Мастер Ядов

Глава 5

Государство Лорас. Закрытый экспериментальный сектор ХЕН-18. Планета МКТ-4. Деревня Исенка. 5218 год после объединения

Сорок восемь часов до прибытия имперского эсминца…

Проснулась я за час до рассвета от странного шума за окном. Объятия сна очень неохотно меня отпускали, хотелось неделю наслаждаться этим бесценным удовольствием, прерываясь лишь на еду и гигиену. Но, видимо, не судьба. Стянув шерстяное покрывало с головы, я стала сонно осматриваться по сторонам. Что случилось?

— Кажется, народ пришел ведьму линчевать. — весело отозвалась Тан, тряхнув черными прядями.

— Да с чего бы. — тихо проворчала я, принимая сидячее положение. Потерев лицо ладонями и шумно вдохнув, я решительно сунула ноги в ботинки и подошла к окну. — У них явно началось какое-то мероприятие, но они не выглядят злыми и недовольными.

А во дворе дома старосты и дальше по улице было настоящее столпотворение. Мужчины, женщины, старики и дети — все пришли и чего-то ждали. Я незаметно усмехнулась, кажется, я знаю, в чем дело. Быстро же вести по деревне разносятся. Но не думала, что здесь проживает так много людей. Что ж, видимо, трое друзей старосты успели многим рассказать обо мне.

— Тан Лин Фэй, это просто возмутительно! — резко открыв дверь, с порога стал орать Митрон. — Иди и скажи им, что здесь ты принимать больных не будешь! Они… Они не слушают меня! Это ж где такое видано?! Староста я аль не староста?

— Доброй ночи, господин Митрон. — с вежливой улыбкой поздоровалась я. Вся эта ситуация несколько забавляла меня, чего нельзя было сказать о почетном главе деревни. — Так это все пациенты? Не думала, что в вашей деревне столько больных людей.

— А то как же! Больные они! — всплеснул руками рассерженный мужчина, хмуря кустистые брови. — Почитай половина пришла выпрашивать амулеты на удачу. Знаю я их, бездельников этих.

— Амулеты? — удивилась я. — А… кхм… а что это за амулеты такие?

— О, горе мне! — услышав мои слова, схватился за голову староста и выбежал из помещения.

— Зачем же так нервничать? — покачала я головой, а потом с сомненьем посмотрела в окно. — Вроде взрослые люди, а все туда же… Ладно, что-то придумаем. Идем.

И пусть Тан не существовала, но это не мешает мне воспринимать ее как отдельную личность. Аккуратно сложив выданные женой старосты постельные принадлежности, я вышла в другую комнату и… вылезла в окно. Так сложилось, что колодец с водой у Митрона имеется на заднем дворе, о чем мне еще вчера и рассказала та самая жена, а являться пред честным народом с лицом помятым и неумытым было бы не очень вежливо.

Небо уже начало светлеть, поэтому во дворе я быстро смогла сориентироватся и найти колодец. Прокрутив ворот, достала ведро воды и выплеснула его в чашу, стоящую здесь как раз для помывочных целей. Через десять минут я уже была готова нести в мир доброту и понимание. Надеюсь, нас поймут. Едва я снова проникла в дом и вышла на порог, все взгляды тут же устремились на меня, а по толпе пошла волна перешептываний. К слову, перешептывания были не особо тихими.

— Ведьма!

— Смотрите, ведьмочка!

— Ведьма пришла!

— Ой, какая хорошенькая.

— А не маловата она для ведьмы? Уж больно молодо выглядит.

— А мне нравится! Ай, ты чего?!

Последнее было сказано каким-то молодым господином, но на его беду позади стоял мой знакомый кузнец Вереней. Он то и опустил болтуну свой пудовый кулак прямо на макушку. Господин даже просел немного, так весом был аргумент местного умельца. Я благодарно улыбнулась защитнику и сделала шаг вперед привлекая к себе внимание жителей деревни.

Пришло время кое-что разъяснить.

Вот она — минута славы! Лучезарно улыбнувшись всем присутствующим и разведя руки в стороны, будто собралась благословить свою паству, я начала речь.

— Уважаемые жители и, судя по вон той пробке из телег, гости нашей прославленной деревни! Мы сердечно благодарны всем, кто решил посетить нас в этот ранний час. Вы проделали долгий путь, это достойно уважения. Ответствуйте, есть ли среди вас те, кто пришел за амулетами на удачу?

Позади надрывно закашлялась Тан, хрипя: "ты что вытворяешь?!", а я была сама невозмутимость. Продолжая источать умиротворение и дружелюбность, я с материнским умилением наблюдала, как большая часть этой толпы подняла вверх руки. И это хорошо, ведь они не больны.

— Я бы так не сказала. — тут же сообщила мне темная магия, а я улыбнулась еще теплее. Ничего ты не понимаешь, маленькое зло.

— Прекрасно! Благодарю всех откликнувшихся. — наконец сказала я. — Слушайте же, что я скажу вам. Амулеты — это прошлый век. Сейчас наделить вас удачей стало возможно лишь произнеся короткое, но очень сильное заклинание. И я сделаю это для вас! Вы готовы?

— Дааа!!! — воодушевленно закричали люди.

— Ыыы… — провыла Тан.

— Дирижабль!!! — громогласно объявила я.

— Ооо!!! — забились в экстазе самые впечатлительные барышни, ощущая, как сила удачи наполняет их существо.

— У тебя кукуха съехала. — мрачно сообщила мне магия Хаоса.

— На этом все. — перейдя на деловой тон, спокойно сказала я. — Прием пациентов начнется после обеда. Все желающие могут приходить ко мне в Заколдованный лес. Благодарю за внимание.

Вот так объявив себя хозяйкой самого загадочного места в округе, я вернулась обратно в дом, поблагодарила семью старосты за приют и ушла. Рассвет уже золотил верхушки деревьев, вовсю распевались птицы, мое настроение поднялось до заоблачных высот, а Тан решила сцедить яд.

— Скажи мне, странная девочка, как именно твой мозг построил ассоциацию между удачей и дирижаблем? Я, даже используя весь свой немалый умственный потенциал, не могу представить себе, что может связывать эти два понятия!

— Ты когда-нибудь видела дирижабль? — с наслаждением вдыхая свежий рассветный воздух, шла я на окраину деревни. Туда, где виднелись кроны загадочного леса. — Это же удивительно. У него нет крыльев, но он летает! Когда я была жива, его еще не придумали, а когда воскресла, его уже не использовали. Страшная несправедливость. Поэтому я считаю, что тем, кто летал на этом удивительном приспособлении, страшно повезло. Вот такая нехитрая связь у дирижабля с удачей.

— Но почему именно дирижабль?! — возопила брюнетка, хватаясь за голову руками. — Почему не эсминец или дредноут?! Почему не дельтаплан в конце концов?!

— Дельтаплан не так удивителен, а эсминец и дредноут я никогда не видела. Но если однажды мне доведется на них полетать, то это тоже будет удачей. — легко ответила я, но маленькая тьма все равно не была довольна. Однако меня это больше не волновало, потому что это создание никогда не бывает довольно.

— Как тебе может довестись на них полетать, если ты загремела в самый конец географии? Единственный летательный аппарат на всю планету тот, на котором разбилась Милайла, и лежит он в том лесу полностью непригодный для полетов. — ворчала Тан.

Ну и кто тут бабка после этого? Ворчит и ворчит. Нет, так дело не пойдет.

— Ты сильно недооцениваешь силу судьбы. Если я за свою жизнь что и поняла, так это то, что возможности есть всегда. Надо лишь дождаться их. Я вот тоже думала, что больше никогда не буду живой. А теперь посмотри на меня? Я дышу, хожу, с людьми общаюсь. Это ли не чудо?

— Кстати о людях. Почему ты им не сказала, что ты не ведьма? Зачем устроила этот цирк с благословением? — вдруг поинтересовалась она.

— Господин Митрон уже пытался им все объяснить. И что? — вопросительно вскинула я бровь. — Никто не послушал его. Я не люблю идти по сложному пути, Тан. Обдумав ситуацию, я пришла к такому решению. Чем бороться с людскими предрассудками, лучше обуздать их. Удача — сильно относительное понятие. Эти люди могут ходить и дышать, а значит, им уже сильно повезло, но они еще об этом не знают. Кто-то может об этом только мечтать. И опять-таки мы возвращаемся к тому, что все зависит от точки зрения. Сейчас эти люди получили мое благословение удачей, их точка зрения немного сместится в сторону, и они смогут увидеть везение там, где раньше его не замечали. Итог? Я сказала всего одно простое слово, а ситуация мгновенно была взята под контроль. Вот такие преимущества у простого пути, Тан. И не надо ничего усложнять.

— Ну, если это просто, то я дельфин. — насупилась она, но градус хаотического негодования сильно упал. — Получается, ты не брехло, а благодетельница?

— Получается, что так. — беззаботно пожала я плечами.

А мы тем временем пришли. Дома остались позади, пред нами простирался величественный лес, деревья которого приветственно зашумели, встречая меня. Как же здесь хорошо… Мягко ступая по устланной опавшей листвой земле, я некоторое время бездумно бродила среди деревьев. Как же быть? Где мне найти свой дом?

Природа услышала мои мысли, и мир вспыхнул тысячами светящихся иероглифов. Они витали в воздухе, источая яркий зеленый свет, оседали на листьях, деревьях и кустах. Я, словно завороженная, смотрела на это волшебство, а лес со мной разговаривал. Кажется, мне хотят предложить помощь.

— Хорошо. — тепло улыбнулась я природе. — Можно попробовать.

Опустившись вниз, я зарылась пальцами в мягкую землю и стала делать то, о чем говорили деревья. От меня требовалось только начать представлять свой дом, а дальше мне помогут. И я начала представлять. Светлые стены, обилие полок, высокий потолок. Целых два этажа! Удобная широкая лестница, возвышенность под ложе, просторная кухня и потайная дверь. Я полностью ушла в свои мечты об идеальном домике, а когда открыла глаза, он стоял передо мной. Огромное дерево, которого здесь раньше не было, возвышалось до фантастических высот! Его ширина заставляла трепетать от восхищения, и оно это знало. Изумрудная листва смотрелась настоящей драгоценностью в золотой оправе на фоне осеннего леса. Это для меня? Все это ради меня? Я… Я благодарна…

— Ты еще разревись мне тут. — возмутилась Тан, закрывая мне весь вид своим недовольством. — Поднимайся давай, там вон дверь открылась. Пошли посмотрим, что ты в итоге наколдовала.

И мы пошли. В Царь-дереве действительно была дверь и окна, комнаты с высоким потолком и широкая лестница, просторная кухня и потайная дверь. Все было. Кроме мебели, соответственно.

Остаток времени до обеда я занималась тем, что носила с речки булыжники и выкладывала возле дома место под очаг, плела подстилки из молодой травы, которую сама же и выращивала, наколдовала три деревянных сундука, в один из которых собиралась складывать одежду, когда она у меня появится, наколдовала несколько столов и скамеек и вообще забыла про то, что скоро ко мне должны прийти пациенты.

Но они обо мне не забыли.

— Ооо! Смотрите, что за чудо-древо! И правда ведьма! Ведьма Заколдованного леса! — раздались восхищенные возгласы снаружи.

Тогда я еще не знала, что именно в этот момент все началось. Из никому неизвестной чужеземки я превратилась в Ведьму Заколдованного леса, весть о которой очень быстро распространилась далеко за пределы деревни. Достаточно далеко, чтобы об этом узнали те, кто не должен был.

И вот этот час настал. Ощущая небывалый эмоциональный подъем, я вышла на порог своего нового жилища и увидела своих первых пациентов. Что ж, время начать прием!

— Первый пациент может войти. Прошу. — глядя на стоящую ближе всех женщину, лучезарно улыбнулась я.

Посторонившись, я пропустила несчастную внутрь, профессионально отмечая нездоровый цвет ее кожи, темные круги под глазами и тяжелую походку. Относительно других жителей деревни она была одета довольно бедно и неряшливо. Усадив ее на деревянную кушетку, я придвинула стул и села напротив. Прежде чем она начала жаловаться, я задала интересующий меня вопрос:

— Почему вы не уйдете от мужа? В нашей стране нет никаких запретов на разводы, но вы продолжаете терпеть. Вам некуда пойти?

— К-как ты… С чего ты… — с удивлением и отчаянием вскинулась несчастная, и теперь я еще лучше видела кровоподтеки на ее шее. Разные миры, разные времена, а люди одни и те же. И беды их не отличаются разнообразием.

— Травмы по всему телу, из-за чего вам сложно ходить. Синяки под глазами от проблем со сном. Бледная кожа от проблем с питанием. Худая одежда от презрения к себе. У вас дети есть? Им приятно видеть вас в таким состоянии? А родители? Друзья? Большинство женщин не занимаются зарабатыванием денег, сосредоточившись на доме и семье, но ваши руки твердят о тяжелой работе в полях. И это удивительно, потому что на вашем лице я вижу следы былой красоты. Вряд ли вы быстро смирились с такой участью… Похоже, что выхода-то у вас и не осталось.

Уже на середине моей речи женщина сгорбилась, закрыла лицо руками и горько расплакалась. Чем больше я говорила, тем сильнее ее сотрясали рыдания. Домашнее насилие нигде не редкость, однако выход из него есть один единственный:

— Если хотите жить, — тихо сказала я, медленно проведя ладонью по несчастной голове, попутно отмечая на ней несколько шишек, — возвращайтесь домой, дождитесь, когда супруг уйдет, соберите вещи и уходите. Я могу вас вылечить, но спасти не смогу. Вам нужен муж, а детям отец. Не тюремщик и палач, а мужчина.

— Нет… Нет детей… — с трудом выдавила сквозь рыдания женщина, а я тепло ей улыбнулась.

— Тем более. С детьми уходить сложнее. У вас есть еще родственники?

— Отец… Но муж… Он не даст мне развооод. — пуще прежнего разрыдалась дама.

Так, а что я знаю про местные свадьбы? Документы и дипломы у меня здесь никто не спросил, все на слово поверили. Это значит браки регистрируются иначе. Как? Уж не сановники ли этим занимаются? В принципе… звучит логично.

— Не печальтесь. Есть у меня знакомый храмовник… Думаю, я смогу с ним договориться. — мягко ответила я, имея ввиду, конечно же, господина Латко.

— Правда? — на миг прекратив рыдать, с дичайшей надеждой спросила женщина. Я тепло ей улыбнулась и кивнула, после чего она схватила мою руку и начала рыдать уже на нее, но от счастья.

— Кажется, я начинаю понимать, почему он ее мутузил. — недовольно проворчала рядом темная магия. Ей вообще не нравятся люди, тем более плачущие. Милая Тан, когда ты лекарь, готовься видеть реки слез. Без них тут редко обходится.

Заставив пациентку сжевать несколько листков успокаивающих травок и перевязав ее повреждения повязками с заживляющими растениями, нам с трудом удалось ее проводить на выход. На нее одну только ушел целый час, а за порогом продолжала собираться очередь. По-хорошему, мне бы взять неделю на подготовку: надо сделать заготовки трав, выжимки, отвары, настои и пилюли, приготовить и собрать сумку для срочных вызовов. А пока только и остается что скармливать листья людям. А еще нужны чернила и бумага для записей и рецептов, утварь для приготовления лекарства… Кажется, дел у меня многовато.

И чтобы не выглядеть странно, я выслушала жалобы еще четверых пациентов, запомнила их имена и симптомы, так как записать было некуда, определила их как несрочных и с чистой совестью объявила о конце приема на сегодня. Люди в очереди расстроились, но отнеслись с пониманием, что меня несколько озадачило. Я ожидала более бурной негативной реакции. Странно. Ответ нашелся почти сразу, я услышала обрывок разговора двух барышень, что ждали своей очереди под окном:

— Споро работает новая ведьма, да? Старая, помнится, одного в неделю лечила, а тут пятеро за день. Эдак и до нас скоро очередь дойдет. Ох, быстрее бы, а то срок уже поджимает.

— Это о каком сроке у них речь? — удивленно высунулась в окно темная магия, но я ничего ей не ответила, лишь проводила парочку девушек мрачным взглядом. Кажется, воскреснув, я начала ценить любую жизнь еще больше.

— Не важно, до них очередь в ближайшие полгода точно не дойдет. Собирайся, мы идем в город. Время совершать покупки. — хлопнула я в ладоши, захлопывая все ставни в Царь-дереве.

— Какие покупки, когда мы без денег?

— Ты удивишься, какие привилегии порой приносит лекарское дело. — весело улыбнулась я, выходя из жилища.

Стоило мне отойти от дома, как окна и двери тут же заплело лозой, прочно маскируя все входы и выходы. Прекрасная охранная система! Приятно быть магом. Покинув лес, мы перешли черту деревни и неспешно побрели по улицам. Я внимательно осматривалась по сторонам, выискивая пристанища ремесленников, а так же хворых, сирых и убогих.

— А мы идем, мы идем… — напевала магия Хаоса, словив отличное настроение по неведомой причине. — Причинять лечение и наносить добро. Прам-пам-пам.

— Отличный слоган. Но не про нас. Мы профессионалы, Тан. — с гордостью ответила я, задирая подбородок и озаряя мир лучезарной улыбкой. — Кстати, я все хотела спросить, но как-то времени не было. Что было бы, если бы мы были с тобой едины? Я это к тому, что… Возможности моей магии довольно обширны, а ты как-то обмолвилась, что из-за разделения я и половины силы не получила. И теперь мне просто любопытно, куда уж больше?

— О, ты даже представить себе не можешь, какую силу дарит Хаос. — самодовольно протянула Тан, довольная тем, что затронула эту тему. — Смотри, сейчас ты вынуждена держаться в рамках закона, установленного мирозданием. Ты не сможешь сделать с природой ничего из того, что этим законам противоречит. А еще… Масштабы твоего влияния сильно урезаны. Вот сейчас ты как далеко можешь приказывать растениям? С теми, что находятся в другой деревне сможешь договориться отсюда?

Я ненадолго задумалась, прислушиваясь к себе. Что ж, я вынуждена признать, что для влияния мне надо видеть растения или находиться недалеко от них.

— Вооот. — поучительно протянула темная магия. — А со мной ты бы получила власть над всеми растениями на планете безо всяких ограничений. И они были бы вынуждены делать все, даже невозможное, на что у тебя хватило бы фантазии.

Я перевела взгляд на кучные белые облака, лениво плывущие по голубому небосводу, и попыталась себе представить это. Представить, что в моей власти вся планета, а не только область рядом со мной. И у меня не получилось. Даже представить себе не могу, как подобное можно осуществить. Наверное, для таких деяний надо не только обладать Хаосам, но еще и талантом.

— Прости, барышня. — вздохнула я. — Даже с таким потенциалом я была бы бесполезна. Нда, действительно жаль, что ты досталась такому бесталанному человеку, как я.

— Да какой там талант? — безмятежно отмахнулась Тан. — Здоровая злость и достаточная мотивация заменяют все на свете. Но давай поговорим на чистоту? Ты очень странная личность, Лин-Лин, скажу честно. Я не могу забраться вглубь твоих воспоминаний или ощущать потаенные эмоции, могу лишь считывать поверхностные мысли, которые ты специально для меня громко думаешь, но знаешь… Я — часть Хаоса, обрывок сущности Пожирателя богов, возраст моего безумия насчитывает более шести тысяч лет, и вот что я тебе скажу: более странного существа я еще не встречала. Сначала я думала, что ты блаженная, вечно счастливая и абсолютно недалекая особа. Твоя вечная любезная улыбка и добронравное отношение к окружающим неприятностям почти сумели обмануть меня. Но я — Хаос, и у меня есть своеобразное чутье. Пусть ты не пускаешь меня в себя, почти полностью скрываешь мысли и чувства, но я больше не считаю тебя отмороженной рыбой, которая свихнулась от любви к доброте. За твоей доброй и вежливой улыбкой стоит такой зверский оскал, что у меня мурашки по ауре скачут. Та женщина сегодня, тебе ведь совсем не было ее жалко! Твои эмоции не просто спрятаны даже от тебя, ты осознанно их контролируешь, а это уже не добродетель, а ледяной выверенный расчет. Мироздание не ошиблось, направив Хаос к тебе, Лин Фэй, оно тебя просто недооценило, и…

— О, смотри, портняжная лавка. — со счастливой улыбкой сказала я, направляясь в гостеприимно распахнутые ворота чужого двора.

Внутри было довольно людно, по периметру небольшой площади стояли столы с выложенным на них товаром, и найти здесь можно было как нижнее белье, так и верхние платья. О! И шаль! Шаль крючком!

— Ты… — задохнулась от негодования маленькая тьма, — ты совсем не слушаешь меня?!

— Что ты, слушаю, конечно. — вежливо ответила я, светло улыбнувшись темноволосой барышне. — Спасибо за разъяснения, было очень интересно. Какую шаль бы нам захотеть?

От моей улыбки Тан поежилась и одарила меня долгим странным взглядом, а я уже вплыла во двор портного. Сейчас осень, и надо бы приобрести хотя бы один комплект белья и платье. Ну и шаль, конечно. Я прекрасно умею вышивать, но вот до вязания крючком я не дожила, а ведь это наверняка так восхитительно! Чинно сложив ладони перед собой, я начала медленный и вдумчивый обход столов с одеждой. Время обзаводиться вещами настало.

Прошла минута, прежде чем люди меня заметили и стали сбиваться в стайки по три-четыре человека. Моего слуха коснулось почти привычное уже "ведьма…", а бойкий продавец, который в это время расхваливал свой крой одной из жительниц, наконец, заметил меня. Едва он понял, кто к нему явился, бросил все и спешно направился ко мне, источая крайне дружелюбную улыбку.

— Добрый день! — немного нервно поздоровался он. Это был молодой мужчина с уже наметившимся животом и солнечно-рыжей шевелюрой. — Это честь — принимать такого гостя! Что-то приглянулось? Сегодня у нас есть замечательные платья из тончайшей шерсти, а также плащи, подбитые мехом! Зима в наших краях сурова, и такой плащ точно не будет лишним.

— Добрый день, господин. — вежливо поклонилась я в ответ. — С наступлением осени вечерами становится прохладно, а северные ветра сулят скорый приход снежной зимы. Листва почти облетела с деревьев, скоро наступят настоящие морозы, и такой плащ наверняка будет очень кстати. Ваши работы очень искусны и вызывают восхищение, господин…?

— О! Позвольте представиться. Я Сенек, мастер портняжного дела. — тут же отрекомендовался ушлый торговец, но в его глазах я заметила некоторое беспокойство и то, что он уже пару раз оглянулся на свой дом. Кинув взгляд в ту же сторону, я увидела на пороге жилища худенькую женщину с округлившимся животом. Нда… Поволноваться ему есть о чем.

— Видя ваши прекрасные работы, любой сразу поймет, что перед ним настоящий мастер. — мягко ответила я, вежливо улыбнувшись. — Стежки на этом платье совсем незаметны, а прекрасно подобранное кружево отлично гармонирует с тканью и фасоном наряда. Такая тонкость в деталях… Наверняка вашей очаровательной жене было сложно помогать вам в ее положении и учитывая ее самочувствие.

— Что есть, то есть. — плечи Сенека разом поникли, взгляд потух, а голос стал на несколько порядков тише. — Это… Это наш первенец, мы долго этого ждали, но… Госпожа ведьма, может…

Громко сглотнув, он поднял на меня взгляд, где сейчас смешались опаска, надежда и горечь. Очевидно, что с ведьмами связываться он сильно не хотел, боялся их, но вид угасающей жены был просто невыносим.

— Это мой долг, господин Сенек. — тепло улыбнулась я, от чего Тан поежилась и сделала шаг назад, что-то бурча под нос об акулах и айсбергах. — К тому же я просто посмотреть на ваш товар зашла. После долгих странствий я пока не могу себе позволить купить такие прекрасные вещи. Представите меня вашей супруге?

Моментально просияв, портной стал носиться по двору, объявляя о закрытии лавки на сегодня, закрывая ворота за посетителями, утаскивая меня в дом, словно подругу детства, а потом счастливо представил меня жене:

— Диль, это ведьма! Она тебя сейчас вылечит! — громко восклицал Сенек, отчего Тан демонстративно стала прочищать мизинцем ухо.

Я с улыбкой поклонилась бледной женщине и тихо заговорила:

— Добрый вечер, госпожа. Меня зовут Тан Лин Фэй. Вы не могли бы присесть, чтобы я проверила ваш пульс?

— Ох, да, здравствуйте, госпожа ве… Тан Лин Фэй! Конечно, спасибо, пойдемте к креслу. — бледнея еще сильнее и кусая губы, нервно сказала Диль.

Мы прошли в другую комнату, которая, видимо, была гостевой, и по пути я отмечала различные детали. Портной убежал на улицу, и я даже знаю для чего. Ходит молва, что ведьму гневить не стоит, а Хозяйку Заколдованного леса тем более. Говорят, что ей кланяется сам глава храма Изменчивого бога, храмовник Латко.

— Ты откуда эту ересь взяла? — удивленно заглянула мне в лицо Тан, услышав обрывки мыслей.

Что удивительно: ходим мы по одним и тем же местам в одно и то же время, а по ощущениям едва ли не в разных мирах обитаем. Бог дал тебе уши, чтобы ими хлопать, маленькая тьма. Я не мастак сочинять небылицы, так откуда я это узнала?

Мы с женой портного расселись в комнате, и я положила пальцы ей на запястье, слушая пульс. Медленный и слабый, словно мелкий речной жемчуг, он явно указывал на определенный ряд проблем. Холодные пальцы, потрескавшиеся губы, редкие темные волосы, бледная влажная кожа и кривая осанка. Она временами задерживает дыхание, взгляд ее становится расфокусированным, но лицо не морщит. Ей больно, но она это скрывает.

— Ток Ци в вашем организме ослаблен, а холодный воздух проник в живот. — убирая руку, спокойно заговорила я. — Баланс Шен изменен, и идет отторжение плода.

— Что?! — вскинулась женщина, но тут же охнув от боли, рухнула обратно в кресло. — Мой ребенок?!

— Да. Вероятнее всего его судьба будет печальна. Пусть господин Сенек придет ко мне завтра, я приготовлю два лекарства. Одно для восстановления ваших сил, а второе для быстрого разрешения от бремени. Всего доброго. — поднявшись с места, вежливо попрощалась я.

Но стоило мне сделать только один шаг на выход, как Диль бросилась мне в ноги, обхватила колени руками и, задрав голову, заговорила срывающимся голосом:

— Пожалуйста! Ведьма, пожалуйста, спаси моего ребенка! Я все для тебя сделаю! Умоляю, спаси его! — а после крупные слезы потекли по ее изможденному лицу.

Я замерла, а потом опустила голову, спокойно встретила безумный взгляд и вежливо ей улыбнулась:

— Хорошо. Пришли завтра ко мне мужа, я приготовлю два лекарства. Одно для восстановления твоих сил, а второе для устранения последствий противозачаточного зелья, что ты принимала вплоть до прошлого месяца. Могу помочь справиться с твоей тоской по тому мужчине из двора напротив, на которого ты так печально смотрела, стоя на пороге дома своего мужа. Но это только после родов, раз уж ты надумала оставить ребенка. Конечно, я не даю гарантий, что после всего тобой совершенного, он родится здоровым, но жизнь ему ты сохранишь. Кстати, это девочка. Ну-ну, не надо так горько плакать, ее ждет счастливая судьба, ведь у нее будет самый любящий в мире отец. Не сиди на холодном полу. Вставай.

Диль еще на середине моей речи перестала реветь, отшатнулась в сторону и посмотрела на меня глазами полными ужаса и боли. Тан тоже переводила ошарашенный взгляд с глупой женщины на улыбающуюся ведьму и подбирала какие-то слова. Сама не понимая до конца, что делает, жена портного неуклюже поднялась с пола, не сводя с меня испуганного взгляда, и шепотом заговорила:

— Не рассказывай ему. Пожалуйста. Не рассказывай.

Я ничего не ответила. Больно надо мне лезть в это. Попрощавшись с Диль вежливой улыбкой, я вышла из дома, где места себе не находил рыжий портной. Он нервно мерил двор шагами, сжимая и разжимая кулаки, хмурился, что-то бормотал себе под нос. Видимо, пытался успокоить себя. Едва он заметил, что я вышла из дома, как тут же бросился ко мне, с дикой надеждой заглядывая в глаза.

— Госпожа ведьма, что там? С ней все в порядке? — срывающимся от волнения голосом спросил Сенек.

— Не беспокойтесь, все поправимо. — мягко ответила я, голосом заглушая его панику. — Я приготовлю два лекарства, которое вы должны будете забрать завтра. После его приема ей станет заметно лучше. И уже к следующей луне в вашем доме появится новая помощница.

— Помощница? — благоговейно выдохнул портной, а в его глазах засияло солнце. — У меня будет дочка?

— Да. — светло улыбнулась я.

— Спасибо, госпожа ведьма! — бухнулся в ноги счастливый отец, от усердия стукнувшись лбом о доски крыльца. — Век не забуду! Я тут вот кое-что подготовил для вас, примите в дар, пожалуйста. Люди говорят, вы прилетели к нам на ме… кхм… пришли к нам налегке, и я взял на себя смелость подобрать вам кое-что из одежды.

Вскочив на ноги, окрыленный портной подбежал к одному из прилавков, схватил с него объемный узел и поспешил обратно ко мне. Протягивая его, он был, кажется, вне себя от счастья.

— Благодарю вас за вашу доброту и столь щедрый дар. — принимая откуп, светло улыбнулась я. — Если будет нужда, зовите.

И, раскланявшись, я покинула двор портного, прижимая к себе узел, в просвете которого виднелся край той шали, что мне понравилась, тонкие ленты с панталон и плетеное кружево с шерстяного платья. Кажется, там было что-то еще, но рассматривать посреди дороги я не стала.

— Лин-Лин, ты зверь. — удивленно меня рассматривая, в итоге нашлась со словами темная магия. — Как ты все это узнала?! Может, ты все-таки ведьма?!

— Ты видела все то же, что и я, но снова не сделала никаких выводов. Твоя голова исключительно для красоты, Тан. — с наслаждением потянувшись, весело улыбнулась я пробивающимся сквозь облака лучам солнца.

— Но она выглядела такой правильной и милой, что я бы в жизни не поверила… — запальчиво стала оправдываться уязвленная тьма.

— Мой стаж длится уже третью эру, маленькая частичка Хаоса. — легко ответила я, источая довольство и крепко держа свой узелок. — Меня не обманывает внешний вид и слова людей. Я в состоянии разобраться, кто стоит передо мной. Ну что? Идем дальше за покупками?

— Ах вот оно что! Я и забыла, что у нас тут шопинг. И ведь до последнего не верила, что тебе что-то обломится. Ну в следующий раз я так не промахнусь, ледяная ведьма! Идем! — воскликнула Тан и, сосредоточенно сканируя взглядом все вокруг, двинулась дальше по улице.

Кажется, она хочет посоревноваться в наблюдательности?

Мы продолжили наш путь, пока не вышли на более оживленную улицу. Люд сновал по утоптанной до каменного состояния дороге, спешил по своим делам, иногда попадались дельцы с телегами, а иногда чинно прогуливающиеся компании. Но неизменно при моем приближении все разговоры замолкали, а люди расступались. Кто-то рассматривал меня с большим интересом, кто-то старался поскорее отвести взгляд, но равнодушных не было. Вот она — слава ведьмы. Эх, Тан Лин Фэй, как мы до этого дошли?

— Ого! Смотри! Это ж та баба, которую муж бьет! — едва не выпрыгнула из срамных штанов Тан, стараясь заглянуть за и без того низкий забор того дома.

Я даже взгляда туда не кинула. То, что происходило в том дворе, я заметила раньше темной магии, но… ничего удивительного или заслуживающего внимания там не было.

— Лин! Он снова ее бьет! — негодовала барышня, яростно сжимая кулаки.

Успокойся, Тан. Чему ты так удивляешься? Это происходит с ней не первый год, а значит — это ее выбор. Есть такая категория женщин — жертва. Психически здоровая женщина никогда не позволит мужчине не то что ударить ее, но даже нагрубить не даст. Присмотрись внимательно, маленькое зло. Ей просто нравится это. А кто мы такие, чтоб мешать людям развлекаться так, как им нравится? Похоже, идти к храмовнику за помощью в разводе нет нужды. Что ж, одной заботой меньше. Смотри, я, кажется, вижу гончарную лавку. Нам не помешает несколько горшков.

— Да он же прибьет ее сейчас! Пошли вмешаемся! Надаем ублюдку по щам! — не унималась барышня.

А знаешь, что тогда произойдет? Эта несчастная кинется на нас, чтобы защитить своего мучителя, и мы же и будем виноватыми. Поверь, я знаю, о чем говорю. К тому же… Посмотри, их многие видят и слышат, но никто не вмешивается. Как думаешь, почему?

— Да трусы они! И мы заодно с ними! — пуще прежнего распсиховалась Тан.

И нет. Просто… Они уже пробовали встревать и знают, чем это чревато.

— И что?! Мы просто так уйдем? — зависнув передо мной с видом вселенского правосудия, уперла она руки в бока.

— И кто у нас тут порождение зла? — насмешливо шепнула я, делая незаметный жест рукой. В тот же миг из земли во дворе ругающейся семьи взвились в воздух толстые лианы. Они устремились к дерущейся паре, в считанные мгновения оплели их, связывая, а после спокойно растащили по разным углам двора думать о своем нехорошем поведении.

Тан застыла, некрасиво раззявив рот, а часть прохожих заметила внезапное затишье у скандалистов (лианы закрыли им рты) и стала стекаться поближе, чтобы все рассмотреть через приземистый заборчик. Не прошло и полминуты, как в воздухе раздалось первое "ведьма". И почудилось мне в нем некое благоговение. Ничего, через пару часов магия ослабнет, и лианы уберутся обратно в землю. Я нахмурилась, ненадолго задумавшись о том, как быстро освоилась с неведомой силой, что наградил меня этот мир, когда ко мне подбежал неизвестный молодой господин и упал в пыль на колени.

— Ведьма… — запыхавшись, пытался отдышаться он, выставив руки вперед и загораживая мне проход. Интересно. Это первый случай, когда кто-то так поступил вместо того, чтобы дать мне дорогу. Отдышавшись, он стал поспешно объясняться. — Мой отец болен! Он умирает! Умоляю, спаси его! Спаси! Пожалуйста!

— Тут вам не бытовая ссора, простыми лианами не отделаешься. — высказала очевидное магия Хаоса.

— Веди. — коротко сказала я, даже в лице не изменившись.

Молодой господин мигом просиял, и хоть его улыбка и была вымученной, но бодро поднявшись, он быстро повел меня дальше по улице. И вот что интересно — пока я шла одна, никому и в голову не приходило интересоваться моим маршрутом, а теперь многие из встречных жителей деревни зачем-то увязались идти следом за нами. Как итог: к дому господина пришла вся улица, а на устроенный шум сбегались и с соседних районов. Во двор мы забегали, словно на пожар или концерт рок-группы.

— Огогошеньки, Лин-Лин! Ты бывала на рок-концертах? — едко улыбаясь, мурлыкнула Тан.

Две. С половиной. Тысячи. Лет. Спроси, лучше — где я не бывала. Однажды интереса ради даже в жерло действующего вулкана спускалась. Но на рок-концерте было страшнее, если честно. Я потом еще два года шарахалась в стороны при звуке электромясорубки. Итак, мы прибыли.

— Он здесь, ведьма. — уводя меня в сторону от главного здания, сказал господин.

— В сарае? — немного заинтересовалась я, осматриваясь по сторонам. Ибо кроме сарая я вижу здесь только выгребную яму. Вряд ли же они отца…

— У нас дети в доме… — виновато ответил молодой господин. — Да ты и сама сейчас все поймешь.

С этими словами он открыл скрипучую дверь сарая, сложенного из досок, обмазанных глиной, и крытого соломой. Внутри дощатый пол также был устлан тонким слоем соломы, а у дальней стены стояла лежанка, к которой был привязан агонизирующий мужчина. Окна в сарае были занавешены плотной тканью, а у постели больного сидели еще двое мрачных молодых мужчин. Похоже, они братья.

— Я привел ее! Ведьма здесь! — подбегая к родственникам, нервно воскликнул мой провожатый. Все взгляды тут же устремились на меня, включая больного, который тут же перестал метаться и кричать.

— Добрый день, господа. Меня зовут Тан Лин Фэй. Я — лекарь. — вежливо улыбнувшись, представилась я и спокойно подошла к больному.

— Посмотри его, он уже третий день в таком состоянии. — обеспокоенно крутился возле меня мужчина, в то время как два его брата (видимо, старших) даже с места не сдвинулись, сурово поджимая губы и хмуря брови. Они следили за мной цепкими взглядами, и было такое ощущение, что любое резкое движение может спровоцировать их достать мечи и напасть на меня.

— Серьезные парни. — поежилась Тан, зависая у меня за спиной.

Я подошла к изголовью лежанки и некоторое время рассматривала пациента. Не думала, что когда-то столкнусь с тем, что буду не в силах помочь. Но прежде чем делать выводы, я решила утвердиться в своей догадке. Для этого я взяла с пола кувшин с водой и пролила немного на мужчину.

— Ааа!!! Нет!!! Это яд!!! — закричал он, содрогаясь в судорогах. Лицо его исказилось до неузнаваемости, пот крупными каплями стекал по лицу, а тело выгибалось немыслимым образом.

— Что ты с ним сделала?! — моментально вскочили двое молчаливых братьев, угрожающе нависая надо мной.

Я спокойно повернулась к ним и посмотрела в глаза. Кроме гнева там плескалась целая бездна отчаяния, да и мечи они не спешили доставать. Третий же брат растерянно смотрел на меня, ожидая объяснений. Но этого мало было для полной уверенности. Все-таки стоит признаться самой себе: я не люблю быть бессильной. Поэтому, невозмутимо пройдя между грозными братьями, я подошла к окну и отодвинула занавесь. Солнечный свет упал аккурат на лицо больного, заставив того кричать и вовсе дурным голосом. От страха.

— Вашего отца укусило бешеное животное и заразило этой болезнью. — сложив ладони перед собой, мягко заговорила я. — Она поддается лечению на первой стадии, а ваш отец уже на второй. Далее болезнь неизлечима. Скажите, больше пострадавших нет? Может, он сам успел кого-то укусить, пока вы его связывали?

На некоторое время в помещении повисла тишина, а больной потерял сознание. Пока старшие браться осмысливали сказанное мной, младший начал искренне горевать по умирающему отцу, но ответ дал.

— Нет, мы были осторожны. Больше никто не получил ран. — грустно сказал он. — Наверное, это случилось с ним на ночной охоте. Мы забрели в одну пещеру… Ладно, чего уж теперь. Я провожу тебя.

— Э, нет. Постой-ка. — недобро протянул самый старший из братьев, заступая мне дорогу. — Используй свое колдунство, но отца излечи. Иначе…

Иначе? Я посмотрела ему в глаза и медленно растянула губы в очень вежливой улыбке, а деревья за окном тревожно зашумели. Иначе, говоришь?

— Хорошо. — немного дрожащим голосом ответила я, улыбаясь. — Дайте мне бумагу и чернила, я напишу список необходимых предметов, которые вы должны будете мне принести.

— Э, ты че творишь? — настороженно попыталась одернуть меня Тан, но я даже мысленно ее проигнорировала. — Я чувствую, что эта дрожь не от страха… Это ликование! Ты совсем умом тронулась?!

— Вон, на ящике лежат. — после недолгого молчания и борьбы взглядов молвил старший брат. — Пиши. Я принесу. Но ты отсюда не выйдешь, пока не вылечишь его.

На это мне сказать было нечего. Спокойно развернувшись, я нашла взглядом письменные принадлежности и чинно села писать список.

Так. Что мне понадобится? Пятьдесят серебряных игл длиной с ладонь и толщиной с волос. Пять тарелок. Пять мисок. Пять чашек. Три кувшина. Ммм… Пять глиняных горшков тоже понадобятся. Что-то, чтобы разводить огонь. Огниво? Наверное… Так, узелок с одеждой у меня есть, занавесками потом разживусь, половичками также потом. Мыло! Мыльные принадлежности, щетка. Зубной порошок сама сделаю. Что еще? Мебель у меня есть… Ах, да. Больной же еще. Точно.

— Скажите, вашего отца укусила летучая тварь или дикое животное? — вежливо уточнила я, пока Тан круглыми глазами рассматривала мой списочек.

— Летучая! — тут же отозвался младший брат. — Мы в пещере были, за зверем туда пошли. Отец впереди нас шел и первый попал в пещеру. А эти твари от звука проснулись и кинулись улетать из пещеры той! Они столкнулись с ним и нанесли несколько укусов в голову и по рукам. Вот.

— Отлично. — светло улыбнулась я, а двое других братьев еще сильнее нахмурились, не разделяя моего энтузиазма. — Мне нужен труп десятерых таких тварей из той пещеры. И нож. И самый крепкий напиток, какой только сыщется в деревне. Справитесь?

Вместе с вопросом я протянула им свой списочек, дополненный еще несколькими предметами. старший брат тут же его выхватил и стал рассматривать, как картину.

— Это что за ветки? — хмуро спросил он. Ох! Я и забыла, что пишу на китайском. Если верить памяти Милайлы, то нынче во всем мире есть только один язык, о других никто и не слышал. Здесь даже понятия такого нет, как иностранный язык. А вот письменность может отличаться немного. Что же делать?

— Тайная письменность ведьм. — вздохнула я. — Давайте, я прочитаю то, что здесь написано, а вы постараетесь запомнить.

Вернув себе обратно свою бумагу, я стала планомерно зачитывать все пункты, а братья внимательно меня слушали. Ни они, ни Тан не понимали, для чего мне этот странный набор предметов, но сочли это ведьмовскими премудростями. Я удобно быть ведьмой, да, Тан? Я начинаю входить во вкус.

— Хорошо, ведьма. — под конец был мрачнее тучи старший брат. — Я отправлюсь в пещеру, а Юлир соберет эти предметы…

— Нет. — перебила я его. — Они должны быть новыми, это очень важно. Их следует пойти и купить. Сейчас.

— Ладно. — сверля меня тяжелым взглядом, после минутного молчания молвил он. — Но Кенек останется здесь и будет следить за тобой. Не вздумай сбежать.

— Я держу свое слово, молодой господин. — тепло улыбнулась я мужчине в ответ. — Времени вам два часа на все. Позже поздно будет. Поторопитесь. Скоро закат.

Рыкнув что-то себе под нос, он поспешил на выход, а следом за ним ушел и мой провожатый Юлир. Мы с больным и его средним сыном остались одни. Так как этот хмурый господин не был настроен на светскую беседу с гостьей, я решила в тишине подождать возвращения мальчиков с моими покупками и ингредиентами. Аккуратно присев на стул, я чинно сложила ладони на коленях и принялась ждать.

— Лин-Лин, — подозрительно протянула темная магия, зависая напротив меня, — а почему мне кажется, что ты совсем не взволнованна? Ты, конечно, всегда выглядишь, как богами отшлепанная, но сейчас ты будто… рада?

Милая моя Тан, что ты знаешь о лечении запущенного бешенства?

— Эээм… Ну… Оно не лечится. — осторожно предположила барышня, а уголки моих губ дрогнули, норовя изогнуться в довольной улыбке, но я сдержалась.

Верно. Но не совсем. Видишь ли, какое дело… При жизни мне доводилось обрабатывать укусы больных животных. Обычно, люди точно знали, что если тебя кусает зверь, то это нельзя пускать на самотек. Таким образом мне ни разу не довелось увидеть эту болезнь в период проявления симптомов. В период, когда она более не поддается лечению. Это мне рассказал мой наставник, также как и один безумный способ, который был описан в трактате учителя его учителя, который тот нашел в одном далеком царстве. В общем, был один умелец, безумный лекарь Го, который заявлял, что нашел способ убить хворь в безнадежном теле. Способ рискованный и малоэффективный, число выживших после него было минимально, но нам и такой сгодится. Этот лекарь утверждал, что смог так спасти самого себя после того, как на него в горах напала стая летучих мышей. Видишь ли, бешенство от зверей и летучих мышей различается. Ты знала, что летучая мышь может нести в себе эту хворь, но сама ей не болеть? Единственная из всех живых существ, кто имеет некий иммунитет…

— Ооо! Я доперла! — довольно воскликнула Тан. — Ты хочешь воспользоваться иммунитетом мыши, чтобы спасти этого дохляка? Я права? Но тогда тот список… Не поняла.

Что тут непонятного? Из-за этих мужланов мы не успеем на рынок, к тому же не факт, что мы смогли бы там разжиться необходимыми для дома предметами. Поэтому пусть мальчики идут за покупками. А мы на обратном пути только к кузнецу зайдем. Нам еще нужны будут ножи, жаровня, котелки…

— Какое коварство! — восхищенно выдохнула Тан, заставив мои губы снова дрогнуть в довольной улыбке. — Ты хотела, чтобы он стал заставлять тебя вылечить отца!!! — внезапно осенило темную магию. — И ты специально с ним так холодно разговаривала, чтобы он начал тебе угрожать и запер в комнате! Ты всех использовала!

Я не сказала ни слова лжи, юная барышня. А реакцию простых людей предугадать не сложно.

— Но и это не все. — широко распахнув глаза от озарившей темную голову догадки, продолжила раскрывать мой замысел Тан. — Ты сама сказала, что при жизни тебе лечить такое не довелось! И даже зная способ, ты признаешь его крайне сомнительным и опасным, а это значит, что применять его было бы не правильно. Ты бы просто ушла, если бы они тебя отпустили, но ты нарочно спровоцировала старшего, чтобы он сам решил этот вопрос! И теперь ты получила возможность сделать то, что очень давно хотела попробовать. Ты только что получила зеленый свет на опасные эксперименты, а заодно слугу, который за свои кровные купит тебе утварь и принесет на своем горбу! Ты все продумала!

На это я ничего не ответила, продолжая смотреть Тан в глаза и насмешливо улыбаться.

Мое веселье не укрылось от пристального взгляда среднего брата и заставило его насторожиться. Но отец его снова начал метаться в агонии, и мужчина уделил все свое внимание ему.

Для лечения мне понадобится еще один предмет, созданием которого я решила заняться сейчас самостоятельно от скуки. Найдя взглядом неподалеку свалку из разнокалиберных досок и палок, я приметила ту, что была из плотного дерева с гладкой текстурой. Отлично, это подойдет. Подойдя к ней, я взяла деревяшку в руки и призвала магию. Мир снова вспыхнул сотнями ярких зеленых иероглифов, предоставляя мне свои знания на моем родном языке. Далее мне оставалось только загадать желание, и вот, из деревяшки стали одна за другой вырастать тонкие палочки. Когда они достигали нужной длины, то просто отваливались от материнской дощечки, и скоро у меня в руках был десяток идентичных палочек. Вот и столовыми приборами разжилась.

— Угу, хозяюшка ты ж моя. — веселилась рядом Тан.

В нашем деле они тоже сегодня понадобятся. Негоже трогать зараженную дичь голыми руками, знаешь ли. На исходе второго часа, отпущенного мной сыновьям охотника, дверь сарая распахнулась впуская гостей. Начнем.

Как и следовало ожидать, первым прибежал с моими гостинцами Юлир. Для того, чтобы доставить все затребованное, ему пришлось взять ручную телегу, и так как в двери она не проходила, мне разрешили разрешили выйти из сарая и самой разобрать покупки.

— Я не знал, какие именно нужны чашки и тарелки, поэтому попросил дочку гончара мне помочь. Вот. Нормально? — переживал рядом мой провожатый, пока я довольно осматривала его покупки.

— Прекрасный выбор, молодой господин. Вы отлично справились. — благодарно улыбнулась я ему, вытаскивая из дальнего ящика большой глиняный горшок. Так. — А где нож и алкоголь?

— Вот нож. — поспешил он вытащить из-за пояса обоюдоострый кинжал, после чего зарылся среди ящиков и выудил большую стеклянную бутыль с чистой прозрачной жидкостью. — А это самогон. Его достать было проще всего.

— Вы отлично постарались. — похвалила я расторопного парня, вручая ему свой горшок. — Заносите в дом, а я начну подбор трав.

— Это я мигом. — без пререканий ответил Юлир, уносясь в сарай.

Я же тем временем оценила аншлаг за частоколом, осмотрела двор на предмет неприметного закутка, не нашла такового и решила, что пусть смотрят, ежели хотят. И пусть мне до сих пор было немного не по себе от того, что магия существует, но здесь-то это обычное дело, да? В моей родной империи меня за такое бы уже принесли в жертву богам. Ох и удивителен этот мир!

Присев прямо во дворе и коснувшись руками земли, я призвала магию и немного задумалась. Дело было давно, так что я не совсем хорошо помню, что использовал безумный лекарь Го в своем рецепте от бешенства, но нужно вспомнить.

Итак, его теория строилась на том, чтобы извлечь часть зараженной плоти из летучей мыши, отделить энергии Чи от Шен, очистить их и влить Шен в больного. Рецепт этот имеет длинное витиеватое название "Юан ши шуй жон фан ше дэ тьен кон", что значит "отраженное небо в безупречной воде". Чистая поэзия. Это лекарство полностью уничтожит вирус бешенства, но есть одно "но". Велика вероятность, что вместе с вирусом будет уничтожено все остальное, а еще, что организм сам атакует лекарство, отторгая его.

Но есть у меня одно предположение, которое подкреплено многовековыми наблюдениями. И пусть эти наблюдения никак не связаны с лечением этой хвори, но некоторые постулаты остаются неизменными. И именно на это наблюдение я и собираюсь сделать ставку. В противном случае я бы уже давно уносила отсюда ноги, последовав примеру смешного мальчика из сравнительно новой сказки, который жил в диком лесу и передвигался на лианах по деревьям. Имя его связано с какими-то углями.

Стоило мне мысленно составить примерный список нужных трав, как магия тут же услужливо начала воспроизводить их аналоги, выращивая передо мной одно растение за другим. Где-то нужен корень, где-то соцветия, где-то лишь молодые побеги… В одно и то же время года собрать такой набор не представлялось бы возможным, если бы не колдовство. Очень удобно, удача явно на моей стороне, раз наделила такой силой.

И вот, спустя десять минут все было готово. Осталось дождаться старшего брата с тушками летучих тварюшек, и он не заставил себя долго ждать. Лишь немного припозднившись к означенному мной часу, он вбежал во двор весь в мыле, дыша, как больной волк, и протянул мне мешок, с которого капала кровь.

— Вы не пострадали? — вежливо спросила я, принимая подношение.

— Отделался испугом. — бесхитростно и совсем не агрессивно усмехнулся господин, шумно выдыхая. — Думал, ты уйдешь, ведьма.

— Хотела бы, еще при тебе ушла бы, охотник. — улыбнулась я в ответ, отбрасывая официоз. — В доме есть женщины? Может, жена пострадавшего?

— Нет, мать умерла еще тем годом, а наши жены уехали в город после окончания сбора урожая. — отмахнулся он, а потом вопросительно выгнул бровь: — А тебе зачем?

— Больного нужно раздеть до белья. — немного смущенно ответила я. Да, я помню сколько мне лет, но я все еще девушка.

— Сделаю. — решительно кивнул старший и направился в сарай. Я поспешила следом.

Отец семейства метался в горячке, трещали веревки, удерживающие его, а двое братьев стояли бледные и мрачные. Веселее, детки! Сейчас будет интересно!

— Сначала нужно обработать внешние раны. — взялась я верховодить. — Ты пока раздевай его, а я приготовлю лекарство.

— Хорошо. — снова кивнул он. — Эй, мелкие, а ну-ка подсобите!

И пока три сына пытались раздеть бушующего отца, я разложила на ящике свои инструменты и принялась перебирать травы, разбирая их на части. Листья, корешки, соцветия — все по очереди сбрасывалось в глиняный горшок, после чего перетиралось созданной здесь же деревянной ступкой. Тан Лин Фэй — столярных дел мастер. И дом построю, и мебель справлю, и утварь сделаю.

— В общем, без работы не останешься. — важно кивнула Тан, прерывая мою минутку самовосхваления.

Я просто получаю удовольствие от жизни и своей работы. Так, где самогон? Найдя бутылку возле кровати больного, я вышла на улицу, покопалась в телеги и взяла там маленькую глиняную чашку. Ох, словно от сердца отрываю. Даже грустно стало.

— Зато теперь мы знаем, что ты жадина. — весело заухмылялась темная магия.

Я не жадина, я хозяйственная. Большая разница, барышня.

— Ну-ну. — понимающе закивала она.

Теперь наливаем половину чашки алкоголя, палочкой добавляем туда одну каплю ядовитой выжимки из растений и оставляем не на долго. Далее черед тушек. Вытащив пустой ящик во двор, я перенесла туда мешок с летучими тварями и, вооружившись ножом и китайскими палочками приступила к маринаду. Шучу. Придерживая похожих на земных летучих мышей созданий палочками за голову, я стала быстро вспарывать им брюхо и вынимать сердца. Маленькие комочки были ключом к лекарству, а десяти штук хватит на полный курс лечения.

Скинув отработанный материал обратно в мешок и положив его в окровавленный ящик, я оставила это во дворе и вернулась в сарай с добычей. Мужчины продолжали воевать, больной отстаивал свое право на репетузы, а я бережно положила листок с кровавыми сердцами рядом с чашкой отравленного самогона и принялась за дело. Алкоголь в чашке уже закончил свою реакцию, окрасившись в равномерно алый цвет. Это говорит о том, что я не пропустила ни одного растения, когда вспоминала их. Если бы что-то пошло не так, цвет стал бы мутно-зеленым.

Следующим этапом были сердца. Осторожно подцепив одно из них палочками, я медленно опустила его в чашу. Раздалось шипение, повалил густой дым из чашки, а на моем лице расцвела счастливая улыбка. Получилось! Когда дым рассеялся, в чашке образовалось три слоя жидкости. Сверху была масляная желтоватая пленка. Это Шен. Вторым слоем была обычная вода, а третьим упал бурый осадок, он же Чи. Чи смертельно опасен, его надо будет вместе с тушками закопать там, где никто не ходит. Грустно вздохнув, я поплелась за второй чашкой, которую еще сложнее было оторвать от сердца. Вернувшись с ней обратно в сарай, я налила полную чашу самогона и добавила всего одну каплю получившегося масла. С ней я и пошла к раздетому пациенту.

— Раны уже зажили, — начала я проговаривать, присаживаясь рядом с ложем и аккуратно поливая самогоном нож для обеззараживания, — поэтому их придется вскрыть. Повезло, что они не загнили. Видимо, он их успел обработать. Однако очаги заражения именно там. Поэтому… держите его крепче. Будет больно. Очень.

Да самого захода солнца мы слаженной командой занимались тем, что вскрывали раны, палочками наносили на них лекарство из чаши, перевязывали и удерживали бушующего отца семейства. Склеры его глаз покраснели, болезнь стремительно убивала его, будто почуяв свою скорую кончину. Но это не помешало нам все успеть. После того, как все раны, коих оказалось больше, чем мы думали, были обработаны, настал черед нового лекарства. И здесь я приняла решение отойти от рецептуры.

Дело в том, что я считала, что пациенты у лекаря Го гибли потому, что он применял слишком большую дозу лекарства в своем лечении. Молодой и сильный организм, может, еще и справился бы, но пожилой… В общем, я решила существенно уменьшить дозировку и лечить не разово, а курсом. Поэтому, заново наполнив чашу алкоголем, я добавила каплю масла, размешала, слила половину жидкости и снова дополнила алкоголем. Получилось пол капли на одну чашу лекарства. И пока средний брат крепко держал голову отца, я стала вливать в его рот жидкость. При его гидрофобии от бешенства это было не просто, но мы справились.

Едва чаша опустела, мы все отпустили больного, устало уселись прямо на пол и принялись ждать. Если все верно и лекарство работает, то результаты должны появиться очень скоро. Скажу честно, я не так феноменально уверена в себе, как может показаться. Пока мы ждали, у меня перед глазами проносились картины одна страшнее другой. То больной начинал внезапно задыхаться от неожиданной аллергии и умирал. То его глаза стекленели, а сердце останавливалось, и он умирал. То он резко переходил в третью стадию бешенства, истекал слюнями и умирал. В общем, все то, что сейчас так артистично изображала Тан, чтобы поднять мне настроение. Ну или поиздеваться, я еще не поняла.

И вот, когда казалось бы пришло время признать поражение или увеличить дозировку, тело больного полностью расслабилось, избавляясь от судорог, дыхание выровнялось (не прекратилось, ура!), а складки на лбу умиротворенно разгладились. До конца не веря своей удаче, я взяла кусочек ткани, оставшейся после перевязок, покрыла им запястье пациента и стала слушать пульс. Частые мощные толчки, словно фасолины быстро перекатываются, постепенно сменялись на нормальный ритм.

— Получилось. — тихо шепнула я, а трое братьев позади шумно выдохнули, не сговариваясь повалившись на пол. Им тоже пришлось нелегко в это время. Поднявшись с пола, я стала давать дальнейшие указания. — Теперь нужно будет до утра каждый час поить его этим отваром по одной чашке. Ящик с тушками и остатки лекарства в чашке нужно закопать. Вместе с чашкой, не вздумайте ее мыть. Сарай нужно будет вымыть насыщенным мыльным раствором и окропить самогоном. Всю одежду и постельное, включая имеющуюся здесь солому, надо сжечь. Так, что еще? Ничего не забыла? Ах, да. Вы молодцы. Отлично справились. Ну, всего доброго. Я ухожу.

— Погоди… — устало прохрипел с пола младший Юлир. — Я тебя провожу. Уже темень на улице.

— Ути-бозе-мой, лыцарь наш. — умилилась вредная девица, прижимая ладошки к груди.

— Благодарю. — вежливо улыбнулась я молодому господину, от чего тот воспрянул духом и решительно поднялся с пола. Братья смотрели на него, как на лыцаря. Тьфу, Тан! Как на героя, я хотела сказать. Кем он, на мой взгляд, и был. Прекрасный молодой человек. Жаль, что младше меня.

— Ага, на пару тысяч лет. — кружила вокруг темная магия и злорадствовала. — Тебе жениха в музее искать нужно. Палеонтологическом.

Высказалась?

— Ага.

Мужчина старше двадцати пяти прекрасно подойдет. Я не жду от него ума недюжинного или силушки знатной, как и богатства да статуса. Не принц и ладно. Остальное не имеет значения, лишь бы человек достойный был.

Юлир помог мне докатить телегу до дома, где еще раз выслушал все мои наставления и убежал домой, готовить отцу новую порцию лекарства. Я за этот день так сильно устала, что даже покупки разбирать не стала. Умывшись в реке, просто легла спать. В своем собственном доме. Наконец-то.