Игра в семью (СИ)

Глава 14

Кондитерская конечно же работала: на многоярусных этажерках красовались аппетитные свежие пирожные и тортики, в воздухе витали сладкие ароматы. У разноцветного витражного окна стояло три маленьких кругленьких столика, где клиенты могли посидеть и вкусить купленные здесь ими сладости и даже бесплатно запить их цейлонским чаем — эта идея многим полюбилась и порой, в обеденный перерыв, на эти места был нешуточный спрос. Вот и сейчас все три столика были заняты. Еще несколько посетителей прогуливались по помещению, рассматривая гастрономическую красоту, создаваемую моей подружкой и ее подмастериями.

Мы зашли в кондитерскую, сопровождаемые звоном дверного колокольчика. И все кто были в помещении по инерции на нас обернулись. За прилавком, у кассы, стояла Ритка — милая сотрудница, которая трудилась здесь почти с самого открытия.

— Добрый день, Кира Викторовна, — произнесла она и улыбнулась. А увидев со мной мужское сопровождение, да еще одно из них с цветами, Рита улыбнулась еще шире.

— Привет, Риточка, Ксения Сергеевна на месте? — спросила я.

— Да, она на кухне. Украшает заказ. За ним через полчаса прийти должны.

— Спасибо, — улыбнулась я в ответ и направилась в указанном направлении. Вадим и Сашка с цветами собрались было пойти со мной, но я их тормознула. — Ксюшка не любит, когда посторонние заходят на кухню.

Мужчины, на удивление, спорить не стали, а, одновременно кивнул, принялись неторопливо осматриваться. А я прошла в подсобные помещения и сразу увидела подружку. Она крутилась вокруг стола, на котором стоял большой торт, и мастерила на нем, при помощи кондитерского мешка, коралловые розы. На Ксюшке был одет фартук и поварской колпак персикового цвета. Смотрелась она очень мило и очаровательно.

— Привет, — громко сказала я. Ксюня отвлеклась на секунду от тортика, улыбнулась, но тут же перевела сосредоточенный взгляд обратно и ответила:

— Привет. Подожди минутку, сейчас закончу.

Эту вполне обычную фразу на самом деле следовало трактовать вот так: отойди в сторонку и не мешай. Чего я и сделала: зашла на кухню, присела на стул, одиноко стоящий у небольшого окна, и старалась не смотреть в сторону Ксюнича — она не только не любит когда посторонние появляются на этой кухне, а еще так же не любит, когда кто-то стоит рядом и наблюдает за ее творческой работой. Что ж, у всех свои привычки. И эта не самая необычная у Ксю.

— Все, — спустя пять минут, отложив мешок, произнесла подружка. — Ну-ка, оцени мой шедевр.

Поднявшись со стула, я шагнула к столу. И замерла с полуоткрытым ртом. Я никогда не перестану восхищаться мастерством Ксении Сергеевны. Ведь это десертное творение на самом деле было шедевральным, о чем я тут же сообщила своему самому любимому кондитеру. Кондитер тут же широко и довольно улыбнулась от честной похвалы, и упаковав торт в большую фирменную коробку нашей кондитерской, аккуратно убрала его в холодильник. Потом, сняв с головы колпачок, спросила:

— Неужели ты решила выйти на работу?

— Скорее — нет, — покачала я головой. — По идее, я еще в отпуске. Но после нашего вчерашнего разговора решила прийти, чтобы взглянуть на наших соседей, которые зачем-то покушаются на наш сладкий бизнес.

— И очень даже вовремя, — кивнула Ксюшка. — Минут пятнадцать назад, я видела в окно "кабинетной" как их главный баран прибыл на свое новое рабочее место.

— А больше ты ничего не видела?

— Например?

— Например то, что я пришла не одна… — изогнув бровь, поинтересовалась я. Очень мне не хотелось, чтобы Ксюшка таким вот своим любопытством испортила сюрприз, в виде соседа Сашки с букетом.

— Неужели ты пришла с Вадимом? — предположила Ксю.

— С ним самым.

Ксюня улыбнулась и, сняв свой фартук, повесила его и головной убор на крючок у входа. Кивнула в сторону соседней комнаты. Я подошла к подруге и мы, неторопясь покинули кухню. Повернули направо и зашли в соседнюю небольшую комнатку, которую мы между собой и называли "кабинетная"… Она же "переговорная", "заработную-плату-считальная и выдавальная", а иногда даже "кабачная".

— Он ночевал у тебя? — спросила подружка, поудобней устраиваясь на диванчике-канапе. Я кивнула и присела рядышком. — И как прошла эта сказочная ночь? — лукаво пропела Ксюнька.

— Жарко и душно, — честно ответила я.

— Да? — обрадовалась Ксюня, но я тут же пояснила, во избежании бурной деятельности Ксюхиной фантазии:

— Гость спал на полу и я, побоявшись, что там он может простыть, закрыла окна. Из-за чего под утро в комнате стояла жуткая и невыносимая духота.

Ксюха досадно покачала головой:

— Ну и зря. Жарко должно быть от другого.

— Уймись, Ксения Сергеевна, — пригрозила я ей пальцем. — Мне сейчас совершенно не до таких жарких ночей.

— Ну и дура.

— Моя жизнь, когда хочу — тогда и дура, — процитировала я Ксюшке ее же слова. Подружка скорчила лицо, а я принялась жаловаться: — Представляешь, Вадим решил поселиться у меня, пока не закончится ремонт в его квартире. Забрал сегодня свои вещи от брата и еще вчера стал вовсю хозяйничать в моей квартире. А еще он заставляет меня готовить! И это ты ему меня сдала, тоже мне, подруга…

— Молодец, мужик, — усмехнувшись сказала Ксюнич, игнорируя мое последнее замечание. — Тебя надо брать именно так — с напором и с наглостью.

Я фыркнула:

— Меня вообще не надо брать. Я, если сама захочу, могу и так отдаться. Но не хочу я.

— Твоя главная проблема в том, что ты хочешь, но зачем-то упорно оттягиваешь этот момент. Давно бы уже попробовала Вадика. А вдруг окажется, что в постели он ноль без главной палочки? Или с палочкой, но пользоваться этим не умеет? Тогда бы и не парилась, и сейчас этого зеленоглазого самца и рядом бы не было.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- А я и не парюсь… точнее — парюсь, но не поэтому… Блин, ты меня запутала совсем! Раз уж я дала добро, то он будет жить у меня как и договаривались — как самый обыкновенный родственник… и плевать я хотела на все его поползновения!

— А они были? — поинтересовалась Ксю.

— Ну, — почему-то стушевалась я. — Поцеловать меня он уже пытался. И периодически норовит то обнять, то просто прикоснуться… А я сразу Вовочку вспоминаю и даже припоминаю. Вслух.

Ксюша внимательно на меня посмотрела, а потом, качнув головой, произнесла:

— Так сделай Вадима своей "таблеткой"… Прими его, как лекарство от дядюшки. — посоветовала Ксюха. Слово "таблетка", сказанное в таком контексте, еще одно завуалированное определение, взятое Ксюхой из реалити-шоу про построение любви. Якобы так можно забыться. Переключиться. А в последствии — и влюбиться… Не дай бог! Налюбилась.

— Так, все, давай лучше вернемся от одного барана к другому, — сказала я и махнула рукой. Ксюха нехотя кивнула и вдруг, нахмурившись, уставилась мне куда-то за плечо:

— О, бараны как-то и без нас справляются, — произнесла она и кивнула в сторону окна. Я повернулась, тоже посмотрела в окно и увидела как мой дальний родственник беседует на улице с неизвестным мне черноволосым мужчиной. Он был на голову ниже Вадима, а над кожанным ремнем нависал приличный животик.

— Это тот самый покуситель на наш бизнес? — предположила я.

— Тот самый, — ответила Ксюшка.

— Вот блин, шустрый какой… Родственничек, — подметила я с иронией.

— Шустрый, грозный и… внушительный. Покуситель-то, на его фоне, прям букашечкой несуразной выглядит. Вся его суровость куда-то резко улетучилась, — сказала Ксюня и подошла поближе к окну. Я тоже встала и присоединилась к подружке. Вадим, действительно, смотрелся более внушительно, чем его коренастый собеседник. Держался уверенно, говорил спокойно, в отличии от дядечки — тот заметно нервничал, часто жестикулировал и лихорадочно вытирал ладонью свой лоб. Их беседа была недолгой — покуситель хлопнул себя по карману брюк, достал телефон, Вадик тоже извлек свой аппарат, оба быстро что-то в них записали и дядечка, кивнув Вадиму, удалился. А Вадим, довольно улыбнувшись, направился в сторону входа в кондитерскую. Мы с Ксюшкой переглянулись.

— Позови его сюда, — сказала я Ксюшке.

— Почему я? Сама позови, — ответила она и опять вальяжно устроилась на диванчике. Я покачала головой, но вышла из "кабинетной" и пошла в зал. Вадим в этот момент как раз входил в кондитерскую. Увидев меня, он подмигнул, а я поманила его пальчиком. Этот жест, стоящий у витрины Сашка, тоже заметил. Мужчины одновременно пошли на мой такой призыв и уже через секунду мы входили в "кабинетную".

— Приветствую вас, Ксения Сергеевна, — весело поздоровался Вадим, который первый зашел в комнату.

— Привет-привет… — ответила Ксюня. Она собралась сказать ему что-то еще, но тут в дверях появился Сашка. А точнее — сначала появился белоснежный букет лилий. Ксю, увидев цветы, расползлась в улыбке и поднялась с дивана.

— Привет, — улыбнулся в ответ Саша. — Это тебе.

Ксю, продолжая улыбаться, приняла букет, а затем одарила Сашу скромным, но звучным поцелуем в щечку.

— Спасибо, очень приятно, — произнесла она.

— Как мило и трогательно, — подал голос Вадик. Ксю злобно на него шикнула.

— Завидно, Вадим Алексеевич? — спросила я.

— Что мне цветов никто не дарит? — усмехнулся он.

— Нет, что у кого-то все мило и трогательно. А не у тебя.

Отвечать родственничек не стал, вскользь огляделся и сел на диванчик, на котором до этого сидела Ксю. Я же прошла к окну и села в кресло, стоящее у стола. Ксю подошла к шкафчику, достала из него вазу. Шагнув к небольшой раковине в углу, чтобы нналить воды, моя подружка поинтересовалась у Вадима невозмутимым тоном:

— О чем беседовал с нашим недругом? — Вадик ехидно нахмурился, а Ксюша пояснила. — Мы вас в окно видели.

Родственничек посмотрел на меня, и я, подтверждая Ксюхины слова, закивала.

— Вашего недруга зовут Игорь Григорьевич, а беседовали мы с ним о его намерениях на счет вашего помещения, — ответил Вадик.

— И? — с нетерпением спросила Ксюха, чуть не уронив вазу с водой и цветами.

— И ничего, — развел руками Вадик. — Беседовать со мной он отказался.

Ксюнич тяжко выдохнула, поставила вазу на стол.

— Однако, — подал голос Вадим. — Мы договорились встретиться завтра… Но уже в более большой компании.

— Что ты имеешь в виду? — нахмурилась я.

— Ну, разговаривать вдвоем не комильфо. С ним будут его друзья, ко мне подтянутся мои.

— Вы что, назначили "стрелку"? — ахнула Ксения Сергеевна.

— "Стрелки" остались в девяностых, — ответил Вадим с усмешкой. — У нас будет беседа.

— И во сколько назначена ваша беседа? — поинтересовалась Ксю.

— В три часа, — ответил Вадик.

— И много будет твоих друзей?

— Достаточно.

Не удержавшись, я фыркнула, а потом посмотрела в окно. Наш злопыхатель, тот самый Игорь, вышел в этот момент из соседнего помещения и, бросив взгляд на наши окна, направился к припаркованному черному "Лексусу". Мой заинтересованный взгляд не замеченным не остался, все присутствующие тоже посмотрели в окно.

— Странный он, — заметила я.

— Согласен, — поддакнул вдруг Вадим. — Он явно удивился тому, что я вызвал его на беседу. Даже нервный тик его разобрал.

— За каждым нервным тиком скрывается удивительная история, — заявила Ксения Сергеевна и мы все, не сговариваясь, закивали. Сашка с чувством посмотрел на мою подружку, Ксюха же в ответ выдала ему свою самую обаятельную улыбку. Ясно, что между этими двумя что-то да намечается. И я тут же почувствовала себя здесь лишней.

— Ладно, — хлопнув себя по коленям и поднимаясь, сказал Вадим, тоже, видать, почуяв в воздухе романтические нотки. — Думаю, Кира Викторовна, нам следует оставить Ксению и Александра наедине.

Ксюха, услышав это, чуть было не кивнула, но вовремя сдержалась. И я тоже встала со стула и шагнула к выходу.

— Хорошего вечера. До завтра, — бросила я подружке.

Мы с Вадиком вышли в зал по очереди, я первая, Вадим сразу за мной. Попращались с Ритой и вскоре мы с родственничком покинули кондитерскую.

На улице Вадим потянул меня в сторону дома, я же категорично заявила что нам надо заглянуть в один магазинчик. Мы перешли дорогу и, сев на троллейбус, проехали пару остановок. Вышли возле большого магазина с говорящим названием "Миллиард мелочей". Долго искали, а потом выбирали надувной матрас, а выбрав, я еще решила прикупить себе нового постельного белья, разнообразие которого здесь было представлено в изобилии. На кассе мы с родственничком чуть не разругались — Вадим настаивал оплатить покупки. Я не соглашалась. В конце концов покупки мы разделили: матрас купил он, а постельное белье я. Когда мы покидали магазин, на город уже степенно спускались сумерки. Ждать троллейбуса не стали, поймали такси.

В квартире Вадим попросил его срочно накормить. Я сперва закатила глаза, но потом вспомнив, что родственник не ел почти целый день, смиренно отправилась на кухню и поставила разогревать в микроволновку наглому родственника вчерашнего рагу. Пока таймер тихо тикал, отсчитывая две минуты, я пошла в комнату, чтобы переодеться. И застукала Вадима за таким же занятием. Причем, нижнюю часть одежды переодеть он уже успел, стоял возле моего шкафа в серых спортивных шортах до колен. А вот верхнюю снял, но на смену еще ничего не надел.

— А ты можешь переодеваться в ванной? — возмущенно поинтересовалась я, не отводя взгляда от голого торса родственника.

— Могу, — кивнул он. — Как скажешь.

Такая покладистность меня слегка удивила и даже порадовала. Но когда я приблизилась к Вадиму, а точнее заглянув в свой шкаф, мое настроение резко сменилось:

— Какого… Дьявола ты делаешь в моем шкафу?!

— Раскладываю свои вещи, — невозмутимым тоном ответили мне.

— А спросить?

Вадим перевел на меня удивленный взгляд:

— Ты же дала добро на наше совместное проживание…

— Да, на временное! И это не значило, что твои вещи тут же должны перекочевать в мой гардероб!

— Всего-то полочка. Так же удобней, чем каждый раз копаться в чемодане, — спокойно ответил Вадим. Я не удержалась и, глухо прорычав, топнула ножкой.

— Тебе так идет, когда ты злишься, — сюсюкающей интонациец, заметил Вадик. Я прорычала еще раз и, импульсивно схватив свой халат со стула, поспешила в ванну.

Раздевшись, я полезла под душ. Намылилась гелем с эфирными маслами, привезенным мной из Крыма… Крыма… Чертов отдых. Если бы не он, все могло бы сложиться по-другому… Хотя, вся эта история с Вовочкой должна была когда-то закончиться. И, самое интересное то, что если бы мы расстались на мирной ноте, то нас, скорее всего, тянуло бы обратно. Друг к другу. А так… Боль и злость. И боль не просто так. Увы, но этот человек не скоро станет мне полностью безразличным.

Размышляя таким образом, я не сразу заметила что дверь в ванну открылась. Хорошо что я обычно моюсь, задернув шторку. А то предстала бы перед гостем во всей своей намыленной красе.

— Я руки помыть, — громко сказал Вадим, включая воду.

— А подождать никак? — возмущенно спросила я.

— Ты уже двадцать минут тут намываешься. А я есть хочу.

— На кухне тоже есть кран! — поведала я.

Вадим фыркнул, вымыл руки и удалился, довольно звучно хлопнув дверью. А я поругала себя за неосмотрительнось и поклялась впредь запирать дверь в ванную комнату. Даже если просто переодеваюсь.

Практически сразу после ухода Вадима, я вылезла из душа. Надела халат и вышла из ванны. Вадим силел на кухне и с аппетитом ел рагу. Я прошла мимо, включила чайник и, заваривать черного чая с бергамотом, села рядом, за стол.

— Чем завтра будешь меня кормить? — поинтересовался вдруг наглый гость.

— На завтрак у тебя блины, — сообщила я. — А потом мы можем заглянуть в ресторан. Я даже тебя угощу.

Вадик покачал головой:

— Домашняя еда вкусней.

Я звучно усмехнулась:

— Мне искренне жаль…

— Почему это?

— Потому что ты, видать, до этого питался в плохих ресторанах, — с ехидной улыбкой, ответила я. — Ладно, я пойду, почитаю что-нибудь хорошее на ночь, — я взяла чашку и шагнула к двери, — а ты тут не задерживайся. Тебя еще ждет надувной матрас.

Устроившись поудобней в своей кроватке, я поставила чашку с чаем на тумбочку и достала из верхнего ящика книжку. Ту самую, которую я начала читать еще на даче. Когда до развязки оставалось чуть менее десяти страниц, а чай был выпит, в комнату пришел Вадим. Он молча распаковал надувной матрас и довольно быстро накачал его прилагающимся ножным насосом.

— По утрам его нужно будет сдувать, — сообщила я, не отрывая взгляда от книги.

— Зачем?

— В комнате из-за него становится тесно. А я люблю пространство.

— Ладно, — нехотя согласился гость, бросая на матрас одеяла и подушки, которые я еще вчера ему благотворительно выделила. Затем Вадим подошел к шкафу, извлек из него свое полотенце и направился в ванную. Я быстро дочитала роман, который к слову оказался до безообразия банальным, убрала книжку и, выключив свет, накрылась одеялом, сворачиваясь калачиком. Мое сознание уже проваливалось в сон, и в этот момент Вадик вернулся в спальню. Он тихо зашел, постоял немного на пороге, и начал аккуратно добираться до своего спального места. Повертелся немного, наверно подбирая удобное место и позу… А спустя минут пять в спальне послышалось ровное сопение родственничка. И лишь тогда мое сознание полностью отдалось во власть Морфея…