Мастер Рун. Книга 4

Глава 17

Два часа пролетели слишком быстро.

Я закончил раздавать готовые рунные щиты, показывая каждому, куда лучше их крепить на новую броню. Для удобства, и того, чтобы поле щита работало логично, я прикрепил свой, как и раньше, чуть выше запястья, буквально приклеив пластину на клей и обмотав ее пропитанным всё тем же клеем бинтом. Парни внимательно слушали, кивали, проверяли крепления. Никто не шутил, не смеялся, что крепление не красиво смотрится на таких хороших доспехах. Все понимали, что оно может спасти жизнь.

— Корвин, — окликнул меня Гаррет, подходя со своим обычным быстрым шагом. — У меня для тебя новость. Хорошая, между прочим.

Я обернулся, вытирая руки о ткань.

— Какая новость? — спросил я, пытаясь не показывать, насколько я вымотался.

— Мы нашли накопители, — Гаррет усмехнулся, явно довольный собой. — Много накопителей. На десяток машин хватит, может больше.

Я замер, не сразу осознав, что услышал.

— Накопители? Рабочие?

— Именно, — кивнул разведчик. — Нашли небольшой склад на третьем этаже, за одной из запечатанных дверей. Там целый ящик этих штук.

Черт, а ведь это дело! Накопители меняли все, с ними летательный аппарат становился реальным инструментом, а не просто музейным экспонатом.

— Лейтенант разрешил их взять?

— Да он даже не в курсе. — отмахнулся разведчик. — Я по своей инициативе. В аппарат нужно две штуки, но вот насколько их хватит для нахождения в воздухе, мне непонятно.

— Можем только проверить на практике. — согласился я разглядывая целый ящик небольших цилиндрических накопителей серого цвета, отличающихся от тех, что использовал лейтенант формой.

— Десяток я возьму. — Я стянул рюкзак из-за спины, выкинул оттуда нахрен половину, в том числе и набор рунмастера и лишние камни, и закинул накопители, стараясь размещать их аккуратно. — Вот только как с ними драться в бою. Мы ведь на прорыв пойдем.

В итоге я взял только пару.

— Ну а вдруг передумает. — сказал Гаррет. — Если сможем уйти, то мы потом вдвоём сможем и вернутся и через дыру снова сюда залезть?

— Так себе план. — честно признался я. — Давай смотреть по обстоятельствам. Сейчас мы действительно не потянем крыло. Все руки нужны для боя. Лейтенант прав.

— Да знаю я. Это же… это свобода! Крылья как у птицы. — В глазах взрослого разведчика появилось доселе неведомое мне свечение. Да он просто запал на них, как не знаю кто. — Будем смотреть, пошли.

Мы вернулись на первый этаж, где уже собирался весь отряд. Семнадцать человек, выстроившихся у главных ворот. Леви выстраивал из нас боевую ударную группу.

— Первая линия — Алекс, Эрион, лейтенант, я. Вторая линия — Торн, Гаррет, Роб, Марк. Фарен, Оди на флангах. Арбалетчики позади, бьёте по задним рядам. Корвин, ты с арбалетчиками, прикрываешь отход, если что-то пойдёт не так. Бейте в башку, бездари! В башку, а не к хрен пойми куда!

— Наша задача проста — прорваться в открытую Пустошь, — продолжил лейтенант. — Там можем рассредоточиться, использовать скорость. Не ввязываемся в затяжной бой, не останавливаемся. Бежим, пока не оторвёмся от них. Понятно?

— Понятно! — хором ответили мы.

— Тогда по местам. Открываем ворота через минуту.

Мы заняли позиции. Я встал позади второй линии, рядом с ещё тремя бойцами с арбалетами. Зарядил болт, проверил механизм. Наконечник так же был запитан этером и нам предстояло узнать, как они будут работать против тварей.

Стейни подошёл к воротам, положил руку на массивный рычаг. Обернулся к нам, кивнул.

— Открываю, — сказал он и потянул рычаг вниз.

Механизм щёлкнул, и створки ворот медленно начали расходиться в стороны. Первые лучи рассветного света пробились в проём, и вместе с ними ворвался свежий воздух.

Проём расширялся, и я увидел их. Скелеты. Как минимум сотня тварей, выстроившись в коробку стояли буквально в полусотне метров от нас, прикрытые бронёй и щитам, и ощетинившись длинными копьями. Я пытался найти лучников, но либо их не было, либо, что хуже всего, твари засели на флангах, прикрывая своих.

— Держать строй! — крикнул Стейни, выставляя копьё вперёд. — Включить щиты!

— Мы все тут умрём!

Выйти далеко нам не дали. Нам даже шанса не дали. Стоило сделать десяток шагов от ворот, как вся толпа скелетов в едином слитном движении сначала мерно пошла нам на встречу, всё ускоряя шаг, до бега. И очень скоро даже я понял, что нужно отступать, они нас просто раздавят числом!

— Арбалеты! Бей!

Семь болтов, четко как на стрельбище вынесли семь туш впереди идущих щитоносцев, причем болты пробивали тварей насквозь вместе с доспехами, от чего часть рвущегося к нам отряда споткнулась, о валящиеся куски своих сородичей, а правый фланг вытянулся вперед. И именно в него тут же ударили лейтенант с Леви практически сразу используя неизвестные нам техники массового поражения.

Лейтенант как молния просто выскочил вперед на два шага и крутанувшись вокруг своей оси, превратил копье в нечто похожее на разряд молнии, ударившей в первую спешащую к нему тварь. Вслед за ней, разряд пошел дальше, выбивая как минимум десяток скелетов и разрушая их практически моментально, а уже внутрь отряда, еще не понявшего что происходит и как погибли более десятка тварей, ворвался Леви, огненным вихрем буквально разрубая отставшую тройку тварей и заходя в бок остальным.

— Бей!

Гаррет и Алекс, как и ветераны впрочем, применением таких мощных техник похвастаться не могли, но и слабаками они не были, левый фланг сцепился с скелетами, зажатыми скалами и истребительными ударами наших командиров, с другой стороны, не подкачали, и взяли щитоносцев легко, пробивая крепкие щиты и убивая держащих их тварей.

Началась настоящая жестокая рубка.

— Ещё! — заорал сержант, и мы снова перезарядили, выстрелили, заранее разбирая цели и прикрывая менее опытных товарищей по центру и снова выбили страйк, уничтожая очередную семерку тварей.

— Бросай арбалеты! — рявкнул Леви, когда расстояние до оставшихся скелетов сократилось до пары метров. — Копья в руки!

Как он, уничтожая окружающих его тварей умел еще и командовать, я не знаю, но мы моментально выполнили приказ.

Я швырнул арбалет на землю, выхватил копьё. Рядом со мной парни делали то же самое, и мы влились во вторую линию, подпирая спины первого ряда. Арбалеты свою работу сделали, теперь только ближний бой.

Скелет с мечом попытался пробиться к Торну сбоку, но я успел выставить копьё, вложил в удар этер. Наконечник вспыхнул тусклым свечением и пробил рёбра твари насквозь, словно это была мокрая бумага, а не кость. Тварь рассыпалась, не успев даже взмахнуть оружием.

— Работает! — выдохнул я, уже разворачиваясь к следующему противнику.

Мы дрались как звери. Копья Зари делали своё дело, превращая каждый удар в смертельный приговор. Скелеты сыпались десятками, их строй разваливался, а мы продолжали давить вперёд. Алекс ворвался в самую гущу, разя копьём направо и налево, и свечение уже не глаз, а казалось всего тела просто отпугивало тварей от него, заставляя сомневаться и отступать.

Лейтенант прекратил массовое уничтожение, видимо этера было потрачено слишком много и сейчас просто методично рубил их по мере поступления, ну Леви прикрывал фланг, и казалось, мы действительно прорвёмся.

Последний скелет из атакующего отряда рухнул под копьём Эриона. Мы стояли среди обломков костей и разбитых доспехов, тяжело дыша. Как минимум сотня тварей сейчас просто легла перед нами, не разменяв счет.

— Вперёд! — крикнул Стейни. — Бежим, пока не подтянули ещё!

Мы рванули вперёд, прочь от башни, туда, где начиналась открытая Пустошь. Ещё пятьдесят метров, и мы смогли бы рассредоточиться, использовать скорость.

Но не успели.

Со всех сторон раздался тонкий, противный свист, от которого захотелось пригнуться. Я обернулся и увидел, как справа, из-за скал, выдвинулась шеренга лучников. Два десятка костяных тварей с луками, нацеленными прямо на нас. С лева дела обстояли так же, кроме того, оттуда выходила очередная бронированная колонна.

— Щиты! — заорал я, поднимая руку с рунной пластиной.

Первый залп накрыл нас градом стрел. Я почувствовал, как рунный щит вспыхнул, отразил две стрелы, а третья пробила барьер и ударила в доспех на плече, отрикошетила. Броня выдержала, но удар был сильным, я чуть не потерял равновесие. Лучники скелетов стреляли гораздо лучше, чем проклятые.

Рядом завопил Оди, фланговый боец. Стрела пробила ему бедро, и он рухнул на колено. Марк бросился к нему, прикрыл своим щитом, но вторая волна стрел уже летела.

— Назад! — крикнул Стейни, видимо понимая, что без шансов. — Отходим к башне!

Мы попятились, прикрываясь щитами и доспехами. Лучники продолжали методично стрелять, не давая прорваться. Фарен попытался рвануть к ним, но три стрелы одновременно пробили его рунный щит, одна угодила в шею, между пластинами доспеха и шлемом. Он захрипел, упал лицом вниз и больше не поднялся.

— Бездна! — выругался Леви, подхватывая раненого Оди и таща его обратно к воротам.

Я помог Марку прикрывать отход, копьём отбивая ещё одну стрелу. Рунный щит мерцал, этер в нём заканчивался. Ещё пара попаданий, и он вырубится.

И тут я увидел его. Мы все увидели.

В толпе бегущих к нам скелетов выделялся настоящий монстр. Огромный, три метра ростом, с массивной костяной бронёй, покрывающей всё тело. Рогатый череп, пустые глазницы, горящие синим огнём. В руках двуручный клинок, настолько большой, что я не представлял, как вообще можно им махать. Это был командир. Демон-командир орды.

— К бездне, — прошептал кто-то рядом со мной. — Назад! Все назад!

— Арбалеты взять! — орал сержант, но было уже поздно, мы не успевали.

Демон рыкнул, и этот звук заставил дрожать стены башни. Скелеты вокруг него разошлись, освобождая путь, словно подчиняясь невысказанному приказу. Тварь двинулась вперёд, медленно, тяжело, каждый её шаг сотрясал землю.

Он нас один будет убивать.

— Я беру его на себя! — крикнул Стейни, выходя вперёд из второй линии.

— Лейтенант, нет! — попытался остановить его Леви, но Стейни уже шёл навстречу демону, отбрасывая копье и доставая меч, который он тоже поменял в башне.

Они сошлись посреди прохода. Демон взмахнул своим огромным клинком, и Стейни встретил удар своим. Металл звякнул о металл, искры полетели во все стороны. Лейтенант удержался, но его отбросило на шаг назад. Сила твари поистине была чудовищной.

Демон атаковал снова. Вертикальный удар сверху вниз, с такой силой, что камни под ногами треснули. Стейни увернулся, клинок прошёл мимо, врезался в землю. Лейтенант контратаковал, его меч вспыхнул этером, ударил в бок демона. Костяная броня не выдержала, но демон смог увернуться, отделавшись только сильной царапиной, на которую ему впрочем было плевать.

Тварь рыкнула, развернувшись и ударила горизонтально. Стейни попытался блокировать, но скорость твари была слишком высокой. Клинок прошёл сквозь защиту, пробил доспех Эгиды в области плеча. Лейтенант вскрикнул, кровь брызнула, он упал на колено.

— Лейтенант! — заорал Леви, бросаясь вперёд.

Но демон уже заносил клинок для финального удара. Я видел, как лезвие поднимается над головой Стейни, как лейтенант пытается подняться, но не может. Это конец.

Я не помню, как бросился вперёд. Просто вдруг оказался там, между демоном и Стейни, с Копьём Зари в руках. Закачал весь оставшийся этер в оружие, почувствовал, как руны вспыхивают ослепительным светом, как копьё становится продолжением моего тела.

Демон опустил клинок. Я ударил копьём в бок твари, туда, где Стейни оставил царапину. Наконечник пробил броню, ушёл вглубь, нашёл что-то мягкое внутри. Этер взорвался, разорвал плоть изнутри, и демон отшатнулся, рыча от боли и ярости.

Но цена была высокой. Весь мой этер ушёл в этот удар. Камень Бурь на груди стал ледяным, голова закружилась, ноги подкосились. Мы слишком зависим от этера и полное его исчезновение делает нас на несколько мгновений слабыми. Я упал на колени, копьё выпало из рук и мне оставалось только смотреть как лезвие клинка мчится ко мне, стараясь добить сначала помеху, а потом лейтенанта.

И тогда в бой вступил Алекс, я почувствовал это даже спиной.

Он влетел в демона со спины, пылая настолько ярко, что на него было больно смотреть. Золотой этер бурлил вокруг его тела видимыми потоками, словно вокруг него бушевал огненный шторм. Копьё Зари в его руках превратилось в молнию, каждый удар оставлял за собой след света.

Демон попытался развернуться, парировать, но Алекс был слишком быстр. Он наносил удары с нечеловеческой скоростью, каждый удар пробивал броню, оставлял глубокие раны. Тварь рычала, пыталась контратаковать, но Алекс уклонялся, словно танцевал на грани между жизнью и смертью.

Финальный удар был горизонтальным взмахом. Алекс вложил в него всю свою силу, весь свой этер, весь свой гнев. Копьё вспыхнуло золотым взрывом, прошло сквозь шею демона, словно сквозь масло. Рогатая голова отлетела в сторону, тело рухнуло на землю с глухим стуком.

— Смерть!

И над полем битвы воцарилась мгновенная тишина. Магическая связь, удерживающая орду, разорвалась. Скелеты вокруг замерли, словно кто-то вырубил их всех разом. Потом начали хаотично метаться, теряя координацию, натыкаясь друг на друга и ведя себя совершенно не так, как должны вести себя воины.

— Добивайте! — крикнул Леви, и наша линия ринулась вперёд.

Оставшаяся нежить пала за несколько минут. Без командира они были просто кучей костей, неспособной организовать оборону. Мы добили последних, отступили обратно к воротам.

Бой закончен.

Я лежал на земле, тяжело дыша, пытаясь прийти в себя. Голова кружилась, в глазах плясали чёрные пятна. Кто-то помог мне подняться — это был Гаррет, его лицо было серым от пыли и пота.

Глазами я нашел Алекса. Он стоял над телом демона, тяжело дыша, золотое свечение медленно угасало. Копьё Зари всё ещё было в его руках, и я видел, как дрожат пальцы, сжимающие древко.

Леви подошёл к нему, пытаясь что-то сказать, но парень зарычал и резко ударил копьем в сторону сержанта, поворачиваясь к нему в боевой стойке.

— Алекс! Мы свои! Алекс! Всё!

— Смерть! — проорал тот снова и попытался атаковать сержанта, но видимо силы для продолжения поединка у него закончились, и сержант при поддержке Марка и Эриона отбил у него копье и набросились на него толпой, пытаясь успокоить.

— Верёвку!

Гаррет метнулся к воротам, вернулся с мотком веревки, которую мы использовали для крепления снаряжения. Алекс продолжал рычать и вырываться, но трое здоровых мужиков держали его крепко, прижав к земле лицом вниз. Я видел, как золотое свечение вокруг его тела дрожит, вспыхивает короткими всплесками, словно пытается вырваться наружу, но этера уже не хватало даже на это.

— Держите его руки! — скомандовал Леви, обматывая запястья Алекса веревкой. — Крепче, бездари, он еще не пришел в себя!

Марк навалился всем весом на спину парня, Эрион придавил ноги. Алекс дергался, пытался укусить, его глаза горели тем же золотым огнем, что и во время боя с демоном, но взгляд был совершенно пустым, как будто смотрел сквозь нас всех.

— Что с ним? — спросил я, подходя ближе и чувствуя, как ноги всё ещё предательски дрожат. — Это из-за того, что он потратил слишком много этера?

— Да пошел ты с этером, — огрызнулся Леви, затягивая узел на руках Алекса и принимаясь за ноги. — Это боевое безумие. Редкая штука, но бывает. Парень перегорел, вот и всё. Сейчас он не отличает своих от чужих, ему просто нужно убивать. Видел я такое пару раз, обычно проходит через час, может два.

— А если не пройдет? — уточнил Марк, принимая еще один моток веревки.

— Тогда придется его вырубить покрепче, — буркнул сержант, заканчивая со связыванием. — Но пока просто держим связанным и подальше от оружия. Оттащите его в угол, к стене, пусть там остынет.

Марк и Эрион подхватили Алекса под руки и потащили к ближайшей стене башни. Парень продолжал рычать и дергаться, но веревки держали крепко. Я проводил их взглядом, чувствуя, как внутри всё сжимается от тревоги. Алекс спас нас всех, убил демона, когда никто другой не смог бы, и теперь лежал связанный, как какой-то преступник.

— А лейтенант? — спросил я, оборачиваясь к тому месту, где последний раз видел Стейни.

Торн и Роб уже подняли его и тащили к воротам, поддерживая под руки. Левый рукав доспеха Стейни был разорван, пропитан кровью, сквозь прорезь виднелась глубокая рана на плече. Лицо лейтенанта было бледным, глаза закрыты, голова безвольно свисала на грудь.

— Он жив? — крикнул Леви, бросаясь к ним.

— Жив, но без сознания, — ответил Торн, осторожно укладывая Стейни на землю у входа в башню. — Потерял много крови. Нужно остановить кровотечение, пока он совсем не истек.

Леви опустился на колени рядом с лейтенантом, начал быстро расстегивать ремни доспеха, стягивая пластины с раненого плеча.

— Корвин, тащи аптечку из моего рюкзака! Гаррет, помоги мне снять это дерьмо с него! Остальные, тащите раненых внутрь, быстро!

Я рванул к воротам, нашел рюкзак Леви среди кучи снаряжения, вытащил аптечку и вернулся обратно. Сержант уже снял верхнюю часть доспеха со Стейни, обнажив окровавленную рубашку под ней. Рана была глубокой, тянулась от плеча почти до локтя, кость, слава бездне, цела, но мышцы изрядно порезаны.

— Давай сюда, — Леви выхватил аптечку из моих рук, первым делом достал одно из зелий регенерации, которых мы тут в аптекарском складе нашли весьма приличное количество. — Держи его, если очнется и дернется, будет только хуже.

Я опустился рядом, положил руки на грудь Стейни, готовясь удерживать, но лейтенант даже не шевельнулся, когда Леви начал промывать рану лечебным заживляющим раствором. Кровь текла медленнее, но всё ещё текла, пропитывая землю под нами.

— Двоих убили, — ответил Гаррет, подходя с другой стороны. — Фарен и Кастер. Раненых двенадцать человек, считая лейтенанта. Оди с пробитым бедром, трое со стрелами в руках и ногах, остальные полегче, порезы да ушибы.

Двенадцать раненых из семнадцати человек. Больше половины отряда. И это после одного боя.

— Мы не выйдем сегодня, — сказал я вслух то, о чем все уже наверняка думали. — Раненых нужно перевязать, дать им отдохнуться. Да и лейтенанту нужно прийти в себя.

— Умник блин нашелся, — буркнул Леви, затягивая последний узел на бинтах. — Конечно не выйдем. Мы вообще хрен знает когда выйдем, если выйдем вообще. Тащите всех внутрь. Раненых первыми, потом снаряжение. И кто-нибудь притащите тела Фарена и Кастера, не оставим их тут гнить среди этих отбросов.

Началась суета. Марк с Эрионом вернулись от связанного Алекса и принялись помогать переносить раненых внутрь башни. Я подхватил Селеба из арбалетчиков со стрелой в плече, помог ему добраться до лестницы на второй этаж. Парень скулил сквозь зубы, но не жаловался, упорно переставлял ноги, опираясь на мое плечо.

На втором этаже мы устроили импровизированный лазарет в одной из комнат. Укладывали раненых на полу, подкладывая под головы свернутые плащи и рюкзаки. Леви ходил от одного к другому, проверяя раны, перевязывая, доставая из аптечки флакон за флаконом и заставляя пить.

— Оди, держись, парень, — бормотал сержант, промывая рану на бедре фланговика. — Стрела прошла навылет, кость не задела. Повезло тебе, бездарю. Недели через две будешь как новенький, только хромать немного станешь.

Оди застонал в ответ, но кивнул, стиснув зубы. Его лицо было мокрым от пота и бледным, как у покойника, но глаза еще горели, значит, жить будет.

Я вернулся вниз, помог Гаррету и Торну внести тела Фарена и второго погибшего. Мы положили их в отдельной комнате на первом этаже, накрыли плащами. Стоять рядом с ними было тяжело, тошнотворное чувство вины подкатывало к горлу. Они погибли, пока мы пытались прорваться. Погибли, потому что не смогли.

— Потом их похороним, — сказал Гаррет, глядя на накрытые тела. — Среди наших.

— Яма? — спросил Торн

— Я тебя в яму сброшу сейчас. — прорычал Гаррет. — Нет, наши парни упокоятся в земле и не будут с нами воевать после смерти. Никогда.

— Если выберемся, — поправил я, и разведчик метнул на меня тяжелый взгляд, но ничего не сказал.

Мы вернулись наверх. Леви закончил с ранеными и теперь сидел на ступеньках лестницы, опустив голову на руки. Впервые за всё время я видел, как сержант выглядит по-настоящему уставшим, словно весь груз ответственности за отряд вдруг навалился на него разом.

— Сержант, — окликнул я, подходя ближе. — Что теперь?

Сержант поднял голову, посмотрел на меня красными от усталости глазами.

— Теперь ждем, пока лейтенант очнется, — ответил он хрипло. — Он командир, ему решать, что дальше делать.

— А если не очнется? — спросил Гаррет, присаживаясь рядом.

— Тогда решать буду я, — Леви потер лицо руками, тяжело вздохнул. — И первое, что я решу, это дать всем отдохнуть. Мы вымотались, у нас дюжина раненых, один псих, который пытается убить всех подряд, и лейтенант при смерти. Нам нужно время.

— Сколько? — уточнил разведчик.

— Хрен его знает, — Леви пожал плечами. — День, два, может больше. Пока раненые хоть немного не восстановятся, мы никуда не пойдем. Как всегда, дрались мы пять минут, огребаем после этого несколько суток. Несправедливо. А пока… — он замолчал, глядя на меня. — Пока ты, Корвин, займешься тем, ради чего Гаррет нашел те накопители и даже спёр их со склада.

Я не сразу понял, о чем он.

— То есть…

— То есть иди и попробуй запустить это чертово крыло, — Леви усмехнулся, но в усмешке не было веселья. — Всё равно сегодня мы никуда не денемся. Раз уж застряли тут еще на какое-то время, давай хоть проверим, работает эта штука или нет. Если работает, может, оно нам пригодится. Если нет, ну что ж, хоть попытались.

Я уставился на сержанта, не веря своим ушам.

— Лейтенант же сказал…

— Лейтенант сейчас без сознания, а командую я, — оборвал меня Леви. — И я говорю тебе, иди и попробуй. Возьми с собой Гаррета, он знает, где эти накопители, и поможет тебе. Только не вздумайте взлететь и свалить без нас, ясно?

— Мы не…

— Да шучу я, расслабься, — Леви махнул рукой. — Идите уже, пока я не передумал. И если что-то пойдет не так, орите громче, мы прибежим.

Я переглянулся с Гарретом. Разведчик кивнул, поднимаясь на ноги.

— Пошли, Корвин, — сказал он, и в его глазах снова появилась искорка безумного интереса, выдающая чрезвычайно увлечённого человека. — Давай посмотрим, на что способны эти крылья.