Утром 24 сентября 1991 года Маоцзедуньку похоронили. Вполдень Соколову доложили, что объект дома не появился. Соколов приказал произвести обыск в квартире. Через час ему доставили три объемистых папки Дела. Бегло пролистав их и прочитав приговор, Соколов сказал, что это как раз то, что нужно. Вполне логично выглядело и то, что Чернов – безрукий инвалид: сам он не мог исполнить свой приговор, потому использовал уголовников в качестве технических исполнителей.
Появился Рябов. На лице его отчетливо виднелись следы прошлой ночи. Узнав о результатах следствия и об исчезновении Икса, рассмеялся:
– Все наши проблемы по сути дела пустяковы, – сказал он. – А решения их ещё пустяковее. Зато то,. что лежит между возникновением проблемы и её решением, превращается в нечто необычайно сложное и грандиозное. Но, увы, лишь по видимости. Все это есть лишь имитация жизни, а не жизнь. Нет надобности впадать в панику. Приказано прекратить дело и вернуться в Москву. Не стоит поднимать шум из-за такого пустяка. Сейчас не до этого.
– А что делать с этим Черновым, когда он обнаружится? – спросил Горбань.
– Зачем его обнаруживать?! Считайте, что его не было вообще. Сейчас не время создавать новых героев.
– А что делать с этим? – спросил Соколов, кивнув на Дело.
– Уничтожьте. Сейчас не время создавать новых злодеев. /
Мюнхен, 1982 – 1991