2.Мейсон

ГЛАВА 21

КИНГСЛИ

Улыбка, оставшаяся после встречи с Мейсоном, медленно сползает с моего лица, когда я вижу Уэста, бегущего ко мне. Я не забыла, что он наговорил Мейсону во время их последней стычки.

Я скрещиваю руки на груди, поворачиваясь к нему. Приблизившись, он ухмыляется: — Слышал, ты утонула.

— Едва не утонула, — отрезаю я.

— А еще я слышал, что у тебя сердце остановилось. — На его лице промелькнула вспышка самодовольства.

На моих губах медленно начинает играть улыбка.

Только попробуй, Уэст.

— И что, пока ты была мертва, тебе удалось повидаться с сестрой Мейсона?

Этот парень настолько повернутый, что я знала: он скажет что-то подобное, как только упомянул бассейн.

Положив руку ему на плечо, я делаю шаг ближе и шепчу: — Уэст.

— Да? — Самодовольство в его глазах только растет.

Я вскидываю колено со всей силы, нанося удар туда, где больнее всего. Он падает на колени, обхватив пах и издавая полный муки стон.

Я морщусь: по колену прошла волна боли. Черт, в кино это всегда выглядит так просто.

Игнорируя легкую ломоту, я заканчиваю фразу: — В следующий раз, когда решишь докопаться до Мейсона, у тебя вырастет третье кадычное яблоко. — Наклонившись, я ловлю его слезящийся взгляд. — Если хочешь когда-нибудь иметь детей, не зли меня.

Вдруг кто-то прижимается сзади к моей заднице, и чьи-то руки обхватывают мою талию. Я вскрикиваю и резко выпрямляюсь, врезаясь спиной в мощную грудь.

— Не наклоняйся так в этих шортах, — рокочет голос Мейсона над моим ухом. Он подталкивает меня вперед своим телом, заставляя идти, а затем пристраивается рядом, закинув руку мне на плечи.

В затылке начинает свербить беспокойство: а не перегнула ли я палку, заступившись за него? К тому моменту, как мы доходим до лифтов, это превращается в полноценную тревогу, из-за которой я начинаю кусать нижнюю губу.

Двери открываются, и он вталкивает меня внутрь. Повернувшись к нему, я начинаю тараторить.

— Прости, если я полезла не в свое дело. Просто...

Когда он хватает меня за задницу и приподнимает, прижимая к своему телу, мой лепет обрывается на писклявой ноте. Не желая упасть, я быстро обхватываю его талию ногами и вцепляюсь в плечи.

Мой испуганный взгляд встречается с его пылающими глазами, и мне приходится с трудом сглотнуть: от того, как он на меня смотрит, по телу пробегает жар.

Его голос звучит низко и хрипло.

— Ты заступилась за меня, Хант?

Я киваю, не надеясь, что мой голос сейчас прозвучит нормально.

Он смотрит на меня в упор, пока лифт не открывается, а затем решительным шагом направляется к моему люксу.

— Ключ-карта, — рычит он.

Заведя руку за спину, я вытаскиваю её из заднего кармана и провожу по замку. Мейсон замирает у двери, а затем произносит: — Если не хочешь, чтобы я тебя трахнул, лучше скажи об этом сейчас.

Ага, как будто есть шансы.

— Хватит тратить время, у меня через двадцать минут занятие.

Его рот изгибается в той самой сексуальной ухмылке, от которой мои гормоны пускаются в пляс. Мейсон заходит внутрь, ждет, пока я захлопну дверь, и на руках несет меня в спальню. Упершись коленом в матрас, он опускает меня на спину и ворчит.

— Отпусти.

Я опускаю ноги на кровать и перемещаю руки на его бицепсы. Я чувствую, как перекатываются мышцы на его левой руке, когда он проводит пальцем по краю моих шорт между ног.

— Ты больше никогда их не наденешь. Я выброшу их в помойку, как только сниму с тебя.

Я усмехаюсь: — Ничего страшного, у меня есть еще.

Он качает головой и усмехается, но затем его лицо становится серьезным.

— Ты уверена в этом?

— В чем? — спрашиваю я. — В том, чтобы заняться сексом?

Он качает головой, и его взгляд буквально прожигает меня: — В «нас».

Нужно быть уверенной, чтобы не выставить себя идиоткой, поэтому я спрашиваю:

— В свиданиях?

Он снова качает головой, и я в замешательстве наклоняю свою.

— Я не хожу на свидания, Хант.

Ясно. Я знала это, но всё равно кольнуло. После разговора с Лейлой я начала воодушевляться идеей отношений с Мейсоном.

— Если мы это сделаем, мне нужно, чтобы ты посвятила себя мне, — говорит он, и мой мозг на мгновение не успевает за его мыслью.

— Ты говоришь об отношениях? — спрашиваю я, чувствуя себя окончательно потерянной. — Это ведь то же самое, что встречаться.

Он подкладывает руку мне под спину, сдвигает меня на середину кровати и ложится рядом, подперев голову ладонью.

— Давай я объясню тебе по-простому, — говорит он. — Это не будет парой свиданий с последующим расставанием. Тебя будут видеть со мной на публике, а значит, пресса вцепится в нас мертвой хваткой.

Оу... точно. Как-то я об этом забыла.

Он подносит руку к моей щеке, нежно проводя пальцами по коже и запуская их в волосы. Это милый жест, но затем он продолжает: — Обычно девушка должна подписать NDA (соглашение о неразглашении), в котором говорится, что она не может совершать поступков, способных нанести вред моему имиджу.

Я резко сажусь и злобно смотрю на него сверху вниз.

— Ты что, велишь мне измениться? — я тычу пальцем ему в лицо. — Потому что этого дерьма никогда не будет.

Я пытаюсь сползти на край кровати, но он хватает меня и дергает обратно. Навалившись сверху, он садится на меня верхом, перехватывает мои ладони и прижимает их к матрасу над моей головой.

— И это ты называешь меня вспыльчивым? — Он усмехается, а я только сильнее сверкаю глазами.

Он перехватывает мои руки одной своей ладонью, а второй касается моего лица, разглаживая хмурую складку на лбу. Я уворачиваюсь.

— Хватит этих нежностей, Мейсон. Просто скажи, что тебе нужно, и убирайся.

— Я пытаюсь сказать, — произносит он, приподнимая бровь (это выглядит как предупреждение, чтобы я замолчала), — что тебе придется взять на себя обязательства. Да, NDA покрывает всё, включая отсутствие претензий на CRC в случае нашего расставания через год, но...

Клянусь, у меня сейчас глаз начнет дергаться от злости.

— Слезай с меня, — рычу я, мечтая вмазать ему коленом так, чтобы он улетел в следующую неделю.

— Почему ты так бесишься из-за подписи на бумажке? — спрашивает он, наконец понимая, что я готова извергать пламя.

— Фэлкон заставлял Лейлу что-то подписывать? — выпаливаю я.

— Фэлкон — не президент CRC, — чеканит он. Его черты лица ожесточаются, он тоже начинает терять самообладание. — Мы знакомы всего пару месяцев. Неужели это так ужасно — попросить тебя подписать эту чертову бумагу? Я, блять, не могу рисковать CRC!

Я резко дергаюсь и умудряюсь освободить руки. Столкнув его с себя, я вскакиваю с кровати и бросаюсь к входной двери. Но прежде чем я успеваю её открыть, ладонь Мейсона с грохотом врезается в дверное полотно.

Задыхаясь от ярости, я разворачиваюсь, и в ту же секунду по люксу разносится звук звонкой пощечины.