Мой сводный идеал

Глава 52

Тася

Через десять минут мы расположились за столиком в маленькой уютной кофейне, расположенной неподалеку от нашего дома. С лица Тимура не исчезала улыбка, когда он смотрел в меню, когда делал заказ, когда сделал его. Он украдкой поглядывал на меня, барабанил пальцами по столу.

― Жарковато что-то, ― Тима помахал перед лицом раскладкой с меню, затем перекинул через голову толстовку, и в этот момент задернулась его футболка.

Я заметила, как девчонка, сидящая за соседним столиком, уставилась на кубики его пресса и после этого шепталась с подружкой, игриво поглядывая в сторону Тимы.

Но он не удостоил этих девиц ни улыбкой, ни взглядом. Смотрел только на меня, улыбался, когда я что-то рассказывала, делая вид, что слушает, а сам изучал мое лицо, задерживал взгляд то на губах, то на волосах. Мне было даже неловко.

Бариста сварил обалденно вкусный кофе и нарисовал на пене сердечки. Доброжелательная официантка принесла мне пирожное, с темными крупными вишнями, утопающих в воздушном креме, я уплетала его за обе щеки, а Тима рассказывал анекдот, после которого я смеялась с набитым ртом как сумасшедшая и едва не пускала через нос кофе. А потом он ляпнул, что чих — это мини оргазм носа, и я едва не упала под стол от смеха.

Боже мой, у Тимура был бесконечный резерв шуток. Ему можно смело идти в стендап комики, и я уверена, он бы с легкостью собрал Олимпийский.

Жизнь и правда непредсказуемая штука. Еще вчера судьба взяла меня за волосы и швырнула в ад, а сегодня я пила кофе, хохотала во весь голос и ворковала по душам с моим бывшим самым злейшим врагом. Еще пару часов назад меня трясло от страха, после разговора с Трояном, а теперь в моей душе поселилось такое спокойствие, что хотелось петь от счастья.

Тимур сделал все для того, чтобы мы сейчас сидели с ним вместе, чтобы я в конце концов разглядела в нем парня, который очень старательно замазывал белой краской наше черное прошлое. Боже мой, мне было так хорошо в тот момент, что не передать словами. Рядом с ним страх и мысли о преследовании оставили меня, превратились прах. Мозг расслабился, превратился в невесомое облако, в котором летали белые единороги и звучала приятная музыка.

Знаете, бывает так, что в голову неожиданно закрадывается какое-то воспоминание из жизни. Вот просто так, приходит из ниоткуда и ты не можешь понять, почему вдруг ты его вспомнил именно сейчас? Пока Тима был в туалете, я почему-то вспомнила, как однажды вечером, когда я жила в Вологде, сидела на подоконнике в своей комнате, листала в интернете всякие разные цитаты о жизни, и наткнулась на повесть про человека с зонтом.

И она запала мне в самую душу.

В ней говорилось, что жизнь — это сплошной дождь, то моросящий мелкими каплями, то переходящий в ливень. И в жизни каждого есть человек с зонтом. Он приходит в трудные минуты, когда ты в полном отчаянии, раскрывает свой зонт, дарит солнце и укрывает от всего плохого.

Понятия не имела, почему я именно сейчас это вспомнила, но меня эта цитата навела на одну мысль: так может, Тима и был моим человеком с зонтом, укрывающим меня от бед?

Я поняла это только сейчас. Ведь он и правда всегда появлялся, когда я нуждалась в помощи. Когда в нашем доме была вечеринка, его пьяные друзья зашли в комнату, и он тут же появился. Потом случай с Костей, потом ― с Трояном.

Я хорошо запомнила конец той повести, который гласил: «Важно не потерять этого человека с зонтом, который приходит в твою жизнь только раз…»

Тима вернулся, сел за стол и на экране его мобильника, лежавшего на столе, высветилось фото улыбающейся женщины в стильных очках-половинках и в симпатичной шляпке. А ниже подпись «Бабуля».

Тимур ответил на вызов и мы оказались в кадре.

― Привет, ба! ― махнул рукой Тима и его губы тронула добрая улыбка.

― Привет, проказник! ― сказала она, но смотрела почему-то на меня.

Я заметила ее невероятное сходство с Катей. Как будто это она, но только в будущем, примерно лет через двадцать (это по логике). А так бабуле не дашь и полтинника. Она явно испробовала на себе все виды подтяжки лица ― ни одной морщинки! Ее темные волосы были забраны в высокую прическу, очень красивый изгиб бровей, губы накрашены матовой красной помадой, в ушах качались золотые кольца.

Бабуля торопливо надела свои модные очки и широко мне улыбнулась.

― Это Тася. Дочка дяди Саши, ― Тимур приблизил телефон и навел камеру прямо на мое лицо.

― О-о, ― она прикрыла губы пальцами с аккуратными бордовыми ногтями и, приблизившись к экрану, рассмотрела мое лицо. ― Ты был прав, Тимур, она настоящая красавица! ― неожиданно сказала она, и… черт возьми, эти слова были слаще пирожного.

По позвоночнику пробежала дрожь, я засмущалась и слегка покраснела.

«Он что, обсуждал меня со своей бабулей? Серьезно? Ни черта себе!»

― Здравствуйте! ― криво улыбнулась я и помахала рукой.

― Тасенька, Тима про тебя так много рассказывал!

― Ну, началось… ― закатил глаза Тимур. ― Ба, ты вообще не умеешь хранить секреты?

― И что же рассказывал? ― улыбнулась я, перемещая взгляд с бабули на Тиму и обратно. Мне было безумно интересно послушать.

― Что ты девочка, которую он обижал в школе, и теперь очень сильно об этом жалеет, да, Тимурка? ― заговорщицки улыбнулась она, взглянув на него. ― Что ты красавица и умница, и что за тобой нужен глаз да глаз, иначе ты обязательно во что-нибудь вляпаешься, ― рассмеялась бабуля. ― Ты там приглядывай за ним, ладно? А то знаешь, у нашего Тимура и у самого в заднице шило, а вместо крови по венам бежит ракетное топливо и постоянно направляет его куда-то не туда, куда нужно, ― говорила она так, словно знала меня тысячу лет.

И я поняла, как жутко соскучилась по вологодскому говору. Особенно четко он ощущался у людей пожилого возраста.

Ох, что я думаю? Разве можно назвать эту чудесную женщину пожилой? Она с легкостью даст фору любой молодушке.

― Ты еще мои детские фотки покажи, ба, ― посмеялся Тима. ― И коллекцию молочных зубов, которую хранишь до сих пор.

― И покажу, когда в гости приедете, ― пожала плечами бабуля.

― Лучше расскажи, как у тебя там дела? ― Тима переместил телефон на себя.

― В двух словах и не расскажешь, ― хохотнула она и поправила очки кончиком указательного пальца. ― На днях съездила за город, покаталась на лошадях, вчера потеряла курительную трубку, наверное, забыла ее у подруги в машине, в выходные сходила на свидание…

― Ого! И кем же на этот раз оказался этот счастливчик?

― Бизнесмен! ― усмехнулась бабуля.

― Даже так? ― вскинул брови Тима. ― И что за бизнес у твоего бизнесмена? ― не скрывая иронии, спросил он.

― Занимается разведением, ― хохотнула бабуля.

― И кого разводит?

― Одиноких женщин, вроде меня. Я поняла это, когда этот Казанова под конец ужина сделал вид, что забыл дома кошелек, ― бабуля гордо вздернула подбородок и добавила. ― Ну а я в свою очередь сделала вид, что отлучилась в туалет и уже через минуту ехала домой в такси. Пусть сам платит за свои проклятые кальмары! ― фыркнула бабуля.

Клянусь, прежде я еще никогда не влюблялась в человека с первых минут разговора. Но она просто вынудила меня это сделать. Современная, очень стильная и ухоженная дамочка, которой палец в рот не клади, к тому же бунтарка и юмористка ― вот какой я увидела его бабулю. И Тиме однозначно с ней крупно повезло.

Потом она спросила как дела у Руслана, у папы, как учеба в универе, как шла подготовка к соревнованиям (по всей видимости, она не знала, что Тимура исключили из секции) и про то, что Катя в больнице, тоже не знала, потому как спросила, какие планы на следующие выходные и пригласила нас в гости всем семейством.

А закончила разговор она на очень интересной ноте…

― Ну что, ребятки, я очень рада за вас. Наконец-то! ― воскликнула она, взглянув на Тиму. ― Берегите друг друга, ладно?

Что она имела в виду, когда сказала «Наконец-то», так и осталось для меня загадкой. Тима сказал, что в отличие от болтливой бабушки он умеет держать секреты. И не скажет, что она имела в виду.

Мы возвращались домой, когда темнота накрывала город. В машине я едва не уснула, потому что не спала уже больше суток. Тима тоже зевал, не спеша ведя машину. Да еще и музыка играла какая-то усыпляющая.

В кармане его куртки зазвонил мобильник, он вынул его и резко взбодрился. А затем развернула мне телефон экраном.

― Михалыч? ― округлила глаза я. ― Это же этот… ― я пощелкала пальцами, ― тренер, верно? Что ему нужно?

― Сейчас узнаем… ― пожал плечами Тима и, выключив магнитолу, ответил на звонок.

― Сергей Михалыч! ― сказал он в трубку и, втянув в себя воздух, затаил дыхание.

В машине было тихо, поэтому я хорошо слышала весь разговор.

― Привет, Тимур. Не отвлекаю?

― Нет, нет, конечно, ― бодро ответил Тима.

― Слушай… я тут много думал о том, что случилось… Сразу скажу, я по-прежнему не одобряю то, что ты полез в драку. Но заступиться за сестру, я считаю, было делом чести.

Я заметила, как брови Тимура поползли вверх. Я же умолчала о моем звонке тренеру, поэтому, вероятно, он удивился, что тот знает, из-за чего была драка.

― Твоя сестра задала мне вопрос: а как бы я поступил на твоем месте? Так вот передай ей, что я поступил бы точно так же.

Тимур повернулся ко мне, взглядом давая понять, что он в шоке от моего поступка.

― Поэтому я готов дать тебе еще один шанс, ― продолжил тренер. ― Последний, Тимур! Потому что знаю, что ты шел к этим соревнованиям всю свою жизнь. Потому что ты дал слово отцу! И ты просто обязан его сдержать и быть на этом чемпионате. Я надеюсь, эта ситуация стала для тебя хорошим уроком. И теперь, прежде чем махать кулаками на улице, ты сто раз подумаешь, стоит ли это твоей спортивной карьеры или нет.

― С-спасибо, Сергей Михалыч… ― все, что смог ответить ему Тимур.

― Что спасибо? Дуй на тренировку! На носу чемпионат! ― рассмеялся тренер. ― Жду тебя сегодня как обычно в восемь. Кстати, твой шлем и перчатки будут ждать тебя в раздевалке. Утроил он там благотворительную акцию, ― возмутился тренер и добавил: ― А мне потом снимай все твое добро со спортсменов!

― И когда ты мне собиралась об этом рассказать? ― уставился на меня Тима, убирая в карман мобильник.

― Вообще не собиралась, ― фыркнула я. ― Потому что этот мужик был слишком убедителен, когда говорил, что его решение было окончательным и все мои уговоры не больше, чем пустая трата времени.

― Ты его уговаривала? Впряглась за меня? Серьезно? ― широко улыбнулся он.

― А ты что думал, только тебе за меня впрягаться?

― Хм… неожиданно. Но приятно.

И Тима вдруг резко помрачнел и о чем-то задумался, отрешенно глядя на дорогу.

― Ты не рад?

― Почему… рад, ― он прерывисто вздохнул, покусал изнутри щеку, постучал пальцами по рулю.

― Ты из-за того, что у парней отобрали твою форму, которую ты им подарил?

― Что? ― обернулся он. ― Какую форму? А-а… ну да…

Я не дура, поняла, что дело было вовсе не в форме. Тогда в чем, интересно? Почему он не ликует от счастья, что его приняли обратно в секцию?

Но Тимур увел разговор в другое русло, так и не объяснив мне, что конкретно его не устраивало в предложении тренера.

Мне нужно было забежать за тетрадкой, которую вела в автошколе, а потом Тимур должен был отвезти меня на занятие. Но наши планы резко изменились, как только мы вошли в дом.