Мой лорд - монстр

Глава двенадцатая

Резная темная дверь в комнаты Клэйтона казалась монолитом, высеченным в стене. По крайней мере, усилий на то, чтобы открыть ее, мне понадобилось именно столько. А может, физические силы были подточены страхом и сомнениями, разъедающими меня изнутри.

Лишь бегло осмотрев комнаты и не найдя там Клэйтона, я начала дышать полной грудью. До этого же задерживала дыхание перед каждой новой дверью, а потом судорожно хватала ртом воздух, устремляясь к следующей комнате.

Убедившись, что здесь я одна, закатила оставленную в коридоре тележку со свежим бельем, а потом быстро и старательно повторила все то, что мы с Агатой делали в спальне вчера — перестелила постель, натягивая чуть ли не хрустящее после глажки белье. Белое, хлопковое. Как и то — практически не смятое — что уже лежало грудой на полу.

И вдруг вспомнился ласковый шелк простыни под моей обнаженной спиной. Здесь, на этой самой кровати. Неужели Клэйтон в тот день приказал заправить кровать шелком специально для меня? Или это самодеятельность прислуги, не знакомой с предпочтениями нового герцога?

Гораздо проще и спокойнее было верить во второе. Так я и поступила. Накинула на кровать тяжёлое покрывало цвета горького шоколада, затянула светлыми кистями портьеры балдахина и продолжила уборку, стараясь на кровать больше не смотреть.

В ванной комнате царил порядок, но я скрупулезно приподняла каждую баночку и вытерла гладкий камень под ними. Поменяла полотенца. Наверное, Клэйтон ушел совсем недавно, а перед уходом принимал душ. Но на это указывали лишь влажное пушистое полотенце и приятный запах мужского парфюма.

Я расслабилась. Совершенно расслабилась, полностью погрузившись в несложную, но кропотливую работу. Поэтому, когда я открыла дверь и, не глядя, попятилась, волоча за собой тележку с грязным бельем, по сторонам не смотрела. И совершенно неаристократично взвизгнула, когда закрыла створку и обнаружила Клэйтона за столом в кабинете.

— Прошу прощения, ваша светлость, — тут же извинилась я, уставившись в пол. Я не боялась, что герцог узнает мой голос. Мне всегда легко удавалось копировать чужую речь, и я часто смешила сестру, да и самого Клэя, изображая наших гостей или родителей. Так что говорить, подражая одной из девушек, с которыми я жила в пансионате, я начала сразу, как поняла, что судьба подарила мне шанс сохранить рассудок и жизнь.

— Ничего страшного, — после небольшой паузы ответил Клэйтон. — Можешь продолжать.

— Возможно, мне следует прийти в другое время? — с надеждой спросила я, осторожно поднимая глаза. Облегчённо выдохнула. Клэйтон на меня не смотрел. Сидел, перебирая бумаги и делая в них быстрые пометки.

— Ты мне не мешаешь, — заверил меня герцог, так и не оторвавшись от работы.

«Господи, за что?!»

Я потопталась на месте ещё пару секунд, с опаской поглядывая на мужчину, но тот словно забыл о моем существовании. Так и не придумав повода, чтобы уйти, я стиснула зубы и принялась за уборку кабинета.

Протёрла деревянные панели, осторожно смахнула пыль с книг в многочисленных шкафах, что занимали две из четырех стен кабинета. Стараясь двигаться бесшумно, выкатила тележку в коридор. Все это время я искоса следила за Клэйтоном, готовая уйти в тени сразу, как только почувствую угрозу, но мужчина обо мне действительно забыл. И мои взгляды стали смелее.

Я отметила просторную домашнюю рубашку, которую положено надевать через голову. Такие шили с широким вырезом и шнуровкой. Отец всегда туго затягивал шнуровку. Но Клэйтон этого не сделал, и в глубокой горловине была видна загорелая кожа. Я сглотнула, вспомнив, как водила пальцами по мужским ключицам. В эту же секунду в руке Клэйтона сломался карандаш, и наши взгляды на мгновение встретились.

Лишь на крошечное мгновенье, но от жара в темных мужских глазах мне стало дурно. Клэйтон сразу отвёл взгляд, взял другой карандаш и продолжил работу, как будто ничего и не было, а я ещё несколько секунд вспоминала, как нужно дышать. Вспомнила.

Уборку я заканчивала как в тумане. Не помню, как нашла в себе силы забрать стоящую рядом со столом корзину со скомканными бумагами. Не знаю, как осмелилась протереть шкафы, расположенные у той же стены, что и стол. К самому столу подойти я так и не решилась.

До спасительной двери оставалась пара шагов, когда герцог окликнул меня:

— Как тебя зовут?

— Мария, — пролепетала, медленно оборачиваясь. Я бы в жизни не обернулась, а ещё лучше ускорила бы шаг и сбежала, но, боюсь, это стало бы моим последним поступком в этом доме. Этикет строжайше запрещает стоять спиной, когда к тебе обращается господин.

— Ты хорошо поработала, Мария.

«Господи, мне показалось или Клэйтон сделал паузу перед тем, как назвать имя?!»

— Спасибо, ваша светлость, — приседая в положенном реверансе, прошептала я.

— Можешь сказать господину Дункану, что я освободил тебя от работы на сегодня. Отдыхай.

— Спасибо, ваша светлость, — ещё тише повторила я.

Клэйтон промолчал, и я, убедившись, что других распоряжений не будет, тихо выскользнула за дверь.

Отрывок из мыслесообщения:

Захарий: И всё-таки, дядя, я бы предпочел другую невесту.

Иоанн: (насмешливо) И чем тебя не устраивает будущая наследница графа Рустье?

Захарий: Хотя бы тем, что она ещё не наследница. Все шепчутся, отчего я беру в жены вторую сестру.

Иоанн: Но именно в твоих силах сделать её единственной.