2.Мейсон

ГЛАВА 2

КИНГСЛИ

Я прихожу в себя, наполовину засыпанная снегом. Солнце, отражающееся от свежего наста, слепит глаза. Я издаю стон и приподнимаю голову. Не видя вокруг ничего знакомого, я пытаюсь вытащить правую руку, которая оказалась подо мной, и вскрикиваю от резкой боли в запястье. Сделав несколько судорожных вдохов ледяного воздуха, я осторожно пробую перевернуться на спину, но от этого движения правую лодыжку прошивает острая боль.

— Проклятье, как же больно, — стонаю я, замерев, пока пульсация не утихает.

И здесь холодно. Помогая себе левой рукой, я принимаю сидячее положение и стряхиваю с себя снег. Вспомнив о лавине, я испуганно оглядываюсь. Паника накрывает с головой, когда я понимаю, что снег отбросил меня к самой кромке леса, и я понятия не имею, где нахожусь. Ни души. В паре футов из снега торчит лыжа, а чуть выше я замечаю палку. Черт, я растеряла всё снаряжение по дороге вниз.

Я сижу неподвижно пару минут, переваривая ситуацию и пытаясь составить план. Что мне теперь делать? Я смотрю на правую руку и засучиваю рукав, чтобы проверить, нет ли крови. К счастью, она просто посинела и опухла. Скорее всего, я растянула запястье и лодыжку, когда упала.

— Жаль, что у меня нет телефона, — бормочу я. — Это последний раз, когда я иду куда-то без него.

Решив, что нужно двигаться, я переношу весь вес на левую руку и ногу и, стиснув зубы от боли, поднимаюсь. Оказавшись на ногах, я приподнимаю правую стопу над снегом и снова озираюсь. Куда мне идти? Я смотрю по сторонам, потом вниз по склону.

— Полагаю, вниз — лучший вариант. Главное — спуститься с горы.

Я пробую прыгать на одной ноге, но попытка терпит крах эпических масштабов: я просто глубже зарываюсь в снег.

— Кингсли!

Я замираю как олень, услышав крик Мейсона. Сейчас не время привередничать по поводу того, кто пришел спасать твою задницу. Сама ты всё равно не дойдешь.

— Мейсон! — кричу я.

— Кингсли!

Его голос звучит ближе. Я поворачиваюсь влево и на этот раз ору во всё горло: — Мейсон!

Где-то выше мелькает черное пятно, и из-за деревьев появляется Мейсон. Эх... красота падшего ангела... с душой чернее ночи. Он движется быстро, соскальзывая боком по крутым участкам. Он может мне не нравиться, он может пугать меня до чертиков, но я должна признать — я рада его видеть.

Когда он подходит ближе, я чувствую привычную нервозность, которая всегда охватывает меня рядом с ним, и начинаю тараторить: — Понятия не имею, как я здесь оказалась. В одну секунду я стою на склоне рядом с тобой, а в следующую — бам! — и я уже где-то в глуши. — Я смотрю на свою ногу. — Кажется, я растянула лодыжку. О, и запястье.

Я поднимаю руку, чтобы показать ему, и когда наши взгляды встречаются, мои глаза чуть не вылетают из орбит.

Мейсон буквально врезается в меня. Обхватив меня руками, он почти отрывает меня от земли в мертвой хватке.

О-о-о-о-кей?

Мои руки всё еще подняты вверх, и пока я пытаюсь решить, стоит ли обнять его в ответ, я чувствую, как его тело содрогается.

— Черт, — шепчет он. — Мне так жаль, что я не смог притянуть тебя к себе.

Его голос дрожит от эмоций. Я опускаю левую руку ему на плечо и неловко похлопываю.

— Всё в порядке.

Я смотрю вверх на гору, втайне надеясь, что появится Лейла или еще кто-нибудь, но удача явно не на моей стороне.

— Эм... а где остальные?

Мой вопрос заставляет Мейсона отпрянуть. Он отпускает меня, и я чуть не теряю равновесие, но он вовремя хватает меня за левую руку. Я жду, что он сейчас рявкнет на меня, но он молчит. Вместо этого он смотрит на мою правую ногу, которую я всё еще держу на весу.

Он ничего не говорит. Когда он приседает передо мной, поворачиваясь ко мне спиной, я тупо хлопаю глазами.

— Забирайся, Хант. Я не смогу нести тебя на руках и пробираться через сугробы. Мне нужны свободные руки.

— О.

Я кладу руку ему на плечо и наклоняюсь вперед. Что ж, это совсем не неловко. Совсем. Мейсон заводит руки назад, обхватывает мои бедра и прижимает меня вплотную к своей спине. Я издаю удивленный писк и быстро обхватываю его шею левой рукой.

Я уже собираюсь спросить, кто он такой и что сделал с настоящим Мейсоном, но слова застревают в горле, когда я вижу его лицо. Обычно Мейсон выглядит взбешенным. Но то, как он тяжело дышит и какая мучительная складка залегла у него между бровей, делает его совершенно другим человеком. Черт, нет!

— Кто-нибудь пострадал? — выпаливаю я, боясь, что с кем-то из друзей случилось что-то плохое.

Мейсон качает головой и начинает движение.

— Значит, со всеми всё хорошо?

Он снова кивает и тяжело сглатывает.

— Твое лицо говорит об обратном, — спорю я, желая знать правду.

— Заткнись, Хант, — бормочет он так, будто каждое слово дается ему с огромным трудом.

Новое беспокойство начинает грызть меня. А вдруг он сам ранен?

— Ты в порядке?

— Кингсли! — рявкает он. — Заткнись на хрен.

Нет, он в порядке. Видимо, мне просто показалось.

Когда мы наконец добираемся до остальной группы, я облегченно вздыхаю.

— Ты нашел её! — кричит Лейла и бросается к нам через снег.

— Пойду сообщу спасателям, — говорит Фэлкон и направляется к группе людей.

Мейсон берет меня за левую руку и фактически просто стряхивает со своей спины.

— Уф! — Я падаю в снег, и тупая боль в запястье и лодыжке вспыхивает с новой силой. — Ай! Придурок! — огрызаюсь я ему в спину, а затем тихо добавляю: — Спасибо.

Лейла чуть не сбивает меня с ног, обнимая. Я смеюсь, когда её руки крепко смыкаются на моей шее.

— Я так волновалась! Слава богу, ты цела.

Лейк приседает рядом со мной, одаривая благодарной улыбкой.

— Рада видеть, что вы все в порядке, — говорю я.

Лейк хлопает меня по плечу, встает и подходит к Мейсону, который выглядит сейчас как загнанный в клетку зверь.

— Ты как? — слышу я вопрос Лейка.

Мейсон просто сверлит его взглядом. Не знаю, что Лейк видит в его глазах, но он поворачивается к Фэлкону и кричит: — Я забираю Мейсона вниз. Встретимся в отеле.

— Мы тоже спускаемся, — отвечает Фэлкон, возвращаясь к нам с Лейлой. — Кингсли, сама идти сможешь?

Я качаю головой и морщу нос, глядя на свою ногу: — Я растянула лодыжку.

Фэлкон наклоняется и осторожно берет меня на руки, подбадривающе улыбаясь. Вот она, разница между Фэлконом и Мейсоном. Фэлкон обращается с тобой как с принцессой, в то время как Мейсон — чертов пещерный человек — просто швыряет тебя куда попало.

Лейла суетится вокруг меня весь путь вниз и всю дорогу до больницы. Я удивлена, что Мейсон и Лейк едут с нами — думала, они сразу отправятся в отель.

Когда мы заходим в отделение скорой помощи, Лейк поворачивается к Фэлкону.

— Мы скоро вернемся.

Фэлкон быстро хватает Мейсона за руку и смотрит на нас с Лейлой: — Вы тут справитесь?

— О, да. Конечно, — отвечает Лейла, глядя на Мейсона, который стоит, отвернувшись от нас.

Я наклоняю голову и хмурюсь, глядя вслед уходящим парням.

— Кажется, я чего-то капитально не догоняю.

Лейла обнимает меня за плечи и объясняет: — Они переживают за Мейсона. Думаю, у него шок.

Я опираюсь на неё и начинаю прыгать в сторону регистратуры.

Когда мне наложили повязки и выдали противовоспалительное, я присаживаюсь в зале ожидания, пока Лейла идет искать парней.

Вскоре они все возвращаются. Лейла и Фэлкон держатся позади, о чем-то перешептываясь, а Лейк идет в аптеку за лекарствами по рецепту.

Мейсон заходит в зал ожидания и проходит прямо мимо меня. Оглянувшись через плечо, я вижу, как он садится в самое дальнее кресло. Не буду врать — это задевает. Понятия не имею, что я такого сделала, чтобы он меня так ненавидел.

Отогнав плохие мысли, я смотрю на Лейлу и Фэлкона. Они всё еще разговаривают, поэтому я просто разглядываю свою забинтованную руку.

Когда Лейк забирает лекарства, он подходит ко мне: — Поехали. — Он косится на Фэлкона и зовет: — Всё готово. Выдвигаемся.

Я встаю и благодарно улыбаюсь Лейку, когда он обхватывает меня за талию. Опираясь на него, я ковыляю к выходу.

Уже на улице, подходя к фургону, я замечаю, как Лейк протягивает лекарство Мейсону. Но тот вместо того, чтобы взять его, качает головой и бурчит: — Не буду я пить эту дрянь. Всё со мной нормально.

Затем он уходит вперед, а я, глядя на его широкую спину, гадаю: от чего было это лекарство?

Надеюсь, с ним всё будет хорошо.