История Героя Королевы Эльфов

Глава четвёртая. Первые неприятности Героя Королевы Эльфов

Мгновение Кирилл разглядывал возникшую перед глазами надпись. Всю усталость и сонливость после долгого дня словно рукой сняло. Системный модификатор «Выдача системных заданий I» он выбрал по совету эльфов, для ускорения набора опыта. Да, среди предложенных были ещё варианты, что давали неплохой бонус к получению опыта за мирные способы прокачки, или за убийство врагов. Но королева предоставила несколько выдержек из архивов. Если верить им, а причин сомневаться в огромном накопленном опыте эльфов не было, выдаваемые системой задания принесли бы конкретно Кириллу больше пользы. Мирные пути прокачки – в случае его класса это уводило в артефакторику. Агрессивные пути прокачки пока что тоже отпадали, так как до ближайшего сражения Кириллу ещё далеко, о чём эльфы сразу его предупредили. Сначала ему нужно как следует освоиться со своими силами. И Кирилл был с ними полностью согласен. Не хватало ещё убиться об какого-нибудь гоблина первого уровня, или ещё каким-нибудь глупым способом погибнуть. И так уже умудрился один раз облажаться, да ещё и непонятно как.

Поэтому, вариант с получением заданий был в его случае, пожалуй, самым оптимальным. Конечно, в теории ему могут предложить что-нибудь слишком опасное, но, если верить тем же архивам эльфов, для подобного ему нужно ещё заметно подрасти в уровнях. Да и от предложенного задания можно отказаться без каких-либо серьёзных последствий. Всего лишь придётся ждать неделю, пока выдадут новое задание. А вот если взял и провалил – то тут штраф удваивается, и новое задание придётся ждать, соответственно, две недели. Зато если его успешно выполнить, то новое задание получишь уже через три дня.

Так что Кирилл, не сомневаясь ни секунду, принял новое сообщение и вчитался в возникшие прямо в сознании строки.

Получено системное задание (малое): до наступления рассвета сохранить в амулете-накопителе не меньше одного своего полного резерва.

Награда: одна пятнадцатая шкалы опыта; незначительное облегчение работы с амулетами-накопителями.

Ясненько. Ну что же, вот и его первое задание, как и положено герою первого уровня, достаточно простое. Хотя, если положить руку на сердце, у Кирилла всё же была слабая надежда, что ему выдадут сейчас глобальный квест по спасению мира. Или восстановлению пошатнувшегося мирового баланса? Ну, в общем, что-нибудь значительное. И желательно с маркером на мини карте, которую выдали бы в комплекте. Ну и с соответствующей наградой, само собой. Ну ладно, будем работать с тем, что имеем.

Кирилл вылез из кровати и надел на палец один из снятых перед сном золотых перстней с крупным изумрудом. Настроиться на него удалось вообще без проблем, спасибо полученным знаниям «основы работы с базовыми амулетами и артефактами». А также тому, что этот конкретный перстень был сделан специально под него. Сосредоточившись, Кирилл принялся вливать в него свой резерв. И практически сразу же он понял две вещи. Первое, это то, что он совершенно неверно оценил ёмкость подаренных перстней. Ни о каких «нескольких» его нынешних объёмов энергии и речи не шло. Тут как бы не все полтора десятка! Даже его самых базовых знаний, дарованных системой, хватило чтобы понять. Это ОЧЕНЬ КРУТО! За такое колечко очень многие одарённые заплатили бы любые деньги, а в случае, если своих не хватило бы, взяли в долг или продали почку. Или почку родственника/друга/коллеги. Или сразу целиком родственника/друга/коллегу. Не говоря уже про вариант банально убить владельца такого амулета, потому что себе нужнее!

Потому что это творение уровня полноценного Мастера Магии, которое абсолютно большинству Адептов, не говоря уже про Учеников, доступно только в мечтах. Если, конечно, у них папа/мама не местные Ротенберги. Было очень приятно увидеть очередное подтверждение того, насколько высоко ценят его эльфы, что выдали аж целых два таких амулета. Надо будет обязательно ещё раз поблагодарить королеву за них. Правда, все эти мысли мелькнули на задворках сознания Кирилла, чтобы тут же там же затеряться.

Так как вторая вещь, которую он осознал, начав вливать свою энергию в амулет, это то, что он конкретно так не рассчитал свои силы и с непривычки чуть ли не одним махом влил в перстень сразу две трети своего резерва. От такой резкой убыли сил тело мгновенно стало ватным. Если бы Кирилл не сидел на краю кровати, то точно бы упал на пол. Резко обрубив канал передачи энергии, он несколько минут сидел неподвижно, закрыв глаза и глубоко дыша. Всё тело стало ватным, в ушах начало шуметь и выступил холодный пот. Запоздало пришло понимание, что слишком большая и быстрая трата резерва – вещь не самая приятная и не самая полезная. Особенно для новичков-одарённых.

Облизав пересохшие губы, Кирилл понял, что у него всё пересохло во рту и в горле. К счастью, на прикроватной тумбочке ему оставили зачарованный графин с водой и такой же зачарованный кубок. Кое-как наполнив его заметно дрожащими руками, Кирилл жадно выпил необычайно вкусную и прохладную воду. От этого неожиданно полегчало, и он почувствовал себе лучше. Немного лучше. Вновь вернулась усталость, и очень захотелось забраться под одеяло и спааать… Но буквально манчкинская жадность заставила разлепить глаза и стиснуть зубы. Надо довести дело до конца! Не хватало ещё провалить свой первый квест! Да ещё и такой простой.

Усевшись поудобнее, Кирилл несколько минут потратил на то, чтобы привести себя в порядок. Потраченный резерв уже восполнялся, но очень слабо. Для ускорения этого процесса можно было начать медитировать, но ему так-то ещё и поспать нужно. Поэтому Кирилл тщательно взял под контроль остатки резерва и принялся их вновь вливать в перстень. На этот раз он был предельно осторожен, строго контролируя количество передаваемой энергии. Создать канал нужной пропускной способности удалось без труда, и поддержание его практически не требовало усилий. Энергия медленно текла от Кирилла в перстень, при этом потерь практически не было. Что ещё раз говорило о качестве выданных ему артефактов.

Устроившись поудобнее на кровати, и стараясь глубоко и медленно дышать, Кирилл следил за тем, как постепенно пустеет резерв. Одновременно с этим он ощущал, как всё больше наваливается усталость, и как снова становится ватным тело. Но он твёрдо решил довести всё до конца и получить награду. Когда же резерв всё-таки показал дно, Кирилл держался уже практически на одном упрямстве. И как только пришло системное сообщение, об успешно выполненном задании, он тут же буквально рухнул обратно в кровать. Победа! Мысленно поздравив себя, Кирилл кое-как сумел залезть под одеяло и укрыться им поплотнее. Тело била мелкая дрожь, а в путающемся сознании мелькнула мысль, что надо было всё-таки растянуть наполнение перстня хотя бы на несколько часов…

- Господин Кириалль? Господин Кириалль!

Откуда-то издалека, сквозь тёплую сонную негу, пробились обеспокоенные голоса. Моргнув, Кирилл открыл глаза и увидел прямо над собой обеспокоенные лица двух девушек. Через пару бесконечно долгих мгновений, до его сознания дошло, что это служанки. Его служанки.

- Доброе утро, - сонно произнёс молодой человек.

Вернее, он попытался это произнести. Но получилось что-то вроде «уобое уто». Язык неожиданно оказался ватным и заплетающимся. Какого чёрта? Попытавшись сесть, Кирилл с удивлением обнаружил, что чувствует себя полностью разбитым. Всё тело было набито ватой, а сил не было вообще. Даже пальцами пошевелить едва получалось. На лицах служанок мелькнул страх, и они моментально развили бурную деятельность. Армина, выхватив откуда-то связной амулет, кого-то громко звала, а Гата, прижав ладони к лицу Кирилла, заставила его посмотреть в свои ярко-жёлтые глаза, в которых натурально загорелся огонь.

- У него серьёзное магическое истощение! Нужна срочная помощь! Вызывай целителей, я постараюсь его поддержать!

- Уже! Они сейчас будут! Надень на него защитный амулет! Почему он его вообще снял?!

- Проклятье, его силы продолжают убывать!

- Да как так?! Видишь какие-нибудь повреждения в ауре?!

- Ничего не… Перстень!

Все эти крики Кирилл слушал, словно сквозь толстое стекло. Слова с трудом проникали в мозг, но до затуманенного сознания не доходили. Как же хотелось спать, просто лежать, и вообще ничего не делать. И даже не думать ни о чём, потому что мысли, это слишком сложно. Но провалиться в блаженную дрёму Кириллу никак не давали, постоянно тормошили, что-то спрашивали, что-то говорили. В какой-то момент это стало дико раздражать, и он даже хотел крикнуть, чтобы от него отстали, но затем перед глазами появилось смутно-знакомое лицо эльфийки. Её светящиеся серые глаза словно приковали к себе взгляд молодого человека. А потом Кирилла будто окатили ледяной водой, которая прокатилась не только по телу физическому, но и по тонкому телу. Усталость и сонливость смыло в мгновение ока, в голове заметно прояснилось и он резко сел в кровати, словно его током ударили. Несколько мгновений, Кирилл недоумённо разглядывал столпившихся вокруг него нескольких эльфов и своих служанок. Ближе всего к нему стоял заметно напряжённый Фиорель, а рядом с ним главная местная чародейка.

В руках она держала свой посох, направив его в сторону Кирилла, а на голове у неё сверкала драгоценными камнями диадема. В унисон им сверкали и её серые глаза, которыми она очень пристально разглядывала молодого человека. И взгляд этот был отнюдь не добрый, отчего Кириллу сразу стало неуютно. Он буквально физически ощущал его на себе, как тот ощупывает его тонкие тела, прогоняя по ним небольшие волны энергии.

- Порядок. Состояние я стабилизировала, необходимый минимум резерва восстановила. Дайте ему несколько минут, чтобы прийти в себя, а после отнесите его в палаты целителей. К вечеру он будет в порядке, - произнесла Мираэль, опустив свой посох и погасив свечение.

После чего её красивое лицо приобрело крайне суровое выражение лица, и она строгим голосом произнесла:

- Почтенный Кириалль, насколько я помню, мы с вами договорились, что вы воздержитесь от самовольных экспериментов с магией.

Облизав губы, молодой человек, которому резко захотелось оказаться где-нибудь в другом месте, кое-как сумел выдавить из пересохшего горла:

- Что… что со мной произошло?

Бросив очень выразительный взгляд на остальных собравшихся вокруг кровати эльфов и служанок Кирилла, главная волшебница произнесла лекторским тоном:

- Вы влили всю свою магическую силу в один из выданных вам перстней-накопителей. Но даже когда ваш резерв опустел, вы продолжили подпитывать перстень, вливая в него уже свои жизненные силы. От полного истощения вас спасло только то, что во сне резерв восстанавливается быстрее, и восполняющиеся крохи энергии уменьшили отток ваших жизненных сил.

Наклонившись вперёд, Мираэль вежливым голосом, от которого у Кирилла по спине пробежали мурашки, спросила:

- Могу я узнать причину, почтенный Кириалль, по которой вы едва себя не убили, доведя до полного истощения?

Облизав губы, Кирилл несколько секунд смотрел на главную волшебницу, не в силах отвести глаз и отчаянно пытаясь осознать её слова. В голове, помимо нарастающей паники, билась одна единственная мысль. Какого хрена?! А потом подаренные системой знания подсказали ответ, отчего Кириллу захотелось разбить себе голову ладонью. Чувствуя себя полнейшим идиотом, он кое-как смог выдавить из себя:

- Я не разорвал связь…

Наблюдавшая за ним Мираэль демонстративно выгнула бровь:

- Что, простите?

- Мне вчера пришло системное задание! Нужно было сохранить один свой полный резерв в амулете-накопителе до рассвета… Ну и я… немного не рассчитал своих сил… А потом я так устал, что почти сразу же отключился и не обрубил канал, по которому сливал энергию в перстень…

В спальне Кирилла повисла тишина. Собравшиеся молча смотрели на Избранного, что чуть сам себя не угробил на ровном месте. Опять. Особенно выразительное лицо было у главной волшебницы, которая тяжело вздохнула.

***

- Это было рискованно, - медленно произнесла Сивила, наблюдая за отражением спальни Кирилла в артефактном зеркале.

Стоявший рядом с ней Третий, как всегда невозмутимый, покачал головой:

- Это был полностью оправданный и контролируемый риск. За его состоянием непрерывно следили наши целители. Ничего серьёзного ему не грозило, и они бы не позволили этому случиться. Зато теперь мы сможем извлечь изрядную пользу от этого происшествия. Во-первых, полученный урок убережёт его от дальнейших необдуманных и своевольных поступков. Вы не хуже меня знаете, что ни один ребёнок не понимает, что такое горячо, пока не обожжётся. Во-вторых, это повысит его доверие к нам и облегчит дальнейшую работу.

- Соглашусь. Но что, если его покровительница сообщит ему о том, что мы с самого начала за ним следили?

- Такой вариант, если верить нашим архивам, маловероятен. Как правило, подобные сущности нечасто напрямую контактируют со своими избранниками после того, как отправили их в иной мир. Но даже если это произойдёт, мы просто честно скажем ему, что сделали всё это для его же блага. Судя по оценкам его характера моими специалистами, он должен воспринять это с пониманием.

- Допустим. Как быстро он придёт в себя?

- Завтра к утру он будет в полном порядке и сможет приступить к намеченным тренировкам.

- Хорошо. С его наставниками по магическим искусствам проблем не было?

- Никаких, почтенная Мираэль хорошо отобрала своих лучших учеников.

- Отрадно это слышать.

Повернувшись к Сивиле, Третий поинтересовался:

- Как прошёл ваш визит к Андариаль? Удалось узнать от неё что-нибудь?

Поджав губы, королева покачала головой, вспоминая вчерашний визит к лучшей ясновидящей Леса. Андариаль была всего на пару столетий младше Сивилы, и всю свою осознанную жизнь она посвятила кропотливому совершенствованию своего очень редкого дара. Работа с единым информационным полем была одной из сложнейших областей магии. Специалистов в этой области можно было буквально по пальцам пересчитать. Если имеются ввиду настоящие специалисты. Всевозможных гадалок, предсказателей и уличных пророков не то, чтобы было прямо очень много, но они встречались практически в каждом хоть сколько-то крупном городе. Причём среди массы всевозможных шарлатанов регулярно встречались действительно одарённые, что могли что-то предсказать или прозреть. Правда, пределом способностей очень многих из них было предсказание погоды на ближайшую неделю. Что, впрочем, тоже очень ценилось, особенно в деревнях.

Главная проблема работы с единым информационным полем была в том, что очень сложно прозреть именно то, ЧТО НУЖНО. Второй, ничуть не меньшей проблемой, было правильно понять увиденное. Зачастую образы, полученные ясновидящими и предсказателями всевозможных мастей, были предельно абстрактными, размытыми или вообще на первый взгляд никак не связанными с запросом. А порой и действительно с ним не связанными. Всё это, в совокупности с относительно редко встречающейся предрасположенностью именно к дару ясновиденья, делало даже среднего специалиста очень ценным кадром. Андариаль средней не была даже близко. Она была как раз одной из немногих ясновидящих, что могли и прозреть именно то, о чём их спросили, и понять увиденное. Свой от природы сильный дар она ещё и отточила долгими столетиями упорного труда.

По этой же причине Андариаль являлась одним из ценнейших ресурсов Леса, который эльфы всячески опекали и оберегали. Пожалуй, она была едва ли не единственной, чьи любые, порой весьма внезапные и дорогие капризы Верховный Казначей удовлетворял без каких-либо пререканий или обсуждений. Даже если они заметно выходили за рамки и без того немаленького бюджета на её содержание.

Иногда Сивила ей даже завидовала в этом плане. Но всякий раз королева вспоминала цену, которую ясновидящая заплатила за усиление своего и без того заметно выше среднего дара, и зависть тут же пропадала. Даже полная потеря зрения по каким-то особым причинам, когда глаза невозможно восстановить, для сильного одарённого не является неразрешимой проблемой. Есть много способов при помощи собственного дара начать воспринимать окружающий мир и ориентироваться в нём. Причём некоторые способы позволяли это делать как бы не лучше, чем обычными глазами. Но случай с Андариаль был иной. Она добровольно, при помощи особого ритуала пожертвовала любой возможностью видеть окружающий мир, навсегда погрузившись в полную темноту, которую нарушали лишь её видения. Но этой жертвой она ещё больше усилила свой талант.

Очень многие победы Леса были достигнуты именно благодаря ей, так как от взора её полностью слепых глаз было очень трудно укрыться. Не одного и не двух эльфов, попавших в плен или похищенных, именно она сумела отыскать. Многое, что враги Леса считали надёжно похороненным, именно она сумела прозреть сквозь давно минувшие годы, а порой и десятилетия. Конечно, имелись способы утаить что-то или кого-то от ясновидящих. Но также были способы и вскрыть защиту от взора третьего глаза. И Андариаль ими очень хорошо владела, благодаря чему, в большинстве случаев ей удавалось найти ответы на заданные вопросы. Она умела заглянуть в прошлое, даже очень давнее и, казалось бы, надёжно похороненное. Она могла узнать, что и с кем прямо сейчас происходит на другом конце континента. И даже будущее порой открывало ей свои тайны, хотя с ним, особенно на серьёзных дистанциях, работать было сложнее всего и предвидения были самыми смутными.

Потому что будущее нестабильно, и постоянно меняется. Недаром среди тех специалистов, что занимаются изучением всевозможных пророчеств, одной из главных и первостепенных задач всегда являлась необходимость понять, подлинность или ложность того или иного предсказания. И, как говорила сама лучшая ясновидящая Леса, предсказывать лучше всего уже случившееся прошлое. Так гораздо меньше шансов ошибиться.

Но было у дара Андариаль и одно важное ограничение. Для того, чтобы как следует что-нибудь прозреть, ей, как и очень многим другим ясновидящим, нужна была точка опоры. Что-то, к чему можно было бы приложить своё усилие. От чего оттолкнуться. Мало кто из практикующих ясновиденье в той или иной форме, мог обойтись вообще без какой-либо опоры. А те же провидцы, что могли, зачастую не радовали точностью и конкретикой своих результатов.

После уничтожения лаборатории Мастера, Андариаль практически сразу же привлекли к его поискам. Но понятное дело, что сходу столь ценного специалиста к потенциально смертельно опасным вещам такого противника, как Мастер, никто бы в здравом уме не пустил. Только после того, как часть его вещей была тщательно проверена и признана безопасными, провидице дали к ним доступ. И все ждали от Андариаль если не чёткого ответа, то хотя бы направления. Однако ясновидящая всех очень неприятно удивила.

Ни один из попавших в руки артефактов или банальных предметов обихода из лаборатории Мастера не был пригоден для работы. Он не давал точки опоры. Причина была весьма тревожной – память о прошлом всех предметов, что попали в руки эльфов, была украдена. По словам Андариаль, создавалось ощущение, будто ни у одного из них вовсе не было прошлого. Любые попытки прозреть что-либо опираясь на них, либо не давали результата вовсе, либо, по словам провидицы, приводили её в пустоту. При этом надо было учитывать, что действовала она предельно осторожно, со всеми возможными мерами предосторожности, потому как имелись способы навредить ясновидящему, что пытается прозреть тебя или твоё прошлое. Видения-обманки, видения-ловушки, видения-засветки – приёмов хватало. И, учитывая с кем эльфы столкнулись, не было гарантии, что среди обретённых Мастером знаний не было способов не только защиты от ясновидящих, но и методов активного им противодействия.

Лишиться столь бесценного ресурса, каким для Леса была Андариаль, эльфы, разумеется, не хотели. Но и сдаваться просто так тоже было нельзя. Поэтому Сивила, пожертвовав несколькими часами своего сна, накануне навестила ясновидящую лично, в её роскошном жилом особняке, расположенном в одном из самых защищённых мест Леса. Разговор у них вышел непростой, поначалу Андариаль отказывалась от предложения королевы. Но в конце концов Сивила уговорила ясновидящую попытаться.

Причина нежелания Андариаль крылась в том, что любое действительно серьёзное прорицание, требовало столь же серьёзных усилий. Прозреть погоду назавтра это одно. А вот узнать, что происходит в шатре Великого Вождя Вождей, посреди его столь же Великой Орды – это, как говорят полурослики, две большие разницы. После каждого серьёзного прорицания, Андариаль требовался отдых, порой достаточно длительный. А работа у лучшей ясновидящей Леса не переводилась никогда, запросы к ней расписаны чуть ли не на годы вперёд, и появление на горизонте Мастера многим порушило планы.

Поэтому, нет ничего удивительного в том, что поначалу Андариаль отказывалась от задумки королевы, которая заключалась в том, чтобы попытаться использовать в качестве точки опоры для прорицания саму Сивилу. Так как она, пусть и через марионетку, но всё же лично общалась с Мастером. В теории, это могло дать зацепку, что стала бы точкой опоры для прорицания. Но в итоге, за неимением лучшего, Андариаль всё же согласилась. Почти два часа, она с Сивилой неподвижно сидела в ритуальном круге, взявшись за руки и пытаясь «нащупать», как выражалась ясновидящая, хотя бы что-нибудь. И по итогу, им это даже удалось. Вот только результат оказался совсем не тем, на какой они надеялись.

- С большим трудом, ей удалось нащупать всего одно видение. Правда, польза от него весьма сомнительна.

Достав из кармана на поясе небольшой кристалл-накопитель с запечатлённым образом, королева протянула его Третьему.

- Всё что Андариаль смогла нащупать, это образ какого-то северного леса. Причём от образа веет, как она выразилась: «эхом давно прошедших многих лет».

- Не слишком много, - медленно произнёс Глава Тайной Стражи, принимая из рук королевы кристалл.

- Уверены, что этот образ нельзя использовать в качестве опоры для дальнейшего прозревания?

- В теории это возможно, так сказала сама Андариаль. Но не раньше, чем через несколько дней, так как она очень сильно устала.

- Кто бы сомневался, - равнодушно произнёс Третий, не хуже королевы знавший о том, насколько капризной бывает Андариаль.

- Возможно, стоит обратиться к Верховным Иерархам Теократии? – осторожно предположила Сивила. – Думаю, они могут согласиться предоставить нам хотя бы часть того артефакта, которым…

- Уже спрашивали. Их ответ, вернее даже, ЕГО ответ – нет. Сказано это было вежливо, но предельно твёрдо. Однако, они сообщили нам, что сами планируют использовать остатки артефакта, в качестве основы для поиска Мастера. И если сумеют встать на его след, то тут же нам об это сообщат.

- Очень хотелось бы в это верить, - устало вздохнула королева и одновременно с Третьим повернулась к огромной карте, разложенной на рабочем столе.

На ней были десятки, если не сотни самых разных отметок. А обширные территории вокруг Срединного Моря, часть земель Павших Королевств Севера и участок к востоку от Леса, вплоть до границ степей, был закрашен тревожным красным цветом. А в центре этого участка красовалась большая буква «М» и знак вопроса.

***

- Ммм, отменная рыбная похлёбка! Просто объедение! У вас чудесный повар, моя дорогая Селестина.

Крупная, если не сказать прямо, упитанная женщина, с щекастым и румяным лицом, смущённо зарделась от похвалы со стороны дорого гостя своей хозяйки и, вежливо поклонившись, удалилась обратно на кухню. При этом на лице у неё красовалась широкая и довольная улыбка. Приятно всё-таки, когда твои труды так ценят. А гость её хозяйки уплетал поставленный перед ним полный горшок с дымящейся рыбной похлёбкой с явным удовольствием. А вот Селестина де Клебан, супруга ныне покойного почтенного барона Винсена де Клебан, вассала ещё более почтенного герцога Дармонда, пребывала отнюдь не в таком благостном настроении, как Хлоя, её главная кухарка и повариха.

Причин было несколько. Хотя на самом деле, причина была одна. Тот самый дорогой гость, который сидел рядом с ней за столом, по правую руку. Который на самом деле не был никаким гостем, а натуральным захватчиком, появившимся буквально из ниоткуда в её размеренной жизни вполне состоятельной вдовы. Именно из-за него Селестина сидела за столом в совершенно непотребном виде. С распущенным и толком не расчёсанными каштановыми волосами, в одной ночной рубашке, из тех которые она надевала только для покойного мужа или самых дорогих любовников. И с вываленной на всеобщее обозрение грудью, что за прошедшие дни стала на два размера больше, с крупным коричневыми сосками, ставшими заметно более чувствительными. Именно из-за него сын-подросток Хлои, этот бестолковый негодник и лентяй, вместо того чтобы помогать матери на кухне, сидит в одних портках под столом и полирует её бутон своим языком. Слишком хорошо полирует, заставив Селестину уже дважды за время неспешного завтрака оросить его лицо любовным нектаром. Торопится, проклятый мерзавец, потому что знает, сколько раз он успеет её довести до финала, столько раз ей придётся потом его отблагодарить.

Вдовствующая баронесса де Клебан прекрасно понимала всю неправильность, недопустимость и противоестественность происходящего. Прекрасно осознавала, что её и всех остальных обитателей особняка подчинили злой и сильной магией. Прекрасно это осознавала, понимала, но что-либо сделать не могла, беспомощно и беспрекословно выполняя все прихоти своего поработителя. Тот явно наслаждался её состоянием и всячески это демонстрировал. Хотя, иным обитателям особняка, в основном из числа слуг, он возможность осознания происходящего не оставил. Так, все домашние Селестины считали совершенно нормальным, что их хозяйка ходит по своему дому в одном исподнем, или вообще голышом. Или то, что она, с момента появления этого проклятого мерзавца, каждый новый день спит с очередным обитателем своего особняка, уже осчастливив нескольких слуг и одного телохранителя.

Хорошо ещё, что пока что он подкладывал её под наиболее симпатичных. Хотя, может она просто не помнит иного? Может её уже отодрал этот боров Гейд, которого она держит только за то, что тот конюхом был отменным. Или тот же противный похотливый старикашка Фейдиан, который достался ей в наследство в качестве управляющего от покойного мужа. Хотя, управляющим он был действительно хорошим…

Её пленитель, что с удовольствием продолжал уплетать наваристую рыбную похлёбку Хлои, повернулся к Селестине и с усмешкой произнёс:

- Отнюдь, почтенная Селестина, я не вынуждал вас делить ложе ни с кем из ваших домочадцев, что были бы вам противны. Только с теми, к кому вы и сами испытывали симпатию. Даже если вы сами себе в этом не признаетесь никогда.

Вдовствующая баронесса де Клебан хотела что-нибудь язвительно ответить, но в этот момент сынок Хлои, гадёныш этакий, прикусил губами жемчужину её бутона, и принялся быстро-быстро дразнить её кончиком своего проклятого языка, заставив Селестину в голос застонать. Сидевший рядом с ней пленитель вновь усмехнулся и повернулся в другую сторону, где уже закончили завтракать. Туда, где с правого края стола сын Селестины, Детриан, что был на пару месяцев старше отпрыска Хлои, драл со спины родную сестру вдовствующей баронессы де Клебан. Полностью избавившись от штанов и исподнего, он в одной домашней рубашке, крепко обхватив тётку за талию, быстро двигал бёдрами и тяжело дышал, весь раскрасневшийся и взмокший. На сестре Селестины, также как и на ней, была лишь одна особая ночная рубашка, причём из запасов вдовствующей баронессы. И точно также её грудь была вывалена на всеобщее обозрение.

Сермина, что так не вовремя заглянула в гости к сестре со своим сыном, беспомощно стояла, широко раздвинув ноги и облокотившись на стол. Лицо её раскраснелось, а чуть более светлые чем у сестры волосы заметно растрепались и слиплись от пота. Но в отличие от племянника, у которого на лице было одно лишь наслаждение, она смотрела на сестру и её пленителя полным злобы лицом. Как и Селестине, ей оставили возможность полностью осознавать происходящее, но при этом быть не способной что-либо сделать. Вдобавок, в отличие от вдовствующей баронессы, ей их мучитель заметно сократил возможность говорить. Несколько секунд гость рассматривал злобно сверкавшую глазами Сермину, затем с усмешкой покачал головой:

- Отнюдь. Я не внушал вашему племяннику никаких мыслей. Лишь убрал, так сказать, моральные запреты и ограничения. Видите ли…

Отправив в рот кусочек пышной хлебной булочки, предварительно макнув его в похлёбку, он продолжил:

- …юный будущий барон де Клебан в своё время стал невольным свидетелем того, как его милая матушка развлекалась с одним из любовников. Зрелище обнажённой матери, которую бурно сношал другой человек, что был не так уж сильно старше его самого, произвело на него неизгладимое впечатление.

От услышанного Селестина от удивления распахнула рот и вытаращила глаза, а её сестра бросила на неё злобный взгляд.

- Оно вылилось в то, что учёные мужи и жёны Академиума Нейрата, называют Эриоповым Комплексом. Но желать свою родную мать было для него слишком недопустимо и аморально, подспудный запрет ему этого не позволял. Что, в свою очередь, вылилось в то, что свои запретные желания, он перенёс на вас, как сестру его матери.

Отправив рот ещё один кусочек свежей хлебной булочки, пленитель Селестины продолжил самым будничным тоном:

- Так что, мне не пришлось ничего ему внушать. Всё, что он с вами делает и сделает – целиком и полностью его собственные фантазии и желания. Я лишь убрал в его голове все запреты и препоны.

В этот момент Детриан резко ускорился, двигая бёдрами, а после хрипло выдохнул, прижавшись к Сермине и излившись в неё. Сестра вдовствующей баронессы лишь громко выдохнула сквозь стиснутые зубы и бросила на своего мучителя очередной, полный беспомощной злобы взгляд. Тот в ответ лишь ещё раз усмехнулся, наблюдая за тем, как племянник навалился на Сермину со спины. Обхватив руками грудь тётки, он принялся её сжимать, одновременно страстно целуя в шею, на которой и так уже было полно засосов. Отправив в рот последний кусок хлебной булочки, пленитель Селестины тщательно прожевал его и весело спросил, глядя на Детриана:

- Ну что, нравится тебе твоя дорогая тётушка?

Сын Селестины оторвался от лобызания шеи Сермины и со счастливым лицом, не осознавая всей неправильности и непотребности своих действий, кивнул:

- Очень! Спасибо вам, тётя Сермина прекрасна! Она мне очень нравится!

Хихикнув, мучитель вдовствующей баронессы откинулся на своём стуле и всё тем же весёлым голосом спросил:

- Рад это слышать. А тебе не хотелось бы, Детриан, что-нибудь в её внешности что-нибудь изменить?

Молодой человек на миг задумался, затем сделал шаг назад, выйдя, наконец, из лона своей несчастной тётушки. Ничуть не стесняясь своей наготы, он потянул её на себя, поставив на ноги и развернув к себе лицом. Сделав шаг назад, Детриан с серьёзным лицом оглядел раскрасневшуюся Сермину с головы до ног, по которым стекали капли семени. Селестине уже давно перевалило за полсотни лет, Сермина была моложе её на несколько лет, но обе женщины выглядели, самое большее, на тридцать. Хорошая алхимическая косметика и услуги магов целителей, которые они могли себе позволить, почти полностью нивелировали все следы прожитых лет. Так что выглядели обе женщины вполне себе привлекательно. Оценив свою тётку, Детриан повернулся к их мучителю, и честно, совершенно искренне произнёс:

- Мне всё в ней нравится, спасибо. Ну, разве что…

Повернувшись обратно к Сермине, он протянул руки и сжал грудь тёти, начав мять её пальцами.

- Можно было бы ей сиськи побольше сделать…

На полный лютой злобы взгляд своей тётки он никакого внимания не обратил. Зато их мучитель издал короткий смешок и весело пожал плечами:

- Почему бы и нет. Наслаждайся.

Взяв парившую рядом с ним трость, больше смахивавшую на укороченный посох, он направил его в сторону Сермины. Та распахнула рот в немом крике, её приподняло в воздух, выгнуло дугой, а её сиськи стали увеличиваться. Всего за несколько секунд, они прибавили размер, а то и полтора.

- Так лучше? – с улыбкой поинтересовался пленитель Селестины.

- Ух ты, вот это класс! – выдохнул в восторге Детриан, тут же оценив изменения во внешности Сермины.

Та лишь бросала на племянника и своего мучителя поочерёдно полные злобы и отчаяния взгляды. Последний же, встав из-за стола, неспеша подошёл к ним:

- Наслаждайся. Можешь отвести её в свою комнату, и делать с ней в постели всё что хочешь. Тётушка Сермина тебе ни в чём не откажет.

- Благодарю вас! Спасибо!

Буквально светящийся от счастья юноша, который получил в своё полное распоряжение объект своих тайных воздыханий, а также лишился каких-либо моральных запретов и ограничений, схватил Сермину за руку и потащил её на второй этаж особняка. Но в последний момент их мучитель неожиданно остановил его:

- Хотя, погодите секунду!

Перехватив свой посох-трость, он ткнул его нижним концом в лобок замершей женщины, прямо в центр небольшого и аккуратного треугольника тёмных волос. Сермина окаменела, вытаращив глаза, а на её лобке возник небольшой, но сложный светящийся магический символ, который быстро погас, исчезнув среди тёмных волос.

- Готово. Всё, можешь наслаждаться своей любимой тётушкой!

Просиявший юноша тут же уволок за руку беспомощную Сермину на второй этаж особняка. Селестина же, стараясь не обращать внимания на продолжавшего полировать её языком сынка Хлои, хриплым голосом спросила:

- Что вы с ней сделали?

- Ммм?

Повернувшись к ней, её мучитель как ни в чём не бывало пожал плечами:

- Просто небольшое заклятье-печать, которое гарантирует вашей сестре беременность, и заодно не позволит её прервать без существенного вреда для жизни и здоровья матери. А заодно крепко привяжет к ней отца на весь срок беременности, вызывая у него мучительный зуд, если его, как говорят поэты, клинок слишком долго будет вне жарких ножен. Полагаю, вам знакомы подобные заклятья, не так ли?

Прикусив губу из-за того, что сынок Хлои продолжал ласкать её бутон своим язычком, Селестина прошептала:

- Почему?..

- Почему я это делаю? – вскинул брови мучитель Селестины, - Просто, потому что могу и хочу!

Весело улыбнувшись, он подошёл к беспомощной баронессе, помахивая своим посохом тростью.

- Можете считать это платой, за свою относительно безбедную и вполне счастливую жизнь. Не понимаете? А кто помог вам так удачно овдоветь? Кто избавил вас ото всех проблем с родственниками покойного мужа, претендовавшими на его наследство? Кто прикрывал вашу щель и сиськи от посягательств со стороны тех, кто желал от вас избавиться и охомутать совсем ещё молодого и неопытного Детриана? Ммм?

От шока Селестина не смогла из себя выдавить ни единого звука, просто уронив челюсть, вытаращенными глазами глядя на своего, как оказалось, не только мучителя, но и тайного покровителя. Тот довольно усмехнулся и произнёс:

- Вот, то-то же! Так что расслабьтесь и получайте удовольствие. Я не задержусь у вас надолго, а перед уходом сотру вам все воспоминания.

- ММММФФФФ!!!

- Что-что прости?

Услышав громкое и возмущённое мычание, пленитель Селестины повернулся к отдельно стоящему стулу в углу столовой. На нём сидела высокая, мускулистая и необычайно красивая для себе подобных орчанка. У неё на коленях беспомощно сидел сын Сермины, который был лишь на год старше своего двоюродного брата. Как и Детриан, он был молод и достаточно симпатичен, с породистым аристократичным лицом и ухоженными тёмными волосами до плеч. Но в отличие от двоюродного брата, он был полностью обнажён, со связанными за спиной руками и широко разведёнными ногами. Мускулистая орчанка, довольно скаля клыки, одной рукой игралась с дамским спасителем, засунутым в юношу по самую рукоять. Второй рукой она прижимала его за плечи к себе и водила высунутым языком по лицу беспомощного сына Сермины. Несмотря на то, что лицо его было перекошено от отвращения, его член стоял колом, налившись кровью. Когда мучитель Селестины подошёл к нему, орчанка весело спросила мощным, но приятным голосом:

- Господин, даруйте этого мелкого бледнокожего хусса мне! Он такой сладкий! Я сделаю его своей девочкой!

Юноша издал очередное громкое мычание, чем лишь ещё сильнее рассмешил свою мучительницу. Та прижала его к себе покрепче одной рукой, а вторую переместила с дамского спасителя на его член. На фоне её ладони он оказался на удивление маленьким. Приблизив губы к уху беспомощного пленника, она проурчала:

- Женщинам моего народа, что выбрали топор и копьё, а не очаг и шатёр, очень нравятся такие сладкие хуссы, как ты! Им отрезают всё лишнее…

На этих словах орчанка крепко сжала член вновь отчаянно замычавшего молодого человека.

- … и делают девочками. Они согревают своих хозяек долгими ночами своими телами. А когда у хозяек подрастают молодые сыновья, такие девочки помогают им унимать огонь в крови, что жаждет женской красоты.

Приблизив губы вплотную к уху беспомощно ворочающегося в её объятиях юноши, орчанка прошептала:

- Некоторые воительницы предпочитают откусывать, а не отрезать девочкам всё лишнее. Это делает их особенно покорными…

Засмеявшись, наблюдавший за этим диалогом пленитель Селестины покачала головой:

- Хорошая идея, Базита, но увы, он нам будет лишней обузой, да и лишние следы нам не нужны.

- ММФФФ!!!

- Что-что? Почему? Почему твоему двоюродному брату твоя матушка сейчас отсасывает этажом выше, а с твоей задницей играется Базита?

Наклонившись к беспомощному юноше, его мучитель презрительно бросил:

- Во-первых, потому что МНЕ так захотелось. А ещё потому что он, в отличие от тебя, юноша относительно скромный и на удивление стеснительный. Он даже не одну из домашних служанок ещё ни разу не отодрал, только рукоблудил, фантазируя о твоей матери. А вот ты, пользуясь деньгами своего папаши, передрал всех молодых девчонок в своём доме. Понятно?

- МММФФ!!!

- Что-что? Ах вот оно как? Ну давай проверим!

Глаза захватившего особняк нехорошо сверкнули, и он сделал короткий жест рукой, посылая мысленный зов. Через несколько мгновений прибежала совсем молодая девушка, в скромном чёрно-белом платье. Симпатичная, с длинными русыми волосами, собранными в косу, серыми глазами, чистым личиком, стройной фигуркой – просто прелесть! Замерев посреди столовой, она выполнила скромный поклон и замерла, с опаской глядя то на своего господина, беспомощно ворочающегося в объятиях орчанки, то на его мучителя. Последний, тепло улыбнувшись ей, спросил девушку:

- Скажи мне милая… Дана. Скажи мне ты спала с юным Демианом?

Та, не способная солгать и не способная не ответить, тут же честно сказала:

- Да, господин.

- Он часто пользовался твоим телом? И как именно?

- Часто, господин. Чаще всего, я ублажала его своим ртом. Либо он задирал мне платье и брал меня со спины.

- Вот значит как, - медленно произнёс новый господин девушки и всего особняка баронессы де Клебан, внимательно её разглядывая.

- Ты беременела от него?

- Один раз, господин. У меня не было денег и средств для защиты, а господин Демиан себя этим не утруждал. Когда его родители узнали, они заставили меня прервать беременность, а его отчитали. Он тогда очень разозлился на меня, и был со мной очень груб.

- Ну ты подумай… Раздевайся. Полностью.

Вздрогнув, Дана безропотно подчинилась. Когда девушка полностью избавилась от платья и исподнего, мучитель Демиана подошёл к ней и внимательно осмотрел, от головы до пят. Широко улыбнувшись, он перехватил свой посох-трость и коротко им взмахнул. Сложное и не самое привычное для него плетение далось ему невероятно легко, словно он годами его оттачивал. Миг, и ахнувшую девушку подняло в воздух, а её тело начало медленно, но заметно меняться. Ещё один взмах посоха-трости, и точно также в воздух поднялся замычавший Демиан. Несколько минут, оба тела парили неподвижно в воздухе, а их пленитель ходил вокруг них, пристально разглядывая светящимися глазами и делая короткие взмахи своего посоха-трости, корректируя действие плетения. А потом, на пол столовой опустились молодая девушка и юноша.

Симпатичный молодой юноша, с длинными русыми волосами собранными в косу, чистым лицом и серыми глазами. И не менее симпатичная девушка, с тёмными волосами до плеч, грудью третьего размера с торчащими розовыми сосками, стройными ногами, подтянутыми ягодицами и совершенно диким выражением лица. Прямо-таки породистого, аристократичного лица. Насладившись произведённым эффектом, пленитель Селестины весело произнёс:

- Ну что же, теперь ты и сам сможешь узнать, насколько это приятно и почётно.

Повернувшись к шокированному юноше, что только что был девушкой и сейчас осматривал своё новое тело, он указал на Демиана. Или, вернее будет сказать, теперь уже Демиану:

- Как следует оттрахай его, в смысле её. Можешь использовать все его дырки, но хотя бы раз воспользуйся её розочкой. Сорви, так сказать, цветочек. Где находится его комната, ты знаешь. О, и последний штрих.

Ткнув кончиком трости-посоха в треугольник волос на лобке перепуганной теперь уже дочери Сермины, он наложил на неё такое же заклятье-печать, как и на сестру баронессы. Проводив находящуюся на грани паники девушку и хищно улыбающегося юношу, он довольно хихикнул. Обретённая невероятная сила, которую он ещё толком не успел распробовать, пьянила лучше самого выдержанного вина! Приходилось постоянно одёргивать себя, но с этим мальчишкой он не удержался. Это было так забавно! Конечно, это будет явный след, но ничего, к тому времени, как его найдут, он уже будет далеко…

- Господин! Беда!

Повернувшись к возникшей словно из ниоткуда и явно обеспокоенной Сае, он нахмурился и спросил раскосую ассасинку:

- Что случилось?

Выслушав бывшую убийцу из Клана Незримых, он на мгновение окаменел. А потом его лицо исказилось от неприкрытой злобы, и он буквально прошипел:

- Собираемся! Нам придётся покинуть Нормграф раньше, чем я планировал.

Его верные марионетки-куколки молча кивнули и бросились исполнять приказ своего господина. Он же направился в подвал особняка, где заранее обустроил себе запасное убежище. Которое, к сожалению, теперь недостаточно надёжно. А значит, придётся спешно менять планы. Спускаясь по лестнице, он процедил сквозь стиснутые зубы:

- Это было подло, ваше величество…