Меж светом и тьмой 5

Глава 13 Стремительный ураган (часть 1)

Представители княжеского рода нагрянули в семь часов утра. Не берусь даже предполагать, почему они выбрали столь ранее время. Зато приехали всем составом: князь Василий, с женой Елизаветой, разумеется, Артур, ведший со мной дела, и Полина.

Подруга пыталась выглядеть энергично — пришла в доспехе. Но… я изменился и буквально чувствовал истину. Меня почему-то подозревали. А Полина проявляла ко мне симпатию и была заподозрена в предательстве.

Александру же… было плохо — кольца уже рушились. Даже привезли его на каталке, хотя это и было манипуляцией — развёрнутое поле Власти Хаоса позволяло исследовать всё магическое вокруг. На сильных одарённых не то что повлиять, даже взглянуть сложно. Зато княжич был для меня как открытая книга и его физическое состояние оставалось вполне нормальным, чтобы перемещаться самостоятельно без доспеха.

Разумеется, общался князь не со мной, а лишь с иллюзией сотворённой Германом. Причём созданной с поддержкой Эстель, каким-то невероятным пространственным фокусом транслируя моё присутствие.

— Вылечи его, — прорычал князь. — Мы согласны на твои условия.

— Напомню, что я веду переговоры не с тобой, а с Полиной, — я убрал уважительный тон, смотря на племянницу князя со стороны: всё же иллюзия не передавала зрение. — Для тебя у меня предложение — покинь род, который скоро попадёт в опалу.

— Да как ты смеешь⁈ — взорвался Волков. В комнате резко похолодало, а затем он замер: незаметность и подготовка дали плоды. Прямо перед его глазами зависли два кристалла Дейрона.

— Я бы не хотел устраивать смену князя Волкова. Но мой наставник с радостью это организует. Полина?

Девушка растерянно смотрела на меня, однако качнула головой.

— Я не покину род ни при каких обстоятельствах… лучше не бросайся такими заявлениями.

Я просто кивнул: это её решение — уговаривать не стану.

— Отлично, всего лишь нужно подписать несколько бумаг, — иллюзия выложила на столик гостиной три документа. — Вира, оплата лечения и жест доброй воли в знак дружбы. Думали, можно безнаказанно послать тех девятерых бездарей?

Князь снова вспыхнул и кристаллики подлетели ближе. Он не смог отойти, не мог наложить покров. Человеческое тело хрупко.

— Просто прижми этого щенка, — прошипела жена и княжич застонал в ту же секунд. — Сашенька! Сука, что ты делаешь⁈

— Слушаю угрозы в свой адрес в своём доме, — иллюзия сложила руки на груди. Я же всего лишь повредил печати, поддерживающие состояние княжича. — Ах да, жест доброй воли — признание, что род Покровских ничего не должен Волковым плюс безвозмездная передача всего имущества в совместном владении. При этом в течении месяца вы несёте полностью материальную ответственность за любой урон производству — хоть некачественные материалы, хоть нападение другой страны или демонический разлом.

— Андрей… ты перегибаешь, — тихо сказала Полина. — Слишком много хочешь…

— Нет, слишком много, это если бы я сказал «князь Волков должен встать на колени и исполнить ритуал смывания позора своей кровью», — у нас на Альдаране у пары народов была такая традиция. Уверен есть и в этом мире. — Но после удара в спину и попытки взять меня в рабство, я не собираюсь отыгрываться.

Я рисковал начать бой, который выиграть будет очень сложно. Но князь вряд ли сможет защититься от атаки Дейрона.

Ещё несколько обменов фразами, и они прогнулись, так и не попытавшись заставить меня силой. Хотя наверняка держали этот план в голове. Все бумаги подписали и отправили в имперскую канцелярию — сумма была огромной. Я даже показал жест доброй воли — не стал ждать подтверждений, а иллюзия просто откатила Александра в сторону к отошедшему мне и поле замыкателя активировалось.

Правда иллюзия распалась, но пациент этого не видел.

Хотя бы кто-то имеет разум. Я усыпил Александра… яд был чем-то невероятным… и иным. Пришлось позвать Вивьен — она помогла разобраться, и я вернул княжича семье. Его ядро и даже первые два кольца уцелели. Волковы сразу умчались искать закладки, которые я не оставил.

Я поблагодарил Эстель и Дейрона за помощь. Насыщенный день только начинался.

— Ты… жёсткий, — сказала Полина перед уходом, когда не слышали её родственники. — Давно ни один граф не смел так разговаривать с моими отцом и дядей. Но в какой-то мере я тебя понимаю. С Еленой обошлись жестоко.

— Вы практически вплотную подошли к необратимым последствиям. Восстановление займёт не один месяц. Иначе вы бы не отделались какой-то парой миллиардов.

Волковы ушли, вскоре прибыл артефактор Юсуповых и получил инструкции, а также мой заказ на улучшение лазуритового клинка, не выдержавшего силу богини. При этом я дал кое-каких материалов из Бездны, приведя того в неописуемый восторг.

Созвонился с Назаровым, который успешно взял род под контроль и вопреки огромному ущербу роду, освободил всех пленных на их рудниках в Осколках. Его отца и дядю посмертно признали виновными и лишили всех регалий, а Назаровы попали на огромные штрафы. Могущественная сила Пскова распалась. Кажется, Демьян перебрал с благородством. Но он не хотел дальше жить используя могущество, полученное за счёт тысяч растоптанных жизней.

Булатов расспрашивал о случившемся. Орлов, которого временно попросили остаться в городе, тоже забрал немало времени. И теперь крутился вокруг Лены. Пламенев был откровенно удивлён моими поступками. И, как ни удивительно, занял мою сторону. Волковы пытались задержать и его сына, но не рискнули конфликтовать.

Я получил все документы и с помощью Юсуповых и Пламенева начал большие траты. Ремонт поместья, охрана моего комплекса, закупка оборудования и материалов для развития. Новый бронированный представительский и грузопассажирский флаеры, партия доспехов от Юсуповых.

Поместье наполнила активность. Особый новейший нагнетатель, даже чуть лучше украденного Соколовым у Барона, установили в опустевшем зале. Бывшая богиня сразу прописалась там, чередуясь с Германом. Эстель не собиралась отказываться от человечности, но понимала пользу силы. Впрочем, гораздо больше она общалась с разными людьми. Я представил её своей подругой.

Вечером двадцать третьего я прилетел к окрестностям поселения Астратово в облике Осборна. Малфас сам нашёл меня и завис напротив над лесом. Выглядел как обычный элегантный мужчина в чёрном пальто. Но сканер на демоническую энергию, разумеется не тот, что мне выдали, зашкалил даже с дистанции нескольких десятков метров.

— Убедился? — насмешливо спросил архидемон, магией направив голос так, чтобы казалось, словно он стоит прямо передо мной. Я сделал ровно то же. Разумеется общались мы на моём родном языке.

— Скорее из любопытства проверил. Ты меня пригласил. Так что выкладывай то, что хочешь первым.

— Как пожелаешь, — он насмешливо поклонился. — Ты интересен владычице Хине. Не знаю причин, да и не моё это дело. Знаю, что ты возрождённый иномирец, причём пришедший оттуда же, откуда явилась узурпатор Шейд.

— А кто правил до Шейд? — с интересом спросил я.

— Разумеется, владычица Хина и её младшие сёстры, — не думаю, что Малфас лгал. Вопрос в том почему он это говорил? Сама Хина исказила историю или с Аурелией всё сложнее?

— И каково жилось при ней? — с интересом спросил я. — Я не насмехаюсь, мне правда интересно.

— Приятно говорить с теми, чей разум не затуманен фанатизмом. Увы, ответить я не могу, — Малфас развёл руками. — Я родился чуть меньше полутора тысяч лет назад, по местному исчислению. Загадка рождения демонов всё ещё покрыта для нас тайной. Владычица не отвечает на этот вопрос. Но подозреваю мы родились из хаотичной силы погибших богов, людских душ, ярости госпожи и ещё чего-то… придавшего форму нашему разуму, скажем так. Вижу, ты тоже хочешь мне что-то сказать.

Говорить с пожирателем душ, убившим десятки тысяч мне не нравилось. Зато это было крайне продуктивно. Я решил посмотреть, к чему приведёт разговор.

— Вы говорите на языке моего родного мира. И Шейд — чужая и для нас. Она устроила ужасную катастрофу и сделала с миром нечто, из-за чего магия начала угасать. Я бился с Шейд и сильно ранил, но не смог убить. Если честно, ваш язык я всегда считал продуктом её насмешки — мелочной местью. Вроде того, как превратить имя врага в нарицательное ругательство. Сделать элемент его культуры чем-то уничижительным.

Малфас пригладил подбородок, наклонив голову и смотря на меня с интересом.

— Как неожиданно… но узурпатор не могла настолько повлиять на нас. Иначе не позволила бы стать угрозой для своего существования.

— За полторы тысячи лет вы так не свергли лживую тварь, — заметил я, и демон прищурил тёмные глаза, в которых замерцали красные искорки.

— Осторожней со словами, Осборн. Я убивал за меньшее. Претензия глупа, ведь наша роль — это не свергнуть ложную богиню, а дать путь истинной. Всё что мы делаем должно сокрушить печать. И тебя возродили, чтобы ты помог Владычице Хине взойти. Жаль, похоже ты слишком мягок. Но это твой путь… и Владычица ищет встречи с тобой.

Я хмыкнул и осмотрелся. Люмьер и Чешуйка всё ещё не находили признаков засады.

— Но я никуда с вами не пойду, и ты это понимаешь. Ментальная магия на меня не действует.

— Госпожа приказала не пресекать твой путь. А её слова — это закон для меня, даже если я бы предпочёл устранить мошку. Смерть Ифрита сильно ударила по нам, тогда как династия Романовых не прочувствовала всю серьёзность моих намерений. Без сомнения, Хина сейчас наблюдает, и я могу лишь просить её наказать тебя за вмешательство в великий план.

Как-то… странно прозвучало. Однако я вспомнил о разнице «истинных богов» и пришлой Шейд.

— Давно хотел спросить: Хина связана со всем этим миром и потому может увидеть нас? Ей нужен проводник, есть ли ограничения?

Малфас ухмыльнулся и охотно рассказал о величии своей владычицы. Если опустить яркие эпитеты, Хина сможет заглянуть в любую точку мироздания. Сейчас, когда печать слабеет, ей всё легче вмешиваться. Шейд же лишь частично соединена с миром и ей требуются те самые проводники — алтари или те кто с ними связан. Проще говоря, перед церковниками следует быть аккуратнее.

Если честно, жутковато понимать, что она за мной пристально следит. Но мне остаётся просто делать то, что нужно.

Малфас продолжал речь.

— И здесь мы подходим к истинной цели нашей встречи. Мы должны освободить Ноктюрн.

— Мы? — осведомился я.

— Можешь сделать это сам, или помочь мне, — пояснил Малфас. — Я расскажу тебе истину, о которой знают единицы людей. Не знаю почему, но Владыка приказала сообщить тебе и даже помочь, если появится реальная возможность. Ноктюрн не просто архидемон: она частица Владычицы — фрагмент её самой, её силы и сути, протиснувшейся сквозь брешь в печати. Ничто в мире людей не может разбить божественность. Шейд не в силах отвлечься, поэтому Ноктюрн заточили и испытывают выносливость и волю к борьбе. Вместе с тем, давление на Ноктюрн отнимает у Владычицы Хины немало сил, что сковывает нас. Всё что требуется — освободить одну из нас.

Я… честно говоря задумался. А стоит ли давать возможному врагу больше сил? Однако Эстель ни на секунду не сомневалась, что её сестра могла стать злом во плоти — врагом жизни.

— Моя сестра страдает, человек, — Малфас заложил руки за спину. — Не сочти, что я пытаюсь унизить церковь. Ведь исходя из твоего рассказа, для тебя Шейд враг даже больший, чем для нас. Но Ноктюрн сжигают двести лет. Знаешь ли ты, почему никто из наших последователей не боится смерти? Потому что души, отмеченные богиней смерти, идут к ней.

Я наклонил голову.

— Ты не безумен, чтобы говорить о том, что стать пищей пожирателя душ — почётно. Значит, за этим стоит нечто глубже.

— Какая дремучесть… — сплюнул демон, снова сверкнув глазами. — Знаешь ли ты, что души перерождаются вечно? Очищаются от памяти и пережитого, возвращаясь в вечный цикл, который поддерживает богиня смерти.

— В остальной вселенной обходится без богини смерти, — вновь заметил я, не став уточнять деталь, что скорее всего дело в том, что этот мир — лишь невероятная иллюзия, искусственное пространство и пучки энергии.

— Может и так. Но в нашем мире иные правила. Я не знаю, куда исчезает большая часть: Шейд не похожа на пожирателя душ. Зато всех, кто отмечен владычицей, узурпатор сжигает. Не оставляет и частицы души. За каждой нашей атакой следуют костры инквизиции, сжигающие тысячи простых людей, кого коснулось благословение. Они подвергаются медленной, мучительной смерти. Ноктюрн сжигают уже два столетия, её воля угасает.

— Пытаешься взять на жалость? — поинтересовался я.

— В каком-то роде, люди эмоциональны. Но ты должен понимать, кому мы служим. Человечество не падёт, хотя мир конечно изменится.

Я не стал говорить, что не позволю принести на Землю смерть и разрушения, но ощущал всё большую потребность поговорить с Хиной. Тем, что Шейд не гнушается уничтожать сами души я тоже не удивлён. Малфас же продолжал разглагольствовать.

— Я исполнил приказ. Но конечно помогу только если увижу реальный шанс. Я продолжаю разрушать печать и приносить души в жертву владычице. И я знаю, где спрятана Ноктюрн. Но даже мне, величайшему мастеру пространства, не проникнуть в её тюрьму.

Нет, демон, ты ошибаешься: сильнейший из владык пространства сейчас гостит у меня и стремительно наращивает силу. Причём Хина, если она пристально наблюдает за мной, знает о возрождении сестры, пусть и лишь с осколками былой памяти и могущества. А ему она об этом не сообщила.

Значит и тебе, Малфас, знать об этом не обязательно.

— Не хотел бы задевать твою гордость, но твоё самомнение идёт впереди твоей истинной силы. Например, ты умеешь создавать параллельные пространства, соотносящиеся с реальным миром?

Я ещё не решил, что буду делать… но хочу увидеть Ноктюрн.

В поместье я вернулся в задумчивости, по пути пересказав ближайшим союзникам суть беседы. Эстель без сомнений заявила, что нам нужно добраться до «частицы её сестры».

— Она нам поможет… я перед выходом посмотрела на частицы божественности Сариэль. Боюсь, осколки её разума ещё меньше, чем… были мои собственные. Но мы дети Аурелии. Я уверена, что в нас заключена её сила творения.

— Ты можешь с помощью жемчужин, давай лишний раз не использовать такие термины… — вариантов в голове крутилось много, платиновая блондинка улыбнулась и закончила за меня.

— С их помощью можно частично возродить членов твоего ордена. Не полноценно, как Германа… я даже не помню, как именно это получилось. Но думаю пяти таких частиц хватит, чтобы поддерживать человека с сильной душой. Боюсь, великую силу столь хрупкая структура едва ли выдержит… может быть сестра поможет.

Ха… а вот это уже интересно. Проще говоря, сейчас я могу кого-то вернуть. Но они смогут манипулировать лишь ядром дара. Может быть станут чуть сильнее. Вот только у меня сейчас лишь две жемчужины.

— А ты сможешь стать сильнее? — уточнил я.

— Сила сестры… полезна для меня. Но сама её частица чужда, исказит меня саму. Возможно, приблизит к бессмертию, — Эстель качнула головой. — Я помогу тебе добыть их. Они не принадлежат людям.

Кажется, в планах появился ещё один пункт. Причём его значимость возрастает до запредельного уровня!

Следующий день прошёл за подготовкой и наращиванием производства мю-кристаллов, ведь теперь на меня работало сразу два реактора. За последнюю пару дней я потратил уже половину всей баснословной суммы. Кстати, Волковы на связь не выходили.

Под вечер прибыл князь Юсупов, прихватив двенадцать уже готовых мю-кристалл про запас и ещё столько же «сырых» в оплату услуги.

Я не медлил, пусть исправлять то, что Анатолий сделал с собой при экспериментах оказалось той ещё задачкой. Число рун на коже уменьшилось втрое, зато замкнулись некоторые контуры и появился стабильный резервуар духовной энергии.

— Великолепное чувство! Покровский, ты настоящий мастер!

Всё ещё щеголяя могучим торсом, несколько помолодевший одарённый встал и разминался, пропуская через себя потоки мощи. Кстати, его сын, нынешний князь, как и Яна, наблюдали.

— С тобой точно всё в порядке? — уточнил Святослав. — Отец, да послушай!

— Успокойся, сын! Твой отец ещё не выжил из ума и может принимать решения! — Анатолий засмеялся. — Тебе очень повезло, что Покровский не объявился раньше, или так бы и ходил княжичем!

— А твои раны? Болезни? — аккуратно спросила Яна, смотря на меня, растёкшегося в офисном кресле, стоящем в медблоке, ставшим лабораторией духовных сил.

— Как давние, стёртые шрамы.

После этих слов Яна сначала крепко обняла отца, а потом полезла и ко мне. Пришлось мешать поцелуям: к нежностям я вообще не был готов. Хотя её отец ничуть не возражал.

Я подарил Юсупову по крайней мере ещё несколько десятилетий. А заодно открыл путь к дальнейшему росту его силы.

Впрочем, уже близился вечер и гости нас покинули. Мы с Эстель отправились на запад. Люмьер уже показал свою способность к проникновению и забирать принадлежащее богам у людей в своём городе было бы глупо. У них оставалась лишь малая часть жемчужин. Да и те наверное, лишь потому, что церковь не видела большой опасности в том, что они попадают к людям. Их энергия для Шейд была бы каплей в океане. Зато аристократы гордились преференцией — это повышало их верность.

Я использовал Замкнутое Отражение, а Эстель помогала пробить портал через блокировку. Причём выйти точно к жемчужинам. После чего так же совместно со мной пробивала блокировку наружу. На каждом месте я оставлял след демонической энергии, не зря же я стребовал с Малфаса накопители. Демонам не привыкать, что на них валят всё подряд.

Тем не менее до того, как проскочила новость, что кто-то активно ворует жемчужины из хранилищ, мы успели утянуть лишь семь. На одну меньше, чем требовалось для временного восстановления двух членов ордена, что подогревало желание заглянуть к Корсаковым.

Впрочем, у Эстель, когда мы вернулись и изучали трофеи, было иное мнение.

— Часть жемчужин мелкие. Потребуется шесть для надёжного результата, — она с грустным видом перебирала светящиеся, фонящие силой камушки. Я положил руку ей на плечо, и бывшая богиня накрыла её своей ладонью сверху. — Всё в порядке. Сариэль окончательно пала ещё тогда. Вызывай того, кого нужно.

Вариантов было очень мало. И снова не мастера битв.

— Роксана… ты кажется хотела повозиться с материалами из Бездны?

Призрачная фигура мелкой геомантки-артефактора появилась передо мной, то ли широко улыбаясь, то ли хищно скалясь.

— Условие одно — не мешать. Даже если решишь, что я готова умереть голодной смертью в мастерской. И ещё любые инструменты, что я затребую.

— Это два условия, — хохотнул я.

— Ты как всегда настоящий зануда, Ос. Эстель, моё почтение.

Архонт поклонилась бывшей богине.

— Не нужно. Теперь я человек… равная вам. Осборн, понадобятся те кристаллы из тренировочной площадки. Духовных камней у нас мало, как и моей силы.

Я извлёк их из хранилища, как и ещё восемь готовых мю-кристаллов. Эстель направляла процесс, я поддерживал.

Восхождение Магии плюс печать порядка.

Резерв моментально опустел. Лежавшие в шкатулке кристаллы испарились, как и выложенные на полу голубые глыбы. Шесть камушков превратились в ручейки силы, высвобождающие весь накопленный заряд. Зато фигура Роксаны уплотнилась — стала полностью материальной. И именно она поймала падающую Эстель.

— Потратила… слишком много сил.

— Я отплачу… за новую жизнь.

Бывшая богиня использовала почти весь резерв, и я отвёл её спать. Роксана же едва ли не пинками выгнала Германа из нагнетателя, беря всё, что попадётся под руку. О прибытии новой союзницы я предупредил. Дар языка завязать на неё также вполне удалось.

Истинный артефактор хотела создавать то, что вскоре поможет нам. Ей только требовалось хотя бы одно кольцо. Больше выдержать она не могла, но артефактору не нужна великая сила.

После некоторых обсуждений, я решил всё же отправить её к артефакторам Соколова, дав с собой портативный портал Реликтов.

Кроме того, на следующий день пришло два сообщение. Одно от Романовых — меня приглашали на приём в Москве, который состоится через неделю. Второе от Чёрных крыльев: нашли путь в Тихий Лес и приглашают меня отправиться туда.

Естественно, Яну я позвал с собой, хотя событие произошло немного не вовремя. Ведь как раз в это время Герман вместе с Эстель проворачивал слив информации о том, кто на самом деле убил Юлию Корсакову.

Мировой ураган поднимался, и я намеревался направить его.