Коварный

Глава 15

На следующее утро выхожу на пробежку в Центральном парке. Мою голову разрывают мысли о Деймоне, о том, что произошло между нами прошлой ночью, и о причинах, по которым он так внезапно ушел. Я бегу быстрее и яростнее, чем когда-либо.

К тому моменту, как добираюсь до кофейни, я представляю собой задыхающееся, дрожащее, потное месиво. Когда София меня видит, хмурится и говорит: — Хорошо, что я испекла лишнее печенье сегодня утром. Похоже, нам пригодятся.

С нашими привычными напитками и целой тарелкой печенья София присоединяется ко мне за столиком, и я, не выдержав, выкладываю ей все, что случилось прошлой ночью.

— То есть он просто ушел сразу после? — спрашивает она, на лице читается недоумение.

— Угу, — мямлю я, слишком смущенная, чтобы произнести вслух хоть слово об этом.

— Ну и козел. Я, конечно, слышала, что парни так делают, — говорит она, пожимая плечами. — И он сказал, что у него утром встреча?

Я снова киваю.

Закатывая глаза, она фыркает.

— Наверняка соврал. Классическая отговорка. Если бы мне платили по доллару за каждый такой случай… — Потом она хмурится, теребя уголок салфетки. — Не знаю, Ви. Что-то с этим парнем определенно не так.

Я выдыхаю с облегчением. Приятно осознавать, что не только я чувствую, что эта ситуация ненормальна. Я уже начала думать, что, может, просто перегибаю. Ведь у меня совсем нет опыта в отношениях, сравнивать не с чем. А от Деймона столько смешанных сигналов, что не понимаю, где правда, а где ложь.

Софи всегда жила нормальной жизнью, с нормальными отношениями, и я доверяю ей в таких вещах. Если она чувствует что-то неладное, может, мне действительно стоит сделать шаг назад и переосмыслить все, что происходит между мной и Деймоном.

— Как ты думаешь, что мне делать, Софи? — спрашиваю я.

— На твоем месте я бы сказала ему вчера вечером не забыть, чтоб дверь хорошенько треснула его по заднице на выходе, — усмехается она с прищуром. — Но раз поезд ушел, просто не отвечай на его звонки и сообщения какое-то время. Если у него есть мозги, он поймет, что облажался. — Она машет печеньем в мою сторону. — А если он действительно тебя хочет, то постарается вернуть. А если нет, то воспримет молчание как удобный повод исчезнуть и не вернется.

Я тяжело сглатываю, переваривая ее слова. Мысль о том, что больше не увижу Деймона, причиняет боль, но это не убьет меня. Я смогу двигаться дальше, если он не готов бороться за это.

Если нам суждено быть вместе, судьба сама сведет нас снова. Я в это искренне верю.

Может, немного остыть лучшее решение сейчас.

И поэтому, когда позже в тот же день на моем телефоне всплывает сообщение от Деймона с вопросом о планах на субботу, я лгу и отвечаю, что у меня есть дела, которые нельзя отменить.

А когда вечером приходит еще одно сообщение, то просто игнорирую его.

Вчера он причинил мне боль.

Теперь моя очередь отплатить тем же.

Глава 16

Я облажался.

Все испортил, и теперь теряю ее. Я чувствую это каждой косточкой, где-то глубоко внутри. Она медленно отдаляется от меня, игнорирует мои сообщения и звонки, тогда как раньше отвечала сразу.

Я барабаню пальцами по дубовому кофейному столику, из каждой моей поры сочится раздражение.

Мне не стоило уходить той ночью после того, как лишил ее девственности. Но мысль остаться и обнимать ее до утра была невыносимой. Это изменило бы меня, а я не могу позволить, чтобы между нами что-то затуманило мой разум.

Я должен быть готов спустить курок, когда придет время. Если начну влюбляться в нее, то все пойдет к черту.

Теперь весь мой план поставлен на паузу из-за одной-единственной ошибки.

Я начинаю терять терпение, паниковать.

А отчаявшиеся мужчины идут на отчаянные меры, чтобы получить то, что им нужно.

Звонит телефон. Когда вижу незнакомый номер на экране, сразу понимаю, что это Баз. Отвечаю на третьем гудке.

— Говорят, младший сын Нолана Фаррелла мертв.

Я прищуриваюсь.

— И меня это должно волновать потому что…?

— Потому что говорят, что в этом виноват Джорджо Чикконе.

— Черт, — шиплю сквозь зубы, сгорая от раздражения. Будто у Чикконе и без того было мало врагов, теперь к списку прибавится еще и чертова ирландская мафия. — Как думаешь, что будет?

— Не знаю точно. Но Фаррелл нанесет удар. Я просто не знаю когда и как.

Выпрямляюсь, насторожившись. Мне сейчас не до лишних проблем, и уж точно не до того, чтобы Чикконе усиливал охрану еще больше из-за этой заварушки.

— Черт, — рычу я. — То есть ты хочешь сказать, мне нужно ускорить всю эту историю с Викторией, чтобы добраться до Чикконе раньше ирландцев?

— Именно, — подтверждает Баз.

Провожу рукой по волосам, сдерживая тяжелый вздох.

— Я облажался, Баз. Виктория отдаляется. Ставит между нами стену. И я не знаю, как ее вернуть, — признаюсь. Ненавижу проигрывать в чем бы то ни было, но сейчас в тупике. Я слишком часто отталкивал Викторию, и теперь, возможно, потерял ее навсегда. Наверняка она уже думает о том, чтобы встречаться с кем-то другим, и весь мой план окажется насмарку.

— Тогда тебе придется сделать что-то радикальное, чтобы она снова оказалась в твоих объятиях, дружище.

— Что-то радикальное… — повторяю я, пытаясь осмыслить.

— Ладно, мне пора. Держи меня в курсе, что решишь.

— Обязательно, — отвечаю, прежде чем завершить звонок и положить телефон. Встаю с дивана и подхожу к окну, выходящему на город.

Мне нужен план, как заставить Викторию снова влюбиться в меня, чтобы я мог довести до конца свою месть.

Но готов ли я поставить на карту абсолютно все ради этого?

Мой взгляд цепляется за собственное отражение в стекле. И я уже знаю ответ.

Да.