Мастер Ядов

Глава 2

Закончив варить противоядие, я вылила его в кувшин и поспешила следом за принцем в императорскую ставку. Он смог провести меня незамеченной к самому шатру, отвлек охрану и ждал снаружи, пока я поила бредящего правителя и промывала его рану. После этого настал черед искусства Чжэнь-Дзю. Согласно меридианам я поставила в тело императора серебряные иглы, управляя процессами в отравленном теле. Сразу после этого дыхание правителя выровнялось, а напряженная складка между бровей разгладилась.

Зелье вливало в императора энергию Ци, а акупунктура помогла направить ее в точно определенной последовательности от органа к органу. Приложив два пальца к запястью правителя Цинь Шихуанди, я прислушивалась к его пульсу. Да, все идет так, как я и планировала. Молодец, Лин Фэй. Ты настоящий Мастер Ядов. Осталось оставить предписания касательно пищи правителя, ведь это тоже очень важно, иначе полезное зелье может обратиться еще более смертельным ядом. В свете дорогой свечи в золотом подсвечнике я обмакнула кисть в редкие заморские чернила и стала выводить иероглифы на плотной имперской бумаге. Через десять минут я со всем закончила.

Принц так же тайно меня проводил домой, тепло поблагодарив за то, что совершила невозможное. Именно в этот день я почувствовала, что занимаюсь тем, что мне предназначено небесами. В этом смысл моей судьбы.

Прокравшись в дом, я увидела, что отец все еще спит. Проверив тепло его тела и убедившись, что он идет на поправку, я пошла к себе и забылась чутким сном. Снилась мне женщина, которая говорила, что она моя мать. Она улыбалась и говорила, что гордится мной. Мне почему-то было совершенно безразлично это.

Утро началось с громкого стука в дверь. С вечера я уснула в верхнем платье, так что наскоро пригладив волосы, я поспешила на звук. Но дверь уже открыл отец. От придерживал рукой раненный бок и с удивлением слушал слова капитана имперской стражи.

— Тан Вэй Чжэн! Прими указ императора! — важно расправив плечи, скомандовал капитан, и отец опустился на колени, как велит обычай. Указ приравнивается к появлению императора, и воля его должна приниматься покорно и на коленях. — Достоинства лекаря Тана неоспоримы, а доблесть его равна его добродетельности и талантливости. За спасение жизни императора великой Цинь ему даруется звание императорского лекаря и надлежит прибыть во дворец не позднее чем через три месяца от сего дня. Конец указа.

— Тысяча… Лет… Жизни императору… — бледнея на глазах, слабым голосом ответил отец, принимая свиток с указом и кланяясь до пола.

А я? Про меня ничего не сказали? Я не еду во дворец, да? Получается, я остаюсь здесь одна… Когда стража ушла, отец привалился к стене, так и оставшись сидеть на полу. Я поспешила выйти к нему.

— И ничего страшного! Зато все живы! — бодро приговаривала я, помогая отцу подняться. — Смотрите, как все вышло, отец. Еще вчера вы прощались с жизнью, а сегодня едете работать во дворец к самому императору! Удача явно на вашей стороне.

— Нет! — очнувшись, в панике воскликнул отец, отшатнувшись от меня. Взгляд его был полон ужаса и непонимания. — Еще вчера я был уверен, что император не выживет! Как он мог поправиться?!

— Небеса на вашей стороне, отец. Это значит, что вы все сделали верно. — мягко ответила я, все-таки усаживая мнительного лекаря за стол и споро расставляя на нем вино, пироги, мясо и кашу.

— Я?! — потерянно вопрошал отец, подняв на меня полные непонимания глаза. — Я ничего не сделал, дочь. Ничего. Меня по ошибке наградили и потом могут казнить за это. Ведь это ложь императору! Практически государственная измена!

— С чего вы так решили? — пожала я плечами, наливая вино. — Вы его величество лечили? Лечили. Он поправился? Поправился. Неужели он сделал это самостоятельно и без вашей помощи, отец?

— Это… — озадаченно протянул отец, вняв моим доводам. Я мягко улыбнулась и положила ему на тарелку кусок жареной утки.

— Вы же лучше меня знаете, что определенное сочетание лекарств и пищи порой дает разные итоги. Судя по всему, то, что вы подобрали, было верным. И даже если вы не понимаете, как это произошло, то ваше чутье вас не обмануло. Все хорошо, отец. Вы справились. Мы выжили, а вы еще и повышение по службе получили. Это прекрасная новость, которую надо отметить! К тому же у вас будет возможность встретиться с дядей Тао Цзы. Он ведь теперь главный астролог императора. Наша семья определенно отмечена небесами достоинством…

— Погоди-погоди. — отставив вино в сторону, вдруг нахмурился он. — Я никуда не поеду. Я не оставлю тебя одну!

— Отец… — устало выдохнула я, опускаясь на лавку.

— Не оставлю! Так и знай! Здесь же больше нет родственников, ты не можешь жить одна. — упрямо свел брови лекарь, грохнув кулаком по столу. Я только сделала вдох, чтобы перейти на новый виток убеждений, как входная дверь тихо скрипнула, и на пороге появился… господин Сы Ли!

— Вэй Чжэн, ты слишком много споришь. Хочешь ослушаться приказа императора? — по-старчески скрипя голосом, улыбался торговец свитками. Прикрыв за собой дверь, он без приглашения прошел внутрь, тепло улыбнувшись мне.

— Сы Ли, это дело моей семьи! Кроме Лин-эр у меня никого нет, и я не могу оставить ее здесь одну. — непреклонно заявил отец, неодобрительно глядя на то, как я радостно улыбаюсь старику и усаживаю его за стол.

— Еще как можешь, Вэй. И оставишь. Если ты не поедешь, тебя казнят. И хорошо, если только тебя. Девочку по что обрекаешь на страшную гибель, глупец?

— Но как же…

— А я на что? — смешливо прищурив глаза, развел руками Сы Ли. — Неужто не присмотрю за одной синичкой? Чай не объест меня, да и по хозяйству споро помогает девочка. Настанет час и мужа ей подберу не хуже тебя. Или ты, пройдоха старый, считаешь, что я еще вполне себе молод и представляю опасность для твоей дочери?

— Ах ты старый пень, шутить надо мной вздумал?! — возмутился отец, тем не менее наливая гостю вина.

Я же стояла неподалеку, прижав ладони к груди, и радовалась, что добрый старец решил взять на себя заботу обо мне. Останься я здесь одна, и судьба моя была бы решена довольно скоро. Выкрали бы меня, да и отвезли в дом нежности. А так я буду под защитой. Еще и книги всегда рядом будут…

Этим днем мужчины до поздна вели беседы, обсуждая прошлое и будущее. Я же собирала вещи, которые могли пригодиться отцу, штопала одежду, укладывала редкие и нужные лекарства, положила тайно несколько книг, которые были из моих запасов. Чем дальше, тем больше я мрачнела. Кажется, я буду скучать.

В тот день я еще не знала, что вижу отца в последний раз. Он уехал на рассвете, забрав с собой телегу, коня и все вещи, что я ему передала. Сы Ли провожал его вместе со мной, благородно делая вид, что не видит, как я украдкой утираю слезы. А после у нас состоялся разговор в его доме.

— Тан Лин Фэй, где была твоя голова, когда ты тайком шла в шатер императора?! — прекратив старчески брюзжать, мощным голосом громыхнул торговец.

— Как… Как вы узнали?.. — обескураженно прошептала я, делая шаг назад.

— Так и я не дурак, как твой отец! — всплеснул он руками, расправляя плечи и становясь будто выше и сильнее. Теперь я бы не назвала его древним стариком. Пугающее зрелище, должна сказать. — Его знаний в жизни бы не хватило, чтобы справиться с тем ядом! Признавайся немедленно, где ты нашла рецепт!

— Господин Сы Ли… — неуверенно протянула я, отступая к двери и не сводя с него пристального взгляда.

— А нет, дай я сам угадаю. Ты для этого брала Книгу Легенд, да? А я-то старый дурак! Уверен же был, что ты не поймешь ничего. — недовольно скривился он, отворачиваясь от меня и подходя к столу, накрытому скатертью, которую тоже вышивала я.

— Вы знали, да? — прекратив отступление, вдруг поняла я. — Знали, что там написана не просто легенда. Мастер Ядов…

— Еще бы мне не знать, сам же и писал… — сокрушенно выдохнул он, наливая в стакан воду из кувшина и залпом выпивая ее. — Знаешь, было забавно наблюдать, как ты сама доказываешь мне же, что я не чушь написал про самого себя. Повеселила старика, синичка.

— Вы Мастер Ядов?! Легендарный Мастер Ядов?! — задохнулась я от восторга, подаваясь вперед. Только что передо мной ожила легенда, которой я годами грезила! Я поверила в это сразу, ни на миг не усомнившись. Потому что только это объясняло все, что я знала о старике!

— Да, тебе все равно никто не поверит. — усмехнулся Сы Ли, снова превращаясь в сгорбленного немощного старика. Невероятная метаморфоза.

— Пожалуйста! Научите меня! — бухнулась я на колени, молитвенно сложив ладони.

— А я по-твоему чем все это время занимался? — недовольно проворчал старик, тем не менее тепло на меня посмотрев. Подняв меня с пола, он уселся за стол и сложил перед собой жилистые руки. — Я за свой век многих людей встречал Лин Фэй. Очень многих. Некоторые из них также изучали искусство ядов. Но никто из них еще не собирался использовать это знание, чтобы спасать жизни другим. Помнишь, как в детстве ты спасла дочку гончара от укуса ядовитого жука?

— Да, вы как-то рассказывали нам сказку, где один мальчик спас другого, приложив к месту укуса измельченный стебель ядовитого растения. — кивнула я, припомнив тот случай.

— Спасая ту девочку, ты отравилась тем растением. Я помню, я лечил тебя. Но ты так и не пожалела о содеянном, радуясь, что смогла спасти жизнь. С тех пор я наблюдал за тобой. У тебя определенно есть способности, Лин Фэй. И тогда я стал учить тебя читать. Давал книги по травам, вот только книги те я написал сам, и знания эти неизвестны другим. Я всю жизнь собирал их и позже стал тебя учить. Ты уверена, что хочешь и дальше изучать яды?

— Уверена. — твердо ответила я без тени сомнений. — Вчера, когда я поняла, что на самом деле случилось с императором, у меня будто глаза открылись. Я хочу узнать больше.

— Что ж… Тогда с завтрашнего дня ты станешь ученицей Мастера Ядов, Тан Лин Фэй.

Планета Земля. Империя Цинь. 10 сентября, 210 год до нашей эры

Один год спустя…

— Это не подействует, Лин Фэй. — хмурил брови Сы Ли, глядя в мой котел.

— Подействует, учитель. — уверенно заявила я, помешивая мутный ядовитый отвар и внимательно следя за тем, как он постепенно меняет свой цвет. — С корнем женьшеня он востановит баланс Шен и согреет внутренности.

— Он их сварит! — воскликнул Мастер.

— А это будет зависеть от дозы. Одну каплю яда мы разведем в ведре воды и дадим ему выпить всего одну ложку. А через час дадим выпить настойку женьшеня. Вместе с иглоукалыванием это будет именно то действие, которое нам нужно.

— Ну надо же… — заинтересованно прицыкнул учитель, поняв мою задумку. Я довольно улыбнулась и сняла чан с огня.

— Только надо предупредить, чтобы в ближайший месяц он не жег дома ладан. — вспомнила я, окуная кончик кисточки в отвар. Осторожно, стараясь не попасть на себя, я уронила одну каплю яда в приготовленное ведро с водой и тщательно перемешала ее лучиной. — Готово. Можно давать.

— Ладно. Если что, мы его в лесу закопаем. — пробормотал Мастер, забирая у меня чашку с лекарством и уходя в лекарскую.

Так сложилось, что без лекаря в деревне стало туго жить, и тогда местные пришли ко мне, памятуя о том, как отец гонял меня за интерес к врачеванию. Я тогда отказалась помогать, хоть и хотела, но Сы Ли поддержал меня, согласившись переехать в мой дом и стать моим представителем. С тех пор о нас пошла молва далеко за пределы деревни и даже добралась до столицы. Отец полгода назад прислал письмо, в котором сначала очень ругался за мое самоуправство, а под конец написал, что очень мной гордится. Последний иероглиф был размазан каплей влаги, отец плакал, когда писал это. Разревелась и я, перечитывая мастеру мое письмо. Написать в ответ я не могла, никто бы не пронес письмо во дворец, но я верю, что отец знает, что я тоже очень им горжусь. За полгода он добился больших успехов и стал главой императорского лекарского бюро. Чего ему это стоило, история умалчивает, но думаю, он столкнулся с интригами и прочими дворцовыми забавами.

И вот прошел год с тех пор, как он уехал. Я очень надеялась, что император снова отправится объезжать страну и заедет в наши предместья. Возможно, он возьмет отца с собой, ведь он самый способный его врачеватель. Проводив взглядом учителя, я села за свитки, записывая все, что сегодня сделала. Настало то время, когда и я пишу книги о ядах, став настоящим Мастером.

Вдруг скрипнула створка окна и послышался шум. Я резко обернулась и не смогла сдержать счастливого смеха.

— Ваше высочество, вы теперь специально игнорируете двери? — весело спросила я, приседая в придворном поклоне. Сы Ли хорошо меня обучал, так же рассказывая об этикете и манерах. Давалось мне все легко, так что теперь я не опозорилась перед членом императорской семьи.

— Лин-эр! Ты еще больше похорошела! Скажи, ты тосковала по мне этот год? — протягивая бумажный сверток, широко улыбался мне принц. За этот год он еще больше возмужал, стал шире в плечах и выше. В прошлый раз, когда он оставил мне такой сверток, я нашла в нем серебрянную шпильку, которая сейчас украшает мои волосы. И, наверное, в этом жесте было больше надежды, чем я себе представляла.

— Вовсе нет, ваше высочество. С чего бы мне тосковать по сыну самого императора? Мы люди простые, на верха не заглядываемся. — весело прищурилась я и точно так же, как и год назад, пошла закрывать ставни окна, чтобы никто ничего не заметил.

— Мне это не нравится, Лин-эр. Как ты можешь не тосковать по мне, если я места себе не находил? — вручая мне подарок, укоризненно покачал головой Ху Хай. — Хорошо. Очень хорошо. Скоро ты обязательно изменишь свое мнение. Потому что мы поженимся.

Бумажный сверток выпал из моих рук, и из него на пол упала золотая шпилька с узорчатым фениксом, украшенная рубинами. Символ перерождения, символ замужней женщины, символ императрицы… К слову, император Цинь Шихуанди был единственным, кто имея многочисленный гарем, так и не назвал императрицу. И мне бы уже тогда почуять неладное, но… Непривычное странное чувство застило мой разум. О какой свадьбе идет речь? Он принц! А я простолюдинка. Нам никто не позволит стать семьей. Только император может взять в свой гарем любую женщину, не связанную помолвкой или браком с другим.

И тут-то и началось самое интересное.

— Лин-эр, присядь. Я должен кое-что тебе рассказать. — в миг помрачнев, тихо сказал Ху Хай. Я послушно опустилась на лавку, глядя на него во все глаза. — Кое-что произошло с твоим отцом.

— Что?! Отец?! Что с ним?! — вскочила я, едва не вцепившись принцу в воротник одеяния.

— Отец-император узнал, что это не лекарь его спас, а ты. Кто-то видел нас в ту ночь, твоего отца шантажировали, чтобы он убил императора, но то был непреклонен. Лин-эр, твоего отца казнили за ложь императору. Он отправился в чертоги предков.

Я рухнула на лавку как подкошенная. Подо мной словно бездна разверзлась, а душа ушла в нижние миры, оставив тело страдать от горя. Отец… Мой добрый отец… Как же так…

— И теперь император здесь. — продолжал говорить принц, но его слова с трудом до меня доходили. — Он ищет тебя, Лин-эр.

— Меня? — глухо переспросила я, а по моим щекам катились слезы.

— При всем своем величии отец-император верит в существование бессмертия. После твоего лечения он чудесным образом избавился от всех других болезней и уверовал, что ты сможешь создать для него эликсир бессмертия.

— Его не существует. — мертвым голосом ответила я, ощутив, как в миг осиротела.

— Придворный астролог подтвердил, что звезды указывают императору путь бессмертия, который для него проложит дева, что спасла ему жизнь. Если ты откажешься, он казнит тебя, Лин-эр. — тихо закончил принц, умолкая и позволяя мне осмыслить сказанное. Дядя Тао Цзы, что же ты наделал…

— Не могу сделать и не могу не сделать. Значит, пришел мой час встретиться с отцом. — сливаясь с шелестом ветра, прошептала я, роняя слезы на пыльную ткань платья.

— Нет. Не пришел. Выслушай меня. — решительно стал говорить Ху Хай. — Ты сваришь для императора эликсир. Самый сильный из всех, что когда-либо создавала. Вся империя знает, что ты величайший Мастер Ядов! Ты понимаешь, о чем я?

— Вы… хотите, чтобы я убила императора? — не веря собственным ушам, переспросила я.

— Он умрет, Лин-эр. Он так верит в бессмертие, что непременно выпьет то, что ты ему дашь. И тогда я займу трон. Когда я стану править империей, я смогу сам решать, кого брать в жены. Никто не посмеет указывать императору. Мы будем вместе, ты отомстишь за отца, у тебя будет все, что ты пожелаешь! Я принес самый сильный яд, какой только существует. Тебе просто нужно преподнести его императору. — блестя возбужденным взглядом, принц поставил передо мной на стол маленький стеклянный флакон. внутри плескалась жидкость сиреневого цвета. Мне знаком этот яд.

— Есть и сильнее… — не подумав, пробормотала я, но он услышал.

— Умница моя! Действительно, что это я? Пришел к Мастеру Ядов со своим ядом. Совсем поглупел, видимо. Я должен идти, скоро за тобой явится гонец императора. Не подведи, Лин-эр. — довольно зачастил он, быстро вылезая в окно.

Улыбнувшись мне на прощание, он ушел, а я горько заплакала. Отец…

— Синичка, не стоит плакать по ушедшим. Я помогу тебе смастерить поминальную табличку. — тяжело ступая, вошел в комнату учитель. — Ты правда решила отравить императора?

— Нет. Конечно, нет. — гнусавя забитым носом, тихо ответила я. — Мой отец пожертвовал жизнью ради нашего правителя. Да и я не убийца. В смерти отца виновата только я, поэтому если кого и поить ядом, то только меня.

— А как же Ин Ху Хай? Думаешь, я не видел, с каким придыханием ты вечерами рассматривала подаренную им шпильку? — разливая чай по глинянным чашкам, сел напротив Сы Ли.

— Я не склонна к фантазиям, учитель. — тихо вздохнула я, прижимая ладони к чашке и глядя на волнистую поверхность отвара. — К тому же у императора есть наследник, крон-принц Фусу. Не знаю, на что рассчитывает Ху Хай.

— И вот здесь начинается самое опасное, Лин Фэй. Мне известно, что император держит подле себя евнуха Чжао Гао и советника Ли Сы. И это не самые лучшие люди, которых я встречал на своем пути. Мягко говоря.

— Вы говорите, что против императора плетется заговор? — нахмурилась я, ощущая, как сгущаются тучи.

— И твой отец — первая жертва. Он должен был убить императора, но не стал. А так как он узнал о планах врагов правителя, то его не стали оставлять в живых. Мертвые хорошо хранят свои секреты, ученица. И теперь… Теперь об их планах узнала ты. Понимаешь?

— Дерево стало лодкой, учитель. — обреченно склонила я голову. — Что еще тут можно сделать?

— Эликсир.

— Что? — вскинулась я, в упор глядя в глаза Мастера.

— Ну не бессмертия, конечно, но тоже очень освежающе будет. — хохотнул Сы Ли.

До вечера мы провозились, готовя что-то жутко полезное и придумывая, куда поедем после всего. Нам однозначно нельзя оставаться в деревне, чтобы евнух и советник не убили нас, а так как Мастер был знатоком в путешествиях, он хорошо знал, что нужно делать. Когда отвар был готов, мы решили, что отправимся в горы Тянь-Шань, где расположена тайная резиденция Мастера Ядов. Вход в нее охраняет завеса яда, а внутри раскинулись поля с редчайшими ядовитыми травами и стоит добротный дом с обширной библиотекой. Там же мы решили и табличку отца поставить. После побега и спасения проведем поминальную церемонию. А еще потом возьму себе учеников из беспризорников. Замуж меня уже вряд ли кто возьмет, а так хоть в старости кто-то присмотрит. В час Собаки (19–21 час) в наш дом постучались. Учитель пошел открывать.

— Нам нужна Тан Лин Фэй! Прибыл указ императора! — гаркнул с порога знакомый капитан. Я без страха вышла из кухни и встала на колени, готовясь принять указ. — Тан Лин Фэй скрытная, коварная и не почтительна к предкам! Она в тайне от отца изменила лечение императора, введя того в заблуждение. Это преступление против императора, империи и Неба! Сим приказываю нечестивой девице явиться на аудиенцию и нести ответ! Конец указа.

— Слушаюсь. — тихо ответила я, принимая свиток с хвалебной одой моим умственным способностям.

Прихватив с собой склянку с нашим полезным эликсиром и пузырек с ядом от принца, я поспешила на выход. Стража дала мне всего две минуты на сборы, после чего отконвоировала к ставке императора. Знакомый лес, знакомая поляна, знакомый шатер. Будто и не было этого года, забравшего у меня жизнь единственного родного человека. Кажется, что вот сейчас я отогну полог шатра, а там отец проверяет пульс императора.

Но нет. Внутри за переносным столом сидел жуткий правитель огромной империи, а маленькую меня втолкнули в его шатер. Я встала перед императором и опустилась на колени, касаясь пола лбом.

— Десять тысяч лет жизни императору. — тихо сказала я, не смея подняться без разрешения.

— Это именно то, для чего я тебя позвал. Поднимись. — раскатистым басом приказал император. Я молча встала на ноги и посмотрела ему прямо в глаза. В обратную сторону река не течет… — Тан Лин Фэй… Дочь императорского лекаря… Знаменитый Мастер Ядов. Я наслышан о тебе, барышня. Ты не соблюдаешь наставления, не являешься благодетельной и достигла того возраста, когда уже должна была выйти замуж. Но вместо этого ты живешь с посторонним мужчиной и всем говоришь, что ты лекарь. Казнить тебя, что ли?

— Как будет угодно вашему величеству. — поклонилась я. Мы-то оба знаем, зачем он меня сюда позвал, но вдруг все пошло не так.

— Стража! — гаркнул он, от чего я вдруг вздрогнула. В шатер ворвались солдаты, а мне в шею уперся конец острого меча. Я подняла голову и закрыла глаза. Сейчас?

— Ваше величество? — вопросительно склонил голову капитан стражи, ожидая приказа, но тот медлил. Почему? Чего он ждет?

— И где слезы? Где мольбы о пощаде? Ты не боишься смерти, Тан Лин Фэй? — медленно проговаривая слова, спросил император. Я открыла глаза, и наши взгляды встретились. Я не боюсь, а вот ты…

— Отвечаю вашему величеству, слуга не смеет бояться. Приказ императора — воля Неба. Если сегодня слуга умрет, значит, на то была воля богов. — спокойно ответила я. Хорошо, что учитель меня сейчас не видит, иначе всыпал бы плетей за безрассудство и сказал, что это я так пытаюсь загладить вину перед отцом. И был бы прав тысячу раз.

— Выйдите. — сцепив ладони в замок, мрачно произнес Цинь Шихуанди. Солдаты быстро покинули шатер, оставляя нас с императором наедине. Он некоторое время сверлил меня пристальным взглядом, а после молвил: — В ту ночь, год назад… Что ты сделала?

Я не сразу ответила, продолжая смотреть ему в глаза. Зачем этот вопрос? Он ведь и так знает ответ.

— Отвечаю вашему величству, слуга приготовила лекарство, пробралась тайком в лагерь и вылечила вас. — в общих чертах призналась я.

— Как ты прошла через охрану? — вопрос вылетел, словно стрела, метя в слабое место моего рассказа.

— Слуге помогли… боги. Спасение императора — благая цель, ради которой можно пожертвовать жизнью.

— Кто тебя провел ко мне, Лин Фэй? — ни капли не поверив в божественное вмешательство, гулким голосом спросил правитель великой Цинь. — Говори правду, или я отдам тебя палачам, и ты все равно расскажешь правду.

— Слуга… подкупила стражника. Было очевидно, что отец не справляется, и тогда слуга решила вмешаться. Если бы ваше величество погиб в тот день, казнили бы весь род слуги. Поэтому…

— Если бы я умер, о вас и не вспомнили бы, а может и наградили тайно чем-то. — презрительно усмехнулся он. — Что на самом деле со мной случилось в тот день? Дело действительно в змее?

— Отвечаю вашему величеству, помимо яда змеи вы были отравлены еще тремя ядами. Тот укус просто маскировал остальные симптомы. Для вашего спасения пришлось применить сразу несколько практик и сварить особый яд, который обезвредил все остальные, а после был выведен серебром из тела.

— Кто тебе сказал, что нужно делать? Как ты поняла, что были другие яды? — подался он вперед, вперив в меня пристальный взгляд. Жуть какая.

— Тот стражник рассказал слуге о ваших симптомах. Сопоставив все, слуга пришла к выводу, что дело не только в змеином яде. Так как с малых лет слуга изучала искусство о ядах и противоядиях, то смогла составить тот рецепт, который помог именно вам. Пришлось учесть великое множество моментов и направить все потоки энергий в нужное русло.

— Ты с любым ядом смогла бы справиться? — прищурившись, подозрительно спросил он.

— Любой яд обратим. — уверенно ответила я любимой фразой Мастера, и мои слова в корне не вязались с постулатами традиционной медицины.

— Когда-то очень давно я уже слышал это изречение… — протянул император, задумчиво потирая бороду. — Был один Мастер… Неуловимый демон! Тан Лин Фэй. Я пощажу твою жалкую жизнь, если ты дашь мне то, чего я желаю.

— Чего же желает ваше величество? — медленно склонила я голову, уже зная, что услышу.

— Бессмертия.

Как? Как такой образованный человек может быть таким наивным? Неужели он еще не понял, что бессмертия не существует? Если бы оно было возможно, то где-то обязательно уже были бы люди, прожившие тысячи лет. Ну или сотни. Я едва смогла сдержать разочарованный вздох. Потянуть время? Или показать, что мне и так ведомы его желания? Нет, лучше сразу. Просунув ладонь в рукав, я достала маленький пузырек. Не тот, который с ядом принца, а тот, который мы приготовили с Мастером.

— Тогда это то, что вам нужно. — тихо ответила я, приблизившись к столу и поставив по центру склянку.

На долгую минуту в шатре установилась тишина. Правитель Цинь, как завороженный, смотрел на эликсир и не верил. Надеялся, но не верил. И все же надежда победила в сердце человека. Схватив пузырек со стола, он рваным движением откупорил пробку и поднес эликсир ко рту. Но не выпил. Замер, глядя на меня широко распахнутыми глазами, а потом протянул склянку мне.

— Сначала ты. — хриплым голосом сказал он, но мог бы и не говорить. Из его жеста и так понятно, о чем он подумал. Мастер яда, зелье — аналогию провести не сложно. Послушно приняв флакон, я сделала небольшой глоток, прикрыв рот рукавом. В склянке была тройная доза, я выпила одну. Так-то мне тоже не повредит этот эликсир, даже полезно будет.

— Слуга благодарит ваше величество за оказанную милость. — тихо улыбнулась я, глядя ему в глаза и протягивая ополовиненный флакон. — Здесь нет яда, можете не сомневаться.

И тогда он выхватил склянку из моих рук и залпом допил остатки эликсира. Шумно выдохнув, он прислушался к своим ощущениям и нахмурился.

— Я уже бессмертный? — настороженно спросил он.

— Ну, если ваше величество проткнут мечом, то вряд ли. А если речь идет о болезнях, то да. — я не стала уточнять, что что-то вроде чумы или ветрянки все равно попробует его убить при встрече, но просто буду надеяться, что это случится не в течение ближайшей недели. Мы с учителем как раз успеем сбежать из деревни.

— Я чувствую! Я чувствую, как мое тело наполняет сила! — воскликнул он, с неверием прислушиваясь к своим ощущениям. Тут да, есть такое дело. В составе эликсира было несколько бодрящих травок, но эффект кратковременный. Хватит как раз на то, чтобы повосторгаться и отпустить бедного Мастера Ядов с миром.

— Этот эликсир надо принимать в течение недели. Слуга принесет еще сейчас. — низко поклонившись, стала я пятиться к двери. Последнее уточнение было для того, чтобы меня не отблагодарили, даровав смерть.

Император сделал широкий жест рукой, все еще радуясь и не особо на меня глядя, и я поспешила этим воспользоваться. Не поворачиваясь к нему спиной, я покинула шатер и поспешила к границе лагеря. Возле самой кромки леса меня остановил принц.

— Лин-эр! Подожди! — подбежал он, загораживая мне дорогу. Я нервно осмотрелась по сторонам и хмуро посмотрела на него. — Ты сделала, что я сказал?

— Ваше высочество… кхм… — еще раз осмотревшись, прокашлялась я. Никого по близости не заметив, я достала из рукава второй флакон и протянула его принцу. — Вы меня неверно поняли. Я не убиваю людей.

Ин Ху Хай замер и пристально посмотрел мне в глаза, задержав дыхание. Ему потребовалось несколько мгновений тишины, чтобы осмыслить услышанное. А когда это произошло, его лицо побагровело от гнева.

— Я думал, ты меня любишь. — выдавил он, медленно протягивая руку и не глядя забирая флакон с ядом.

— Это никак не связано. — сделав шаг вперед, тихо попыталась я объясниться. — Все не так…

— Я думал, — перебил он меня, поднимая голову и высокомерно поджимая губы, — между нами особая связь. Уже сегодня мы могли бы быть вместе, отомстив тирану, убившему твоего отца. Избавили бы мир от жестокого правителя и получили империю. Я вознес бы тебя на вершину мира, Лин-эр. Жаль…

Он не дал мне сказать больше и слова в свою защиту. Сунув флакон в рукав, он стремительно прошел мимо меня, обдав на прощание презрительным взглядом и шлейфом незнакомых духов. Я все еще была в ступоре, но почему-то подумала, что раньше он использовал другой аромат. Или он мне запомнился другим?

Отмерев, я побрела в сторону деревни, где меня ждал учитель. Едва я показалась на пороге дома, он утянул меня внутрь, захлопывая за нами дверь, и схватил меня за плечи, разворачивая к себе и взволнованно вглядываясь в глаза.

— Лин Фэй, ты в порядке? Что они с тобой сделали? — осматривая меня на предмет ран и слез, нервно спросил Мастер.

— Все в порядке. — мертвым голосом ответила я, не делая попыток вырваться. — Я отдала императору эликсир, принцу яд. Надо приготовить еще несколько флаконов и отнести их его величеству. Собирайтесь, наставник. Нам пора уходить из деревни…

— Принц? Ты его видела? — еще сильнее запаниковал учитель. Я кивнула. — Как он себя вел? Что говорил?

— Он был зол и презрителен. Сказал, что разочарован. — послушно ответила я.

— Плохо. Очень плохо. — отпустив меня, стал метаться по комнате Мастер. — Похоже, мы сорвали им переворот. Наверняка за принцем стоят другие люди, у этого ребенка ума не хватило бы организовать захват власти самостоятельно. А это значит… О, нет… Нет-нет-нет… Тан Лин Фэй, хватай самое необходимое, что сможешь унести в руках! Быстро! Надо бежать сейчас!

— Но император… — недоуменно пробормотала я, тем не менее выполняя приказ и вытаскивая пустой мешок из-под лавки.

— Скорее всего уже мертв. Ты же вернула им яд. — раздосадованно пнул заклинивший сундук с травами Мастер, и тот послушно распахнулся. Вот она — сила убеждения. Я тоже ускорилась. В словах учителя было зерно смысла. — Беги в свою комнату! Одну смену вещей, монеты и сумку со снадобьями! Быстрее, Лин Фэй!

И я с мешком и выпученными глазами помчалась собирать, что велено было. Не глядя сунула в мешок платье, сгребла с сундука все шкатулки со своими сбережениями и скудными запасами украшений, подхватила дорожную лекарскую сумку с зельями первой необходимости и поспешила в лекарский зал, где сейчас гремел коробками учитель.

— Я готова. — коротко сказала я, стоя на пороге помещения.

— Я тоже. Взял, что мог, и еды запас. — запыхавшись, быстро подошел ко мне Мастер. — Все, нет времени, надо бежать.

И мы побежали. Выбежали из дома, поспешили к воротам через весь двор, и тут набежала стража, наставив на нас десятки копий.

— Тан Лин Фэй! — как гром в ясную ночь, раздался голос Ин Ху Хая. Важный, овеянный властью и грозной силой, принц прошествовал во двор, устремив на меня ничего не выражающий взгляд. — Ты обвиняешься в преступлении против великой Цинь! Схватить ее!

Стража оттолкнула Сы Ли, отчего старик упал на землю, ударившись боком. Два стражника скрутили мне руки за спину и поволокли прочь со двора. Но я не сказала ни слова. Глубоко внутри было такое ощущение, словно ледяной ком разрастается, поглощая и тело, и душу. Утешало то, что учителя они не убьют. А я… Я лишь устало прикрыла глаза. Скоро я встречусь с отцом.

Меня притащили в императорскую ставку. Я ожидала, что сейчас здесь будут везде развешаны белые траурные ленты, но нет. Большая часть солдат вообще с удивлением смотрела на разворачивающееся действо. А в чем конкретно меня обвиняют? Не похоже, что император умер. Я стала молча смотреть по сторонам, пытаясь понять происходящее. Нет, что-то здесь не так.

— В клетку ее. — сквозь зубы процедил принц, круто разворачиваясь и уходя в сторону алого шатра.

Стража без лишних церемоний оттащила меня на другой край лагеря, где паслись кони и стояли две большие клетки. Частые прутья толщиной с мое запястье были покрыты слоем то ли крови, то ли ржавчины, а низ был устлан крепкими досками и гнилой соломой. К клеткам были приделаны колеса, а это значит, что меня куда-то повезут. Стража швырнула меня в клетку, с громким лязгом замыкая замок, а я споткнулась и упала на пол, больно оцарапав ладони. Туда же на пол передо мной упала и серебрянная шпилька, выпавшая из волос.

Я минуту молча смотрела на нее, не отрывая взгляда, а потом запрокинула голову и громко рассмеялась. Мой заливистый смех разнесся по всему лагерю, заставляя солдат коситься и ежиться. В ответ со стороны деревни послышался лай собак, потревоженных моим безумием. В тот вечер мой голос, казалось, достих самих Небес, высекая искру молнии и пуская ее по темным облакам, укрывшим ставку.

С того дня со мной больше никто не разговаривал. На рассвете лагерь поднялся и двинулся в обратный путь. В столицу. Дорога эта заняла два месяца, но я уже на следующий день поняла, что император мертв. В центре нашей колонны ехала императорская повозка, правитель ее никогда не покидал, к нему регулярно заходили принц, советник и евнух, принося воинам новые приказы от его имени. А еще повозка та была окружена телегами с тухлой рыбой. Так я поняла, что они пытаются скрыть смерть императора.

Я совсем не разбираюсь в дворцовых интригах, но похоже, что Ин Ху Хай делает все это для того, чтобы застать врасплох наследного принца Фусу и не дать ему силой захватить трон. Но все еще не понятно, зачем меня везти так далеко. Императора я не убивала, о планах принца и так никому не рассказала бы и угрозы не представляла в принципе. За время пути к принцу несколько раз подходили советник с евнухом, что-то выговаривали ему, кося на меня настороженными взглядами, но Ху Хай каждый раз отрицателно качал головой. Похоже, не только я не понимала, что я здесь делаю.

До столицы оставался один дневной переход, когда вдруг ко мне подошел Ин Ху Хай. Мой внешний вид за два месяца пути мог вызвать только брезгливую гримасу, на которую не поскупился благородный господин в сверкающих золотых украшениях. Я сидела, согнув ноги в коленях и прислонившись спиной к ржавым прутьям, а в руках я все это время вращала подаренную им серебрянную шпильку. Принца же я не удостоила и взглядом, молчаливо созерцая звездное небо.

— Ты так спокойна, Лин-эр. — рассматривая меня словно редкое насекомое, мерзко протянул Ху Хай. — Не поняла еще, что в столице тебя ждет прилюдная казнь?

Я продолжала смотреть в небо, с истинным величием игнорируя непонятное поведение принца. Чего он добивается? Моих слез? Мольбы о пощаде? А зачем, если это не поможет? Или он рискнет своей жизнью и попробует выпустить меня из клетки? Сомневаюсь. А видеть его лицо у меня нет никакого желания. Пыль дорог, смешанная с конским навозом, и то прекраснее.

— Или ты тешишь себя мыслью, что скоро встретишься с отцом? Зря. Знаешь, ведь император не казнил его, я соврал тебе, Лин-эр. Скоро я займу трон, казню убийцу отца-императора, а твой отец будет счастливо мне служить. Правда же, забавно получается?

Я задержала дыхание, осмысливая сказанное им. Отец жив? Правда жив? О, Небо, какая хорошая новость! Я закрыла глаза, чтобы скрыть свое облегчение. Если в этом мире есть хоть капля справедливости, то я стану призраком после смерти и отомщу своему убийце! И, может, в следующей жизни я стану мужчиной, буду много путешествовать, изучать яды и никогда, клянусь, никогда больше не свяжусь ни с кем, кто будет принадлежать к правящим семьям, политикам или просто плохим людям! И Небеса мне будут свидетелями!

— И что? Тан Лин Фэй, ты даже не спросишь, за что я собираюсь тебя казнить? Нет? А я расскажу. Я казню тебя, Лин-эр, за то, что ты предала меня. Я собирался бросить мир к твоим ногам, а ты даже такой малости для меня отказалась сделать.

Вот оно как, значит… Меня убьют за то, что я отказалась убивать. Не знала, что любовь именно так выглядит. Какая насмешка, принц… Как Мастер Ядов я связана со смертью, но я не ее проводник. Здесь ты ошибся.

— Не молчи. Скажи хоть что-нибудь. — прекратив глумиться, глухо сказал он.

— Посмотри наверх, принц. Что ты видишь? — разлепив пересохшие губы, хрипло спросила я, отбросив официальный тон. Какие уж тут приличия? Мне второй день не дают даже воды.

— Звезды. — так же глухо ответил он, не понимая, к чему я веду.

— Ты видишь лишь звезды? — усмехнулась я, не отрывая взгляда от неба. — Крошечные светящиеся точки у себя над головой? Слепец… Я вижу солнца других миров, Ху Хай. Они озаряют иные земли, дарят свет другим людям. Что у тебя в груди, принц? Оно бьется, но это не сердце. Будда подарил пустой сад тысяче людей и сказал, что сердце — это не сердце. Мы не знаем, что это. И жизни мало, чтобы найти ответ на этот вопрос. И тогда будет дарована нам другая жизнь. Снова и снова, пока не узнаем мы ответ. Новое солнце озарит мою следующую жизнь, принц. И однажды я вернусь, чтобы расплатиться сполна с тобой за все. Моя смерть — это не конец. С нее все начнется.

— Ты совсем безумна. — прошептал он и, подарив мне на прощание лишь странный взгляд, ушел прочь.

Всю ночь я не сомкнула глаз, молчаливо созерцая движение звезд у себя над головой. Меня ждет смерть, но я чувствую, что это не конец. Что ждет меня там? Это я узнаю уже совсем скоро.

На рассвете мы снова двинулись в путь. Возле врат столицы нас встречала делегация во главе с наследным принцем Фусу. Ху Хай не стал даже с коня слезать, отдав короткий приказ своим солдатам схватить крон-принца. И его охрана была бессильна против нашего отряда. Теперь я поняла, для чего с нами ехала вторая клетка. Не особо церемонясь, наследника затолкнули в нее и повезли рядом со мной.

— Что здесь происходит?! Как вы смеете так со мной обращаться?! Ин Ху Хай! Брат! — вцепившись в грязные прутья, кричал Фусу.

Но до самого дворца ему никто не отвечал.

Советник Ли Сы собрал министров во дворце, где объявил о смерти императора. Также им было зачитано завещание покойного правителя, где было указано имя преемника. И это был совсем не Фусу. Да, используя печать императора, советник и евнух подделали последнюю волю Цинь Шихуанди, назначив наследником Ин Ху Хая. И под конец со всеми подробностями принцем была рассказана сказка для министров о том, как один коварный наследник нанял не менее коварную убийцу, и те вместе покусились на священное тело императора. И было это дело в столице, а не в предместьях моей родной деревни. Принц струился цветками лотоса (т. е. красиво говорил), когда рассказывал совету о моих многочисленных злодеяниях, перевирая все так искуссно, что стало ясно — он готовился. И готовился заранее. И в тени моих злодеяний стоял Фусу, умело направляя и коварно подстрекая вершить неправедные дела.

И вот этот час настал.

Нас привезли в Управление наказаний, выволокли из клеток и возвели на эшафот. Наследный принц кричал и вырывался, сыпал проклятиями и бранился, обещал страшную кару Ху Хаю, если тот немедленно не отпустит его, а я… Я шла молча, высоко вздернув подбородок и не проронив ни слова. Палач уже ждал нас, поигрывая устрашающего вида тесаком в руках. Не знаю, как называется это оружие, но у него широкое лезвие, слегка изогнутое на манер сабли. Что ж, могло быть и хуже.

— Принц Фусу жаден и нетерпелив! — раскрыв свиток, стал зачитывать приговор императорский советник Ли Сы. Рядом с ним стоял евнух и принц, оба с довольными лицами. — Он вступил в сговор с генералами, нанял убийц и пытался узурпировать трон. Его трусливый поступок приравнивается к государственной измене, его тело будет осквернено, а душа не найдет покоя после смерти! За свои злодеяния он приговаривается к смертной казни.

Зачитав свиток, советник опустил руки и спокойно посмотрел на палача. Двое солдат приволокли голосящего принца к плахе, ударили его по ногам, заставляя опуститься на колени, а палач одним мощным ударом оборвал его крик.

Тогда советник достал другой свиток, попроще и передал его принцу, странно на него посмотрев. что он хотел сказать этим взглядом, я так и не поняла, но тут мое внимание привлекла группа людей, заходящая во двор с дальних ворот. Для меня мир словно замер, когда я увидела отца, идущего в компании с другими мужами, одетыми в лекарские платья. Они спокойно переговаривались, лебезили перед отцом, иногда смеялись с его шуток. Наша толпа привлекла их внимание, и на краткий миг я встретилась взглядом с отцом, но тут же опустила взгляд. Сейчас я так выгляжу, что есть большой шанс, что он меня не узнает. Надеюсь.

— Тан Лин Фэй! — громогласно стал зачитывать принц, руша все надежды быть неузнанной. Я вскинула голову, услышав сдавленный крик вдалеке. Отец смотрел на меня расширившимися от ужаса глазами и был готов вот-вот побежать спасать свою нерадивую дочь. Я поймала его взгляд и едва заметно качнула головой, призывая его хранить спокойствие и не делать глупостей. Дворец — то место, где расстаться с жизнью проще простого, а сохранить ее сложнее, чем воду в решете. — Она зла и коварна! Поправ законы предков и империи, она изучала запрещенные книги, практиковалась в ремесле создания ядов и была в сговоре с Фусу! Она убила императора и приговаривается к смертной казни!

И теперь двое солдат повели к плахе уже меня. Тащить не пришлось, я сама пошла. С истинным величием я опустилась на колени перед плахой, посмотрела на белого как снег отца и сказала:

— Ин Ху Хай алчен и глуп. — на площадь тяжким покрывалом опустилась тишина, разнося мой звенящий негодованием голос по всей округе. — Евнух императора использовал его, чтобы убить правителя великой Цинь и подставить меня и принца Фусу. На трон взойдет жадный и недальновидный правитель, но править он будет не дольше трех лет. Убит он будет также в спину, как отец и брат его. Тогда начнется кровопролитная война, которая принесет империи новую династию. Но ни один пришедший после нас не сможет повторить величие императора Цинь Шихуанди и сохранить империю. Настало темное время.

Моя речь была окончена, а отец прижал ладони ко рту, останавливая отчаянный крик. Если повезет, никто не узнает о нашем родстве. Хотела бы я, чтобы он женился снова и завел еще детей. Принц сделал нервный жест рукой и палач занес свое оружие над моей головой.

Я думала, будет больно. Я думала, будет страшно. Но миг полнейшей темноты и тишины внезапно сменился все теми же звуками, что и раньше. Что случилось? Я выжила? Осторожно открыв глаза, я увидела, что стою все на том же месте, только… Только теперь меня никто не видит. Все смотрят на два тела, что лежали сейчас рядом друг с другом. Я… умерла? Я стала призраком?

Похоже, мое проклятие начало сбываться.

В этот год на трон взошел Ин Ху Хай. Получив власть, принц окончательно потерял человеческое лицо, убил советника Ли Сы, а через три года, как я и предрекала, был убит хитрым евнухом. Империя Цинь рухнула, престол достался новой династии после кровопролитной войны, но император Цинь Шихуанди так и остался в истории как величайший правитель Китая. Судьба тирана такова, что при его правлении страна процветает, но признания народа ему не получить. И если его место не займет такой же тиран, обладающий умом, талантом и жестокостью, век империи будет короток, ибо укрепляя страну, тиран обретает великое множество врагов. Так случилось и с нами.

После смерти я не отправилась на перерождение. Меня не встретила Госпожа забвения Мэнь По, что стирает память о прошлой жизни перед новым воплощением. Меня не встретили предки рода, приветствуя в своих рядах. Я так и осталась невидимым бесплотным призраком, обреченным безмолвно созерцать мир и недостижимую жизнь. Я могла все видеть и слышать, но не могла вдохнуть свежий воздух, коснуться земли и ощутить вкус вина. Десятилетия превратились для меня в бесконечный театр, где я была единственным зрителем.

На моих глазах евнух проявил чудеса смекалки и нанес решающий удар Ин Ху Хаю.

На моих глазах отошел в мир иной учитель и все, кого я знала.

Поколения сменяли друг друга, лишь я оставалась неизменна. Шли годы, десятилетия, века; я скиталась по миру в поисках врат в загробную жизнь или иных призраков, также застрявших в этом мире после смерти. В желании получить новую жизнь я старалась оказаться рядом с теми, кто готовился умереть. Я внимательно следила, когда наступал тот самый момент: душа отделялась от тела, на нее снисходил яркий столб света, после чего она исчезала. Я даже пыталась влететь в этот столб вместо того, кому он предназначался, но тщетно.

Мир забыл обо мне.

Так продолжалось полторы тысячи лет. Я была словно во сне, печально скитаясь по округам, а потом… Я проснулась.

И что? Пускай у меня больш нет тела, но я то есть! Вот она я! Тогда я стала не просто скитаться неприкаянным духом, но осознанно путешествовать. Я видела расцветы разных цивилизаций, учила другие языки, совершенствовалась в знании своего любимого дела, изучала яды других времен и народов.

Но с момента своей смерти я перестала взрослеть. Поняла я это только полторы тысячи лет спустя, осознав, что окружающий мир воспринимается точно так же, как и в мои двадцать лет. Поразительно, но обдумав это, я поняла, что душа взрослеет только принимая опыт земной жизни. А еще… Еще я вдруг осознала, что из памяти стерлись лица тех, кто раньше был мне дорог. Я не помнила милого сердцу лица отца, я не помнила строгий голос наставника, я не помнила темных глаз принца. Ничего. Лишь что-то внутри сжималось при мысли о том, через что нам всем пришлось пройти.

Однако одно осталось неизменно. Как и в день своей смерти, я все еще мечтала жить.

Больше всего на свете…

И однажды… это случилось!

Спустя почти две с половиной тысячи лет я тоже увидела яркий свет, озаривший все вокруг. Душу мою затопило ликование, а счастливый смех растворился в грохоте мощнейшего взрыва. Если бы у меня было тело, оно обязательно ощутило бы жар, и это было довольно странно. Я бесчисленное множество раз наблюдала процесс перехода души в иной мир по столбу света, но только у меня были такие масштабные… как это говорится… слово еще такое модное… А! Спецэффекты!

Свет поглотил меня, на миг перестали работать оставшиеся чувства, померкнув во тьме, а после…

Я сделала первый за долгое время глубокий вдох и распахнула глаза.