Измены

Глава 2. Let It Be

— Вон тот коньяк, пожалуйста, — указываю продавцу в магазине пальцем на нужную мне бутылку на прилавке.

Тучная женщина с обесцвеченными волосами косится на меня с подозрением.

— Восемнадцать есть?

— Двадцать есть. Могу паспорт показать.

Она еще раз окидывает меня недоверчивым взглядом, но все же тянется за коньяком.

— Спасибо, — кладу деньги в монетницу ровно под расчет.

Что еще подарить на двадцатилетие близкому другу? Конечно, хороший алкоголь! Костян заценит коньяк, я уверен.

У подъезда друга достаю из кармана бумажку с кодом от двери. Набираю цифры, прохожу внутрь, вызываю лифт и поднимаюсь на восьмой этаж. Нет необходимости повторно смотреть в бумажку, чтобы понять, какая квартира мне нужна. Громкие басы доносятся только из-за одной двери.

Мои настойчивые звонки явно в квартире не слышны, поэтому я решаю просто опустить ручку. Не заперто. Ну да, чего закрываться, когда такая вечеринка.

В помещении уже порядком накурено, группа «Руки вверх» бьет по ушам. Я скидываю куртку и кроссовки и прохожу туда, откуда помимо музыки доносится еще и громкий смех. В гостиной накрыт стол, но за ним уже никто не сидит. Все рассредоточены по комнате. Пацаны сидят на диване, а девчонки у них на коленях.

— О, ну наконец-то! Я уже думал, ты не придешь! — Друг подходит ко мне откуда-то сбоку.

— Как я мог пропустить твою днюху? Поздравляю, Костян! Желаю, чтоб девчонки давали и не выделывались, — обнимаю друга и протягиваю ему коньяк.

— Поздравление прямо в тему! — Смеется и рассматривает бутылку. — Спасибо, это ты в кассу, — он кивает головой на коньяк.

— Всегда пожалуйста.

— Ну, в общем, проходи, располагайся, ешь, пей, ни в чем себе не отказывай. Предки мои свалили на все выходные.

— Круто тебе, — говорю не без ноток зависти. Моя мама фиг куда уедет на выходные.

Костя уходит, а я оглядываюсь по сторонам. В комнате человек 10, может, 15. Вижу двух наших с Костей однокурсников, остальные люди мне не знакомы. Вчера в перерыве между парами в столовой он говорил, что пригласит еще и своих школьных друзей, которые живут по соседству.

Я иду к своим однокурсникам Вове и Жене.

— Здорова, пацаны, — жму им руки.

— Привет. — Отвечают одновременно.

Женька тянется к столу и наливает нам троим водку.

— Ну, — раздает всем по рюмке, — давайте, чтобы каждая наша днюха была такой же улетной, как эта.

Мы ударяемся стеклом и залпом выпиваем. Я беру со стола маленькую гроздь винограда и быстро заедаю.

Я стою возле магнитофона, поэтому, пользуясь случаем, сбавляю Сереже Жукову звук.

— Познакомились уже тут с кем-нибудь? — Спрашиваю у друзей.

— Не особо. — Отвечает Вова. — Тут в основном Костины школьные друзья.

Я скольжу глазами по комнате и вижу лишь пьяные обнимающиеся парочки, но неожиданно мои глаза цепляются за двух девушек, разговаривающих в противоположном углу. Одна крашенная блондинка, а вторая темненькая. Блондинка что-то эмоционально рассказывает, активно жестикулируя, а темненькая слушает ее с улыбкой на лице.

Я непроизвольно засматриваюсь на брюнетку. На ней обычное серое платье до колен, волосы где-то до лопаток. Худенькая и не очень высокая. Она внимательно слушает подругу, а я просто тупо стою и смотрю на нее: как она смеется рассказу блондинки, как поправляет за ухо прядь волос, как кивает головой, соглашаясь с собеседницей.

— А это кто такая? — Спрашиваю у друзей, указывая им на брюнетку.

— Не знаю. — Говорит Женя. — Это тебе лучше у Кости спросить.

Именинник как раз возвращается с двумя бутылками вина.

— Кость! — Громко кричу ему и подзываю рукой.

Он ставит алкоголь на стол и подходит к нам.

— Что?

— А что это за брюнетка? — Указываю ему головой на заинтересовавшую меня девушку.

— Это Аня, моя подруга детства. В школе училась на год младше меня, живет на соседней улице. А что, понравилась?

— Да, понравилась.

— Познакомить?

— А у нее нет никого?

— Да вроде нет, но точно не знаю.

— Тогда познакомь.

— Ну пойдем.

Через несколько секунд мы уже оказываемся возле девушек.

— Светочка, а нам расскажешь свою увлекательную историю? — Костя обращается к блондинке. — А то Анютка так смеется твоему рассказу, нам тоже интересно стало. Кстати, девочки, познакомьтесь, это мой однокурсник Юра. — Друг поворачивается ко мне. — Юра, это мои соседки и подруги детства Света и Аня.

Я быстро и без особого энтузиазма жму руку блондинке, которая спешит продемонстрировать мне свою белоснежную улыбку, и тут же поворачиваюсь к брюнетке.

— Юра, — говорю ей тихо и протягиваю руку.

— Аня, — она поднимает вверх уголки губ и отвечает на мое рукопожатие.

Я на мгновение зависаю, смотря в ее глаза: темно-карие, как горький шоколад. Ее ладонь мягкая, теплая и нежная. Наверное, я слишком долго держу ее в своей руке и слишком долго смотрю в глаза Ани. В итоге она смущенно смеется и выдергивает свою ладонь из моей.

— Я рассказываю Ане про свое недавнее свидание. Один придурок пригласил меня… — Света увлеченно отвечает на Костин вопрос, но я не слушаю блондинку, я продолжаю смотреть на Аню. Я стою к ней очень близко, между нами меньше полуметра. Аня старается внимать каждому слову подруги, но я все же понимаю, что она чувствует мой пристальный взгляд. Наверное, я уже неприлично нагло на нее пялюсь, раз Аня смущенно обнимает себя за плечи и слегка ежится, как будто ей холодно, хотя в квартире для середины октября стоит духота: отопление в домах уже включили, к тому же тут еще и накурено.

А я не могу не смотреть на нее. Меня будто пригвоздило к этой брюнетке. Отчего-то появляется просто дикое желание прикоснуться к ней.

— Кость, — силой отрываю глаза от Ани и перевожу их на друга, который за рассказом Светы уже явно заскучал. — Что за отстойное музло у тебя играет? Поставь что-нибудь нормальное.

— Там на магнитофоне лежат кассеты, включи, что хочешь.

Я снова поворачиваюсь к Ане.

— Как насчет танца?

Она явно не ожидала от меня такого предложения, потому что на ее лице читается растерянность. Но я не даю ей сомневаться, не даю ей возможности отказать мне. Я хватаю Аню за руку и тяну к магнитофону.

— Давай вместе выберем, под что танцевать. Какую музыку ты слушаешь?

— Зарубежную, — она смущенно мнется.

— Например?

— Ну, например, Битлз.

Я аж чуть не подпрыгивают от радости. Это же моя любимая группа!

— Я тоже их люблю, — улыбаюсь ей во все тридцать два. — Наверняка у Кости будет.

Я начинаю перебирать стопку кассет и действительно нахожу Битлз.

— Нам повезло. — Показываю Ане.

Она тоже мне улыбается, но почему-то продолжает смущенно держать себя за плечи. Как будто боится меня.

— Какая твоя любимая песня у них?

— Да в принципе все…

Я смотрю, какие композиции указаны на пластмассовой коробке: все их основные хиты.

— Ладно, давай с самой первой.

Я нажимаю стоп на магнитофоне, Сережа Жуков тут же замолкает, что вызывает волну недовольства в комнате.

— Спокойно, народ! — Говорю громко. — Сейчас будут нормальные песни.

Я засовываю кассету и нажимаю кнопку play. Тут же хватаю Аню за руку и веду в ту часть комнаты, где посвободнее. Она слегка покраснела и все еще жмется в комочек. Такая она милая, стеснительная.

Из колонок льется приятный голос Пола Маккартни с песней Let it Be. Я кладу одну руку Ане на талию, а второй беру ее ладонь в свою. Аня свободную руку кладет мне на плечо. Мы медленно крутимся вокруг себя. Я продолжаю пристально смотреть в ее лицо, а вот Аня смотрит куда угодно, но только не на меня. Я чувствую в ее руке напряжение.

— Что с тобой? — Спрашиваю мягко.

— Ничего. Все в порядке. — Отвечает очень быстро и наконец-то переводит на меня взгляд.

— Ты слишком напряжена. Что-то не так?

— Нет… Все в порядке.

— Точно?

— Да, просто… — Аня запинается и снова отводит взгляд в сторону. — Просто меня раньше никогда мальчики не приглашали на танец.

Сказать, что ее признание меня удивляет — это ничего не сказать.

— Ты никогда не танцевала с парнем?

— Нет, почему, танцевала, в школе на разных мероприятиях. Но вот так, чтобы кто-то со стороны ко мне подошел и пригласил меня на танец — такое первый раз.

— А на дискотеках?

— Я никогда не ходила на дискотеки.

— Почему?

— Некогда было. Училась всегда… Да и родители у меня строгие.

Аня делает глубокий вдох, явно набираясь смелости, и наконец-то смотрит ровно на меня, не отводя тут же взгляд мне за плечо или вбок.

— Тогда, знаешь, нам попалась очень удачная песня для твоего первого танца со случайным знакомым. Let it Be. Расслабься и просто позволь этому быть, случиться.

Она смеется, и, клянусь, ее смех — это самое красивое из всего, что я слышал.

Мы танцуем с Аней весь вечер, песню за песней. Она расслабляется в моих руках, уже не пытается сжаться, открыто на меня смотрит и улыбается. А я просто таю под ее взглядом. Черт, никогда у меня такого не было. Как придурок, впитываю каждый ее взгляд, каждую ее улыбку, каждый взмах ее ресниц.

Мы знакомимся ближе и рассказываем друг другу о себе. Ане 19 лет, она учится на социолога, живет с родителями и собакой. В свободное время любит смотреть фильмы по видику или читать книги. Редко куда ходит гулять, потому что друзей у нее не много.

И да, парня у нее нет. Этот факт меня радует больше всего, потому что я для себя решаю, что ее парнем буду я. Уверен, что первым.

В 9 вечера Аня говорит, что ей уже пора возвращаться домой.

— Так еще же рано! — Пытаюсь ее остановить.

— Родители будут беспокоиться, что меня долго нет.

— А ты не сказала им, куда идешь?

— Сказала, но все равно. Они не любят, когда я возвращаюсь домой позднее девяти вечера. А уже пятнадцать минут десятого.

Аня разворачивается в сторону прихожей.

— Давай я провожу тебя до дома, — спешу следом за ней.

— Ой, Юр, не надо! Я тут на соседней улице живу в пяти минутах пешком. Ты не должен из-за меня уходить с вечеринки.

Аня говорит это очень беззаботно и широко мне улыбается, а я четко понимаю, что не нужна мне на хрен эта вечеринка, если тут не будет ее.

— Я все равно провожу тебя, — говорю тоном, неприемлющим возражений, и тянусь к своей куртке на крючке.

Аня действительно живет рядом, буквально через несколько домов. Путь занимает, наверное, даже меньше пяти минут, и я мысленно про себя чертыхаюсь. Не хочу расставаться с ней так скоро.

— Ну вот мы и пришли. — Аня тормозит у своего подъезда. — Спасибо, что проводил. Запомнил дорогу назад?

— Куда назад?

— К Косте.

— Зачем мне запоминать дорогу к Косте?

— А ты не собираешься вернуться на его день рождения? — Удивляется.

— Нет. Я домой поеду.

— Почему? Он говорил, что у него на всю ночь вечеринка.

Я мгновение просто молча смотрю на нее. На Ане черное пальто и белая шапка с помпоном. Лицо такое красивое, такое естественное. Вообще без косметики. И так хочется прикоснуться к нему пальцами, провести от виска вниз до подбородка.

— Не хочу быть там без тебя, — честно отвечаю.

Аня распахивает глаза в изумлении, но тут же смущенно отводит взгляд в сторону, закусывая губу.

— Ну, как знаешь. Пока. — И она быстро разворачивается к подъезду, но я не даю уйти, схватив ее за руку.

— Ань, а оставь мне свой номер телефона?

— Зачем?

— Хочу позвонить тебе.

— Зачем?

Она такая забавная, когда смущается. Сейчас на улице темно, лишь пара фонарей светят по бокам, но я все равно замечаю, как она покраснела.

— Чтобы о чем-нибудь с тобой поговорить. Не важно, о чем.

Аня переминается с ноги на ногу, явно сомневаясь, оставлять ли мне свой номер. Но я не отпущу ее, пока она не назовет мне цифры.

— Ну ладно, запиши. — Наконец, говорит.

И тут я понимаю, что у меня нет с собой ручки. Только бумажка с адресом Кости. Черт.

— А у тебя есть ручка?

— Нет, я не брала с собой сумку, как видишь.

Аня действительно без сумки.

— Тогда продиктуй, а я запомню.

— Запомнишь мой номер телефона? — Изумляется.

— Да, запомню наизусть и позвоню тебе. У меня хорошая память. — Я стараюсь разрядить обстановку легким смешком, хотя на самом деле я в полной панике, потому что у меня дерьмовая память. Особенно на цифры. Никогда не мог запомнить в школе на истории нужные даты.

— 8 095…

Аня диктует мне 11 цифр, из которых четыре — 8 095 — я тут же отбрасываю, потому что на них начинаются все домашние номера в Москве. А вот остальные семь я проговариваю вслух при ней несколько раз.

— Да, все верно. — Улыбается. — Только звони мне, пожалуйста с понедельника по пятницу с двух до семи дня. После семи в будние не звони и на выходных тоже.

— Почему? — Удивляюсь.

— Потому что у меня очень строгий папа, он будет дотошно спрашивать, что за парень мне названивает.

Ну понятно, придется еще знакомиться с папой и доказывать ему, что я достоин его дочери. Но вслух этого не говорю.

— Хорошо, буду звонить, когда ты сказала.

Аня дарит мне последнюю улыбку и скрывается в подъезде, а я по дороге к метро, словно мантру, повторяю ее номер телефона. Я прокручиваю в голове цифры и все полчаса в подземке, а когда прихожу домой, тут же хватаюсь за бумагу и ручку, чтобы записать их. Но это уже не нужно: я запомнил Анин номер намертво.

Я буду помнить его наизусть даже 20 лет спустя, когда квартира Аниных родителей уже давно будет продана.