Коварный

Глава 26

На следующее утро в квартире Деймона я завтракаю поздно, пока он принимает душ. Уставившись на помолвочное кольцо, все еще не могу поверить в происходящее.

В этот момент раздается звонок. На экране высвечивается имя отца, и я тут же хмурюсь. Он звонит крайне редко, только если ему что-то нужно.

— Папа? — отвечаю я.

— Я должен узнавать о помолвке своей дочери из Page Six? — рычит он в трубку.

Кусок бублика выпадает у меня из руки.

— Page Six? — сиплю я, подскакивая с места, словно меня ударило током.

Оглядываясь, замечаю газету The Post на кофейном столике. Деймон взял ее утром, когда ходил за кофе и бубликами. Схватив газету, разворачиваю ее, пока папа продолжает громогласно возмущаться по громкой связи.

И правда, огромная заметка о моей помолвке с неким обаятельным незнакомцем и несколько фотографий с тем, как Деймон делает мне предложение прямо в столовой для бездомных. У меня подкашиваются ноги, и я падаю на диван, не сводя глаз с этих снимков.

— Я же… там же не было… я не видела ни одного папарацци, — шепчу, совершенно сбитая с толку.

— Виктория! Ты вообще меня слушаешь? — орет он.

— Да, папа… — говорю ошеломленно.

— Сколько ты его знаешь? Когда вы познакомились? Кто, черт побери, вообще этот… Деймон Ромеро? — он выплевывает вопрос за вопросом, и я едва успеваю за его темпом.

Но прежде чем успеваю ответить хотя бы на один из них, он перебивает: — Знаешь что. Почему бы вам не прийти ко мне на ужин? Тогда я сам все у него спрошу.

Кусая нижнюю губу, думаю над этим предложением. Хочется отказаться, но знаю, что отец найдет другой способ затащить Деймона в ловушку.

Поэтому нехотя говорю: — Хорошо. Это было бы… замечательно.

— Отлично. Если у вас нет других планов на вечер пятницы, приходите к нам домой. — Я слышу, как в его бокале звенит лед, наверное, пьет свой любимый скотч. — Я хочу получше узнать мужчину, который украл сердце моей дочери. — Он делает паузу, а потом добавляет: — А заодно пусть твой жених попросит у меня твоей руки по всем правилам, как настоящий мужчина.

Сжимаю телефон сильнее. Я знала, что он не даст Деймону легкого пути. Мой отец может быть устрашающим, мягко говоря, и я надеюсь, что не совершаю ошибку, когда говорю: — Мы обязательно придем.

— Прекрасно. Скажу шефу, чтобы приготовил что-нибудь особенное, отметим вашу помолвку, — отвечает он.

Мы заканчиваем разговор и вешаем трубку. Я только собираюсь положить телефон на стол, как из ванной выходит Деймон. На бедрах обмотано белое полотенце, волосы мокрые, растрепанные. Я зачарованно смотрю, как капли воды скатываются по его сильным плечам, груди и, наконец, по твердому, рельефному прессу.

Я никогда раньше не думала, что захочу слизать воду с чьего-то тела, но, боже, сейчас мне этого хочется.

— Кто звонил? — спрашивает он, проводя рукой по своим волосам.

Я трясу головой, прогоняя греховные мысли.

— Мой отец. Он хочет, чтобы мы пришли к нему на ужин в пятницу.

У Деймона на лице появляется легкое удивление, но он быстро берет себя в руки.

— Отличная идея.

— Послушай, Деймон… — начинаю я, но он не дает мне договорить.

— Я знаю, что ты собираешься сказать, Виктория. И все в порядке. Я не позволю твоему отцу запугать меня, — говорит он, садясь рядом со мной и беря мои руки в свои. — Мы собираемся пожениться. Это нормально, что твой отец хочет со мной познакомиться и устроить допрос с пристрастиями насчет моих намерений.

— Он сказал, что хочет, чтобы ты попросил у него моей руки, — морщусь я.

Он наклоняет голову набок и дарит мне свою фирменную, обворожительно-сексуальную улыбку.

— Честно говоря, он имеет право злиться. Я действительно должен был сначала попросить у него твоей руки.

Кризис официально миновал. Я обвиваю руками его шею и притягиваю к себе в страстном поцелуе. Когда он отстраняется, то с улыбкой спрашивает: — А это за что?

— За то, что ты абсолютно, безоговорочно идеален, — шепчу ему в губы.