Мастер Рун. Книга 4

Глава 13

Стоило пройти пару сотен метров от входа в пещеры, как я понял — над Серой Пустошью уже веет совсем другой ветер, нежели тот, когда мы залезли под землю. Злой, едкий, выматывающий и выдувающий тепло. Пепел под ногами хрустел и проваливался, словно мы шли по подледеневшему насту. Над головой нависало свинцовое небо без единого просвета.

— Куда теперь? — Алекс остановился рядом со мной, щурясь от пронизывающего ветра.

— На восток, — Гаррет указал в сторону. — Если мы действительно вышли с северной стороны, то лошади должны быть вон там, за теми холмами. Километров пять, не больше. Дозорные должны будут нас увидеть.

— Пять километров, — пробормотал я, ощущая, как затекшие мышцы протестуют против любого движения. — Звучит как вечность.

— Зато без проклятых на хвосте, — Леви проверил ремни на сумке. — Это уже плюс.

Стейни молча кивнул и двинулся вперёд. Мы последовали за ним, растянувшись цепочкой. Мы шли молча, экономя силы. Гаррет периодически останавливался, прислушиваясь и принюхиваясь, но вокруг царила мертвая тишина. Ни звука, ни движения. Только ветер, гонящий пепел по серой равнине.

Холмы, на которые указывал разведчик, казались близкими, но расстояние обманывало. Мы шли час, может больше, прежде чем они начали приближаться. За это время я успел пожалеть, что бросил копьё. Опираться не на что, руки болтались без дела, и это было невыносимо неудобно.

— Стоп, — внезапно сказал Гаррет, поднимая руку.

Мы замерли. Разведчик присел на корточки, всматриваясь вперёд.

— Движение. За тем холмом слева. Что-то большое.

Мы все уставились, вглядываясь в указанном направлении. Я тоже напряг зрение, но видел только серые очертания холмов и пепел.

— Наши? — спросил Леви.

— Не знаю. Но идут сюда.

Мы застыли, напряжённо ожидая. Сердце забилось чаще, руки инстинктивно потянулись к ножам на поясе. Бесполезным жестом, если это окажется враг.

Из-за холма показалась фигура. Потом ещё одна. И ещё. Силуэты двигались быстро, целенаправленно.

— Лошади, — выдохнул Гаррет. — Это наши.

Облегчение накрыло меня волной. Я не осознавал, насколько был напряжён, пока не почувствовал, как расслабились плечи.

Группа всадников приближалась, и вскоре я разглядел знакомые лица. Впереди ехал сержант Шин Бейрен, его крепкая фигура покачивалась в такт шагам лошади. За ним следовали остальные, все те ветераны и новобранцы, кого мы оставили наверху.

— Лейтенант! — Бейрен соскочил с седла, едва поравнявшись с нами. Его лицо было серым от усталости, на щеке темнела свежая ссадина. — Вы живы, слава Четверым!

— Живы, — коротко ответил Стейни. — Доложи обстановку.

Бейрен выпрямился, его взгляд скользнул по нашей поредевшей группе. Я видел, как он считал головы, и как его лицо становилось ещё мрачнее.

— Нас атаковали, лейтенант. Вчера, на закате. Скелеты. Больше сотни, хорошо организованные. Потеряли пятерых. — Он перечислил имена, и каждое было как удар, в ожидании знакомого имени, поэтому, когда сержант сказал про Дарна, мы все вместе вздрогнули.

— Дарн среди них?

Алекс замер рядом со мной. Его лицо побелело.

— Дарн? — переспросил Леви хрипло. — Степняк?

— Да, — Бейрен кивнул. — Он прикрывал отступление к лошадям. Получил копьё в живот. Умер быстро. Из ветеранов, моего отряда.

Я сглотнул ком в горле. Дарн. Друг, с которым мы вместе прошли учебку, первый поход, видели начало орды. Которого мы оставили в тоннелях, укушенного проклятым. Который умер от руки Леви, чтобы не стать одним из них. И теперь оказалось, что его тёзка, другой Дарн из основного отряда, тоже погиб. Какая-то злая ирония судьбы.

— Остальные? — Стейни не показал эмоций, его голос был ровным и скорее равнодушным.

— Ранены, но на ногах. Залечили, как могли. Кони в порядке, хотя нервничают. Это место им не нравится.

— Хорошо. Собирай всех. Нам нужен совет. Мы дойдем до лагеря на своих двоих, тут ведь недалеко?

Бейрен кивнул и отошёл, отдавая приказы. И через полчаса мы были уже в общем лагере. Мы подошли к лошадям, и я увидел остальных. Серг сидел на земле, прислонившись к седлу, его лицо было бледным, но он улыбнулся, увидев нас. Талир возился с повязкой на руке, а Марк стоял чуть в стороне, мрачный и молчаливый.

— Корвин! Алекс! — Серг попытался встать, но поморщился и остался сидеть. — Вы живы, твою мать! Я уж думал, всякое, но надеялся!

— Живы, — я подошёл, опустился рядом с ним. — Ты как?

— Да так, царапина, — он махнул рукой. — Копьё скользнуло по рёбрам. Больно, но не смертельно. Талир хуже, ему руку пробили насквозь.

Я обернулся к Талиру. Тот кивнул, продолжая возиться с бинтами.

— Ничего, заживёт. Главное, что мы тут все ещё дышим. В отличие от… — Он осёкся, взгляд стал отсутствующим.

— Дарна, — закончил Марк глухо. Он так и не сел, стоял, глядя в серую пустошь. — Он был хорошим парнем. Не заслуживал такого.

Никто не ответил. Что тут скажешь? Мы с Алексом решили не рассказывать о том, как наш степняк глупо подставился, сняв перчатки в такой опасный момент.

— Как там внизу было? — спросил Серг, пытаясь сменить тему. — Страшно?

— Страшно, — подтвердил Алекс, опускаясь рядом. — Очень страшно. Парни, их там тьма, гораздо больше, чем вышли на поверхность.

Талир выругался вполголоса. Марк сжал кулаки, но промолчал.

— Вы тут тоже без дела не сидели? — я попытался переключить внимание. — Как дрались?

Серг вздохнул, потёр лицо руками.

— Сидели, ждали вас. День прошёл нормально, тихо. Но ближе к вечеру они полезли. Из проклятых дыр, типа той в которую вы ушли. Сначала по одному, потом толпой. Мы отбивались, как могли. Но их было дохрена. Они просто давили массой.

— Потом Бейрен вывел нас отсюда, — продолжил Серг. — Поскакали на десяток километров южнее, переждали ночь. Утром вернулись, проверили вход, и на удивление было чисто. Твари, не найдя живых — ушли обратно в норы. Мы решили ждать ещё сутки, как приказывал лейтенант. И вот вы появились.

— Повезло, — пробормотал Алекс.

— Ага, повезло, — Серг усмехнулся без юмора. — Только не всем. Дарну и остальным например.

Я молчал, глядя на пепел под ногами. Мысли путались, усталость навалилась свинцовой тяжестью. Хотелось просто лечь и вырубиться, забыться хоть на пару часов. Но впереди маячил силуэт лейтенанта, который собирал командиров, и я знал, что отдыха не будет. Ещё нет.

— Корвин, — окликнул меня Леви. — Лейтенант зовёт. Тащи накопители.

Я поднялся, подавив стон и дотопал до командирского навеса. Достал из сумки тяжёлые металлические цилиндры с рунами, почувствовал, как они пульсируют в руках. Этер внутри был плотным, сжатым, готовым вырваться наружу. Штук двенадцать я вытащил, сложил рядом с лейтенантом, который развернул на земле большую карту подземелий.

Вокруг него столпились командиры: Бейрен, Леви, Гаррет, капралы. Все выглядели измождёнными, но собранными, Серая Пустошь словно выпивала людей, даже, казалось бы, прожжённых ветеранов.

— Итак, — Стейни начал без предисловий. — Мы спустились в подземелье и обнаружили источник чумы. Врата в Нижний План, открытые Старшими. Они приносили людей в жертву, подпитывая эту проклятую дыру. Орда, которую мы видели, — лишь малая часть того, что там внизу. Их ждут миллионы, если не больше. И если они вырвутся наружу, то затопят наш мир, и убьют всех. Жён, матерей, детей. И нас.

Бейрен побледнел. Рик выругался сквозь зубы.

— Миллионы? — переспросил сержант. — Лейтенант, вы серьёзно?

— Абсолютно. Я видел склепы, заполненные нишами. Тысячи ниш. И все пустые. Это армия, которая может стереть с лица земли Степной Цветок, Утёс, все вольные города. Всех нас. Те, кто уже ушли, это буквально авангард, основные части на подходе.

Молчание было тяжёлым, давящим.

— Что мы можем сделать? — спросил Гаррет. — Мы не маги и не армия. Нас всего лишь жалкая горстка.

— Мы можем закрыть Врата, — Стейни указал на накопители. — Или хотя бы повредить их. Там внизу, в центре зала с Вратами, стоит кристалл. Он подпитывает всю систему. Если его уничтожить, то Врата потеряют стабильность и возможно перестанут работать. Но это не все проблемы, возможно таких кристаллов здесь в Пустоши больше, нам нужно разведать и узнать это более точно. Но пока, на ближайшие сутки задача одна.

— Как мы уничтожим кристалл? — Леви скрестил руки на груди. — Он же защищён магией.

Стейни кивнул на накопители.

— У меня есть навыки моего рода, они… с их помощью я создам заклинание, которое разрушит накопители и выплеснет весь этер единым потоком. Никогда не думал, что они пригодятся, даже мой дед считал, что изучение их бессмысленно, и всё равно бил меня палкой за каждый не верный шаг при его исполнении.

— Из запрещенной магии? — тихо спросил Бейрен.

— Да. — ответил лейтенант. — И мне плевать, что ты про это думаешь, жизнь людей важнее чем запреты старых ублюдков.

— Это же не просто запре…

— Хватит! Я командую отрядом, если есть желание поспорить, я просто прикажу тебя арестовать и повесить за неподчинение. Шин, давай без этой херни. Потом подашь жалобу, сначала нужно выполнить дело.

— Как быстро мы можем это организовать? Корвин Андерс, ты свободен. — Шин, злой, тем не менее взял себя в руки и заметил меня, стоящего в уголочке и до сих пор не ушедшего, после того, как принёс накопители. Я старался не дышать и узнать планы начальства раньше, чем прикажут лезть в самую жопу, но про меня всё же вспомнили. Пришлось уйти и не дослушать.

Я вышел из командирского навеса, стараясь не показывать разочарования. Хотелось услышать весь план до конца, но раз выгнали, значит, остальное узнаю вместе со всеми. Или не узнаю вовсе, если командиры решат, что нам, простым солдатам, знать необязательно. Зараза.

Алекс сидел там же, где я его оставил, рядом с Сергом и остальными. Увидев меня, он приподнял бровь.

— Ну что, нас снова отправляют на убой?

— Похоже на то, — я опустился на землю, потянулся за фляжкой с водой. Горло пересохло так, что каждый глоток давался с трудом. — Лейтенант что-то замышляет с накопителями. Говорил про запрещённую магию, Бейрен чуть не взбесился.

— Запрещённую? — Серг присвистнул. — Вот это поворот. А я думал, эти штуки просто хранят этер.

— Видимо, не только хранят. Точнее штуки просто хранят этер, а вот сам лейтенант что-то умеет из запрещенного. — я скривился. Сталкиваясь с тем, что творилось в катакомбах Северного Порта, я видел что-то, что под запретом не просто так находится, и от лейтенанта не ждал ничего хорошего. Ведь тот, если будет нужно, всех нас бросит, на убой, уверен в этом. Понятно, что ради спасения большего, но лично мне умирать не хотелось. — Стейни собирается их взорвать, судя по тому, что я успел услышать. Разрушить кристалл внизу, закрыть Врата.

Марк, молчавший до этого, вдруг хмыкнул.

— Взорвать. Хорошее слово. А мы в это время будем стоять рядом и хлопать в ладоши?

— Скорее всего, будем держать оборону, пока лейтенант не сделает это, — я отпил ещё воды, вытер губы. — Проклятые наверняка почуют, что мы затеяли, и попрутся к кристаллу. Нам нужно их сдержать.

— Что еще? — спросил Талир, аккуратно поправляя повязку на руке.

— Не знаю. Меня выгнали, не дали дослушать.

— Значит, мало, — Серг вздохнул, откинулся на седло. — Если бы было достаточно времени, лейтенант бы не устраивал такой секретности.

Мы замолчали. Каждый думал о своём. Я смотрел на серое небо, пытаясь представить, что нас ждёт. Спуститься обратно в пасть и дойти до зала с Вратами, не слишком и опасное дело, это близко к выходу. А вот выставить там накопители, а потом драться насмерть, пока магия не сделает свою работу. Звучало не слишком хорошо.

— Корвин, — Алекс тихо окликнул меня. — Ты правда думаешь, что это сработает?

Я посмотрел на него. Его лицо было напряжённым, в глазах читалось беспокойство.

— Не знаю. Но если лейтенант считает, что это наш единственный шанс, то других вариантов у нас нет. Я не смогу тут ничем помочь, скорее всего.

— Сделай бомбу. — ответил Алекс. — Они точно помогут.

— Да, Кор, давай, сделай нам бомбы! — Серг сразу воодушевился. — Мы их издалека всех убьем, даже заходить не будем!

— Если бы всё так просто было. — задумался я. — Ладно, не отвлекайте, посмотрим.

Пока я копался в камнях и заготовках, думая, что и из чего делать, то слушал краем уха парней.

— А если мы не успеем выбраться? Если взрыв накроет нас вместе с кристаллом?

— Тогда хотя бы умрём, зная, что попытались. Это лучше, чем сидеть здесь и ждать, пока орда доберётся до Степного Цветка.

Алекс кивнул, но я видел, что слова его не успокоили. Да и меня самого тоже. Мысль о том, что мы можем не вернуться, сидела занозой в мозгу, царапала изнутри, не давала расслабиться.

— Эй, парни, — вдруг сказал Серг, заставляя нас обернуться. — Если мы всё-таки выберемся, то первым делом пойдём в таверну. Закажем самого дорогого пойла, какое только найдём, и напьёмся до усрачки. За нас, за Дарна, за всех, кто не вернулся. Договорились?

Я усмехнулся, несмотря ни на что.

— Договорились.

— И за меня тоже, — добавил Талир. — Только я хочу не пойло, а нормальной еды. Жареного мяса, хлеба, может, даже пирога.

— Пирога, — повторил Марк с усмешкой. — Ты серьёзно?

— А что? Я люблю пироги. С мясом, с капустой, даже с яблоками сойдёт. Горяченькие да с молоком. Ох, какие мамка готовила.

Мы засмеялись. Тихо, но всё-таки. Это было нужно, чтобы разрядить обстановку, отвлечься от мыслей о предстоящем.

Где-то вдалеке раздался громкий свист. Все разом повернули головы. У командирского навеса стоял Леви, махал рукой, подзывая к себе.

— Всем собраться! — прокричал он. — Лейтенант хочет выступить!

Мы поднялись, отряхнули одежду от пепла и побрели к навесу. Постепенно вокруг собралась вся группа. Чуть больше пятидесяти человек, рядом с вратами, откуда выходили тысячи. Лица усталые, напряжённые, но в глазах горела решимость. Никто не собирался отступать. Стейни вышел вперёд, окинул всех взглядом. Молчал несколько секунд, давая всем собраться и замолчать. Потом заговорил хорошо поставленным голосом, который было слышно всем присутствующим.

— Слушайте внимательно, повторять не буду. Мы спускаемся обратно, недалеко. Наша цель — зал с кристаллом. Я выставлю накопители вокруг него и активирую таймер. У нас будет десять минут, чтобы убраться оттуда до взрыва.

Десять минут. Я почувствовал, как холодок пробежал по спине. Не так уж и много, если учесть, что проклятые не будут сидеть сложа руки.

— Враг почует нас, как только мы войдём в зал, — продолжил лейтенант. — Они попрутся к кристаллу, чтобы помешать. Наша задача, держать оборону любой ценой. Если кто-то ранен, тащим его с собой. Если кто-то укушен или убит, оставляем. Времени на похороны не будет.

Тяжёлая тишина повисла над группой. Никто не возразил, но я видел, как некоторые сжали кулаки, как другие отвели взгляды.

— Вопросы? — Стейни оглядел всех.

— А что будет после взрыва? — спросил кто-то из ветеранов. — Мы просто уходим?

— Да. Выбираемся на поверхность, садимся на коней и скачем к Башне. Оттуда в Степной Цветок. Докладываем Совету, пусть решают, что делать дальше.

— А если кристалл не единственный? — это уже Гаррет задал вопрос. — Если их там больше?

Стейни помедлил с ответом.

— Тогда мы хотя бы выиграем время и слегка ослабим врага. Может, достаточно, чтобы эвакуировать людей или подготовить оборону. Других вариантов у нас нет. Просто так уйти мы не имеем права, каждый день, когда эти врата открыты, приводят к тому, что Враг Людей становится сильнее. Даже капля способная его ослабить должна сработать!

Больше вопросов не последовало. Все понимали, что выбора действительно нет. Либо мы делаем это сейчас, либо умираем вместе со всеми остальными, когда орда дойдёт до наших домов.

— Тогда готовьтесь, — скомандовал лейтенант. — Проверьте оружие, доспехи, запасы воды. Выходим через час. Раненые остаются здесь с лошадьми. Если через два часа мы не вернёмся, седлайте коней и скачите к Башне. Без оглядки. Ясно? Леви, проследи, чтобы у раненых были все документы и информация о нашем походе внизу.

— Да, лейтенант! — рявкнул Леви. А я поморщился. Головы старших мы потеряли при подъеме, а ведь хорошее было бы доказательство.

Раненые кивнули. Я видел, как Серг стиснул зубы, явно недовольный тем, что его оставляют, но спорить не стал.

Мы разошлись, каждый занялся своими делами. Я проверил арбалет, подтянул ремни на доспехах, выпил ещё воды. Руки тряслись, но я заставил себя успокоиться. Сейчас не время для паники. Алекс сидел рядом, точил копьё о камень. Движения у него были механическими, словно он пытался отвлечься от мыслей.

— Готов? — спросил я, как делал уже не один десяток раз.

— Нет, — честно ответил он, не поднимая взгляда. — Но пойду всё равно.

— Я тоже.

Мы замолчали. Больше говорить было не о чем.

— Знаете, — вдруг сказал Марк, глядя в пепельное небо. — Я думал, что умру в своей постели. Старым, окружённым внуками. Ну, или хотя бы в таверне, от перебора дешёвого пойла. А не в какой-то проклятой дыре под землёй, сражаясь с ордой мертвецов.

— Жизнь полна сюрпризов, — буркнул Талир.

— Хреновых сюрпризов, — добавил Марк.

— Вы вернитесь, парни, живыми, ладно? Я бужу ждать вас когда победите. — Серг посмотрел на нас. — Потому что больше некому. Верно?

— Верно, — я кивнул.

— И тогда с меня пиво. Я проставляюсь.

Мы сидели, молчали. Каждый думал о своём. Я вспомнил дядю, его мастерскую, и одурительный вкус колбасы со свежим хлебом. Вспомнил, как он учил меня работать с рунами, терпеливо объясняя каждую черту. Интересно, какого хрена вообще произошло с ним?

Этот мудак является той отправной точкой, из-за которой я и нахожусь в полной жопе, а именно в такой момент часть Лео во мне вспоминает даже не своих родителей и братьев, а дядьку алкоголика. На таком эмоциональном фоне, я закинул камни с карманы, с криво нарисованными рунами очищения. Задача у них будет проста, накачал и бахнул. Только время дайте.

Словно подслушав мои мысли и вторя им, раздался голос.

— Время, — окликнул нас Леви. — Собираемся.

Мы поднялись. Серг с трудом встал, опираясь на копьё. Талир затянул повязку потуже, поморщился, но промолчал. Марк проверил арбалет, зарядил его.

Лейтенант стоял в центре, рядом с ним накопители, сложенные в аккуратную пирамиду. Вокруг собрались все, кто мог держать оружие. Лица усталые, но решительные.

— Выдвигаемся, — приказал он, махнув легко рукой и мы, выстроившись в редкую колонну направились к Пасти. — Лошадей оставляем у входа в гору.

Спуск обратно в пещеры оказался быстрее, чем я думал. Наверное, потому что путь мы уже знали. Или просто страх притупился от усталости настолько, что мозг перестал сопротивляться безумию происходящего. Мы смирились с тем, что назад дороги нет и либо выполним задачу, либо останемся внизу навсегда.

Стейни шёл впереди колонны, за ним тянулись капрал Рик и сержант Бейрен, несущие накопители в седельных сумках, которые сняли с лошадей. Леви где-то отстал, и я сколько ни вертел головой в седле, так и не увидел его силуэт. Остальные растянулись длинной цепочкой по туннелю, копья держали наготове, хотя руки дрожали от усталости и был неиллюзорный риск навернуться по скользким ступеням. Я двигался где-то в середине, между Алексом и Марком. Фонарики на поясах бросали слабый, дрожащий свет на каменные стены туннеля, и тени от нас ползли по сводам как живые, причудливо искажённые. По хорошему нужно было бы дождаться утра, а не ехать все взрывать ближе к вечеру, промелькнула у меня запоздалая мысль.

— Близко уже, — прошептал Гаррет где-то впереди, его голос эхом отозвался в тишине. — Зал с кристаллом неподалёку.

Стейни поднял руку, останавливая всю колонну. Обернулся к нам через плечо, и в свете фонарей его лицо выглядело изможденным, но решительным.

— Строимся тремя линиями — копейщики в первую, арбалетчики во вторую, резерв в третью. Бейрен, Леви, вы со мной идёте прямо к кристаллу. Остальные держат периметр вокруг нас, никого не пускаете внутрь круга, где будут стоять накопители. Всем понятно?

Мы закивали. Алекс оказался в первой линии копейщиков, а меня поставили во вторую, с арбалетом в руках. Запасных копий у нас было мало, совсем мало — их получили только Алекс, Гаррет и сам Леви, который появился откуда-то сзади, неся на плече странный кожаный бюрдук, явно тяжёлый.

Вошли в зал медленно, осторожно, но картина перед нами не изменилась. Голубой свет от кристалла заливал всё пространство, отражался от влажных стен, преломлялся в кристаллических наростах, и создавалось ощущение, что мы находимся где-то глубоко под водой, в каком-то холодном подземном море. Врата по-прежнему были закрыты, и только вибрация и глубокие черные трещины говорили, что они тут скоро появятся. Оттуда не доносилось пока ни звука, но я чувствовал движение в глубине, тысячи теней, которые ползли, копошились, ждали своего часа.

Стейни быстро, почти бегом, прошёл к самому кристаллу и опустил накопители на каменный пол рядом с ним. Достал нож из ножен на поясе, не раздумывая провёл острым лезвием по собственной ладони. Кровь потекла густой струйкой, начала капать на холодный каменный пол у его ног.

— Магия крови, — прошептал кто-то позади меня с плохо скрытым ужасом в голосе, и я почувствовал, как по спинам других пробежал такой же холодок.

Лейтенант опустился на колени и начал чертить прямо на полу, его окровавленные пальцы скользили по шершавому камню, оставляя за собой кровавые линии. Руны складывались одна за другой в какой-то сложный, многослойный узор, пентаграмму, которая постепенно, круг за кругом, окружала основание кристалла.

Накопители он расставлял в ключевых точках этой схемы, каждый ровно на пересечении кровавых линий. Леви молча передал ему тот самый бюрдук, и когда Стейни открыл его, оттуда потекла кровь, чья, я не знал и знать не хотел, которой лейтенант принялся щедро проливать каждую начертанную черту, усиливая ритуал.

Из Врат внезапно донёсся вой. Протяжный, злобный, полный такой первобытной ярости, что у меня мурашки побежали по коже.

— Приготовиться! — крикнул Рик, и мы все разом подняли оружие.

Первые проклятые начали вылезать из трещин. Наши старые знакомые, с которыми мы уже сражались внизу, они ползли к кристаллу, словно чувствуя, что там происходит что-то важное.

— Огонь! — скомандовал капрал, и его голос прозвучал как удар молота.

Залп арбалетов, громкими сухими щелчками прогремел в замкнутом пространстве зала, эхом отозвался от стен. Около десятка проклятых рухнули сразу, со стрелами в черепах и грудных клетках, но остальные даже не замедлились, перепрыгивали через тела своих, лезли дальше. Я перезарядил свой арбалет, прицелился получше, выстрелил снова. Попал прямо в череп одного из врагов, тот развалился на куски с сухим треском, но на его место уже лезли трое новых, и за ними ещё десяток.

Первая линия встретила врагов копьями. Алекс работал как безумный, его копьё мелькало в воздухе, пронзая, сшибая с ног, круша кости и плоть. Золотой свет в его глазах разгорелся ярче, намного ярче обычного, и я видел по его лицу, как он постепенно теряет себя в этом бою, как что-то дикое просыпается внутри. Стейни продолжал чертить, не обращая внимания на происходящее вокруг. Его лицо было серым от концентрации и потери крови, пот стекал по вискам крупными каплями, смешивался с кровью на руках, но его пальцы не дрожали ни секунды, выводили руны ровно и чётко.

— Лейтенант! — крикнул Леви, отбивая копьём очередную атаку скелета. — Их слишком много, о Бездна!

Проклятые прибывали волнами, одна за другой. Каждая новая волна была больше предыдущей, плотнее, агрессивнее. Первая линия начала прогибаться под их натиском, копейщики отступали шаг за шагом, хотя и сопротивлялись изо всех сил.

— Резерв, вперёд! — заорал Бейрен и бросился на помощь первой линии, его тяжёлый топор обрушился на голову мутанта, раскроив грудную клетку до самого живота. Тварь рухнула, но на её место сразу лезли новые.

Я продолжал стрелять на автомате. Перезаряжать арбалет. Целиться. Стрелять. Перезаряжать снова. Болты в колчане заканчивались быстрее, чем враги перед нами.

— Ещё! — прохрипел Стейни, не отрывая взгляда от своей пентаграммы. — Держитесь до приказа, слышите⁈

Один из новобранцев, худой парень из нашего отряда, упал с криком, проклятый вцепился ему в горло когтистыми лапами и начал рвать плоть. Марк добил эту тварь ударом копья сбоку, но парень уже захлёбывался собственной кровью, хрипел и дёргался. Двое ветеранов быстро потащили его тело назад, подальше от линии боя, но прорыв в строю уже образовался. Пятеро проклятых метнулись в эту брешь, прямиком к кристаллу и ритуалу.

— Стоп! Ко мне! — заорал Алекс и бросился наперерез этим тварям, его копьё пробило первого проклятого насквозь, прямо через грудь. Второго я успел сшиб болтом, попал в голову, повезло на таком расстоянии. Третьего и четвёртого встретили Леви и Бейрен, работая слаженно, как один организм. Но пятый проклятый прорвался почти к самым накопителям, его горящие глаза были устремлены прямо на кристалл.

Я отшвырнул арбалет в сторону, перехватил запасное копьё с земли, где оно валялось рядом с телом павшего, и бросился вперёд без раздумий. Проклятый обернулся на звук моих шагов, его горящие красным глаза уставились прямо на меня, и в них было что-то нечеловеческое, хищное. Я успел ударить копьём в живот этой твари, провернуть лезвие внутри, как учили. Тварь зашипела страшно, но не упала, её длинные когти метнулись к моему лицу, и я понял, что не успею отпрыгнуть.

Алекс настиг проклятого сзади в последний момент, пробил спину насквозь своим копьём. Тварь захрипела и наконец рухнула, я отпрыгнул в сторону, тяжело дыша, сердце колотилось в груди как бешеное.

— Готово! — вдруг выдохнул Стейни и поднялся на ноги, его руки были красными от крови по самые локти. Пентаграмма на полу светилась теперь ярким, пульсирующим светом, накопители вибрировали в унисон с огромным кристаллом. — Корвин, быстро ко мне!

Я подбежал, совершенно не понимая, что он от меня хочет, что я могу сделать в этой ситуации.

— Слушай меня внимательно и не перебивай, — лейтенант схватил меня за плечо мёртвой хваткой, его глаза впились в мои. — У тебя работает интуиция, я видел это внизу, в бою. Твой дар подскажет тебе, когда пора бежать отсюда. Когда почувствуешь, что нужно немедленно уходить, кричи. Громко, чтобы все услышали сквозь шум боя. Понял меня?

Я кивнул, сглатывая комок в горле. Вся его уверенность в успехе этого ритуала строится только на моей интуиции и этом проклятом Камне Бурь? Да нам конец! Опасность здесь идёт отовсюду, от каждой твари, как я смогу выделить отдельно опасность именно от взрыва накопителей! Нам всем кабздец!

— Да, лейтенант, я понял. Но это так не работает, это не то!

— Молчи и слушай своё нутро! Стой рядом со мной и слушай себя. Я начинаю качать этер прямо сейчас.

Стейни опустился обратно на колени перед кристаллом, приложил обе окровавленные ладони прямо к светящейся пентаграмме. Этер начал течь из него в эту магическую формацию, я почувствовал это физически, как волну давления. Руны загорались одна за другой, цепочкой, накопители начинали вибрировать всё сильнее и сильнее, издавая тонкий высокий звук.

Проклятые вокруг нас почувствовали это изменение в воздухе. Вой из Врат стал оглушительным, почти невыносимым, и вся орда хлынула в зал сплошной чёрной массой, как цунами из тел и когтей.

— Держим строй! — заорал Леви во весь голос. — Ни шагу назад, не отступаем!

Первая линия ещё держала удар. Копья ломались с треском, люди падали под ударами, но остальные сразу затыкали эти кровавые бреши, наступали на тела своих товарищей. Алекс был повсюду одновременно, его золотое свечение превратилось в настоящее сияние, ослепительное и одновременно жуткое, неестественное.

Камень Бурь на моей груди под одеждой стал обжигающе холодным, прямо сквозь ткань. Этер в зале сгущался с каждой секундой, давил на уши, на виски, становился почти физически ощутимым, как густой туман. Я чувствовал, как накопители нагреваются всё сильнее, как их внутренняя структура начинает мяться под давлением магии, как невидимая сеть, которую плетёт лейтенант, окружает кристалл всё плотнее.

И вдруг я понял одну простую вещь. Ещё рано. Слишком рано бежать. Если мы уйдём прямо сейчас, Стейни физически не успеет закончить ритуал. Но если задержимся хоть немного дольше, чем нужно…

— Сколько ещё времени⁈ — крикнул Леви, его голос был надтреснутым от физического усилия.

— Пять минут! — ответил лейтенант, даже не открывая глаз. — Максимум пять минут! Леви, мне нужна ещё кровь, быстро!

Пять минут. Это целая вечность в окружении бесконечной орды проклятых.

Наш строй трещал и разваливался на части. Ещё один новобранец упал с криком, за ним рухнул один из ветеранов. Сержант Бейрен успел вытащить погибшего бойца прямо из лап нескольких тварей, перенёс его тело прямо к лейтенанту, который даже не моргнув сделал глубокий надрез на шее мёртвого парня и начал сливать ещё тёплую кровь в свой ритуал.

— Сука! Да что он творит! — вырвалось у меня.

Бейрен получил сильный удар когтистой лапой в плечо, кровь брызнула, но он даже не остановился, продолжал драться одной рукой. Рик лишился своего копья, которое застряло в теле мутанта, схватил с земли чей-то топор и начал рубить направо и налево, как дровосек.

Я вернулся к своему арбалету, подобрал его и снова начал стрелять почти на автомате, не думая. Перезаряжать механизм. Целиться хоть куда-то. Стрелять. Не думать ни о чём, просто делать эти движения снова и снова. Камень Бурь на груди пульсировал всё сильнее и сильнее, точно в такт с биением моего сердца. Этер в воздухе сгущался до предела, становился плотным, как патока, вязким. Я чувствовал давление в ушах, в голове, во всём теле сразу, как будто меня медленно погружали на дно океана.

Ещё одна минута прошла. Потом вторая.

Алекс вдруг упал на колени, его копьё выпало из ослабевших рук и звякнуло о камень. Его глаза сияли теперь так ярко, что на них было больно смотреть напрямую, как на солнце. Марк быстро оттащил его назад за шкирку, сунул в руки новое копьё с земли.

— Держись, дружище! Вставай!

Алекс как-то поднялся, сильно покачнулся на ногах, но снова встал обратно в строй, хотя и держался еле-еле. Прошла ещё одна минута. Накопители вокруг кристалла начали трескаться, покрываться тонкой сеткой трещин. Руны на их металлических поверхностях светились теперь ослепительно ярко, этер рвался наружу тонкими струйками света. Сам огромный кристалл затрещал громко, по его граням побежали глубокие трещины.

И именно в этот момент я почувствовал то самое. Резкий укол где-то в самом затылке, холодок пробежал по всей спине. Интуиция завопила на всю мощь, как сирена тревоги.

— Бежим! — заорал я во всю глотку, изо всех сил. — Прямо сейчас! Все бежим, немедленно!

Стейни резко, рывком поднялся на ноги, кровь всё ещё хлестала из порезов на его ладонях.

— Отступаем! Все к выходу, быстро, не задерживайтесь!

Мы все разом бросились к туннелю, бросая позади себя тела мёртвых, кое-как таща с собой раненых на плечах. Проклятые ринулись следом за нами целой волной, но какая-то их часть вдруг метнулась обратно к кристаллу, инстинктивно почувствовав исходящую оттуда смертельную опасность.

Позади раздался оглушительный треск, который перешёл в рёв, весь зал позади залило ослепительным голубым светом, который догонял нас по туннелю.

— Быстрее! Бегите быстрее! — Стейни бежал теперь впереди всех, подталкивал в спины отстающих. — Быстрее, твою мать, не останавливайтесь!

Весь туннель внезапно качнулся, каменный пол ушёл из-под ног. Я упал лицом вниз, больно ударившись, покатился по склону вниз, судорожно схватился за какой-то выступ в стене. Алекс подтащил меня обратно наверх за руку, и мы снова побежали дальше, уже не разбирая дороги.

Позади что-то взорвалось с чудовищным грохотом. Ударная волна швырнула всех нас вперёд, как щепки, мы покатились беспорядочной кучей по камням, цеплялись друг за друга, пытаясь не разбиться.

А потом наступила тишина. Абсолютная, звенящая тишина.

Я лежал на холодном камне, тяжело дышал, пытаясь отдышаться, уши противно звенели после взрыва. Медленно, с трудом поднял голову и огляделся. Мы все лежали в одной из верхних пещер, почти у самого выхода наружу. Серый, тусклый свет Пустоши пробивался сквозь вход впереди, казался теперь почти приятным после той голубой мути.

— Все кто жив и не ранен, помогите тем кто не может подняться! — хрипло, севшим голосом спросил Стейни, с трудом поднимаясь на ноги и опираясь о стену.

Мы начали медленно подниматься, отряхиваться от пыли, считать оставшихся. Двадцать восемь человек. Мы потеряли больше двадцати людей внизу, в том зале.

— Выходим наружу, — скомандовал лейтенант. — Быстро, пока тут всё окончательно не обрушилось!

А разве это ещё не было концом? Хотел я задать этот вопрос вслух, но в этот самый момент мы выбрались на поверхность Пустоши, и земля под нашими ногами задрожала, сначала слабо, потом всё сильнее, а из глубины пещеры позади вырвался огромный столп яркого голубого света, который ударил прямо в серое небо.

И всё вокруг нас взорвалось.