Игра в семью (СИ)

Глава 18

Пробуждение было сладким. Клянусь, я проснулась с блаженной улыбкой на лице и, открыв глаза, увидела точно такую же улыбку на довольном, все еще спящем лице Вадима. Окинула взглядом комнату. Мы лежали абсолютно голые, на сбившийся и влажной простыне. Одеяло прикрывало лишь наши ноги, до колен. В комнате было душно, но не от жары за окном, а от витающей в спальне атмосферы произошедшего… Поток воспоминаний хлынул в мое лицо жаром. Мне было хорошо. Очень хорошо. Не припомню, чтобы когда-то, за одну ночь, столько раз подряд я испытывала удовольствие… Но тут что-то щемящее проникло в сердце… В голове нараспев промелькнуло слово "таблетка"… Я неожиданно поежилась. Аккуратно потянула одеяло ввверх, прикрывая свою наготу, и покосилась на Вадима… Такой хороший. Когда спит… Черт! Может зря я приняла такое лекарство? Ведь от любви его не бывает. От страсти тоже… Да и не выход это! Эх, надо было все таки напиться. Ведь похмелье, по сравнению с этим, реально лучше. Знаешь же точно, что оно пройдет. А то что случилось между нами просто так никуда не денется… Хотя. Интересно, а что об этом думает Вадим? И думает ли вообще? И, самое важное, что из того что может подумать Вадим, хотелось бы мне?

— Доброе утро, — произнес он вдруг с такой лаской, при этом заботливо убирая прядь волос с моего плеча. Я передернулась, ответила:

— Доброе, — И попыталась накрыться с головой. Мне почему-то хотелось спрятаться, а лучше — убежать. А еще лучше — вернуться во вчера и предотвратить все произошедшее. Все таки зря! И, чего это родственничек так довольно на меня смотрит? Да еще с пришуром, не отводя от меня своих изумрулныэ глаз? Ну, подумаешь, природа взяла свое… И не один раз.

— Как спалось?

— Хорошо…

— Проголодалась? — поинтересовался Вадим. Ах, вот в чем дело! Сейчас, небось, заставит меня готовить ему завтрак!

— На завтрак у меня нет сил, — сразу предупредила я. — В холодильнике еще должны были остаться блинчики.

Вадим кивнул. Неторопливо поднялся и, не одеваясь, вышел из спальни. Проводив оголенный тыл гостя слегка смущенным взглядом, я осела на кровати… Сердце колотится в груди, а в голове творится нечто странное. Мысли скачут, играя в чехарду. Но одна, весьма настойчиво, повторяет: неправильно все это. Неразумно. Не честно. Я тут же тоже встала и, пользуясь тем что Вадим удалился и чем-то гремит на кухне, быстренько надела пижаму, которую нашла на полу, между кроватью и надувным матрасом.

И только я забралась обратно под одеяло — Вадим вернулся в спальню. Таким же довольным, как и уходил. Да еще и с подносом в руках.

— Завтрак в постель, — сказал родственничек, пристраивая поднос на кровати. Я присела и посмотрела на принесенное Вадимом: блинчики, клубничное варенье и две чашки с горячим чаем. Вадик залез на кровать и сел рядом со мной, как буд-то нарочно касаясь своими коленками моих.

Признаться честно, есть мне очень хотелось, но только не при виде совершенно голого гостя. И ведь не стыдно ему совсем

— Спасибо, — ответила я, — может, это, оденешься?

Вадик фыркнул и одеваться не стал. Лишь прикрыл свой пах краешком одеяла. Ну и на том спасибо. Я взяла блинчик и, мокнув его в варенье, откусила. Вадим с улыбкой понаблюдал за мной немного, а потом и сам принялся есть. Делал это с аппетитом, пару раз капая себе на грудь вареньем. В какой-то момент, я поймала себя на мысли, что мне хочется слизать эти капельки с его загорелой кожи… Но, нет. Я отвела взгляд от родственника и старалась больше на него не смотреть.

— Какие планы на сегодня? — поинтересовался Вадим, когда завтрак был съеден, а поднос отставлен на тумбочку.

— Не знаю, — пожимая плечами, ответила я.

— Чем займемся?

Простой вопрос, но он почему-то заставил меня нахмуриться.

— В смысле?

— Может, сходим куда-нибудь? — приторно-сладко улыбнулся Вадим.

— Куда?

— Ну, в кафе, на пляж. Или в кино… Хочешь в кино?

— Честно говоря, не очень… — замотала я головой. Ну вот — зачем? Чего он хочет? И почему так резко изменился? Куда делась вся его язвительная спесь и усмешки? Он… Он решил что может рассчитывать на что-то большее, чем секс? Или, это прилюдия, что-то вроде — "кто девушку танцует, тот с ней и спит"?

— Ты подумай, а я пока в душ схожу, — сказал Вадим, поднялся с кровати и, прихватив полотенце, направился в ванную.

Как только за Вадиком закрылась дверь, в моей голове пронеслось: беги! Быстрей, отсюда. Из этой слащавости и показушности. Я вскочила с кровати, заметалась по комнате. Быстро стянула с себя пижаму и подошла к шкафу. Открыв его, схватила первое попавшееся белье и платье и начала одеваться, сбиваясь и все время попадая мимо нужных дыр. Когда наконец оделась, выбежала в прихожую, но вдруг замешкалась, вспомнив что телефон лежит в комнате на тумбочке. Вернулась, схватила телефон, и заодно лежавшую рядом с ним резинку для волос. Неуклюже торопясь, вновь выбежала в прихожую. Так: босоножки, солнечные очки, сумочка, ключи… И уже через секунду я закрывала дверь своей квартиры с той стороны.

Зачем-то спустилась на этаж ниже и только там вызвала лифт. Пока он ехал, я все прислушивалась к тому, что происходит на моем этаже. К счастью, ничего. Вадим, наверно, еще намывается. Лифт приехал, я вошла в кабину и уже меньше чем через минуту, на ходу формируя на своей голове высокий пучок, выбегала из подъезда, словно за мной кто-то гонится. Добежала до ближайшего угла дома и, прижавшись к стене, отдышалась. И тут же констатировала совершенную мной глупость. За мной, мало того что никто не гнался. Да я сбежала из своей собственной квартиры! Зачем? Все равно же вернусь. Замотала головой по сторонам и запаздало подумала, а куда идти? Напротив меня стояла палатка, с простой вывеской: Горячая выпечка… Точно! Пойду к Ксюхе. Ведь друзья для того и нужны, чтобы им можно было выговориться и послушать советов. А иногда и спрятаться. Только я об этом подумала, как ноги сами понесли меня в сторону кондитерской. Но не успела я сделать и пары шагов, как в моей сумке зазвенел телефон. Доставая мобильник, я уже знала, чье имя высветится у меня на экране. И не ошиблась. Звонил Вадим. Я, не сбрасывая звонка, просто отключила звук. Убрала телефон обратно в сумку и спокойно потопала дальше.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Сегодня было уже не так жарко — солнце светило, но не припекало настолько, чтобы ныть и изнемогать от жары. Однако пить все равно хотелось. Я почему-то представила себе бокал холодного пива. Светлого. И, проходя мимо очередной палатки, купила себе освежающего напитка. Который пила по пути маленькими глотками. И мне было плевать, что могут подумать случайные прохожие.

Подходя к кондитерской я вспомнила, что сегодня суббота. Ксении Сергеевны могло не быть на рабочем месте.

Но Ксюшка была, встретила меня в зале, раскладывая свежие эклеры на витрине.

— Какие люди! — заулыбалась она при виде меня, но потом покосилась на полупустую бутылку в моих руках и нахмурилась. — Чего это ты, с утра пораньше?

— Жажда, — пожимая плечами, выдала я.

— Чего, вчера еще дома продолжили?

— О да! Еще как.

Ксю выложила на витрину последний эклер и кивнула мне в сторону "кабинетной". Я послушно пошла за подругой. В кабинет Ксюша вошла первой, я в след за ней, закрывая дверь на торчащий из замка ключ.

— Рассказывай, — заинтересованно велела Ксюня, устраиваясь в кресле. Я бросила сумку на стол и села на диванчик. С чего начать рассказ я не знала, глубоко вздохнула, отпила холодного пива и задумчиво уставилась в окно. Ксю в ожидании застучала пальцами по столу и вдруг спросила: — Че, было?

— Было, — не стала я скрывать.

— Ну наконец-то! Давно пора! — даже с каким-то чрезмерным восторгом сказала Ксюха. — И как он?

— Нормально.

— А где подробности? Да такие, чтобы я позавидовала?

— А чему завидовать?

— Размерам, умению, ловкости, — хохотнула моя подружка.

— Все в пределах нормы.

— Так не интересно, — качнула головой Ксю. — Он что, чем-то обидел тебя?

— Ага, — кивнула я. — После всего признался в любви.

Ксения Сергеевна нахмурилась и возмущенно спросила:

— И ты этому недовольна?!

— Крайне.

— Вот дура! Такой мужик, да еще в любви признался.

Ксюхиных эмоций я не разделяла. И заявила:

— Ты бы знала как он мне вчера напомнил Вову.

— В постеле? — ахнула Ксю.

— Нет. В постеле он другой: немного грубый, но при этом ласковый и… Старательный… — я запнулась, чувствуя вибрации в теле, от терпких воспоминаний, а потом абстрагировалась и продолжила: — До постели. Голос, интонация, даже движения некоторые…

— Это не удивительно, они ж братья…

— Вот-вот. Братья. А если они похожи не только внешне? И я для младшего, как эстафетная палочка от старшего? Знаешь, бывает меж братьями вот такое завистливое соперничество.

— Ты все таки дура, — констатировала Ксю. — Как есть дура, какой бы умной не была.

— Пускай! — обиженно фыркнула я. — Утром он, представляешь, завтрак в постель принес и в кино сходить предложил…

— И?

— Что и? Он вел себя не как обычно. Наигранно.

Фальшиво. Приторно… Бее!

— Может, просто ты до этого никогда не видела эту сторону Вадима?

— А может он просто притворяется? — хмыкнув, спросила я. — Ксю, понимаешь, мне сейчас ничего не хочется: ни новых отношений, ни новых разочарований. Тем более от человека с фамилией Климов. Блин…

Я одним глотком допила пиво, а Ксюша сочувственно на меня посмотрела и поинтересовалась:

— А где он сейчас?

— Не знаю, наверно, у меня дома. Я сбежала, пока он был в душе.

Как же я ошибалась, и поняла это буквально через пару секунд, когда в дверь "кабинетной" громко постучали и вслед за этим раздался голос Вадима:

— Ксения Сергеевна, вы тут?

Мои глаза округлились, ладошки вспотели и пустая бутылка вдруг выскользнула из рук, разрывая тишину своим звонким падением. Упала, но не разбилась. Ксюха покачала головой.

— Секунду! — крикнула она, а я принялась мотать головой по сторонам, в поисках укрытия. Ксю нашла его быстрей, указав пальцем на шкаф. Я тут же подлетела к нему и торопливо залезла в узкое и темное пространство. После чего Ксюня поспешила открыть дверь кабинета.

— Привет, Вадим, — поздоровалась она. Посетитель здороваться не стал, шумно вошел в помещение и сразу же спросил:

— Кира не у тебя?

— Как видишь.

— А ты не знаешь, где она может быть?

— Не знаю.

Повисла пауза, я замерла, боясь пошевелиться и выдать себя. Однако прятаться не в пустом шкафу очень неудобно. Тесно и безумно душно.

— Слушай, — подал наконец голос родственничек, — а может ты ей позвонишь и спросишь где она?

Тут я чуть не упала, качнулась, но на месте устояла. Сумка! Она осталась лежать на столе и если сейчас на телефон кто-нибудь позвонит, звука слышно не будет, а вот вибрацию аппарата вполне.

— Вадим Алексеевич, — обратилась к нему Ксю, — я, конечно, тебе очень благодарна и ты мне глубоко симпотичен, но делать этого я не буду. Кира моя подруга.

— Ох уж эта женская солидарность, — усмехнулся Вадим. — Хорошо, понимаю, а просто позвонить и узнать как у нее дела можешь?

— Все нормально с ней.

— То есть, где она ты все таки знаешь? — моя подружка тактично промолчала. — С ней точно все в порядке?

— Точно.

— Ладно, — протяжно ответил Вадим и тут же послышались его неспешные, удаляющиеся шаги. Но вдруг, Ксюша его тормознула:

— Подожди, а ты… правда ее любишь?

Здесь я чуть не упала во второй раз. Ну зачем? Зачем Ксюха его об этом спрашивает? Боже, как же жарко…

— Что, она уже успела тебе все рассказать?

— Ну…

Вадим молчал. Видимо думал. А я уже начала заливаться потом, стекающим со лба.

— Люблю, — вдруг ответил Вадик. — Я, видишь ли, не привык разбрасываться такими словами. И, как ни крути, но военное прошлое дает о себе знать. Я прямой человек. Сказал-сделал, приказ-выполнение. Может это не совсем то в отношениях, с Кирой тем более… — Вадик вдруг вздохнул и добавил: — Я ее не понимаю. Хотя… Один умник сказал, что женщин не надо понимать, их надо просто любить.

— Золотые слова, — при этих словах, судя по голосу, Ксю точно улыбнулась. — Кира у нас особенная девушка. К ней и подход особенный нужен. Ласка и забота — это, конечно, хорошо. Но не постоянно и не так резко. Этим можно оттолкнуть.

— А что тогда? Грубость и безразличие?

— Баланс нужен, Вадим Алексеевич.

Я слышала как он усмехнулся. Постоял еще немного, а потом бросив:

— Спасибо, до встречи, — наконец-то удалился.

Ксюха закрыла дверь на ключ и я покинула свое тесное укрытие. Молча подошла к столу, схватила свою сумку.

— Ну, спасибо… — злобно сказала я подружке.

— Ты чего злишься? — искренне удивилась она. — Я сказала что-то не так?

— Главное, что ты вообще сказала! — продолжила я злиться. — Что ж вы все лезете, куда не надо? А?

Удивление подруги сменилось возмущением:

— А как иначе, Кирюш? Не только Вадим тебя не понимает. Мне кажется, ты сама себя не понимаешь.

Я хмыкнула.

— Пусть так. Но понять себя должна тоже я сама. Без ваших намеканий и пинаний, — я шагнула к двери, а Ксю тихо произнесла:

— Усмири свои эмоции. Просто поддайся обстоятельствам. Попробуй.

— А если я опять ошибусь?

— Никогда не говори: "Я ошиблась", лучше скажи: "Надо же, как интересно получилось…". Короче — научись проще ко всему относится.

— Куда уж проще, — фыркнула я и покинула кабинет.

Мне уже было не важно, ушел Вадим или нет. Я быстро прошла в торговый зал, миновала его и вышла на улицу. Родственничка поблизости не наблюдалось. Вот и славно.

Завернув за угол, я пошла в противоположную сторону от дома. Ведь домой мне пока не хотелось. Я держала свой путь в торговый центр.

В любимом магазине одежды ничего себе не подобрала. Мне все не нравилось, все не так. Да и коллекция старая, все самое лучшее из которой, не так давно, я уже купила. С досадой я направлялась к выходу, но вдруг тормознулась. У самого выхода. Где, буквально на днях, открылся новый магазин. Нижнего белья.

Цены здесь кусались. Но и качество было на высоте. Купив себе два комплекта, заметно повеселевшая я, заспешила к выходу.

До дома шла пешком. Шла целенаправленно, готовясь… Да уже к чему угодно. Встречи с Вадимом не избежать, так что откладывать ее нет смысла.

Поднялась на этаж и, мысленно перекрестившись, сунула ключ в скважину. Вошла в квартиру и замерла, прислушившись. Тишина. Даже слегка пугающая. Неужели Вадима нет? Ушел? Насовсем? Я рванула в комнату и увидела безмятежного родственничка, лежащего на моей кровате. И даже не поняла, что именно почувствовала в тот момент: радость или разочарование.

— Привет, — даже как-то равнодушно, сказал родственник. Я лишь кивнула. — Ты где была?

— Я… Мне надо было подумать.

— И как тебе думалось в шкафу? — усмехнулся он, а я нахмурилась:

— В каком шкафу?

— В том, что стоит у Ксении Сергеевны в кабинете, в кондитерской.

— А с чего ты взял, что я там была?

— Во-первых, твоя сумка, — он кивнул на сумочку, перекинутую у меня через плечо, — она лежала у Ксюхи на столе. А во-вторых, — он опять усмехнулся, — тихо сидеть ты не умеешь.

Я чертыхнулась, разумеется, про себя. А Вадим резко поднялся и шагнул ко мне.

— Ответишь мне на вопрос? — я бездумно кивнула. — Ты чего, испугалась?

— Чего? — с непониманием переспросила я.

— Того, что между нами начинается.

— А что начинается?

— Отношения, — ответил он, шагнув ближе.

— Какие? — пискнула я, делая шаг назад. Но он не помог, за моей спиной каким-то образом оказался шкаф.

— Я надеялся, что нормальные. Но судя по твоему поведению, я бы даже сказал, побегу… Ладно, в общем, тут, отчасти, есть и моя вина — я не знал как правильно себя с тобой вести. Теперь понял, что только забота и ласка не катит… Что ж, придется последовать совету твоей подруги.

— Какому?

— Буду учиться балансировать, — ответил он и, взяв меня за руку, притянул к себе. Настолько ловко, что наши лица оказались в опасной близости друг к другу. — Я ж тебе вчера сказал, что я тебя не тороплю, — Вадим едва коснулся своими губ моих и добавил: — Но и сам медлить не собираюсь.

Что ответить я не знала. Вот не знала и все. Посылать его не хотелось, но и показывать что я на все согласная тоже. Молчание — золото. За ним скрыть можно многое… А между тем, губы Вадима еще раз коснулись моих. Но уже не так незаметно. Более чувственно. Я прикрыла глаза и вдохнула ртом. Вадик обнял меня за талию и я, выронив фирменные пакеты, потянулась руками к плечам родственника. "Усмири эмоции, поддайся обстоятельствам", — повторяла я в голове Ксюхины слова. Если мне хочется, если меня тянет и влечет, значит надо отдаться порыву. И не выпускать коготки своей внутренней язвочки. Не всегда она к месту… А наши губы уже вовсю целовались. Неустанно, ненасытно… Бретельки платья скатились с моих плеч, не без помощи горячих пальцев Вадима. Но вдруг, родственник остановился и, посмотрев в мои глаза, спросил:

— Ты меня услышала?

— Да. Медлить ты не собираешься, так что — не противоречь своим словам, — ответила я и Вадик, улыбнувшись, поднял меня на руки. Положил на кровать, но немного отстраняясь, неожиданно задал вопрос:

— А может, все таки, в кино?

Я схватилась за его футболку и, притягивая к себе, ответила:

— Успеем…