лестнице, если вдруг лифты не будут работать? Я на свой-то десятый с трудом своими ножками поднимаюсь в случаях таких чп, а тут расстояние в два раза больше…

Чего это за мысли мне в голову лезут?

На этаже меня уже встречали. Олежек. Я нарочито лучезарно ему улыбнулась, выходя из лифта. Интересно, не переборщила ли с изображением радости встречи? Вроде нет: Олег тоже улыбнулся, надувая пухлые щеки, и приобняв меня за плечи, сказал:

— Привет, сестренка.

Я ему кивнула и мы направились к квартире.

В прихожей нас ждала Лерочка. Она тоже заключила меня в свои объятия, пропела: "Кирочка, солнышко". Мои руки, желая наконец-то избавиться от ноги, всучили ей один из пакетов, доверху наполненный Крымскими сувенирами. Тетка тут же сунула в него свой острый и любопытный нос.

Второй пакет я презентовала Олегу, поздравив его с этим "распрекрасным" днем и пожелав при этом стандартный набор слов-поздравлений: счастья, здоровья, удачи и любви, разумеется.

— Народу много собралось? — поинтересовалась я, замерев перед зеркалом шкафа-купе и поправляя чуть растрепавшуюся прическу.

— Что ты, — ответил Олежка. — Решил собрать только близких: мои да твои родители, — я усмехнулась своему отражению, уставившись в зеркало так, чтобы Олег и тетка этого не видели. Что ж, не удивительно, на все праздники братца являлись только родственники. Наш дорогой Олежек, за свои уже двадцать пять лет, так и не сумел обзавестись хорошими и верными друзьями. — И еще к нам в гости приехал Володькин родной брат.

— Брат? — уточнила я, отлипая от зеркальной поверхности.

— Да, Вадим. Ты его видела, на мамкиной свадьбе, — ответил Олежек и кивнул в сторону ванной комнаты. Оттуда был слышан звук текущей из-под крана воды.

— Так это когда было, — с грустью в голосе сказала Лерочка.

— Но ты так же хороша, как и тогда, — без зазрения совести польстила я тетушке и та тотчас заулыбалась.

Тут шум воды в ванной прекратился и дверь рядом со мной резко открылась. Так как в этот момент я наклонилась, что бы снять туфли, то первым что я увидела — были мужские ноги в идеально белых носках.

— Это Вадим, а это Кира, — представил нас Олежек и я, нацепив свою самую дружелюбную улыбку, выпрямилась и подняла глаза. Но увидев мужчину, что стоит передо мной, резко нахмурилась…

Твою же мать! То-то он мне его лицо тогда сразу показалось знакомым.

— Вадик, ты помнишь Кирочку? — спросила у него тетка.

Вадим хитро улыбнулся и ответил:

— Помню. Но не узнаю, — я приоткрыла рот от удивления, а он закончил. — Повзрослела. Такая красавица стала.

Я закрыла рот и попыталась придать своему лицу очередное изображение радости. Но, стоит признаться, улыбка на этот раз совсем не получилась.

— Пойдемте за стол, — предложила Лерочка и мы послушно прошли в гостиную.

За большим, круглым, празднично-накрытым словом, уже сидела вся оставшаяся родня: мои родители, Артемка и хозяин дома, во главе застолья.

Лера присела за стол по правую руку от Вовочки, а Вадим по левую. Я же для начала сделала круг почета и поцеловала всех собравшихся здесь людей в щечки, и лишь потом села рядом с родителями. Как раз напротив Вовочки и его брата.

— Кирочка, что будешь пить? — спросил у меня Олежка.

— Вино. Красное, — ответила я.

— Сухое или полусладкое?

— Любое, — ответила я равнодушно и, почувствовав некое дежа-вю, бросила взгляд на Вадима. Он, пристально на меня посмотрев, так привычно и нагло улыбнулся…

Первая наша встреча с Вадимом, действительно состоялась на свадьбе Леры и Вовочки. Вадиму тогда только-только исполнилось восемнадцать лет и он, отгуляв на свадьбе брата, сразу же ушел в армию.

На сколько мне известно, по рассказам мужа тетки, Вадим, отслужив, решил остаться в части и связать свою дальнейшую судьбу с армией. Отучился в местном ВУЗе, скоропостижно женился, потом так же развелся. Детьми не обзавелся и все это время уверенно двигался по военной карьерной лестнице.

А вот вторая наша встреча состоялась недавно. Восемь дней назад, в Крыму.

И я, хоть и подумав при этой встрече, что Вадим мне кого-то напоминает, но все равно родственничка не узнала. Так как совсем его не помнила… Должно быть, я, без особого интереса, рассматривала все фотографии с Вадимом, которые мне периодически показывала родня…