Измены

Глава 15. Отпуск

Домой я приезжаю просто в прекрасном расположении духа. Правда, сын со мной не разговаривает, но ничего страшного. Пообижается и перестанет. Юра прав: на понты пускай зарабатывает себе сам. Мне ничего для детей не жалко, но должны быть разумные пределы. В конце концов, Андрей — мужчина. Уже пора бы начать учиться взрослой жизни. А то ему 20 лет, а у него даже трудовой книжки еще нет.

Я сегодня задержалась на работе на час, изучала предложения коллег для новой маркетинговой стратегии. К тому же добиралась домой по пробкам еще полтора часа. Тем удивительнее, что Юры до сих пор нет дома.

У нас с ним принято предупреждать друг друга о задержках на работе или командировках. Конечно, часто из этих «командировок» я или Юра возвращаемся загорелыми, но так у нас сложилось много лет назад. Он знает о моих любовниках, я знаю о его, но вслух мы это не обсуждаем.

Но сегодня он не говорил мне, что задержится на работе. Решил, что уже не должен передо мной отчитываться, раз мы разводимся? Ну, в принципе, может он и прав. Хотя я, когда планировала остаться на работе на час, написала ему сообщение, что опоздаю домой. Он ответил мне традиционное «Ок» и больше не написал ни слова.

Я достаю из холодильника мясо и овощи и берусь за приготовление ужина. На кухню ко мне заходит дочь.

— Мам, а мы поедем в этом году на море? — Василиса садится на стул сзади меня и подминает под себя ноги.

Черт, отпуск придется отменить. Не могу же я сейчас уйти на две недели, когда мне светит реальная перспектива повышения.

— Я в этом году в отпуск не пойду.

Дочь недовольно цокает.

— Папа тоже сказал, что у него в этом году не будет отпуска. Можно я тогда с друзьями поеду?

Из рук выскальзывает большой нож для разделки мяса и с грохотом падает на деревянную доску. Я резко поворачиваюсь к Василисе.

— С друзьями — это с обтатуированным Никитой с кольцом в носу?

— Никита со мной тоже будет, да. — Дочь смотрит на меня ровно и невозмутимо.

— Нет! Больше ты с ним никуда не поедешь!

— То есть, ты предлагаешь мне в этом году вообще без моря остаться? Вы с папой не можете пойти в отпуск, поэтому я должна сидеть все лето в душной Москве?

— У нас есть дача возле реки, в которой можно купаться.

— Пф, — Василиса брезгливо фыркает, встает со стула и уходит из кухни. — Андрей! — Зовет громко брата.

— Чего? — Я слышу, как он открывает дверь своей комнаты.

— Мы в этом году без моря. Ни мама, ни папа в отпуск не пойдут.

Я слышу быстрые шаги сына в сторону кухни.

— Мам, вы серьезно? Мы не поедем на море?

— Я не знаю, какие планы у вашего отца, а я в отпуск пойти не могу. — Заявляю категорично и продолжаю резать мясо. Надо еще, кстати, объявить об этом Олегу. Мы с ним планировали вырваться куда-нибудь на недельку в конце августа.

— А можно я тогда с друзьями поеду?

— Можно.

— А, ну супер.

— Чтоооо??? — На кухню влетает Василиса. — Андрею можно ехать с друзьями, а мне нет!?

Я перевожу взгляд на дочь. Она стоит, уперев руки в боки. Со всей силы пытается выглядеть воинственно, но я замечаю, как ее глаза наливаются слезами, а верхняя губа дрожит.

— Тебе тоже можно было бы поехать с друзьями, если бы ты не связалась не пойми с кем.

— Никита нормальный!

— Мне так вчера не показалось.

По ее лицу все-таки потекли слезы. В этот момент я слышу, как хлопает входная дверь. Явился блудный муж.

— Когда мне исполнится 18 лет, я уйду из дома! — Кричит Василиса и улетает в свою комнату.

Юра заходит на кухню с двумя пакетами продуктов.

— Что за бунт тут происходит?

— Вася спросила, поедем ли мы на море. Я сказала, что не смогу пойти в отпуск этим летом, она ответила, что ты, оказывается, тоже в отпуск не идешь. Стала спрашивать, может ли поехать с друзьями. Я ей запретила. Тут же ко мне подлетел и Андрей с этим вопросом. Ему я с друзьями ехать разрешила. Вася обиделась, что Андрею можно на море с друзьями, а ей нет.

— Ясно.

Он открывает холодильник и раскладывает продукты. Меня это его безэмоциональное «Ясно» задело.

— Что тебе ясно? — Возмущенно повышаю голос. — Мог бы и съездить в отпуск с детьми, чтобы не оставлять их без моря!

— Я не могу пойти в отпуск не по той причине, по которой не можешь пойти в него ты, если ты на это намекаешь.

Я бросаю мясо на сковородку, споласкиваю руки, вытираю их полотенцем и поворачиваюсь к Юре.

— И по какой же причине, по-твоему, не могу поехать в отпуск я?

— Очевидно ведь, по какой.

Я хмыкаю.

— Вообще-то мне сегодня Сергей Борисович прямо намекнул, что рассматривает меня на позицию руководителя департамента маркетинга. Он поручил мне ходить теперь на все совещания по маркетингу и принимать участие в разработке новой стратегии. Вот почему я не могу пойти в отпуск.

Юра закрывает холодильник и поворачивается ко мне.

— Серьезно? — Искренне удивлен. — Речь о том департаменте, который должен появиться после разделения нынешнего департамента маркетинга и коммуникаций?

— Да. Карга Антонина возглавит департамент коммуникаций, а вот на дирдепа маркетинга сейчас ищут человека. Ты представляешь, после стольких лет под гнетом этой стервы у меня появился шанс стать с ней на равных! Я не могу его упустить. А следующая ступень после руководителя департамента — это вице-президент!

— Это же замечательно. Поздравляю, — Юра так искренне мне сейчас улыбается. Надо же, действительно за меня рад.

— Еще не с чем поздравлять. Сергей Борисович пока хочет «послушать мои идеи». Да и разделение это займет до полугода. Штатное расписание менять нужно, а это очень долго, ты ведь знаешь, какая у нас страшная бюрократия. Так что я этим летом без отпуска.

Я поворачиваюсь к сковороде и переворачиваю мясо. Убавляю огонь и накрываю крышкой.

— А я выиграл тендер на строительство новой школы в Калужской области.

Я смотрю на Юру.

— Тот самый? Ты же говорил, что у вас вряд ли получится.

— Да, я до сих пор не верю. Вчера вечером результат огласили, мы выиграли. Так что я тоже без отпуска, это слишком важный проект, нельзя накосячить.

— Почему говоришь только сейчас?

— Вчера было не до этого, — ухмыляется, вспоминая знакомство с парнем Василисы.

— Поздравляю! — Я механически тянусь обнять Юру. Просто, как друга. Мы с ним обнимаемся, когда поздравляем друг друга с чем-нибудь. С днем рождения, например. Или с успехами на работе.

Когда я хочу отстраниться, Юра неожиданно задерживает руки на моей талии. Усиливает захват, прижимая меня к себе плотнее. Я застываю, не зная, что делать: вырваться из его рук или продолжить так стоять?

— Прости за вчерашнее. — Тихо говорит, ведя ладонью вверх по моей спине.

— Все в порядке. — Стараюсь сказать максимально спокойно, но голос все равно получается непохожим на мой.

— Ты прекрасная мать. Просто мы с тобой так погрузились в свои проблемы, в свою работу, что в какой-то момент перестали следить за детьми. Думали, что они уже взрослые и самостоятельные, а оказалось, что за ними еще глаз да глаз нужен.

— Это точно, — я слегка улыбаюсь. Юра этого не видит, потому что мой подбородок сейчас на его плече, но я знаю, что он чувствует мою улыбку. Ему необязательно на меня смотреть, чтобы понять, в каких я чувствах. Юра мое настроение угадывает даже по телефону, даже когда не видит моего лица. Меня всегда удивляло, как он так умеет. — Вот только Василиса теперь плачет в своей комнате, что она осталась без моря. Андрей поедет, а она нет.

Юра не спешит выпускать меня из своих рук, сейчас он и вовсе зарылся лицом в мои волосы. Мне это кажется уже слишком неприличным, поэтому я отстраняюсь и тут же отхожу к сковородке с мясом. Если Олег узнает, что Юра вот так меня обнимал, это будет скандал. Олег, конечно, не узнает, но все же.

Юра тяжело вздыхает.

— Несправедливо получается.

— Но ты же понимаешь, что если она поедет с друзьями, то там и этот Никита будет.

— Понимаю.

За разговорами я совсем забыла о том, что нужно нарезать овощи. Быстро шинкую лук со сладким перцем и кидаю на сковородку. Юра стоит, облокотившись на столешницу, и напряженно о чем-то думает.

— Может, все-таки вырвемся на неделю? — Неожиданно говорит. — Я с Калугой все документы подпишу и дней семь попробую выкроить.

— Нет, я не могу, — категорично заявляю.

Несмотря на то, что мы с Юрой остаемся мужем и женой лишь формально, мы все равно каждый год ездим всей семьей отдыхать. По большей части мы делаем это ради детей. Какие бы у нас с супрогом ни были взаимоотношения, у детей должно быть море. Мы и прошлым летом ездили, но Вася потом изъявила желание поехать еще и с друзьями.

Олег, правда, перед каждой такой поездкой закатывает мне скандал, но ничего страшного, переживет. К тому же я в самое ближайшее время пойду подам заявление на развод. Это должно его успокоить.

— Ребенок тогда останется без моря. — Говорит Юра.

— Ну свози ты ее.

— Она со мной не разговаривает.

— Хватит потакать их капризам. — Нетерпеливо бросаю. — Я, кстати, Андрею не дала деньги на новый телефон. Ты был прав, на понты сам себе пускай зарабатывает. Тоже обижается на меня. Но, знаешь, на обиженных воду возят.

— А ты не сможешь принимать участие в совещаниях по видеосвязи из отеля? Мне кажется, твой Сергей Борисович оценит это даже еще больше. Так ты покажешь ему, что готова работать даже в отпуске.

Я замираю с солонкой в руке над сковородой. А в его словах есть доля здравого смысла. Я буду работать, находясь на море. Борисович это совершенно точно оценит. Однажды, когда я отдыхала с Олегом, начальник звонил мне в отпуск в три часа ночи. Ну как в три часа ночи. Это у меня там на Мальдивах было три часа ночи, а в Москве был день. Причем, он знал, что я нахожусь в другом часовом поясе, но все равно побеспокоил со срочной просьбой.

Я тут же подскочила и стала работать, благо ноутбук я всегда беру с собой как раз для таких случаев. Он мне потом даже премию начислил, а вот Олег не разговаривал со мной целый день, потому что, видите ли, мои дела не дали ему спать на отдыхе!

Так что если я из отпуска буду принимать участия в совещаниях не по моему профилю, то Сергей Борисович совершенно точно обратит на это внимание. К тому же если мы поедем всей семьей, включая Андрея, то там можно будет объявить детям и о разводе. Они будут расслаблены, в хорошем настроении, поэтому воспримут эту новость лучше, чем если бы мы объявили им о ней, например, сегодня.

Я выключаю мясо и поворачиваюсь к Юре.

— Знаешь, а ты прав, Сергей Борисович действительно оценит, если я буду работать, находясь в законном отпуске. Поехали. И Андрея с нами возьмем.