История королевы эльфов

Неожиданные союзники агентов королевы эльфов

Ийастар, Город-Храм, Светлый Град, Город Света, Уцелевший Град, Последний Град. Называли его по-разному в разных местах, и в общем-то каждое из этих названий было вполне заслужено, хотя бы отчасти. Столица Северной Теократии Солнцеликого разительно отличалась от городов Конфедерации или Южного Халифата, не говоря уже про скрытые в джунглях города ящеров, или ещё более дальние земли на востоке. Первое, что бросалось приезжему в глаза, не считая Малого Солнца, вечно сияющего над городом, это была четкость и выверенность строений и улиц. В отличие от большинства Вольных Городов, застраивавшихся зачастую хаотично и без единой системы, Ийастар с самого начала был построен по единому строгому и чёткому плану. Вернее будет сказать, отстроен заново практически с нуля. Изначально Ийастар, который тогда и назывался по-другому, находился несколько дальше к северо-западу от своего нынешнего местоположения. В долине же на берегу озера находился другой, не очень большой городок, живший в основном рыбным промыслом и речной торговлей. И который был разрушен и разграблен до основания во время последней Великой Войны с орками.

На его-то месте уцелевшие защитники и жители Ийастара, который выстоял во время той войны, и начали отстраиваться заново, покинув прежнее полуразрушенное место жительства. Сейчас все называли его просто: Старым Городом, а прежнего названия почти никто и не помнил. Тем более, что к настоящему времени от него остались лишь немногочисленные развалины, да груды камней. За прошедшие века солнцепоклонники всё что только можно там разобрали и пустили на строительство нового города. Который назвали, (как по-людски оригинально!) Новым Городом. Уже позже, когда было завершено строительство первохрама Солнцеликого, и над ним воссияло Малое Солнце, он стал Ийастаром. Но первое название крепко прижилось, и теперь Новым Городом в простонародье называли ту часть столицы Теократии, что находилась внутри кольца крепостной стены. Центром и сердцем города был, как не сложно догадаться, огромный первохрам Солнцеликого, возвышавшийся над всеми остальными зданиями города и всей округой. В основании своём он был круглым, и его окружала со всех сторон просторная вымощенная площадь. Тоже круглая. Саму площадь окружало единое кольцо зданий, в которых были через равные промежутки высокие арки-проходы. Часть из них была жилыми, часть административными, в некоторых были мастерские и трапезные, пару зданий занимали воители Светозарного Ордена.

От них, через арки-проходы, расходились по городу восемь широких и просторных улиц, деливших город на сектора. По средине той улицы, что шла в направлении озера, был проложен глубокий и широкий канал, что питал водой весь город. Пространство между улицами было занято высокими, в основном четырёхэтажными зданиями. Это были по большей части жилые дома, но хватало среди них торговых, складских или мастеровых зданий. И хотя они могли и отличаться по назначению, но по внешнему виду, высоте и архитектурному стилю были похожи один на другой. Все здания в Новом Городе были исключительно светлых тонов, в основном белые, и с черепичными крышами. Часть была выстроена из светлых камней, часть просто покрыта побелкой или штукатуркой, но, как бы то ни было, ни одного тёмного здания в Новом Городе не было. Даже для брусчатки улиц использовали светлые породы камня, не ленясь привозить его из дальних земель, если нужно. Учитывая вечно сияющее Малое Солнце, от такого количества белизны и света можно было бы запросто ослепнуть, но жители города нашли выход. На каждой из улиц через равные промежутки были посажены раскидистые плодовые деревья, привезённые аж с южных берегов Срединного Моря. Старательно выращенные и удобренные, под постоянным солнечным светом они давали хоть какую-то тень и прохладу. А заодно по три урожая фруктов в год.

Из-за такой схожести зданий и улиц приезжие могли запросто спутать одну улицу с другой и заблудиться. Исключением был лишь один сектор города, где находились здания различных гильдий, а также представительские дворы других стран или городов. Здесь дома и постройки были самыми разными. Хотя, по большей части тоже светлых тонов, чтобы не слишком раздражать местных фанатичных обитателей. Самым заметным исключением было здание, где располагалось представительство Подгорья. Выстроенное из огромных монолитных блоков тёмного камня, оно больше напоминало небольшую укреплённую крепость в классическом гномьем стиле, чем торгово-дипломатическое представительство. Что сказать, гномы оставались гномами везде, и с этим поделать никто ничего не мог. Впрочем, учитывая мастерство бородачей в строительстве и ремёслах, даже солнцепоклонники готовы были закрыть на многое глаза.

Между секторами через равные промежутки были проложены переулки, образовывая кольцевые линии, идущие через весь город. Они были поуже, но, как и основные улицы (или как их называли местные «лучи»), были чёткими и ровными. Видна была работа толковых мастеров-градостроителей. Заканчивался же Новый Город мощной и высокой крепостной стеной, с галереями, укреплёнными башнями и глубоким рвом, запитанным водой от озера. Стена подходила почти вплотную к его берегам. За ней, окружая её широким полукольцом, находились в основном двух и одноэтажные деревянные дома, где обитали по большей части крестьянские семьи, трудившиеся на полях вокруг Ийастара. Там же находились амбары, загоны и стойла для скотины, а также различные мастерские, чья работа была или излишне шумна, или смрадна. Здесь уже не было такого однообразия и порядка как внутри стен, да и дома были не все сплошь светлые, выстроенные по большей части из дерева, но чёткость лучевых и кольцевых улиц сохранялась. Называли эту часть города, (опять людская оригинальность) Внешним Городом. В тех её местах, что примыкала к озеру, находились многочисленные пристани, корабельные мастерские, рыбацкие артели и торговые склады. Речная торговля по Лендре была гораздо более оживлённая, чем сухопутная.

Не сложно было догадаться, посмотрев на Ийастар сверху, что такая застройка делала город похожим на символическое солнце с исходящими от него лучами. Собственно, так и было задумано строителями. Всё во славу Солнцеликого, наверное, чтобы ему было приятнее смотреть сверху на свою вотчину, в которую он вложил столько своих сил. Из всех нынешних небожителей он больше всех остальных был привязан к своей пастве, сосредоточенной, по сути, в одном относительно небольшом месте. Той же Гайе молились практически везде, даже в Подземье. Потому что покушать и продолжить свой род тоже хотели, как ни странно, практически везде. У Дарующей Жизнь не было главного храма и верховной жрицы, но всё это с лихвой компенсировалось размахом охвата паствы. Владычица Морей пусть и покровительствовала в открытую Островному Королевству, но так или иначе ей мольбы возносили все те, чья жизнь была связана с морем. Возможная гибель Островов стала бы для неё страшным ударом, но не смертельным. А вот для Солнцеликого Ийастар и образовавшаяся вокруг него Теократия, был, по сути, всем. Падение этого города с огромной вероятностью привело бы и к падению самого небожителя. В страшные времена Великой Войны, он поставил буквально всё на одну карту, как сказали бы люди. Потому и сил на защиту своего детища и паствы не жалел. И такое отношение пока что более чем окупалось.

С момента падения Королевств Севера, его Теократия заметно выросла и окрепла, прочно встав на ноги и свирепо огрызаясь на любые попытки чужаков посягнуть на свои земли. Более того, она сама вела планомерную экспансию. В идеале высший клир Солнцеликого мечтал со временем вновь возродить Север, но уже под властью одного бога. Пока что до реализации этих планов было как от Закатных до Восходных берегов ползком, но солнцепоклонники не торопились, с фанатичным упорством отвоёвывая у Диких Земель пядь за пядью. Благо что вечное лето в Ийастаре и его окрестностях обеспечивало им надёжный тыл, позволяя кормить храмовую стражу и паладинов Светозарного Ордена. И не только их.

Второе, что бросалось в глаза приезжим в столицу Теократии, это было полное отсутствие нищих-попрошаек, бродяг, шаек беспризорников или бездомных. А также какого-либо аналога бедняцких трущоб, которые были даже в самых богатых городах Конфедерации или Халифата. Солнцеликий не терпел на своей земле бездельников ни в каком виде. Любого бродягу или беспризорника, появись он на улицах Ийастара или иного города Теократии, сразу бы взяли под руки бдительные храмовые стражники. После чего отвели бы в ближайший храм или монастырь, где его бы отмыли, остригли и обрили если надо, накормили, выдали простую, но добротную одежду, прочитали напутственную проповедь и пристроили к труду на благо Солнцеликого. Скорее всего, при ближайшем монастыре или храме. Так как работы в Теократии хватало. А в случае с ребенком у него ещё бы и поинтересовались с пристрастием, откуда родом, кто родитель и как он оказался на улице. Малое Солнце, воплощённое божественное чудо, стоило Солнцеликому немалых усилий, а потому от всех живущих в вечном тепле, он требовал усердной работы. В идеале ещё и регулярных молитв в свою пользу.

Если же пойманный бродяга отказывался начать трудиться на благо Солнцеликого, то его без лишних церемоний выпроваживали вон из земель Теократии с первым же караваном. И с запретом возвращаться, под страхом сурового наказания. Если только он не передумает и не изволит пройти обряд покаяния. Хотя подобные отказы случались очень редко, даже когда бродяги и нищие ещё встречались на землях солнцепоклонников. Жизнь чернорабочим при храмах или монастырях Солнцеликого была полна непростых трудов и забот, а также регулярных молитв. Но в этом плане она не отличалась от жизни большинства бедных крестьян. Зато, в отличие от тех же бедных пейзан, каждому из них были гарантированы сухой и тёплый кров над головой, и горячая еда за общим столом трижды в день. Каждый день. За этим жрецы и монахи Солнцеликого следили очень строго. Были случаи, что за недостаточную расторопность в заботе о пастве провинившиеся получали по шапке от самого высшего начальства. Потому как подобное нарушение обещаний подрывало веру этой самой паствы в него. А учитывая её относительную немногочисленность, это вызывало крайне болезненную и нервную реакцию небожителя, всеми силами стремившегося её приумножать. Не говоря уже о хорошо всем печально известной истине: там, где небеса переставали слышать молитвы людей, всё отчётливее начинали звучать голоса снизу. И нет, не из Подземья.

Надо признать, что обещание гарантированного крова и пусть простой, но добротной и регулярной еды, было одним из главных и очень действенных приёмов солнцепоклонников для привлечения новой паствы из других земель. Для многих бедняков и нищих в тех же Вольных Городах или окружающих их деревнях это было очень заманчивым предложением. И последователи Солнцеликого регулярно отправляли свои миссии в соседние земли. Не везде таким проповедникам были рады. Причём косо на них смотрели не только власть имущие или жрецы других богов, но и представители криминала, что после таких визитов лишались порой немалой части потенциальных рекрутов. В открытую, правда, мало где решались с ними враждовать. А кое-где, наоборот, подобных проповедников привечали, видя в них возможность избавиться от лишних и ненужных ртов.

Третье же, что бросалось в глаза впервые прибывшему в Ийастар, была чистота. В том же Морграфе, Жемчужине Срединного Моря, за уборкой улиц в Верхнем Городе следили вполне сносно. Целая артель работников была занята только тем, что поддерживала порядок, убирая и вывозя мусор за пределы городских стен. А вот уже в Среднем Городе дела с этим обстояли по-разному, и по иным улицам было не пройти, не измаравшись в помоях или кучах навоза. Про Нижний Город и говорить не стоило. В Ийастаре же за чистотой следили с действительно фанатичным рвением. В каждом из секторов города были свои команды уборщиков. Мощённые улочки тщательно подметались, а кучи навоза, роняемые лошадьми, тут же собирались на специальные телеги, чтобы после вывезти его на окрестные поля. Также поступали и с прочим мусором. Что-то сжигалось за пределами города, а что-то подвергалось ускоренному гниению, усилиями небольшого специально нанятого круга друидов. Надо признать, что на приезжих людей всё это в совокупности производило большое впечатление. Зачастую неизгладимое. Но никак не на эльфов. Отряду Сумрака не было дела до красот столицы солнцепоклонников. Им предстояла долгая и тяжёлая работа, которая началась прямо у городских врат.

На входе в город, отряд авантюристов встретили храмовые стражи, под предводительством одного из младших паладинов и пары клириков. Они проверили документы, выданные у пограничного монастыря, и жетоны гильдии, а также ещё раз осмотрели все грузы. Не найдя ничего компрометирующего и убедившись в подлинности жетонов, служители Солнцеликого без лишних проволочек пропустили отряд внутрь города. Лишь вежливо и ненавязчиво напомнили о штрафах и наказаниях за беспорядки в городе. А также уточнили, знают ли гости, где находится здание гильдии авантюристов, и как до него добраться? Получив утвердительный ответ, стражники пожелали вечно сияющего солнца над головой, и занялись следующими приезжими. Когда отряд проходил через врата города, по каждому из них прошла волна света и… ничего не произошло. Маскировка агентов Тайной Стражи выдержала проверку. Справедливости ради, она была не самой дотошной, и установленные в надвратных башнях реликвии, призванные высветить скрытое, работали лишь в четверть силы. Если бы солнцепоклонники всерьёз проверяли их, выведя защиту на полную мощность, то, разумеется, они бы как минимум заметили что-то неладное. Но просматривать всех и каждого прибывающего в крупнейший город на севере в усиленном режиме не хватит ни у кого никаких сил.

Зайдя внутрь, авантюристы, уставшие после долгой дороги, направились к зданию своей гильдии. Людей на улицах Ийастара было мало, так как сейчас, вообще-то, была глубокая ночь. Но понять это можно было лишь по отсутствию на небе второго, настоящего солнца. А также по звону специального колокола, оповещавшего жителей города о начале и завершении нового дня. Что и говорить, отсутствие ночи как таковой имело свои недостатки. Но вечное тепло и возможность собирать по три урожая в год перевешивали их с лихвой. Так что жители Ийастара и окрестностей даже не думали роптать, а находили спасение от постоянного света в крайне плотных ставнях или, на худой конец, в столь же плотных повязках на глазах из тёмной ткани.

В местном отделении гильдии авантюристов, что было на порядок скромнее, чем в том же Морграфе или Нейрате, отряд Сумрака встретила дежурная ночная смена. Здесь вновь проверили их жетоны, расспросили о целях визита и, чему уделили особенно пристальное внимание, об их путешествии по Северному Тракту. Узнав о том, что отряд хочет провести зиму в тепле, удачно закрыв очередной контракт, им посоветовали пару приличных постоялых дворов, как раз для таких зимующих предназначенных. Там можно было остановиться за относительно небольшие деньги и, что отметили особенно, им не будут слишком сильно надоедать проповедями. Заодно намекнули на пару представителей торговых гильдий, что могли бы скупить у них товар за вполне честную цену. Целиком или частично. А также сообщили, что работа в самом городе для них вряд ли найдётся, а вот в пограничных землях Теократии контракт-другой найдётся всегда. На случай если отряду надоест сидеть без дела или понадобятся дополнительные деньги.

Всё это Сумрак-Дарендиль под личиной командира отряда выслушал и запомнил, поблагодарив за советы и не поленившись поподробнее расспросить обо всём. Роль командира отряда нужно было тщательно поддерживать. Распрощавшись с «коллегами», авантюристы направились к одному из сосватанных постоялых дворов. Добротное трёхэтажное здание находилось в соседнем секторе и располагало даже собственным стойлами. С хозяином, упитанным мужчиной средних лет, удалось без проблем договориться о размещении всего отряда на два месяца. Для начала. А заодно о местах в стойлах и кормёжке для мулов. Оговорив все детали и передав довольному владельцу задаток, уставшие с дороги авантюристы проследовали в столовую, располагавшуюся на первом этаже. Там их накормила пара молоденьких и немного сонных служанок, получивших порцию заинтересованных взглядов со стороны мужчин. И ещё больше недовольных взглядов со стороны женской части отряда, что смотрели на них натуральными волчицами. После еды их проводили в предоставленные им смежные комнаты, в количестве четырёх штук. Убранство в них было по-монастырски скромное, но зато везде была образцовая чистота.

Отослав несколько разочарованных служанок, авантюристы начали размещаться на новом месте, довольно предвкушая будущий отдых. Ничего необычного или подозрительного, типичные разговоры солдат удачи, сумевших-таки эту удачу поймать. Разумеется, всё это было лишь ширмой. На деле же агенты Тайной Стражи сначала незаметно проверили предоставленные комнаты и убедились в отсутствии сюрпризов. После чего начали осторожно и тщательно плести собственную защитную и маскировочную сеть, призванную скрыть происходящее в комнатах агентов от окружающих. Вернее, не скрыть, а исказить. Так как банальная защита от слежки на постоялом дворе сама по себе была бы тем ещё демаскирующим фактором. Требовалось сделать так, чтобы если кто-то попытается подсмотреть или подслушать происходящее внутри, то он увидит и услышит быт обычных наёмников на отдыхе. Это было на порядок сложнее, чем просто защититься от внешнего мира. На возведение защиты ушло несколько часов скрупулёзной работы. Наконец, два десятка амулетов и четыре малых артефакта соединились в одну сеть и заработали, отсекая занятые помещения от остального мира. Лишь после этого агенты Тайной Стражи позволили себе выдохнуть. И тут же преступили к работе, коей у них было очень много.

Мешки с вещами, после того как их пустые вывернули наружу, оказались снова наполненными уже совсем другими вещами. Которые вызвали бы большие вопросы у солнцепоклонников. Несколько ничем не примечательных походных сундуков были открыты специальным комплектом ключей. И тоже оказались наполненными не тем, что демонстрировалось при проверках. Ещё несколько часов приготовлений, и четыре соседние комнаты превратились в один большой оперативный штаб. Одну комнату отвели под место для отдыха, вторую под склад, третью под магическую работу, а четвёртую под оперативную. Защита была ещё больше усилена, и Сумрак приступил к постановке задач:

- Так, первая группа, на вас работники двора. Начните с прислуги. Действуйте по третьей схеме второго типа. Минимум следов.

- Принято.

- Вторая группа, на вас поддержание прикрытия штаба и организация путей отхода. Действуйте предельно осторожно и не привлекайте к себе внимания.

- Принято.

- Третья группа, на вас работа с агентурой и контакты с представительством Леса. Также предельная осторожность, особенно при работе с дипломатами. Пускай они и были проверены, но пока мы не выясним, как именно были скомпрометированы старший эмиссар Арендаль и его помощники, быть полностью в них уверенными нельзя.

- Принято.

- Четвёртая группа, начинаем работать по той, кто действует под личиной Тиантрель. Для начала…

В этот миг, связной амулет Дарендиля издал тихий писк. Сжав его в ладони, агент Тайной Стражи мысленно произнёс:

«Внимаю»

«Я встретился с Щеффом, Сумрак»

«Уже? Хорошо. Какие новости от нашего хвостатого друга?»

«Очень интересные. Оказывается, мы сильно недооценили успехи Тиантрель»

«Внимаю…»

***

Ещё до прибытия агентов в столицу Теократии, Луаваль отделился от отряда и двинулся дальше в одиночестве. Направлялся тёмный эльф в сторону Старого Города, который он помнил ещё процветающей столицей одного из Павших Королевств Севера. Сейчас от былого величия остались лишь груды битых камней, уже смутные очертания дорог и улиц, да кое-какие руины. Почти всё что можно было разобрать, за прошедшие годы солцепоклонники разобрали. На поверхности. А вот большая довольно обширных подземелий под Старым Городом уцелела. Это были как бывшие канализационные туннели, так и подземные помещения различных зданий и дворцов. Ну и конечно всевозможные тайные подземные ходы. И находилась большая часть этих подземелий в очень неплохом состоянии. Более того, местами сеть подземных туннелей была расширена.

Благодарить за это следовало крысолаков, или, как они сами себя называли, скавенов. Эти обитатели Подземья и подземелий разительно отличались от остальных зверолюдей. Если последние в большинстве своём были всё же людьми, со звериными чертами, то крысолаки были именно зверьми, с людскими чертами. Как и их меньших родичей, скавенов можно было встретить практически в любом крупном городе. Вернее, ПОД любым крупным городом. Или рядом с ним, если речь шла о Подземье. И как в случае с обычными крысами, скавенов, или этих грёбанных пасюков, как их часто называли гномы, не очень любили. Вообще не любили. Совсем.

И поводы для практически всеобщей если не ненависти, то сильной неприязни к крысолакам имелись. Пускай большая часть всевозможных слухов, рассказов и баек про них была откровенной выдумкой, но та часть что была правдой оправдывала такое отношение с лихвой. Кражи, убийства, похищения, откровенно тёмные практики – скавены не гнушались ничем ради своего выживания. И чем сильнее был тот или иной клан, тем более дерзко они начинали действовать. Некоторые из самых могущественных кланов были серьёзной силой, с которой приходилось считаться иным правителям. Регулярно это выливалось в жестокие и кровавые стычки, порой перерастающие в настоящие войны. Пару раз они даже выплёскивались на поверхность.

Причина по которой скавенов вообще не истребляли везде и всюду была проста. Выгода. Крысолаки могли и были крайне полезными для тех, кто мог заставить их выполнять условия договора, или был выгоден уже им. Как и свои мелкие сородичи, они умели просачиваться практически куда угодно, дай только время. Любой подвал, любая канализация, любое подземелье – при должной мотивации крысолаки умудрялись пробраться всюду. В Подземье у них была своя отдельная система троп-нор-тоннелей, которые прямо так и назывались – Крысиными. По ним они могли очень быстро перемещаться по Нейтральным и даже Диким территориям Подземья. Ходили слухи, что есть целые залы, куда никому кроме скавенов хода не было. Лично Луаваль в этом сильно сомневался. Ну по крайней мере эти слухи должны были быть сильно преувеличены. Также пасюки обладали отличным нюхом. Далеко не все, но были среди них такие, что могли даже магию чуять, не говоря про уже давно остывшие следы, которые не всякие собаки бы взяли. Такие мастера были редкими, очень ценными и от того неплохо оплачиваемыми.

Из-за всего этого крысолаков и терпели. Стиснув зубы, морщась и плюясь, но терпели. Так как возможная выгода от союза с ними перевешивала возможные проблемы. Как правило. Само собой, главными партнёрами скавенов были Ночные Гильдии, Гильдии Убийц и всевозможные Тайные Стражи. Но не только они вели дела с пасюками. Даже сородичи Луаваля, пусть и испытывали к ним брезгливое отвращение, тем не менее пользовались их услугами. Хотя и старались всячески не афишировать подобные контакты. А кое-где наиболее договороспособные кланы крысолаков даже имели вполне легальный статус. Хотя, таких было всего несколько штук. И тот клан, что обитал в окрестностях Ийастара к таковым не относился. Солнцепоклонники хоть и были довольно лояльны ко всем расам, ставя во главу угла верность своему богу, но обитателей Подземья, где априори не было солнечного света, откровенно не любили. Скавенов в подземельях Старого Города солнцепоклонники терпели, чётко обозначив им границы. Чем и где они могут заниматься, и куда им лезть не надо, если они не хотят, чтобы им прижгли хвосты. Исключение составляли единицы, что искренне согласились влиться в ряды паствы Солнцеликого, оставив сородичей и жизнь под землёй.

И нелюбовь эта была вполне взаимной, чем было глупо не воспользоваться. Благо что и контакты среди здешних пасюков у Леса имелись. Правда, сами крысолаки не догадывались с кем именно ведут дела. Поэтому добравшись до Старого Города никем и ничем не замеченным, Луаваль, выбрав укромное место, потратил почти час на подготовку маскировки под человека. Нужный образ и инструкции он получил заранее и тщательно их запомнил. Когда всё было готово, через умело скрытый посреди руин лаз, ведущий в уцелевшую часть подземелий, проникла фигура, одетая в тёмно-серые одежды тихушника, с капюшоном и маской на пол-лица. Вполне себе человеческого лица.

Едва оказавшись в темноте древней канализации, Луаваль невольно выдохнул от облегчения, несмотря на довольно затхлый воздух. Как же его раздражало это Малое Солнце. На постоянном свету он, привыкший действовать в темноте, просто физически себя ощущал неуютно. Не говоря уже про то, что под лучами божественного чуда маскировочные амулеты работали хуже и разряжались быстрее. Из-за этого добавлялось ощущение, что ты словно полуголый, и это раздражало ещё сильнее. Оказавшись же в почти полной темноте подземных туннелей, он сразу почувствовал себя лучше. Оглядевшись по сторонам, тёмный эльф без труда различил нацарапанные на стене путевые знаки пасюков, скрывающиеся среди трещи и пятен плесени. Впрочем, он и без них знал, куда ему идти. Картографический отдел Тайной Стражи не даром ел свой хлеб.

Невидимый и неслышимый, Луаваль двинулся вперёд по древнему туннелю, пересекавшемуся с другими такими же. Опытный взгляд Охотника Подземья без особого труда различал как путевые знаки крысолаков, так и их же ловушки и маячки-сигналки. К защите своей территории пасюки относились крайне щепетильно и ответственно. Впрочем, иначе в Подземье было не выжить. Среди его обитателей хватало тех, для кого скавены были лакомой добычей. Часть из таких обитателей даже обладала разумом. И это не говоря уже о том, что и большая часть двуногих разумных обитателей владений Госпожи во Тьме считала просто хорошим тоном убить встреченного пасюка или отряд таковых. При возможности. Поэтому часть крысолаков всегда была настороже, готовая в любой момент поднять тревогу, а из их поселений обязательно было несколько путей отхода. Как правило, не меньше трёх.

Но сейчас Луаваль направлялся не в поселение здешнего клана, находившееся гораздо ниже, в настоящем Подземье, а в условленное место встречи с осведомителем Тайной Стражи. Пасюки давным-давно сообразили, что информация — это очень ценный товар, и вполне освоили торговлю им. Шпионами они были прекрасными, да ещё и наделённые неплохим слухом. Всевозможные сплетни, приватные разговоры и прочие секреты они умели и любили подслушивать. Что, с одной стороны, лишь усиливало неприязнь в их сторону, но также повышало их потенциальную пользу. Конкретный крысолак, на встречу с которым направлялся Луаваль, был в своём клане кем-то вроде вожака одной из стай, как раз промышлявших сбором информации. Или, если говорить терминами пасюков, Старшим Хвостом. У него в подчинении было больше десятка молодых сородичей. Сотрудничал он с Лесом давно и весьма плодотворно.

Ещё на подходе к месту будущей встречи, тёмный эльф заметил пару молодых крысёнышей, затаившихся в скрытых лёжках и внимательно следивших за туннелем красными глазами, готовые поднять тревогу в случае малейшей угрозы. Толковые пасюки, умело замаскировались. До Первого Посвящения он, может быть, их и не заметил бы. Благополучно миновав обоих крысолаков, Луаваль двинулся дальше, ловко обходя очередные ловушки-сигналки. Свернув в боковой лаз, прокопанный в стене туннеля, тёмный эльф потратил пару минут на то, чтобы нейтрализовать сигнальную паутину, и оказался в соседнем проходе. Там, в небольшом боковом закутке, сидели у тусклого магического светильника трое крысолаков, тихо переговариваясь между собой на своём писклявом языке. При это они посматривали по сторонам красными глазами, то и дело принюхивались и дёргали ушами. Аккуратно приблизившись, так никем и не замеченный, Луаваль хриплым и грубым голосом, с западно-срединным акцентом произнёс:

- Теряешь хватку, Щефф.

Вся троица крысолаков подскочила на местах с громким писком. Вздыбив шерсть и выхватив длинные ножи, они уставились в темноту красными глазами, одновременно оскалив острые зубы. Старший из троицы пасюков, более крупный и с тёмно-серой шерстью, одетый в довольно неплохую жилетку со множеством карманов, увидел стоящую у противоположной стены фигуру. При том что только что её там не было и в помине. Пасюк недовольно и злобно зашипел, сверкнул красными глазами, но убрал нож в ножны.

- Чтоб тебя, Сайрус, когда-нибудь ты доиграешься со своими шуточками!

Говорил Щефф по-людски на удивление чисто, практически без акцента. Что среди крысолаков тоже считалось важным талантом. Его помощники, не сводя с Луаваля напряжённых и подозрительных глаз, встали по бокам от своего вожака. Оружие при этом они убирать не спешили, всё также бросая быстрые взгляды во все стороны, принюхиваясь, дёргая рваными ушами и лысыми хвостами.

- Когда-нибудь обязательно, но точно не сегодня, Щефф. Да и как иначе ты бы понял, что перед тобой именно я? Если бы меня заметили твои хвосты, ты бы тут же дал дёру, решив, что это подстава и идёт кто-то другой.

Недовольно дёрнув длинными усами, старший из крысолаков недовольно проворчал:

- И то верно. Но мог бы и не подкрадываться так близко!

- Так ведь если не дёргать тебя за хвост, время от времени, совсем ведь хватку потеряешь. И кто мне потом будет шепотки по землям солнцелюбов собирать?

На морде Щеффа появилось подобие улыбки, и он уже довольным голосом проворчал:

- Себя за хвост подёргай, может хоть чутка подлиннее станет.

В подземелье раздался тихий смех и такой же тихий прерывистый писк, заменявший скавенам смех.

- Давненько тебя не было видно и слышно, я уже начал даже переживать, что ты доигрался где-то.

- Я тоже рад тебя видеть, старый ты хвост. Надеюсь, у тебя есть, что мне рассказать?

С этими словами, Луаваль бросил пасюку небольшой кошелёк с серебряными монетками. Тот ловко поймал его, взвесил на ладони, довольно оскалил желтоватые зубы-резцы в жутковатом подобии улыбки, передал помощнику и произнёс:

- Разве я и мои хвосты хоть раз тебя подводили? Мы много каких шепотков услышали, особенно таких, которые нам слышать было не надо. Интересуешься чем-то конкретным в этот раз?

- Для начала меня интересует всё необычное, что происходило в Ийастаре в последнее время.

- Необычное, Сайрус, это, знаешь ли, очень растяжимое понятие. Под него много что попадает.

- Знаю, Щефф, потому и сказал, что меня интересует всё. Но именно необычное, а не рутина вроде того, что очередной Светозарный оказался любителем мальчиков помоложе.

В подземном закутке вновь раздался тихий смех-писк, а очередной кошелёк с серебром перекочевал по воздуху в когтистую лапу крысолака, приятно удивив того своим весом.

- Необычное значит… Ну, самое громкое, и вот действительно странное, что было в последнее время, это исчезновение главного в представительстве остроухих.

- Эмиссара Леса?

- Не, не эмиссара, а Старшего Эмиссара, который у них тут был за главного.

- Интересно. Я слушаю.

- История это получилась довольно мутная, и мне она очень не нравится. Буквально недельку назад ушастый утром вышел с территории их представительства вместе со своим помощником-писакой, и как сквозь землю провалился. Остроухие его почти сразу хватились, переполошили весь город. Солнцелюбы аж с ног сбились его разыскивая, ясное дело, не абы кто пропал. Даже к нам обратились, не побрезговали. Хисс отправил с ними трёх своих лучших хвостов, те обнюхали там всё что могли, но ничего не нашли. Дошли только до одного переулочка, где их след обрывался. И всё. Ни следов магии, ни ходов каких тайных, ничего не нашли.

- Хм… Это действительно странно.

- Это ещё мягко сказано, Сайрус. Я тебе хвостом своим клянусь, это всё очень хреново пахнет, так просто ушастые, да ещё такие упакованные, не пропадают. Тут какая-то серьёзная и очень дурно пахнущая мутка. Шептались, что какие-то важные шишки солнцелюбов с остроухими шишками друг друга на разговор вызывали и клятвы на алтарях Дамокара давали, что это не их рук дело.

- Ясно… И что, прямо ни слуха ни духа про это ушастого дипломата?

- Вообще, словно и не было его. Никто ничего не знает.

- Хммм… Ещё кто-нибудь может пропал таким же образом в последнее время? Или до того?

- Из таких упакованных никто. Да и прямо вот так, чтоб вообще без следа и даже непонятно кто умыкнул, так никто не пропадал… У солнцелюбов вообще редко такое случается, они же за порядком ух как строго следят.

- Может погиб кто-то в последнее время внезапно? Из тех кому бы ещё жить и жить во славу солнышка?

- Из упакованных, по крайней мере серьёзных, никто хвостов не отбрасывал, вот так чтобы внезапно. Ну, разве что настоятель северного пограничного монастыря, во время последнего нападения налётчиков с Ледяных Островов, но это было уже довольно давно…

- Про это нападения я слышал, мда… Хм… Может, этого ушастого приморили тихушники Солнцеликого? По своей, так сказать, инициативе? А его солнечное величество и не в курсе, что учудили его подчинённые?

На морде крысолака появилось задумчивое выражение. Дёрнув пару раз хвостом, Щефф медленно проговорил:

- Чтобы Преподобная Матушка такое отчудила… Это я сомневаюсь, Сайрус. Нет, она конечно ни разу не сахарная, хоть по виду и не скажешь, но чтобы такое устроить за спиной у его величества… Даже не знаю… Да и зачем ей такое? Хотя, кто знает, что у этих святош на уме. Может и напекло ей голову солнышко, и захотелось ей себе симпатичного ушастого мальчика. Не всё же Светозарным их любить, хех.

В закутке вновь раздался тихий смех-писк.

- Действительно, не только им… Хм… А что, если солнышко напекло голову кому-нибудь из её подопечных, и он это устроил без ведома преподобной матушки? А та его прикрыла. Или её. Как думаешь, мог бы кто-нибудь из её подопечных такое устроить?

Тихо смеявшийся-пищавший Щефф резко стал серьёзным:

- Хммм… Если так-то подумать… Хммм… А ведь пожалуй, что и могла бы… Хммм…

- Подумай хорошенько, Щефф.

Очередной кошелёчек, поменьше прежних, но тоже полный серебра перекочевал в лапы крысолака.

- Ну, в общем слушай Сайрус. Смех-смехом, но чем демоны не шутят, верно? Есть у преподобной матушки одна подопечная, полукровка-ушастая. Появилась лет восемь назад, и шепотки про неё ходят, что очень толковая она. Уже чуть ли не в любимицах у Матушки Преподобной, а это много о чём говорит. И я вот что подумал, бабы-то людские все по ушастым текут что кошколюдки по весне, а уж полукровки и подавно. Может быть, она и могла бы остроухого прибрать к рукам. Тем более, что он и сам мог клюнуть на подопечную преподобной матушки, эмиссары это же те же шпионы.

- А вот это интересно. Можешь поподробнее рассказать про эту полукровку?

- Конечно могу, Сайрус. Но сам знаешь, шепотки такие стоят недёшево, всё же преподобная матушка это тебе не абы кто, к ней так просто норку не прокопаешь, и ушки не погреешь.

Ещё один кошель, больше всех предыдущих вновь перекочевал из рук в руки, и довольно скалящийся, в смысле улыбающийся, крысолак продолжали:

- В общем, как я сказал раньше, появилась эта полукровка в городе лет восемь назад. Вроде бы дочурка какого-то упакованного хвоста людского, из благородных. Оно и понятно, простой хвост бы только во снах сможет ушастую чистокровную обрюхатить. И видать любил её папенька крепко, так как денежек не жалел на учёбу дочурки, и выросла она ой какая толковая. Вот только учил её он, как оказалось, не совсем тому, что следовало. Так как вместо того, чтобы выскочить замуж выгодно и порадовать батюшку, она от него сбежала. И поговаривают, что ещё приморила его вместе с другими родственниками напоследок.

- Что-то мне подсказывает, что матушку её он обрюхатил без взаимного согласия…

- Очень на то похоже. Как бы то ни было, к родственникам матушки она не пошла, а направилась к солнцелюбам. Те её приняли, оценили и отдали под опеку Преподобной Матушки. И так она себя хорошо проявила, что по слухам уже пару лет ходит в её любимицах.

- Хм… Значит и вправду толковая, раз её так пригрела Преподобная Матушка. И не просто толковая, но и в Солнцеликого верит всей душой, иначе бы в близкий круг её бы не допустили…

- Вот-вот! И я что подумал-то, может ей, в качестве награды за службу, так сказать, и позволили этого ушастенького умыкнуть. Решила Матушка порадовать подопечную.

- А ведь возможно… Надо это проверить. Узнай про эту… как её, к слову, зовут?

- Таирель.

- Узнай про эту Таирель всё, что только сможешь. Только осторожно, чтобы Преподобная Матушка не прищемила вам хвосты, ненароком.

- Хех, прокапывать норки в доме у Преподобной Матушки — это очень опасная затея, Сайрус.

- Потому я обращаюсь не абы к кому, а к тебе, Щефф.

Очередной кошелёк, не меньше предыдущего, оказался в лапах крысолака. Однако тот не поспешил передавать его помощнику.

- И если узнаете хоть что-нибудь про этого пропавшего упакованного ушастого, тоже сразу же мне свистните.

- Само собой. Но сначала, как насчёт услуги за услугу? Может расскажешь, Сайрус, с чего вдруг у тебя такой интерес к остроухим?

- Хех, услуга за услугу, говоришь? Ну ладно, только тебе и только по старой дружбе, Щефф. Примерно недельку назад, в Лесу случился какой-то переполох. Очень серьёзный переполох, Щефф, такой что остроухие, походу, на этих самых ушах стояли. И так вот сходится, что случилось это аккурат как раз в тот день, когда исчез этот остроухий.

Внимательно слушавший это крысолак насторожился и предельно серьёзным голосом спросил:

- Думаешь, это как-то связано?

- Не имею ни малейшего понятия, Щефф. Но очень хочу это выяснить.

- Понятно… Постараюсь что-нибудь разнюхать, но скажу ещё раз, что это будет непросто.

- Потому я и обратился к тебе и твоим хвостам.

Распрощавшись с довольными крысолаками, и убедившись, что они не стали идти за ним следом (видимо предшественники под личиной Сайруса от подобных глупостей отучили), Луаваль достал связной амулет. Настроившись на образ Сумрака, он послал мысленный зов. Вскоре, в сознании прозвучал голос Дарендиля:

«Внимаю»