История королевы эльфов

Подземный морской вояж агента королевы эльфов

Подскочив на ноги, беглецы вытаращили глаза и уставились на приближающийся к берегу корабль. По мере того, как он подходил всё ближе, их удивление также становилось всё больше. У корабля не было парусов и мачт, как у судов Вольных Городов и Островов, что сотнями бороздили Срединное Море. Обводы его были не скруглённые, а практически прямые. Не было у него и привычной кормы, откуда управлялись парусные суда. Вместо этого, в центре корабля над палубой возвышалась довольно большая надстройка, в центре которой в свою очередь возвышался наблюдательный пост. На этой же надстройке была установлена пара мощных стационарных големов, вроде тех, что были на крепостях тёмных гномов. Их окуляры сверкали разноцветными огнями, а тяжелые боевые жезлы хищно смотрели в разные стороны. Не было видно по бортам странного корабля и вёсел. Зато с каждой стороны была видна пара мощных спаренных боевых жезлов, установленных на специальных выступающих платформах. А ещё выше ватерлинии борта были густо утыканы рядами коротких и острых металлических шипов. Выглядел этот корабль весьма грузно и неповоротливо. Было решительно непонятно, как такое вообще может двигаться по воде и не тонуть. И тем не менее, металлический корабль уверенно приближался к берегу. Повернувшись к Луавалю, Киара удивлённо спросила обычным голосом:

- Он идёт на магической тяге?! Это же сколько энергии он должен потреблять…

- Не совсем. Его движет гномья машинерия, совмещенная со стационарными големами и частично питаемая алхимическим топливом. Подробностей не знаю, так как мастера Подгорья ревностно оберегают свои секреты.

- У него же днище совершенно плоское, - удивлённо произнёс Гион, приглядываясь к приближающемуся кораблю, - Его же даже рыбацкая шлюпка на вёслах обгонит!

- В здешних водах, мальчик, низкая осадка куда важнее скорости. Так как ходить, по возможности, стоит только по мелководью, - пояснил Луаваль, внимательно продолжая смотреть по сторонам.

Подойдя почти вплотную к берегу, необычный корабль замер. С его носа через борт в узком месте, где не было шипов, сбросили широкую лестницу, и раздался громкий бас:

- Быстро на борт! Херли вы стоите?!

Дважды повторять не пришлось, и беглецы рванули к кораблю. Вода озера оказалась неожиданно холодной, но внимания на это никто не обратил. Один за другим, все буквально взлетели по ступеням на борт корабля. Последним забрался Луаваль. Там на палубе их уже встречала четвёрка крепких, широкоплечих и рослых по меркам сородичей гномов, а также трое эльфов. Первые были одеты в знаменитые гномьи латные доспехи из воронёной стали, покрытые многочисленными выгравированными рунами. Вторые были закутаны в серые плащи с капюшонами, скрывающими лица и фигуры. Едва все беглецы оказались на палубе, как один из гномов, облачённый в заметно более богато украшенные доспехи и с куда более длинной бородой, зычным басом скомандовал, взмахнув рукой:

- Уходим! Полный назад!

В тот же миг на корабле раздался тихий гул и рокот, и он медленно двинулся назад. Двое эльфов тем временем быстро подошли к безучастной ко всему Тиантрелии и в четыре руки заковали в полный комплект подавляющих практически любую магию кандалов. После чего, нацепили несколько дополнительных амулетов непонятного назначения, надели на голову мешок из чёрной шелковистой ткани и осторожно увели её прочь. Третий из них, что сжимал в руке небольшой связной амулет, подошёл к беглецам и Луавалю. Но прежде, чем он успел что-либо сказать, слово вновь взял старший из гномов, зычным басом произнеся:

- Приветствую вас на борту «Закалённого», одного из лучших кораблей Подгорного Флота! Попасть на него великая честь, которой удостаивались очень немногие наземники! Я его капитан, Форан, сын Доранда, из славного клана Кардлехар. И пока вы на борту «Закалённого», моё слово для вас – закон! Для всех вас! – последнюю фразу он произнёс пристально глядя на Луаваля.

- По кораблю без разрешения не шляться. Команде не мешать. С глупыми расспросами не лезть. Руками ничего не трогать! Это не деревянное торговое судёнышко наземников и не Срединное Море. Это мощнейший боевой корабль и Глубинное Море! Вам всё ясно?

Ответом были синхронные кивки измученных и чумазых беглецов, что были уже готовы и согласны на всё, лишь бы им дали, наконец, отдохнуть.

- Отлично, рад что мы друг друга поняли!

Довольно кивнув, гном повернулся к третьему из эльфов, что уже убрал связной амулет:

- Они в вашем распоряжении.

После чего капитан вместе с помощниками ушёл по своим делам. Когда он удалился, одетый в плащ с капюшоном эльф подошёл к беглецам и вежливым голосом произнёс:

- Приветствую вас, почтенные. Можете называть меня Закатом. Мне и моим собратьям поручено сопроводить вас до границы Леса. Оттуда вы сможете вернуться в Морграф. Прошу следовать за мной, для вас на корабле выделили целых две каюты. Размером они не велики, но с этим придётся смириться. Но сначала, вам нужно пройти курс детоксикации и привести себя в порядок. Для этого всё уже готово.

Когда едва переставляющие ноги от усталости и алхимического отходняка спасённые пленники ушли, словно из ниоткуда рядом с оставшимся на палубе Луавалем появился ещё один одетый в серый плащ с капюшоном эльф. Обменявшись короткими кивками с тёмным сородичем, он активировал искажающий и подавляющий голоса амулет.

- Луаваль.

- Дарендиль.

- Как всё прошло?

- Гораздо легче, чем я предполагал. Хотя, была пара опасных моментов.

- Хищники?

- Отряд Охотников. Видимо, островитяне решили не отпускать нас, после всего, что я для них сделал. Но повезло, что на наш след встали малолетние дебилы под руководством такой же несмышлёной идиотки.

- Действительно удача. Тебе нужно пройти Очищение?

- Да, но мне вполне хватит Малого, я сумел обойтись без серьёзных стимуляторов. А вот полный курс Восстановления мне бы не помешал.

- Это уже когда вернёмся в Лес. А остальное мы всё подготовили в нашей каюте. Места там, правда, немного, но что поделать. Корабль, да ещё и гномов.

- Ничего, потерплю. Что там с Зитраэль?

- Пока что держится неплохо. Мне доложили, что нам удалось выиграть как минимум ещё пару дней.

- Приятно слышать…

Продолжая тихо беседовать, оба эльфа ушли с палубы во внутренние помещения корабля, что развернулся и устремился прочь, постепенно набирая скорость.

***

В Малом Зале Дома Сенрасс было весьма многолюдно. Помимо матриарха, здесь присутствовал ещё десяток тёмных эльфиек и несколько тёмных эльфов, занимавших высшие посты в иерархии Дома. Первые занимали места в высоких креслах разной степени вычурности и размера, расположенных полукругом. Немногочисленные вторые либо занимали места позади них, либо стояли отдельно, у границ полукруга. Все они пристально смотрели на выстроившихся в неподвижную шеренгу в центре зала шестерых молодых Охотников. Чуть в стороне от них стояла их Старшая, приходившаяся нынешнему матриарху не близкой, но и не дальней родственницей. Все семеро стояли по стойке смирно и изо всех сил старались не показывать своего страха. Получалось у них это не слишком хорошо. И было отчего.

Закончив слушать доклад, сидевшая в центре полукруга матриарх Дома Сенрасс, одетая в предельно откровенное платье из тончайшего фиолетового шёлка, откинулась на спинку своего кресла, напоминавшего огромный трон из тёмного дерева. Его украшала искусная резьба и многочисленные рельефы, в основном изображавшие змей. Закинув одну стройную ногу на другую, она с задумчивым выражением лица медленно произнесла:

- Интересно…

В полной тишине Малого Зала это единственное слово прозвучало очень отчётливо и столь же зловеще. Намотав на палец локон своих густых светло-серых волос, доходивших до копчика, матриарх обвела пристальным взглядом рубиновых глаз проштрафившихся Охотников и их Старшую. Те, надо отдать им должное, стойко выдержали взгляд правительницы крупнейшего и могущественнейшего Дома в Антак на Шар’Дане. Сделав какие-то выводы про себя, она повернулась к своей двоюродной сестре, сидевшей сбоку от неё в чуть менее роскошном и вычурном кресле. Но в столь же откровенном платье, пусть и из чёрного шёлка, с вышитыми серебром узорами змеиной тематики. Та в ответ на немой вопрос отрицательно покачала головой. Её надетая на лоб серебряная диадема, украшенная множеством рубинов, продолжала ярко светиться красным светом, так же как и глаза эльфийки.

- Они не лгут. Следов магического воздействия на тонкие тела и разум я тоже не вижу.

- Интересно…

В Малом Зале опять повисла зловещая тишина. Ещё раз задумчиво осмотрев провинившихся, матриарх озвучила вопрос, вертевшийся на языках у всех присутствующих:

- Почему он их не убил?

Когда взмыленный Одиннадцатый отряд Охотников неожиданно вернулся домой, поначалу никто из дежурной смены даже не понял, о чём они вообще говорят, и что несут. Какое испытание? Какой провал? Что вы вообще несёте?! Когда же ещё и Старшая их отряда, что оказывается тоже вернулась немногим ранее, заявила о проваленном ими испытании, все вообще перестали что-либо понимать. На шум пришла Верховная Ловчая, которая, увидев вернувшихся, зловещим голосом поинтересовалась, а что они тут вообще делают и почему не ищут след беглецов, как им было велено? Услышав их объяснения, она в первый миг опешила, не поверив услышанному. А потом…

- ИДИОТЫ!!!

Учинив стремительно бледнеющим подчинённым второй разнос за день, она срочно доложила о случившемся матриарху. Та выслушала её и также срочно собрала Малый Совет Дома, одновременно остановив поиски.

- Разве это не очевидно?

Задумчивый голос Мелисары заставил всех невольно повернуться к главной дипломатке Дома. Та вольготно сидела в своём кресле, закинув длинные и стройные босые ноги на спину стоящего перед ней на четвереньках практически обнажённого раба-хуманса. Весьма симпатичного даже по меркам эльфов. Стройный и атлетически сложенный, он сжимал в зубах пару босоножек из чёрной лакированной кожи с серебряными застёжками.

- Что ты имеешь в виду, дочь? – поинтересовалась матриарх.

- Это послание. Других разумных объяснений просто нет.

В Малом Зале вновь повисла тишина, и все собравшиеся опять пристально посмотрели на ещё сильнее побледневшую семерку виновников. Поджав губы, матриарх тщательно обдумала слова своей второй дочери. Это было похоже на правду. Но что за послание? Для кого? И, что самое главное, от кого? Неожиданно, Верховная Ловчая, что сверлила злобным взглядом проштрафившихся подчинённых, сделала резкий шаг вперёд:

- А ну-ка снимайте всю верхнюю одежду! Все! Живо!

Вздрогнув, шестеро молодых охотников тут же начали спешно снимать свои куртки. Их Старшая, замешкавшись на мгновение, злобно сверкнула глазами, но тоже быстро начала снимать верх своих одеяний. Когда все семеро обнажились по пояс, демонстрируя тренированные тела и пару неплохих сисек третьего размера, Верховная Ловчая довольно оскалилась.

- Интересно…

- О чём ты?

Вместо ответа на вопрос матриарха, что с интересом подалась вперёд, Верховная Ловчая достала из поясного кармана небольшой кристалл фиолетового цвета. Движением руки она приглушила свет магических светильников в Малом Зале, а свой кристалл наоборот зажгла. В его рассеянном фиолетовом свете на спинах у всей семёрки отчётливо проявились буквы, светящиеся зеленоватым светом. Аккуратно написанные буквы эльфийского алфавита, в его тёмном варианте. У каждого по одной во всю спину. Вместе они складывались в слова «Мы знаем». Вдобавок, на сиськах Старшей, у которой при виде этого всё лицо аж перекосилось, проявилась пара отчётливых отпечатков ладоней. В Малом Зале вновь повисла полная тишина. С абсолютно каменным выражением лица, матриарх медленно переглянулась со своими родственницами, разной степени близости. Лица у них также были абсолютно каменные. Но кратно возросшее напряжение можно было буквально потрогать руками.

***

- И зачем?

- Просто так. У каждого Дома обязательно есть какие-то секреты и тайны. Вот пусть гадают, кто и какой из их секретов имел ввиду.

Несколько секунд в каюте, что выделили перворождённым, царила тишина. Затем, раздался тихий смех. Сделав большой глоток воды из зачарованной на поддержание прохладной температуры фляги, Луаваль откинулся на спину и прикрыл глаза, отдыхая. Верхняя койка, выделенная ему, была рассчитана на среднего гнома. Что соответствовало росту не самого высокого эльфийского ребёнка-подростка. Приходилось лежать, согнув ноги в коленях. Но это мелочи, которые легко можно было перетерпеть.

- Действительно, смешно получилось. Как ты себя чувствуешь?

- Уже заметно лучше, самая паршивая фаза детоксикации уже прошла.

После приёма очищающей алхимии, двух выпитых кувшинов чистой воды, трех посещений уборной и нескольких часов полудрёмы, самочувствие действительно стало лучше. Тут Луаваль ни капли не лукавил. Хотя, полноценный восстанавливающий курс всё равно придётся пройти. Слишком многое произошло за прошедшие дни. А ведь ещё нужно вытащить Зитраэль, пока ей окончательно не переместили мозги из головы чуточку пониже. Ещё бы понять, как это сделать…

- Осталось ещё немного фруктов, если хочешь.

- Благодарю, Дарендиль, но я наелся и…

Договорить Луаваль не успел, резко оборвавшись на полуслове. Спустя миг, они вместе с Дарендилем спрыгнули со своих верхних коек, выхватив оружие и бросившись к двери, ведущей в коридор.

***

Стиснув зубы, Гион повторно намылил жёсткую грубую мочалку и принялся себя яростно тереть. Проклятая мазь, которой пришлось обмазаться буквально целиком, крепко впиталась в кожу и сходила медленно и крайне неохотно. Но он был решительно настроен избавиться от неё полностью. Сначала им всем провели детоксикацию от принятой алхимии. И это оказалось едва ли не худшим, что произошло с ним с момента попадания в плен. Сначала ничего не предвещало беды. Более того, если не считать усталости, в целом он чувствовал себя довольно неплохо, учитывая обстоятельства. Но как только он выпил полный бокал какой-то горькой дряни, запив его потом через силу ещё и полным кувшином воды, начался настоящий ад. Нет, ему рассказывали, что последствия приёма усиливающей тело или разум алхимии могут быть крайне неприятными. Но одно дело слышать эти рассказы, а другое дело испытать их на себе!

Сначала скрутило живот и кишки. Потом началась рвота, и всё выпитое ранее полезло наружу. Тело начала колотить крупная дрожь, выступил пот, и одновременно начался озноб. Голова начала кружиться так, что если бы он уже не стоял на четвереньках, то точно упал бы. Сколько это продолжалось, он точно сказать не мог. Периодически, в этом кошмаре откуда-то появлялась фигура эльфа в серых одеяниях, что протягивала чашу с водой или подносило отхожее ведро. Его сменяли образы кого-то из невольных попутчиков, что также страдали. Им на смену приходили то отец, то вечно недовольная матушка, то сам дедушка. И всем что-то было от него нужно, все чего-то хотели, требовали, настаивали!

В какой момент этот кошмар кончился, а стены и потолок перестали водить хороводы, он так и не понял. Просто внезапно юноша осознал, что кишки больше не выворачивает наружу, а он лежит прямо на полу каюты, на своём походном лежаке. В одном исподнем, весь вымазанный в проклятом подавителе запаха и взмокший так, что лежак можно было выжимать. Почти сразу, над ним появился эльф в сером. Убедившись, что Гион пришёл в себя, он помог ему доковылять в соседнее помещение. Несколько шагов по коридору дались ему тяжелее, чем всё предыдущие путешествие. Но затем, стало легче. В помещении, куда его отвели, было тесно, очень жарко, стояло несколько вёдер, вделанная прямо в стену металлическая бочка с горячей водой, банки с мыльной мазью и жёсткие мочалки. Тут уже находились оба гнома-мастера. Выглядели они крайне мрачными и измученными. Молча кивнув Гиону, они продолжили отмываться. Через какое-то время, к ним троим присоединился ученик заклинательницы, выглядевший ничуть не лучше остальных.

Впрочем, жаловаться на это было глупо. А Гион себя глупцом не считал. Он жив. Его освободили из плена. Сейчас надо думать не о таких мелочах, как непотребный внешний вид и паршивое самочувствие. Надо уже прикидывать, какую плату запросили за его спасение эльфы, и чем это обернётся лично для него. Хорошо, если они удовлетворятся золотом и серебром, но это вряд ли. Ответная услуга более вероятна, влияния у отца и тем более у дедушки хватает. Но какая именно услуга их интересует? Что им может понадобиться? И самое главное, чем это обернётся лично для него? Проклятье, съездил, называется, в гости к дальним родственникам и одновременно торговым партнёрам. Набрался опыта, приобщился к семейному делу! Хотя, в какой-то степени, так оно и есть. Опыт он получил незабываемый. И из этого тоже можно и нужно извлечь пользу.

Но сначала надо избавиться от этой дряни, чей запах он запомнит на всю оставшуюся жизнь. Вещей, что он люто, всем сердцем ненавидел, было не так уж и много. Но список таковых у него имелся. И в этот список теперь точно добавится два пункта. Этот проклятый подавитель запаха, от вони которого его уже буквально тошнит. И похлёбка из мохлама, чей вкус он тоже запомнит на всю оставшуюся жизнь. Стиснув зубы, Гион с удвоенной силой принялся тереть себя жёсткой мочалкой.

На то, чтобы полностью избавиться от мерзкой дряни ушло изрядно времени. Но в конечном итоге, посвежевший и очищенный с головы до пят, Гион вылил на себя очередное ведро воды и довольно улыбнулся. Готово! Мастера-гномы всё ещё продолжали отмываться, в частности, спасать свои бороды, также как и пришедший позже всех ученик заклинательницы. Вытершись, Гион обернул выданное ранее полотенце вокруг талии и вышел наружу. И тут же его сшибло с ног непонятно что с громким криком. Закричав в ответ, юноша упал на пол, не понимая, что происходит. Раздался женский испуганный и злой голос, перед лицом мелькнули мокрые тёмные волосы, чей-то локоть и такое же как у него полотенце. На полу тесного корабельного коридора началась толкотня, кто-то отчаянно брыкался и толкался лёжа на нём. Открыв рот, отчаянно отбивавшийся и ничего не понимавший Гион собрался закричать, но в тот же миг босая ступня наступила ему на лицо и с силой буквально впечатала голову в пол. Затылок обожгло болью, из глаз брызнули слёзы, но внезапно всё прекратилось.

Перевернувшись набок, зашипевший от боли Гион успел увидеть, как по коридору куда-то мчится стремглав обнажённая женская фигура, только что вскочившая с него и потерявшая при этом полотенце. Весьма симпатичная стройная женская фигура, с аппетитной попкой и длинными мокрыми тёмными волосами. Спустя миг, он опознал в ней Синху, что бежала, сверкая голыми пятками, и что-то кричала на своём родном языке.

- Какого…

Договорить он не успел, так как мимо него пронеслась, буквально перескочив, размытая серая тень, что умчалась следом за раскосой шаманкой. Ещё через миг из помещения, где он отмывался, выскочил старший из мастеров-гномов, с выпученными глазами и в чём мать родила.

- Что происходит?!

А следом за ним из соседнего помещения в коридор выбежала рыжая заклинательница. К некоторому сожалению лежащего на полу Гиона, всё же завёрнутая в полотенце. Хотя и изрядно намокшее. Глаза её натурально горели огнём, а правой руке горел огненный шар.

- Синха! Где она?!

Поморщившись, Гион кое-как поднялся на ноги, придерживая полотенце:

- Убежала как полоумная куда-то туда, сбив меня по дороге. Да что вообще произошло?!

Выругавшись, Киара погасила огненный шар в руке и устремилась к выделенной ей и остальным девушкам каюте.

- Не знаю, мы с Андреа отмывались от этого проклятого подавителя запахов, когда она внезапно подскочила как ошпаренная и что-то закричала на своём…

Договорить заклинательница не успела, так как внезапно корабль тряхнуло, а магические светильники моргнули и потухли.

***

Едва Луаваль с Дарендилем выскочили из своей каюты, как по лестнице, ведущей на нижнюю палубу корабля, взлетела дочь степной шаманки. Полностью обнажённая, мокрая, с перепуганным лицом и вытаращенными раскосыми глазами. Увидев тёмного эльфа, она с невнятными писком бросилась к нему, не обращая никакого внимания на свою наготу:

- Первый-сан! Я ничего не слышу! Хао-тан нет! Я перестала слышать их гол…

Ещё прежде чем она закончила говорить, Луаваль всё понял и рванул по коридору к лестнице, ведущей на верхнюю палубу и на ходу заорал:

- Тревога! К бою! Тревога!

Следом за ним бросился Дарендиль и двое других агентов Тайной Стражи. Буквально вылетев наружу, Луаваль тут же скользнул в сторону. Пускай маскировочный амулет, размывающий его фигуру и движения, работал на полную мощность, также как и защитный, по выходу наружу нападающие будут бить в первую очередь. Но как оказалось, эта предосторожность была совершенно излишней, так как враги сделали ставку на другое.

В паре метров от борта корабля, над водой, буквально встав на хвосты, возвышалась тройка очаровательных русалок, с лицами и фигурами, что не уступали красотой перворождённым девам. Неважно, светлым или тёмным. При взгляде на их лица, замерший Луаваль ощутил смутное подозрение. Кого-то они напоминали. Точно! Одна из них чем-то была похожа на младшую из родных сестёр, ту единственную, с которой отношения можно было хоть немного назвать тёплыми. Вторая же чем-то напоминала родную матушку, в те очень редкие моменты, когда она вспоминала, что таковой является для него. Третья же чем-то походила на его первое настоящее влечение и страсть, на ту, что стала матерью его дочери и сына. Все три морские девы весело улыбались и манили к себе, сверкая глазами и чистыми лицами. Что-то шепча и похохатывая. Обещая…

Виски резко обожгло болью от сработавшей диадемы и замерший было Луаваль с шипением отпрыгнул в сторону, тряся головой. В голове прояснилось, а с глаз словно сорвали пелену. Мгновение, и морок развеялся. Не было никаких красавиц, с лицами родных и знакомых. А было три отродья глубин, что были похожи на своих верхних сородичей также, как перворождённые на гоблинов с орками. Серая склизкая кожа, тёмные чешуйчатые хвосты, напоминающие муреньи, огромные, почти в пол лица глаза, практически лишённые радужек и белков. А также очень большие пасти, что распахивались не хуже, чем у иных змей, и полные острых и тонких клыков. И самое опасное, растущие прямо изо лба длинные и гибкие отростки, заканчивающиеся светящимся бледно-зелёным светом шаром. От одного взгляда на которые вновь всё плывёт перед глазами, а в ушах начинает звучать невнятный шёпот. У центральной из глубинных русалок их было целых три, большой центральный, и два малых по бокам. Её товарки, поддерживавшие морок старшей, обладали лишь одним светящимся шаром. В руках все три сжимали посохи из какого-то тёмного материала, обильно украшенные ракушками, жемчугом и разными черепами. В том числе и гуманоидными.

Одним движением тёмный эльф сорвал с пояса сразу два амулета в виде стеклянных шариков, активировал и швырнул за борт, одновременно отвернувшись и закрыв глаза. Троица глубоководных гадин злобно зашипела, вскидывая посохи, но сделать ничего не успела. С оглушительным грохотом и ослепительной вспышкой, амулеты взорвались. Физического вреда обитательницам глубин они не нанесли, но сделали нечто более важное. Сбили искусно наведённый глубинными тварями морок. К сожалению, для части экипажа было слишком поздно. Несколько гномов, из числа тех, что находились на верхней палубе в момент начала атаки, уже стояли на краю борта, а парочка как раз перебрасывала ноги. Кто-то из них потерял равновесие, когда спал морок, и с криком рухнул в тёмные воды. Некоторых, что устояли на ногах, зацепили и оплели вылетевшие из воды верёвки, и рывком сорвали с корабля. Лишь парочке из забравшихся на борт гномов повезло упасть назад, а не вперёд. Через несколько мгновений, раздались удивлённые крики остальных членов экипажа и заревел тревожный горн, прочищающий уши и головы не хуже защитных амулетов.

И почти тут же со всех сторон на борт корабля полетели гарпуны и дротики, прямо из воды. Большинство промахнулись, но кого-то из находившихся на борту зацепило. По счастью, на членах экипажа были доспехи, и ранений удалось избежать. Но следом за гарпунами и дротиками на корабль со стороны Луаваля полетели крюки-кошки, цепляющиеся за борт. Одновременно, обитательницы глубин, что обладали даром Манящего Света, как его называли тёмные эльфы, отплыли назад, и начали готовить новую пакость. Судя по всему, с другого борта их товарки занялись тем же самым. Тёмный эльф не стал ждать, пока они закончат, и рванул к ближайшей бортовой платформе, где была закреплена пара мощных боевых жезлов. На ходу Луаваль швырнул за борт ещё несколько амулетов, уже боевых. Два взорвались под водой, подняв фонтаны брызг, третий же растёкся облаком сильнейшего яда.

Из-за спины с хищным свистом пролетела пара стрел, угодив точно в грудь старшей из глубинных гадин. Увы, ожерелье из ракушек, жемчужин, костей и ещё бездна знает чего, защитило свою владелицу, отклонив обе стрелы, но заставив её помощниц прервать плетение какой-то пакости и перейти к защите товарки. Тем временем, Луаваль добежал до установленных на специальном лафете спаренных боевых жезлов и зашипел от бессильной злобы. Оба кристалла-накопителя, питающие стационарный артефакт, отсутствовали. Скорее всего, вынутые самими дежурными стрелками, коим заморочили головы. К счастью, в этот момент своё слово сказал капитан корабля, доказав, что боевой гномий корабль — это не самая лёгкая добыча. С верхней палубы взлетел в воздух десяток магических шаров, вспыхнувших почти солнечным светом, обжигающим привыкшие к Извечной Тьме глаза. А заодно перебивающим живой свет обитателей глубин. В озарённой шарами воде стали видны десятки тёмных силуэтов, кружащих вокруг и под кораблём. Следом за ними, с громким треском разрядился какой-то мощный артефакт, и воду ударило прямо из бортов корабля несколько ярких молний. Ближайших к «Закалённому» тварей убило мгновенно, и целый десяток всплыл через несколько мгновений на поверхность, брюхом к верху.

Следом пробудились оба стационарных голема. Их окуляры вспыхнули различными цветами, фокусируясь на врагах. Мощные боевые жезлы крутанулись и выплюнули в разные стороны десятки магических стрел. В первую очередь досталось заклинательницам обитателей глубин. Часть из них успела спешно нырнуть, но парочку сверхплотные заряды магической энергии буквально разорвали на куски, даже не заметив защиты. Следом за магическими стрелами, в воду начали бить кривые разряды молний, вынуждая силуэты глубинных тварей отступить от корабля. Пригнувшись, Луаваль бросился вдоль борта, напитав клинки магией и на ходу обрубая канаты крюков-кошек, которых уже изрядно накидали. И которые тянули корабль на себя, стараясь перевернуть его. Или хотя бы заставить зачерпнуть воды. Одновременно, с громкой руганью, с нижних палуб выбегали поднятые по тревоги члены экипажа. Откуда-то сверху раздался громкий голос капитана:

- Быстрее, быстрее! Подрыватели на пятёрку и за борт! И ходу, ходу!

Смысл команд стал ясен, когда из специальных отверстий в борту корабля, в воду с громким плеском упал десяток металлических шаров. Через несколько секунд, раздались приглушённые толщей воды взрывы, и в воздух ударили фонтаны воды, а корабль изрядно качнуло на поднятых волнах. Кто-то не удержался на ногах, но за борт, по счастью, никто не упал. А вот находившимся в воде обитателям глубин пришлось несладко. Выиграв время, Форан, находившейся на верхнем наблюдательном посту, заорал усиленным магией голосом:

- Почему мы стоим?! Я же сказал, полный ход! Быстрее, пока из глубин ещё не набежало рыбомородых, или не вылезло что похуже! Что?! Отродья бездны! Врубайте форсаж! Быстро! Всем приготовиться! Держись!

Последнюю команду капитан крикнул особенно громко. Поняв, что сейчас будет, обрезавший верёвку очередного крюка-кошки Луаваль отпрыгнул от борта, ухватившись за выступ центральной надстройки. Через несколько мгновений, по кораблю прошла волна магической энергии, от активированных стационарных магических артефактов внутри корабля. Потраченный ими заряд внушал уважение. Но эффект того стоил – вес корабля обнулился почти на три четверти. Долго это длиться не могло, но оно было и не нужно. Через несколько мгновений, раздался нарастающий рёв, и из трёх широких труб, торчавших из кормы корабля, вырвались струи алхимического пламени. «Закалённый» же рванул с места быстрее самых лёгких парусных шхун под ураганным ветром, рассекая воду и оставляя за собой шлейф из волн. Не успевшие за что-нибудь зацепиться попадали на палубу. К счастью, за борт никто не рухнул. Ухватившись поудобнее, Луаваль стиснул зубы и злобно прошипел сквозь стиснутые зубы:

- Дом, милый дом.

***

- Клятые отродья бездны, еб@@ь их матерей кирками во все щели! Сучьи выкормыши, чтоб им света никогда не видеть! Вот же сраные трупожоры, крысёныши придонные! Заразы!

Поток отборной брани старшего из корабельных мастеров лился из зарослей роскошной бороды не переставая. Но крепкому и седому гному это нисколько не мешало работать. Вместе с тройкой учеников-помощников, немолодой мастер осматривал три довольно больших корабельных винта. Вернее то, во что они превратились. «Закалённый» в этот момент стоял на мелководье, почти у самого берега подземного моря, в небольшой прибрежной заводи. При помощи специального артефакта, гномы буквально заставили воду расступиться вокруг винтов, открыв к ним доступ. И от увиденного, старший корабельный мастер и разразился отборной бранью, чей поток не прекращался уже почти полчаса.

Все три винта словно в кислоте искупали, потом раскалили до бела, а потом опять в кислоте искупали. Часть лопастей просто отломилась, часть погнулась, остальные сильно деформировались и покрылись толстым слоем ржавчины, буквально прикипев к осям. Ремонту это не подлежало – только замене. Ею мастера и занимались, попутно сообщая всем окружающим, что они думают об обитателях глубин в целом и о встреченных в частности. Остальная часть экипажа в это самое время находилась на палубе, в полной боеготовности, не считая тех, кто прикрывал непосредственно мастеров. Половина держала под прицелом боевых спаренных жезлов тёмные воды подземного моря. Остальные же напряжённо всматривались в широкий и тёмный проход, ведущий в какой-то из многочисленных залов Подземья, относящихся к Диким Территориям. И который как раз выходил к той самой заводи, куда причалил корабль, когда запас алхимического топлива стал иссякать.

Мрачный Форан ходил по палубе и кусал бороду от бессильной злобы. Экипаж потерял полтора десятка гномов, ещё семеро получили ушибы и переломы разной степени тяжести. И капитан с огромным удовольствием укоротил бы бороды виновным, в первую очередь старшему дежурной смены. Вот только непосредственные виновники, включая старшего, и были теми самыми погибшими. Теми, кто прошляпил нападение. В их оправдание можно было сказать, что глубинные твари ударили внезапно и чертовски слаженно, сразу ослепив и накрыв находившихся на палубе дежурных своими мороками. Но кого волнуют оправдания?! Не первый год по Глубинному Морю ходите, знаете, что тут да как! Стиснув зубы от бессильной злобы, капитан вместе с помощниками подошёл к тройке эльфов, что стояли на верхней палубе, наложив зачарованные стрелы на тетивы луков, и внимательно смотрели по сторонам. При этом, глаза их горели магическим огнём, также как и камни надетых на головы магических диадем и обручей. Приблизившись к ним, капитан кашлянул, привлекая к себе внимание. От того, что предстояло сделать, хотелось волком выть, но совесть и честь не позволяли этого избежать. Когда все трое остроухих к нему вопросительно повернулись, он мрачным голосом произнёс:

- Примите мою благодарность, почтенные. Если бы вы не подняли тревогу, мы бы все могли стать кормом для отродий…

- Благодарите не нас, капитан.

От раздавшегося за спиной голоса, гномы круто обернулись, инстинктивно замахиваясь топорами, но вовремя остановились. Выругавшись, Форан процедил, указывая пальцем на появившегося буквально из воздуха тёмного эльфа:

- Не смей так подкрадываться, тёмный, если не хочешь…

- И прикажите своим мастерам заткнуться, капитан. Немедленно. Их голоса слышно на два окрестных зала.

Открыв рот, чтобы послать тёмного в ту пещеру, из которой он выполз, Форан в последний миг осёкся. Сверкнув глазам, он всё же кивнул помощнику, и тот убежал к не прекращавшем материться и костерить глубинных отродий мастерам. Дарендиль же, продолжая внимательно смотреть по сторонам, тихо поинтересовался у вернувшегося с разведки Луаваля:

- Что-нибудь заметил?

- Нет. И это мне не нравится. Я пробежал этот зал и следующий за ним. Пусто. Никого и ничего. Даже следов нет. Ничьих вообще.

Услышавшие это ближайшие гномы тихо выругались и стали ещё более мрачными. Эльфы тоже помрачнели, ещё более пристально глядя в темнеющий проход.

- Сколько нам ещё тут стоять, капитан?

- Недолго, нужно только поменять винты, запасные у нас есть, так что ещё час, и сможем двигаться дальше.

- Хорошо. Скажите мастерам, что нам нужно уйти отсюда как можно скорее.

- Они и так знают… Погоди-ка! А что ты имел ввиду?

В ответ на вопросительный взгляд Луаваля, капитан пояснил:

- Ты сказал, что благодарить надо не вас. Но вы же подняли тревогу!

Покачав головой, тёмный эльф ответил:

- Не мы. Тревогу подняла та раскосая девчонка, что вы подобрали вместе со мной. Она говорящая с духами и очень талантливая, особенно для своих лет.

Удивлённо вскинув брови, капитан спросил:

- Это ей её духи нашептали, что рыбомордые идут?

- Вернее будет сказать, что обитатели глубин распугали или разогнали всех окрестных духов, из-за чего она перестала слышать их голоса.

- Вот значит как, - задумчиво произнёс капитан и бросил взгляд в сторону прохода, ведущего внутрь корабля, где находились спасённые пленники.

***

Ремонт, несмотря на усилия мастеров, занял вместо часа почти два. Так как винты, к которым рыбомордые применили какую-то свою волшбу пополам с алхимией, намертво прикипели к осям и их пришлось снимать с огромным трудом. Потом, с таким же трудом ставить на их место запасные, благо что они на корабле имелись. Всё же, гномы не первое столетие осваивали подземные воды и имели большой опыт общения с обитателями глубин. Весьма горький опыт.

Всё это время, пока шёл ремонт, пассажиры и команда были напряжены, постоянно ожидая нападения то с воды, то с берега. Но никто не явился ни из глубин тёмных вод, ни из мрака подземных залов. Загудев, корабль отчалил от берега и двинулся дальше на максимальной скорости, которую позволяли развить запасные винты. Что были всё же несколько меньше стандартных.

***

Стук в дверь заставил всех находившихся в каюте вздрогнуть и насторожиться. Свесив ноги с кровати, Киара на всякий случай нашарила рукой боевой жезл и произнесла:

- Кто там?

Из-за двери раздался приглушённый бас:

- Позволите зайти, почтенные?

Узнав голос капитана корабля, Заклинательница убрала обратно под подушку боевой жезл и открыла дверь. Андреа, дремавшая на верхней полке, приподнялась на локте, но почти тут же рухнула обратно. Последствия приёма алхимии дались ей непросто, надо будет отвести её к целителям по возвращении и как следует проверить. Раскосая же Синха, что устроила забег по кораблю голышом, сидела забившись в угол на своей койке, обхватив колени руками и уткнувшись в них лицом. Видимо, ей тоже было не очень хорошо. На открывшуюся дверь и зашедшего внутрь капитана, она никак не отреагировала, пока он осторожно не коснулся её рукой.

Вздрогнув, девушка выпрямилась и удивлённо уставилась раскосыми глазами на замершего перед ней гнома. Форан, выпрямившись словно на параде перед королём, с непокрытой головой, держа шлем под мышкой, громко кашлянул, прочищая глотку, после чего своим зычным басом произнёс:

- Даран аф маул, Синха-Хайан.

Кивнув вытаращившей глаза шаманке, не понявшей ничего, кроме своего имени, он положил на кровать перед ней золотой браслет, покрытый с внешней стороны руническим орнаментом, и украшенный мелкими рубинами. После чего, прижал левую руку, сжатую в кулак, к сердцу, развернулся и ушёл. Прежде, чем кто-либо из находившихся в каюте женщин успел что-либо сказать, в комнату зашёл первый помощник Форана. Точно также замерев перед раскосой степнячкой, он произнёс:

- Даран аф маул, Синха-Хайан.

И положил рядом с браслетом толстое золотое кольцо, украшенное белой жемчужиной. После чего, точно также отсалютовал, и ушёл. За ним в каюту зашёл следующий гном. Потом ещё один. И так, один за другим, каюту где разместились спасённые пленницы, посетили все оставшиеся в живых члены экипажа. Когда последний из них ушёл, на кровати перед обалдевшей шаманкой лежала небольшая горка украшений из серебра и золота, украшенных драгоценными камнями. Тянуло это богатство, на целое состояние.

***

Замерев в центре машинном отделения, где монотонно работала пара стационарных големов, чьим единственным предназначением было вращать валы винтов, Форан глубоко вздохнул. Пятнадцать братьев. Самая большая потеря за очень долгое время. И было бы ещё больше, если бы не Слышащая Недра девчонка-наземница. Запросто могли вообще все погибнуть вместе с кораблём. Стиснув зубы, капитан с каменным лицом намотал бороду на левый кулак и оттянул её. Короткий взмах бритвенно-острого ножа из гномье стали, и гордость и краса его как мужчины повисла зажатая в кулаке. Вместо неё, на лице капитана осталось лишь безобразное непотребство, торчащее во все стороны косматыми клочками. Не дрогнувший рукой, Форан швырнул отрезанную бороду в открытую топку алхимической печи, где горело специальное топливо, питающее и заряжающее сложнейшие механизмы корабля. С треском, зеленоватое пламя поглотило её без остатка. Развернувшись, капитан молча вышел из машинного отделения. Следом за ним, внутрь тут же зашёл первый помощник.