Измена. Отдай мне всё!

Глава 13

Полтора месяца спокойной жизни рухнули в один день, когда меня вызвали к начальству.

— Максим, зайди и прихвати бумаги по новому проекту, — Борис Михайлович, как всегда, говорит коротко и ясно.

Спешу по коридорам, поднимаюсь на лифте и вхожу в приемную.

— Меня ждут, — сообщаю секретарше.

— Да, проходи, — машет та рукой, и я стучу в кабинет, а затем открываю дверь.

Ее вижу не сразу, вначале замечаю своего начальника, а затем эту Гришину, которая стоит ко мне спиной напротив большого панорамного окна. Медленно поворачивается и смотрит на меня с улыбкой. На ней деловой костюм голубого цвета, юбка до середины колена, пиджак, под ним белая блузка. Ну сама респектабельность в одном лице.

— Проходи, Максим, — встает из-за стола Борис Михайлович и подходит ко мне. — С Лилией Анатольевной ты знаком. Вы встречались в составе комиссии.

— Да, мы с Максим Дмитриевичем очень хорошо подружились, — протягивает мне руку Гришина, и я секунду медлю, но пожимаю ее тонкие пальчики.

Не могу же я при начальстве выставить себя дураком, хотя именно так себя и чувствую. В моей голове такой хаос творится, а в душе паника с одним словом «Бежать» и куда подальше от нее. С усилием собираю себя по кусочкам в одно целое и выдавливаю что-то типа улыбки.

— Приветствую, Лилия Анатольевна, — выдаю, глядя в глаза. — Приятно снова вас увидеть.

— Ну что вы, какая честь, я думала, вы меня забыли, — продолжает улыбаться Гришина.

— По какому поводу к нам? — задаю вопрос, который интересует меня в первую очередь.

— Лилия Анатольевна решила работать у нас, — поясняет Борис Михайлович, снова возвращаясь на свое место за столом. — Ей так понравилось в нашей компании, что я не нашел причин ей отказать. Так что, Максим, бери к себе нового архитектора и введи в курс дела.

— Я?! — моему удивлению и негодованию просто нет предела. И это явно слышно в голосе.

— А что такое, Максим Дмитриевич? — хитро прищуривается Гришина. — У вас есть вакансия ведущего архитектора, я подхожу на эту должность. У меня большой опыт в таких делах.

— Н-да, опыт, — сквозь зубы говорю я. — Борис Михайлович, а можно Лилию Анатольевну в другой отдел? У меня Макарова скоро из декрета выходит, это ее место.

— Здесь вопрос решен, Макарова попросилась на неполный день, и я забрал ее в отдел к Валентину Борисовичу.

— Аа, — стою дурак дураком, чувствуя где-то подвох.

Отдел Валентина Борисовича, сына нашего главного, чисто номинальный. Им обычно не дают никаких важных контрактов, и там сидят от силы два человека. Хотя, если на неполный день…

— Я вижу, что Максим Дмитриевич не особо рад, что мы будем работать вместе, — улыбается Гришина. — Возможно, мне стоит найти другое место?

— Да, — тут же вырывается из меня.

— Нет, — в паре со мной отвечает Борис Михайлович. — Ну что вы, Максим, в самом-то деле. Такого специалиста, как Лилия Анатольевна, нам очень не хватало.

— Хорошо, — цежу, сжав зубы.

— Вот и отлично. Лилия Анатольевна, добро пожаловать. Максим Дмитриевич покажет вам ваше рабочее место, и можете приступать.

— Спасибо, Борис Михайлович.

Выходим с Гришиной из приемной генерального и молча идем по коридору. У меня все внутри кипит так, что того гляди рванет со всей силы. Я просто в бешенстве! Оттого, проходя мимо комнаты уборщицы, хватаю Лилию за плечо и втаскиваю туда, больно швыряя к стене. Ставлю руки около ее головы и едва сдерживаюсь, чтобы не заорать.

— Какого хрена?! — выплевываю в лицо Гришиной. — Ты зачем вернулась?

— Ну что вы, Максим Дмитриевич, — нисколько не испугавшись, поднимает руку к моему лицу Лилия и проводит пальчиками по щеке, задевая губы.

Дергаю головой, сбрасывая с себя эту ласку.

— Я спрашиваю, зачем ты тут?!

— А если я скажу, что скучала? — наклоняется ко мне Гришина. — Мне понравилось здесь, в вашей компании. Я вижу перспективы и могу работать. Чем я тебя не устраиваю?

— Всем! — отталкиваюсь от стены и делаю шаг назад, упираюсь руками в раковину. — Ты сейчас же заберёшь свои документы и уедешь отсюда.

— С чего бы мне это сделать? — медленно двигается ко мне Лилия, а затем прижимается всем телом, выгибаясь как кошка. — Я же сказала, что скучала.

Чуть ли не мурлыкает, трется лицом о мои щеки, губами ведет по шее.

— Я не буду с тобой работать! — невольно закрываю глаза, чувствуя своим телом эту женщину. Не понимаю, что со мной происходит. Почему я так реагирую!

— Ну что ты, дурачок, расслабься… — руки Гришиной забираются под пиджак, бродят по спине, опускаются к ягодицам. — Я же чувствую, как ты меня хочешь!

Стою как полный дурак, закрыв глаза, а тело пронзает таким желанием, что становится больно. Низ живота буквально сводит острыми вспышками.

— Вот здесь… — рука Лилии уже спереди, обхватывает, чуть сжимает, ласкает через ткань брюк так, что я зубами скрипеть готов. Желание накатило такое, что готов схватить ее и иметь прямо здесь, среди ведер и тряпок. — Ох, а здесь у нас что?!

Ее пальцы расстёгивают пуговицы на брюках, забираясь внутрь, и я невольно издаю стон, зарываясь лицом в ее волосы.

— Видишь, как ты меня хочешь… — шепот в губы, рука сжимает, ласкает, умело возбуждает. — И я тебя хочу, чувствуешь, как?

Берет мою руку и тянет себе под юбку.

— Здесь, дааа… Так горячо, влажно… Твои пальцы — это нечто! Поиграй, милый, я так хочу!

Сталкиваемся губами, буквально до боли. Целуемся как безумные, делая друг другу больно. Ничего не помню, всё забыл, где я и с кем. Только эта женщина, только ее тело в моих руках. И одна мысль: сдаться, один раз и больше никогда не думать об этой женщине. Ведь никто не узнает?!