Легион закаляется

Глава 10

Второй месяц осады принёс с собой первые заморозки, которые кардинально изменили условия противостояния. Проснулся я от звука, которого не слышал уже много недель — тишины. Вместо привычного грохота катапульт и криков атакующих воинов утренний воздух наполняла только мертвая тишина зимы.

Выглянув в бойницу центральной башни, увидел, что земля вокруг крепости покрылась тонким слоем снега, а на стенах образовался иней. Температура опустилась значительно ниже нуля — моё дыхание превращалось в белые облачка пара. Это было плохо для защитников, но ещё хуже для осаждающих.

В лагере противника картина была удручающей. Направив подзорную трубу на вражеские позиции, увидел хаос, который принесла зима. Палатки покосились под тяжестью наледи, костров стало в разы больше — дым поднимался чуть ли не от каждой группы воинов. Люди сгрудились вокруг огня, кутаясь в шкуры и плащи. Активность в лагере заметно снизилась — вместо постоянного движения и подготовки к атакам, большинство воинов просто пыталось согреться.

— Командир, — подошёл ко мне центурион Марк, дыхание которого также превратилось в пар. — Зима пришла раньше обычного. По опыту местных жителей морозы продержатся до весны.

Кивнул, продолжая изучать вражеский лагерь. Видел, как противник пытается решить проблемы с отоплением — воины таскают дрова, разжигают новые костры, но палатки совершенно не приспособлены для зимовки. Большинство воинов пустошей привыкли к суровым условиям, но долгая зима в осадном лагере — это совсем другое дело.

— Какова ситуация с нашими запасами дров и угля? — спросил я.

— Хорошая, сир. Мы заготовили достаточно топлива на всю зиму. Каменные стены крепости хорошо держат тепло, а в подвалах у нас есть печи для обогрева казарм, — ответил Марк.

Это была правда. Ещё летом, готовясь к осаде, предусмотрел возможность зимовки и приказал заготовить огромное количество дров. В подвалах крепости были оборудованы печи, система дымоходов проходила через стены, обогревая помещения. Каменная кладка аккумулировала тепло и медленно отдавала его.

В отличие от защитников, армия «Серого Командира» жила в палатках на открытом воздухе. Даже самые большие шатры командиров не могли сравниться по комфорту с каменными стенами крепости. А обычные воины ютились в небольших палатках по десять-двенадцать человек.

— Смотрите, — указал я на группу вражеских воинов, которые разбирали деревянную осадную башню на дрова. — Они начали жечь собственные осадные машины.

Действительно, нехватка топлива заставила противника принести в жертву часть осадного снаряжения. Несколько малых катапульт уже исчезло — их деревянные части пошли на костры. Это значительно ослабляло осадный потенциал врага, но пока он был готов на эту жертву ради выживания своих людей.

Холодный ветер с гор усиливался, неся с собой новые снежные заряды. Понимал — зима станет моим союзником в этой войне. Нужно было максимально использовать это преимущество.

— Передайте всем центурионам, — приказал Марку. — Усилить наблюдение за противником. Зима изменит их тактику. Они либо попытаются взять нас быстрым штурмом, пока не потеряли слишком много людей от холода, либо будут вынуждены снять осаду.

— Будет исполнено, сир.

Ещё раз окинул взглядом заснеженную местность. Белый покров скрывал следы семидесятидневной осады — воронки от снарядов, разбросанное оружие, тела павших. Зима приносила передышку, но также и новые испытания. Вопрос был в том, кто из противников лучше переживёт суровые месяцы.

Пока что преимущество было явно на стороне защитников.

В тот же день созвал совещание всех центурионов для обсуждения адаптации обороны к зимним условиям. Собрались в тёплом помещении штаба, где горела печка, но даже здесь было видно дыхание людей.

— Зима изменила условия войны, — начал, разворачивая план крепости на столе. — Мы должны использовать это преимущество максимально эффективно. Первая задача — защитить наших людей от холода, не снижая боеготовности.

Инженер Децим поднял руку:

— Командир, я уже начал работы по утеплению наиболее важных позиций. На стенах можно построить временные укрытия для часовых.

— Покажите план, — кивнул я.

Децим развернул свои чертежи. На них были изображены небольшие деревянные будки с окнами-бойницами, которые можно было установить на стенах.

— Эти укрытия защитят часовых от ветра и снега, но сохранят обзор и возможность стрельбы. Внутри каждого можно поставить небольшую жаровню с углями.

— Отлично. Сколько времени потребуется?

— При всех доступных плотниках — неделя на основные позиции.

Одобрительно кивнул и обратился к центуриону Марку:

— Марк, нужно организовать дежурства так, чтобы люди не находились на морозе слишком долго. Сколько сейчас длится стандартная смена часовых?

— Четыре часа, сир.

— Сократить до двух часов. В таких условиях человек теряет концентрацию и может получить обморожение. Лучше чаще менять людей, чем потерять их от холода.

Центурион Гай Молодой добавил:

— Командир, есть ещё проблема с оружием. На морозе тетива луков становится хрупкой, а механизмы арбалетов могут замерзнуть.

Это была серьёзная проблема. Задумался на мгновение.

— Децим, можно ли провести отопление к оружейным складам и позициям лучников?

— Можно протянуть дымоходы от центральных печей. Это займёт дополнительное время, но осуществимо.

— Делайте. А пока храните тетивы в тёплых помещениях. Выносите оружие на позиции только перед боем. Создайте запас луков и арбалетов в разных точках стен, чтобы люди могли быстро получить исправное оружие.

Старый маг Олдрис откашлялся:

— Магия также работает по-другому в холод. Заклинания требуют больше усилий, а концентрация на морозе снижается. Предлагаю создать тёплые позиции для магов в башнях.

— Согласен. Разместите магов в башнях, там есть место для печей. Используйте дальнобойные заклинания вместо ближней поддержки пехоты.

Лекарь Марцелл поднял ещё одну важную проблему:

— Командир, на морозе любые раны заживают хуже. А обморожения могут выводить людей из строя так же эффективно, как вражеские мечи. Нужно увеличить запасы горячего питья и следить за тем, чтобы люди не находились на морозе в мокрой одежде.

Записал это в свои заметки. Медицинский аспект зимней войны был не менее важен, чем тактический.

— Организуйте горячее питание три раза в день вместо двух. Бульоны, каши, всё что может согреть людей изнутри. Также нужны дополнительные бани для просушки одежды.

— У нас есть запасы шерстяной одежды? — спросил интенданта.

— Достаточно, сир. Плюс мы можем использовать шкуры убитого скота и трофейные плащи.

— Хорошо. Ещё одна вещь — снег можно использовать как дополнительное укрепление. Децим, можно ли построить дополнительные валы из снега перед стенами?

Инженер оживился:

— Конечно! Снежные валы, политые водой, превратятся в ледяные барьеры. Они не остановят серьёзную атаку, но замедлят противника и создадут дополнительные препятствия.

— Отлично. Начинайте работы немедленно. Используйте всех людей, не занятых в обороне.

Через час совещание завершилось, и по крепости началась лихорадочная деятельность. Плотники начали строительство укрытий на стенах, инженеры планировали новые дымоходы, а солдаты принялись за строительство снежных укреплений.

К вечеру первые временные укрытия были готовы. Лично проверил каждое, убедившись, что часовые могут нормально видеть приближение врага и вести стрельбу из луков.

Зима становилась союзником защитников, но только при правильной подготовке.

На следующее утро проснулся от стука в дверь. За ночь выпало ещё больше снега, и инженер Децим горел желанием показать новые возможности для укрепления обороны.

— Командир, идите посмотрите, что мы сделали! — радостно сообщил он.

Накинул плащ и вышел во двор крепости. То, что увидел, превзошло мои ожидания. За ночь солдаты превратили подходы к воротам в настоящую ледяную крепость.

Перед главными воротами возвышался снежный вал высотой в человеческий рост и шириной в три метра. Но это был не просто снег — конструкция была полита водой и превратилась в монолит льда с острыми шипами, торчащими в сторону противника.

— Мы используем воду из колодцев, — объяснил Децим. — Формируем нужную форму из снега, потом поливаем водой слой за слоем. На морозе получается крепче камня.

— А острые шипы?

— Это идея центуриона Марка. Вставляем в снег деревянные колья и обледеневаем их. Получаются копья изо льда, которые остановят любую кавалерию.

Обошёл новые укрепления, оценивая их с тактической точки зрения. Ледяные валы действительно создавали серьёзное препятствие для штурмующих. Они были слишком скользкими, чтобы по ним можно было быстро взобраться, а острые шипы делали любую попытку прорыва крайне опасной.

— Сколько времени нужно, чтобы разрушить такой вал? — спросил я.

— Топорами и кирками — несколько часов при интенсивной работе, — ответил Децим. — Но под обстрелом с наших стен это будет крайне сложно.

— А огнём?

— Лёд тает, но медленно. К тому же растаявшая вода снова замерзает. Если поддерживать полив, вал будет восстанавливаться сам.

Был впечатлён. Это было гениальное использование зимних условий.

— Постройте такие же укрепления на всех подступах к стенам. Особенно там, где местность позволяет скрытно подобраться к стенам.

— Уже начали, сир. К вечеру будет готова половина периметра.

Но Децим был полон энтузиазма и показал ещё несколько изобретений. У восточной стены солдаты создали ледяную горку — пологий спуск, покрытый водой и превращённый в каток.

— Любой, кто попытается штурмовать стену с этой стороны, будет скатываться обратно, — объяснил инженер. — А если ещё полить маслом…

— Нет, — прервал его. — Масло слишком ценно. Но идея хорошая.

На северной стене была реализована ещё одна хитрость. В бойницах установили ледяные линзы — кусочки льда, обточенные до нужной формы, которые концентрировали солнечный свет.

— В солнечный день можно поджигать вражеские стрелы и деревянные щиты, — показал один из легионеров.

Попробовал сам. Действительно, линза концентрировала солнечные лучи в горячую точку, способную воспламенить сухое дерево или ткань.

— Изготовьте больше таких линз. В солнечные дни это может быть очень эффективно.

Но самой впечатляющей была ловушка у малых ворот. Децим создал систему подвесных ледяных глыб, которые можно было сбросить на атакующих одним движением рычага.

— Каждая глыба весит около центнера, — объяснил он. — Удар такой массы сломает любой щит и доспех.

Проверил механизм. Система была простой и надёжной — несколько верёвок удерживали глыбы на деревянных балках. Перерезав верёвки или выдернув стопорные колышки, можно было обрушить смертельный ледяной дождь на головы штурмующих.

— Отлично. Установите такие ловушки во всех уязвимых местах.

К полудню вся крепость была опоясана дополнительными ледяными укреплениями. Снег превратился из неудобства в мощное оборонительное средство. Понимал — противник может попытаться разрушить ледяные валы, но на это потребуется время и люди. А любая работа под стенами крепости происходила под прицельным огнём защитников.

Более того, каждую ночь укрепления можно было восстанавливать и улучшать. Зима длилась месяцы, и за это время можно было построить настоящую ледяную цитадель вокруг каменной крепости.

Вечером стоял на стене, любуясь делом рук своих людей. Крепость Железных Ворот превратилась в ледяную твердыню, которая выглядела неприступной даже для многократно превосходящих сил противника.

Прошла неделя с начала зимы, и проблемы в лагере противника стали видны даже невооружённым глазом. Ежедневно изучал вражеские позиции через подзорную трубу, отмечая растущие признаки деморализации.

Количество костров в лагере увеличилось втрое, но дыма стало меньше — значит, не хватало дров. Воины кутались в шкуры и плащи, сбившись в группы вокруг жалких огоньков. Активность снизилась до минимума большинство времени люди просто пытались согреться.

— Смотрите, — показал центуриону Марку на группу вражеских воинов, разбирающих очередную катапульту. — Они уже сожгли четверть осадных машин.

— И правильно делают, — усмехнулся Марк. — Мёртвые воины не штурмуют крепости.

Но самая серьёзная проблема противника была не в топливе, а в снабжении продовольствием. Обозы с припасами, которые регулярно приходили из пустошей, теперь задерживались или не приходили вовсе. Заснеженные дороги стали непроходимыми для тяжёлых повозок, а вьючные животные гибли от холода.

В полдень в лагере противника началось какое-то движение. Сразу же поднял подзорную трубу.

— Тревога! — крикнул часовым. — Противник готовится к атаке!

Действительно, «Серый Командир» решил попытаться взять крепость быстрым штурмом, пока его армия ещё не полностью деморализована холодом и голодом. К атаке готовилось около трёх тысяч воинов — треть от оставшихся сил.

Рога защитников протрубили сигнал тревоги, и крепость ожила. Легионеры выбежали из тёплых казарм на стены, хватая оружие и занимая позиции. Лучники заняли башни, а маги приготовились к поддержке.

Но атака противника была вялой и плохо организованной. Воины двигались медленно, с неохотой — холод сковывал движения, а многие уже ослабли от недоедания. Штурмовых лестниц было меньше обычного — большинство пошло на дрова.

— Они идут как на похороны, — заметил центурион Гай Молодой.

И правда, в атаке чувствовалась обречённость. Воины шли вперёд потому, что так приказал командир, но сердцем они уже не были в этой войне.

Первые ряды атакующих достигли ледяных валов и остановились в растерянности. Скользкие барьеры, покрытые острыми шипами, оказались гораздо более серьёзным препятствием, чем ожидалось.

— Стреляйте! — приказал я.

Град стрел обрушился на застрявших у валов воинов. Они не могли ни быстро преодолеть препятствие, ни укрыться от обстрела. Многие попытались обойти валы, но попали на ледяные горки и скатились обратно под смех защитников.

Некоторые группы попытались разрушить ледяные укрепления топорами, но работа под прицельным огнём оказалась самоубийственной. За каждый пробитый в валу проход приходилось платить десятками жизней.

Через час атака выдохлась сама собой. Воины начали отступать, не дожидаясь сигнала рога. Многие просто бросали оружие и бежали обратно к тёплым кострам.

«Серый Командир» попытался остановить бегство, выехав на коне и крича приказы, но даже его харизма не могла заставить замёрзших и голодных людей продолжать безнадёжную атаку.

— Потери? — спросил я.

— Трое раненых, один серьёзно, — доложил Марк. — У противника… — он посчитал тела у валов, — около двухсот убитых и раненых.

Соотношение потерь было фантастическим — почти семьдесят к одному в нашу пользу. Ледяные укрепления оказались даже эффективнее, чем ожидал.

Вечером разведчики доложили о ситуации в лагере противника. Начались открытые споры между командирами различных племён. Многие требовали снятия осады и возвращения домой до наступления настоящих холодов. «Серый Командир» пытался удержать коалицию обещаниями богатой добычи, но его авторитет таял вместе со снегом.

— Ещё одна-две таких атаки, и они сами уйдут, — сказал Марк.

— Возможно, — согласился я. — Но нельзя расслабляться. Загнанный в угол зверь становится особенно опасным.

Ночью температура опустилась до рекордно низких значений. В лагере противника горели сотни костров, но их света не хватало, чтобы развеять мрак отчаяния, который опускался на осаждающую армию.

К концу второй недели зимы контраст между положением защитников и осаждающих стал разительным. Проводил ежедневные обходы крепости, убеждаясь, что зимние преимущества используются максимально эффективно.

В тёплых казармах легионеры играли в кости и обсуждали события дня. Печи работали круглосуточно, поддерживая комфортную температуру. Горячая пища подавалась три раза в день, согревая людей изнутри. Бани работали ежедневно, позволяя солдатам просушить одежду и согреться.

— Доложите о состоянии гарнизона, — попросил лекаря Марцелла во время вечернего совещания.

— Отличное, командир, — ответил медик. — Случаи обморожения единичны, в основном из-за неосторожности самих людей. Простудных заболеваний не больше обычного. Боеспособность сохраняется на высоком уровне.

Это резко контрастировало с ситуацией в лагере противника. Через подзорную трубу видел, как воины дрожат у костров, как многие не покидают палаток днями. Дым от их лагеря стал жиже — сжигалось всё, что могло гореть, но дров катастрофически не хватало.

Интендант доложил о состоянии запасов:

— Продовольствия хватит ещё на четыре месяца при нормальном рационе. Топлива — на всю зиму и ещё останется. Боеприпасов достаточно для отражения десятка штурмов.

— А у противника?

— По данным разведки, их обозы не приходят уже неделю. Дороги занесены снегом, и караваны не могут пройти. В лагере начался голод.

Старый Олдрис добавил:

— Магическая разведка показывает серьёзное падение морального духа во вражеских рядах. Аура их лагеря потемнела — люди отчаиваются.

Кивнул. Всё шло по лучшему Сцена+++++++++++++++++++++++++++++рию — зима работала на защитников.

На следующий день произошло событие, которое окончательно подтвердило преимущества подготовленного гарнизона. Группа из двадцати вражеских воинов перебежала к крепости под покровом метели.

Перебежчики были в ужасном состоянии — обмороженные, истощённые, в лохмотьях вместо одежды. Их допросили в тёплом помещении, напоив горячим бульоном.

— В лагере умирают от холода и голода, — рассказывал их предводитель, воин племени Серых Волков по имени Торек. — Каждую ночь находят замёрзших насмерть. Едой делятся по крохам. Многие говорят о возвращении домой.

— А «Серый Командир»?

— Пытается удержать войска обещаниями и угрозами. Но люди больше боятся зимы, чем его гнева.

Приказал разместить перебежчиков в отдельном помещении под охраной, но обращаться с ними хорошо. Слухи о том, как встречают дезертиров в крепости, быстро дойдут до вражеского лагеря.

Вечером того же дня началась сильная метель. Видимость упала почти до нуля, ветер выл в башнях крепости, но внутри каменных стен было тепло и уютно. Легионеры собрались в большом зале, где один из них рассказывал истории о походах в дальние земли.

Стоял у окна, глядя на белую завесу снега. Где-то там, в нескольких сотнях метров, тысячи вражеских воинов дрожали в промёрзших палатках, пытаясь согреться у жалких костров.

— Командир, — подошёл ко мне центурион Марк. — Разведчики не смогли выйти в такую погоду. Но судя по слабому свету костров, в лагере противника дела плохи.

— Хорошо. Зима делает нашу работу за нас.

Метель продолжалась три дня. Когда она утихла, картина в лагере противника стала ещё более удручающей. Многие палатки провалились под тяжестью снега, костров стало вдвое меньше. Группы воинов покидали лагерь, не дожидаясь разрешения командования.

— Они начали разбегаться, — доложил начальник разведки. — За последние два дня лагерь покинуло около пятисот человек.

Улыбнулся. План работал идеально. Зима становилась моим лучшим союзником, медленно, но неуклонно разрушая вражескую армию изнутри.

На третий месяц осады, который начинался с приходом настоящих морозов, у защитников крепости было всё необходимое для комфортной зимовки. А у противника — только отчаяние и холод.

Зима крепко сжала в своих объятиях земли вокруг крепости Железных Ворот, превратив осаду в испытание на выносливость. И это испытание мы проходили с честью, в то время как наши враги медленно таяли под натиском холода и голода.

Понимал весна принесёт новые вызовы, возможно, даже более серьёзные. «Серый Командир» не из тех, кто легко сдаётся, и наверняка готовит какой-то план для изменения ситуации. Но пока зима была на моей стороне, и каждый день приближал нас к победе в этой войне на истощение.