Измены

Глава 29. Юг

На следующий день я просыпаюсь от лучей солнца, бьющих мне прямо в лицо. Морщусь. То ли от головной боли, то ли от яркого света, льющегося из окна. Тянусь к телефону на тумбочке, чтобы посмотреть время, но он оказывается выключен. Нажимаю на кнопку сбоку и жду, когда загрузится яблоко. Из приоткрытого окна дует приятный свежий ветерок. В горле очень сухо, что напоминает мне о вчерашних трех бокалах вина и кальяне.

Как только телефон включается, я смотрю на время. 6 утра. Не успеваю я потереть глаза, как смартфон тут же взрывается миллионом сообщений от Олега с вопросами «Ты где?» и «Почему не отвечаешь?».

Черт, он же мне вчера звонил, когда мы с Юрой сидели в баре, а я отбила входящий вызов и выключила телефон.

Не успеваю отложить гаджет в сторону, как он звонит. Олег.

— Алло, — бормочу в трубку.

— Куда ты пропала!? — кричит.

— Никуда.

— Почему ты не отвечаешь ни на мои звонки, ни на мои сообщения?

— Роуминг.

Олег смеется.

— Ань, я, по-твоему, на дурака похож? Ты укатила с бывшим мужем отдыхать, не отвечаешь мне…

— Пока еще с нынешним, — перебиваю его. — Но скоро действительно станет бывшим. А укатила я не с ним, а с детьми.

Олег замолкает, а я прямо через телефон чувствую, как он сдерживает в себе волну гнева.

— Олег, все хорошо, не переживай. Я очень скучаю по тебе.

— Правда? — Спрашивает тихо.

— Да. Не могу уже дождаться нашей встречи. В последнее время мы так редко виделись.

На самом деле в последние несколько недель перед моим отъездом в отпуск, мы с Олегом ругались чуть ли не ежедневно. Он наотрез отказывался принимать тот факт, что я еду отдыхать с «бывшим мужем». Мои попытки донести до него, что, во-первых, я еще официально не разведена, а, во-вторых, я еду в Грецию с детьми, его не убедили.

— Аня, я не понимаю, что между нами происходит. Все же было хорошо.

— У нас и сейчас все хорошо, а будет еще лучше. Я совсем скоро разведусь. Пришла повестка в суд, заседание сразу, как только я вернусь в Москву.

— И ты переедешь ко мне жить?

— Да. — Говорю это, а сама зажмуриваюсь от страха. Еще же предстоит сказать обо всем детям, и им нужно будет выбирать, с кем они останутся жить: со мной или с Юрой.

Олег шумно выдыхает.

— Хорошо. Я люблю тебя.

— И я тебя люблю, — говорю тихо.

Мы прощаемся, и я кладу трубку.

В номере стоит гробовая тишина, по которой я делаю вывод, что Юра еще спит. Тихо выхожу из своей комнаты и крадусь в ванную. Намыливая голову шампунем, вспоминаю вчерашний вечер. Я, конечно, дала немножко слабины. Выпила несколько бокалов, добавила к ним кальян и пустилась в воспоминания юности.

И все-таки наша с Юрой любовь была сильной и настоящей, пока однажды все не сломалось. Уже не важно, по чьей вине: его или моей. Мы оба до этого довели. Но иногда я то и дело мысленно возвращаюсь в то счастливое время, когда мы с Юрой ходили на свидания и целовались, сидя на последнем ряду кинотеатра.

И несмотря ни на что, я не жалею, что вышла за него замуж. В конце концов, у нас двое прекрасных детей. Да и в глубине души я давно простила мужа за все обиды. К тому же, если глубоко копнуть, то Юра так и не сделал ничего разрушительного. Это сделала я.

Я выхожу из ванной, замотавшись в легкий халат. Дверь на балкон открыта, и я направляюсь туда. сажусь в плетеное кресло, промокая волосы полотенцем и смотрю на утренний Крит. Еще очень-очень рано, а солнце уже слепит. Откуда-то снизу до меня доносятся вкусные запахи. Видимо, повара в столовой вовсю готовят завтрак для постояльцев гостиницы.

Я вытягиваю ноги и подставляю лицо лучам утреннего солнца. В это время оно еще безобидное, так что можно не мазаться кремом от загара. Я так погружаюсь в мысли и сливаюсь с тишиной вокруг, что даже не сразу слышу, как дверь балкона открывается.

— Доброе утро, — Юра выходит с двумя кружками кофе.

— А ты чего так рано встал? — Удивляюсь. — И откуда кофе?

— Забыл отключить будильник. Но я нормально выспался. А кофе я сейчас сварил. — Он садится на соседний стул.

— А как ты его сварил? — Кошусь на кружку, которую он придвинул ко мне.

— У нас кухня в номере вообще-то.

— Да, но кофе откуда взялся?

— А, я вчера сходил в магазин, когда ты уже уснула. Купил немного продуктов, включая кофе. Тут есть турка, чтобы варить.

— Понятно, — беру в руки кружку и делаю небольшой глоток. — Дети во сколько вчера вернулись, не проверял?

— Василиса пришла раньше, где-то около часа ночи. А Андрей не знаю, во сколько.

— Ясно. Тогда берем сегодня машину?

— Да, давай после завтрака. Куда поедем?

— Может, сегодня на юг острова?

— Хорошо.

Мы допиваем кофе, планируя этот день, а затем собираемся на завтрак. Когда мы уже доедаем, спускаются дети. Василиса выглядит бодрой и веселой, а вот Андрей изрядно помят.

— Бурная ночка? — Подшучивает Юра над сыном.

— Он завалился в номер в четыре утра! — Возмущается Василиса. — Стал чем-то греметь! Разбудил меня!

— Помолчи хоть пять минут, — отмахивается Андрей от сестры. — И без тебя голова раскалывается.

— Какие у вас планы на сегодня? — Обращаюсь к детям. — Точно не хотите поехать с нами на юг Крита?

— Я нет. — Отвечает Василиса. — Сейчас еще поваляюсь пару часов в номере, а потом пойду на пляж.

— Я тоже еще поспать хочу, — зевает Андрей.

Мы с Юрой оставляем детей в столовой и идем собираться. Арендовать автомобиль можно прямо на ресепшене нашего отеля. Крит — классический остров, а потому улицы тут маленькие и узкие. В связи с этим возможность передвигаться есть только на небольшом автомобиле. Мы берем «Фольксваген Гольф». Юра прокладывает на навигаторе дорогу, и мы выдвигаемся.

Широкая трасса заканчивается довольно быстро, и мы попадаем на горный серпантин. С одной стороны скала, а с другой — обрыв. Мы поднимаемся вверх, а потому даже закладывает уши. Периодически серпантин прерывается маленькими деревушками с еще более узкими улицами.

Греческая провинция не похожа на классическую европейскую. Тут деревни почти, как у нас: с козами и коровами на улицах. В той же Испании или Италии, например, местные деревни, как в России полноценные города: с большими красивыми домами, фонтанами и идеально чистыми улицами. На Крите не так. Тут деревня — это деревня.

Когда мы проезжаем очередной маленький населенный пункт и снова выезжаем на серпантин, оказываемся очень высоко над уровнем моря. С обрыва с правой стороны открывается просто потрясающий вид на Крит. Вдали виднеется море и какие-то еще водоемы.

— Давай остановимся на пять минут? Вид божественный. — Предлагаю Юре.

— Давай. — Он тут же паркуется в ближайшем кармане.

Я выскакиваю из машины с телефоном в руках и сразу принимаюсь фотографировать этот замечательный пейзаж. Перед нами расстилаются желто-зеленые холмы, за которыми бирюзовое озеро, а дальше синее море. Ветер теребит мои распущенные волосы, и я улыбаюсь, как ребенок. Именно в эту минуту я чувствую, что отдыхаю: и душой, и телом.

— Тут есть озеро? — Удивляется Юра, становясь рядом со мной.

— Да, на Крите есть несколько больших озер. Можно будет посетить.

— Можно.

Я подхожу вплотную к обрыву и чувствую, как неустойчивая почва под ногами слегка едет. Маленькие камушки катятся вниз.

— Ты что делаешь? — Юра тут же подлетает ко мне и хватает за руку.

— У меня все под контролем! Хочу поймать удачный ракурс для фотографии.

— Ты сейчас полетишь с этой горы!

Юра крепко держит меня за руку и тянет к себе. Приходится повиноваться, потому что не исключено, что он прав. Дороги в Греции хоть и хорошие, но как-то не очень безопасные. Например, обрыв ничем не огорожен.

Становлюсь рядом с мужем, отмечая, что моя ладонь по-прежнему в его ладони. Я не убираю руку. Так и стоим вдвоем, любуясь видом. Когда это длится уж слишком долго, я все-таки предлагаю ему вернуться в машину.

Мы едем еще часа два и вот уже где-то в обед оказываемся на противоположном конце острова. Крит большой, и передвижение по нему занимает довольно много времени. Мы направляемся по дороге, проходящей рядом с морем, и выбираем пляж. Отмечаю, что людей тут намного меньше, чем на севере Крита.

Широкая прибрежная трасса сужается, снова превращаясь в узкую проселочную дорожку, на которой два автомобиля едва ли могут нормально разъехаться. Откуда ни возьмись, появляются козы.

— Все-таки Греция — удивительная страна, — не выдерживает Юра и сигналит животным.

Я смеюсь. А мне она этим и нравится.

— Давай тут попробуем? — Предлагаю ему, кивая головой на почти пустой пляж. Здесь много места для парковки и прямо тут же два ресторана.

Юра останавливает машину в тени деревьев. Я выхожу из авто, и первое, что бьет в уши — это тишина. Не сравнится с шумным и многолюдным Херсониссосом. Мы медленно направляемся в сторону шезлонгов с зонтиками. После такой долгой дороги совсем не хочется никуда спешить.

Пока Юра уходит заплатить за зонты и лежаки, я расстилаю полотенца, снимаю сарафан и поудобнее устраиваюсь, доставая из сумки книгу. Хочу лежать в тени, слушать шум моря и читать.

— Купаться пойдешь? — Спрашивает муж.

— Пока с книжкой поваляюсь.

— Пойду окунусь.

Он снимает футболку с шортами и идет к воде. Почему-то у меня не получается опустить глаза в книгу, поэтому я провожаю Юру взглядом, отмечая, что спортзал, в который он стал ходить в последние несколько лет, явно пошел ему на пользу. Муж заходит в воду, делает несколько широких шагов и тут же ныряет вниз головой. Меня всегда удивляло, как он умеет это делать. Я никогда так не могла.

Юра заплывает очень далеко. В какой-то момент я даже теряю его из вида, что поселяет в груди тревогу. Но потом глаза его находят, и я расслабляюсь. В воде людей почти нет, через несколько шезлонгов от нас группа возрастных хиппи тихо играет на гитаре. Пляж удивительно пустой.

С Юрой мне нравится ездить в отпуск тем, что он никогда не против активностей. Он не лежит овощем на пляже, а всегда готов посещать интересные места. Чего не скажешь об Олеге. Ему нужно, чтобы отель находился на первой линии, потому что, видите ли, ему лень ходить. Утром он идет на пляж, ложится на шезлонг и встает с него только, чтобы искупаться или поесть. На этом все. Мои попытки вытащить его куда-то на экскурсию или в какое-нибудь интересное место так ни разу и не увенчались успехом. В итоге я ездила смотреть достопримечательности одна, пока он валялся под зонтиком.

Наверное, мне будет не хватать этого после развода. Мне будет не хватать человека, вместе с которым я могу смотреть что-то новое. Придется делать это одной, потому что Олег новым редко интересуется.

Я так задумываюсь об этом, что даже не замечаю, как муж возвращается.

— Тут вода прохладнее, чем на севере. Странно, правда? Вроде бы юг острова. — Он вытирается полотенцем, и я еще раз обращаю внимание на его сильные руки и широкую грудную клетку. Юра замечает мой взгляд, и я поспешно отвожу глаза.

— Не понравилось? — Быстро спрашиваю, чтобы сгладить секундную заминку.

— Да не, нормально.

— Это Ливийское море.

— Похоже на наше Черное.

— Чем? — Удивляюсь я.

— Такие же булыжники под ногами и так же глубоко. Но ты любишь Черное море, так что тебе понравится.

Я смеюсь и заинтригованная его рассказом направляюсь к воде. Заход в море действительно тяжелый, под ногами довольно крупные камни. Стараясь удержать равновесие и не упасть из-за волн, я делаю несколько шагов и тут же полностью погружаюсь в воду. Отплыв на пару метров, пробую встать, но уже не достаю до дна. Действительно глубоко.

Ложусь на спину и закрываю глаза. Волны медленно меня покачивают, но я не чувствую умиротворение, которое у меня обычно бывает, когда я плаваю на спине. Я чувствую грусть от того, что это последний отпуск, который я смогу провести так, как люблю. Больше будет просто не с кем.