Магическая Служба Безопасности – 2. Напарник оборотня

Глава 27 Как свалить с вечеринки?

Бабушкин не зря предупредил, что концерт от «Гуру» будет странным. Выразился он мягко, так как выступления напоминали концерт пафосной художественной самодеятельности с применением магии.

Первой на сцену вышла чародейка Дарья Ртуть, работающая на «Золотой культ». На девушке был ярко-красный просторный деловой костюм и чёрная блузка. На предплечьях, поверх рукавов, красовались шесть металлических браслетов из разных сплавов с причудливой вязью узоров. На тыльной стороне ладони Ртуть носила легко узнаваемые, незримые для обычных людей, золотые печати Демонов Легиона Сребролюбия.

Мощные колонки заиграли первые аккорды «Wishmasterот» группы «Nightwish». Песня была довольно популярной лет десять назад, и под неё Ртуть решала показать иллюзорную атаку японских самолётов на военно-морскую базу США.

Чародейка подняла из двух заранее заготовленных толстых керамических сосудов пузырь фиолетовой воды и раскалённого олова.

Демон в щёгольском костюме, сидевший в первом ряду, тут же поднял правую руку, создав едва различимую прозрачную наклонную крышу, отделявшую зал от сцены невидимым слоем защиты.

Собака внутри Марты глухо зарычала от противоестественной инфернальной силы, обдавшей всех присутствующих в зале. Тимур тоже неуютно поёрзал и рефлекторно потянулся к отсутствующему пистолету.

Под аккомпанемент зычных, зажигательных фраз: «Master! Apprentice! Warrior! Disciple!», полившихся из колонки, Ртуть превратила пузыри в подобие истребителей времён Второй мировой войны и изобразила сражение в воздухе с обменам водными и металлическими брызгами. Самолёты бодро летали над сценой, изредка вылетая в зал.

После второго припева и проигрыша летающие машины превратились в двух драконов и начали причудливые извиваться в воздухе, закладывая невероятные виражи. Изредка созданные магией крылатые рептилии сцеплялись, впечатляя публику шипением раскалённого олова, касающегося ледяной воды.

В самый разгар представления с двух сторон сцену поднялись двое крепких парней в деловых костюмах, чёрных очках и наушниках. Актёры изображали не то наёмных убийц, не то сотрудников спецслужб, одетых в штатское. Мужчины подняли яркое оружие, предназначенное для игру хардбол. Им они открыли огонь железными шариками.

В зрительном зале случилась лёгкая паника. Пара чародеев тут же вскочили со своих мест, рефлекторно направляя в сторону незнакомцев заготовленные заклинания и артефакты. К счастью, улыбка и невозмутимый вид танцующей Ртути, красноречиво дали им понять, что всё происходящее — часть номера, а, значит, под контролем.

Летающие драконы продолжали с высокой скоростью виться вокруг к хозяйки, пока не превратились в тонкие пузыри, останавливающие шарики на расстояние нескольких метров от чародейки.

Волшебница сделала финальный пируэт на сцене и отправила жидкости обратно в сосуд.

Музыка закончилась. На несколько мгновений в зале повисла тишина, а затем присутствующие разразились бурными овациями. Театрализованная демонстрация умений произвела впечатление на всех, кроме эмэсбешников.

На сцену продолжали один за другим выходить члены Дома, устраивая состязания в магических спецэффектах. Демонстрации чар под музыку или шаманские бубны перемежались с какими-то проповедями, песнями и философскими стихами. Со сцены звучали то Омар Хайям и Бродский, то вольные каверы песен Маврина и Бранимира.

Динара была в полном восторге от происходящего. Для неё магические фокусы и произносимые со сцены банальные истины были диковинкой. Она ладоши себе отбивала, когда хлопала этой доморощенной самодеятельности.

Тимур сидел с со стаканом пива в обитом бархатом кресле и изо всех сил боролся со сном. Смотреть представление он не мог, а музыка «свободы» не вызывала отклика в его сердце. Во время чтения стихов Нариев почти дремал. Напряжение последних дней и хронический недосып давали о себе знать.

Марте приходилось аплодировать за двоих, хотя ей тоже не нравился концерт. Она куда с большей пользой походила бы по залу, напоминавшему музей истории религии. Здесь были собраны самые различные идолы, скульптуры, шаманские жезлы, картины странного содержания. Мусульманская вязь перемежалась с христианскими идолами и индийскими фресками, между которых можно было разглядеть символы сатанистов.

Концерт продолжался, пока не заиграла песня группы Louna — «Свобода». Зал в едином порыве встал и запел: «Глупо спорить с судьбой, ведь мы сами её выбираем! И нам с тобой пора признать: мы ошибались всякий раз, когда пытались обмануть природу. Но жизнь научит понимать и помнить, что любой из нас имеет право на свою свободу!»

Тимур с Мартой вынуждены были подняться, чтобы не привлекать к себе внимания. Обоим совершенно не хотелось двигаться вместе с толпой, но и выделяться было нельзя.

— Дико скучно, и я хочу свалить, — теплое дыхание Тимура защекотало ухо напарницы.

Она обернулась на него, не зная, как поступить. Дедушка учил её, что на концерте надо сидеть до конца, но ей тоже порядком поднадоело. Не хватало только повода, чтобы уйти.

В конце песни над залом поплыли магические иллюзии. Все это перемежалось с цветным туманом. Заработали аэраторы воздуха, разнося запахи благовоний: сандала, ладана и ещё чего-то непонятного.

Марта от неожиданности чихнула пару раз подряд. На неё оглянулись. Вспомнив, чему её учил психолог перед визитом в Свободный Дом, Золотаева снова чихнула, а после ещё и ещё. Это не имело отношения к ароматам, витающим в воздухе. У неё появился хороший способ покинуть помещение, сославшись на аллергическую реакцию. Тимур мгновенно сообразил, что к чему, взял её за руку и они, поминутно извиняясь, стали выбираться из помещения.

Почти одновременно с ними в грот Пяти Стихий вышел ещё один человек со слезящимися глазами. Он был низкого роста и светло-рыжий. Потерев глазницы тыльной стороной ладони, незнакомец почесался боком о стену, обернулся на чихнувшую при выходе из помещения Марту и поинтересовался:

— Тоже не выносите р-р-резких запахов?

Та еще раз демонстративно чихнула.

— Есть такое.

— Они мне так весь нюх отобьют, — пробурчал незнакомец. — У меня от этих благовоний нос забился.

Тут его ноздри неожиданно затрепетали, она стал жадно внюхиваться, словно бы почуял присутствие зверя. В этот самый момент со стороны Золотого Зала выбежала крупная рысь. Она огляделась, в пару прыжков пересекла зал и грациозно взлетела на плечи рыжему.

— Милая! — обрадовался он. — Как же я рад тебя видеть!

Тимур, понимая, что настоящая рысь учует природу не только у Марты, но и у него, тихо шепнул:

— Идём отсюда?

— Куда?

Знал бы он — куда. Больше всего лейтенанту хотелось свалить домой, но нужно дождаться Бабушкина и пообщаться с ним.

— Понятия не имею. Тут даже спрятаться негде от посторонних взглядов.

— Слушай, может, в Розовый Зал? Там, говорят, кабинки есть. Можно закрыться.

Тимур резко повернул голову в её сторону, пытаясь разглядеть сбитым фокусом её лицо. Она это — серьезно? Идти к «Порномансерам?» Она хотя бы немного себе представляет, какой кошмар может увидеть, даже не дойдя до кабинки?

В какой-то миг его осенило. Нет, Марта этого не понимает. Он читал про несоответствие реального возраста оборотней к биологическому, просто никогда не думал, что уверенная в себе, холодная капитан Золотаева может не иметь никакого опыта и познаний в этой части жизни. Возможно, они у неё были, но совсем-совсем поверхностные, и с чужих слов.

«Эх, Маня… Сколько же тебе лет на самом деле?» — подумал Тимур с теплой, щемящей нежностью.

Ему захотелось тут же увезти её из этого места. Подальше от всей этой порнографии, сектантов и наркоторговцев. Делать этого было нельзя. Работа требовала остаться и выжать максимум информации из неприятного визита.

— Идём в Синий зал. Там хотя бы есть, куда приткнуться.

Марта ещё раз демонстративно чихнула.

Когда они входили в бар, почти нос к носу столкнулись с Бабушкиным. Тот сменил уличный костюм Деда Мороза на более удобный костюм Санта Клауса.

— Не понравился концерт? — ехидно поинтересовался Андрей Владимирович. — Хочу напомнить, что я отвечаю только за дискотечный блок этого вечера. У меня там всё в высшей степени профессионально. Вам понравится.

Марта ещё пару раз чихнула:

— Дедушка Мороз, у меня — страшная аллергия на раздражающие запахи. Нам бы переговорить с вами. Дальше мы, пожалуй, поедем домой.

— Как жа-а-аль… Но вы уже нашли себе Наставника? — забеспокоился Бабушкин. — Вы видели Дашу Ртуть?

— Видели, когда она выступала на сцене, — уверенно солгал Тимур, который даже сцену различал с трудом. Зато он вспомнил объявление, которое делал ведущий.

— Как она вам?

— Переговорить не удалось. Хотя эта ваша Ртуть… гм… впечатляет. Но мне кажется, обстановка тут не та, чтобы обсуждать важные дела. Люди хотят выпить и повеселиться. Мы бы с удовольствием остались, но…

Марта чихнула несколько раз подряд, и Тимур развел руками.

— Может вам целителя прислать? У нас есть хороший специалист… Даже не один.

Тимур нахмурился:

— Никаких целителей. Эти ваши целители мне зрение исправляли… Теперь я вынужден буду лечь в «Микрохирургию глаза». Нам проще доехать до самой обычной аптеки. К тому же… Слишком много информации за один день… Мы же с вами не последний день встречаемся?

— Да, я буду у вас уже через четыре дня.

— Вот видите! Мне с моим даром не требуется разбираться сейчас. Отгуляем праздники, а после уже с вашей Ртутью пересечемся, в спокойной обстановке поговорим… Но у меня и Марты есть к вам пару вопросов. Вы найдете минут пять?

Бабушкин кивнул. Он торопился, но не желал терять дружеских контактов с теми, кого хотел привести в свой Дом.

Они прошли в зал, расположились за столиком-бочкой.

— Так о чём вы хотели со мной поговорить? — Андрей Владимирович сложил руки на животике и благодушно улыбнулся в накладную бороду Санта Клауса.

— Вы просили сообщить количество гостей, — Марта облокотилась о деревянную столешницу локтями и доверительно взглянула на волшебника. — Мы пригласили чуть больше двадцати человек, но… второе января… Сами понимаете. Будет человек пятнадцать, не больше. Возможно, даже меньше…

— Прекрасно! Мы устроим уютную, камерную вечеринку. Всем понравится!

— Тут такое дело. Наши друзья почти все из независимых магов или люди, посвящённые в Тайну. Во всяком случае с моей стороны. Мы решили с Тимуром их перезнакомить перед, — Марта сильно смутилась, не решаясь произнести слово «свадьбой».

Тимур ободряющей положил свою ладонь поверх её, и тут же подумал, что не может как следует отрегулировать силу нажима. Вдруг ей тяжело? Но быстро убирать руку не стал.

— Сами понимаете, есть некоторые сложности в общении друг с другом. Всем нам не очень легко в мире обычных людей, потому многие очень зажаты… Надо как-то сделать, чтобы всем было комфортно.

— Так я же дал вам наши рекламные буклеты, — тут же оживился Андрей Владимирович. — Вы их посмотрели? Я про мои прекрасные БАДы, улучшающие самочувствие. Они позволят получить незабываемые впечатления от вечера.

— Об этом я и хотел переговорить, — Тимур пересел удобнее и убрал свою механическую кисть с руки напарницы. — Я, конечно, вам доверяю, но решил проконсультироваться со своим дядей — Валерием Султановичем Назарбековым. Он у меня большой любитель всего… такого… нетрадиционного. Вы. случайно, не слышали о моём дяде?

— Кто же на знает знаменитого Назарбекова! Хотел даже лично побывать у него на лекции, когда он в Челябинске выступал, но, к сожалению, работа меня не отпустила. — Бабушкин старался выглядеть радушным, но видно было, что он слегка напрягся.

— Знаете, он очень заинтересовался вашими биодобавками. Дядя у меня любит такие дела. Сами понимаете, он из Ведающих. Не то прямо, не то косвенно он связан с их Целителями. Я не очень вникал. После того, как его знакомый испортил мне глаза, я не сильно всем вашим травкам доверяю, — простодушно произнёс Тимур.

— У нас только экологически чистые природные компоненты. Ни один из них не запрещён законом! Мы тщательно следим за магическими ритуалами в приготовлении.

— Да мы это поняли. Потому дядя и заинтересовался. Он что-то хорошее об ваших БАДах слышал тут, в Челябинске, когда говорил с кем-то из чародеев.

Услышав похвалу, Андрей Владимирович тут же расцвёл.

— Ах, вся наша магическая тусовка в полном восторге! Мы знаем толк в развлечениях.

Тимур вежливо кивнул. Пока одни ловили кайф, впервые попробовав зачарованных мухоморов, других на «скорой» доставляли в отделение психиатрии или в частные магические клиники в тяжелейшем состоянии. У кого-то была острая ломки от невозможности приобрести дополнительную дозу, другие страдали от галлюцинаций и кошмаров, третьи просто травились или получали сильнейшие аллергические реакции.

В момент паузы Марта ещё раз демонстративно чихнула.

— Третьего числа у дяди поезд с утра, он хотел бы прикупить ваши биодобавки. Ему есть куда их применять, если вы понимаете, о чём я.

— Это было бы очень интересно! Я буду только — «за!» К сожалению, у меня все дни заняты… К тому же сейчас у меня ничего при себе нет. Это надо говорить с моей прекрасной партнёршей по бизнесу. Всё у неё на руках… Даже не знаю, когда устроить встречу… Праздники на носу. Может быть тридцатого или тридцать первого прямо с утра?

— Дяди сейчас нет в Челябинске. Он в Башкирии, и приедет только на день рождения. Буквально — поздравить. А с утра ему на поезд… Он у меня страшно самолётов боится. Я понимаю, что вам это неудобно… Но дядя — очень серьезный человек и всегда занят…

— Так даже лучше. Я постараюсь вам на место всё привести.

Тимур выжидал. Мало взять Бабушкина, важно было затащить саму Айрэн на эту вечеринку.

— Я знаю своего дядю. В жизни он не такой милейший человек, каким кажется на экране. Ему нужны гарантии и перспективы на дальнейшее сотрудничество между Домом Ведающих из Набережных Челнов и вами… Чтобы это не казалось клоунадой и розыгрышем. — Тимур покосился на костюм Санта Клауса.

— Я и моя партнёрша — очень ответственные люди.

Марта вспомнила, что чародей неравнодушен к женскому полу, и, стараясь следовать советам самого Назарбекова, лучезарно улыбнулась.

— Вы не поняли, Андрей Владимирович. Дядя у Тимура — жуткий зануда в обычной жизни. Поверьте, я его уже видела, — она обернулась к Тимуру и с укоризной добавил. — Извини, милый, но то, что я говорю, — правда.

— Да, он сложный человек, — подыграл ей Тимур. — Любит во всём порядок и безукоризненно соблюдает традиции. Сами понимаете — Ведающий.

Марта снова обернулась к Бабушкину:

— Вот видите. Вы, Андрей Владимирович, будете весь вечер нас развлекать, прыгать и конкурсы проводить. Валерий Султанович к вам серьезно не отнесётся. Это же для него как самодеятельность.

— Погодите-погодите. Моя партнёрша — настоящая бизнес-леди! Можно же вести разговор не со мной, а с ней… Но, честно говоря, я немного в шоке. Не могу же я привести её для переговоров на вашу частную вечеринку? Это неудобно! А в другое время, получается, эту встречу провести просто… нереально!

Тимур с Мартой переглянулись. Сейчас важно было сделать всё возможное и даже невозможное, чтобы Айрэн выползла из укрытия. Они, конечно, попытаются пробить её настоящее имя через список однокурсников Бабушкина, узнать, кто ее родные, но эта ниточка следствия может оказаться — пустой.

— Пусть она приходит вместе с вами. Мы еды все равно на двадцать человек заказали, а приедет меньше гостей, — Марта снова чихнула.

— Как-то неловко.

— Да бросьте, — Тимур откинулся на спинку стула. — Вдруг я в ваш Дом решу войти? Мне связи с вашей деловой партнёршей не помешают. А если она не захочет присоединиться к нам за столом, они с дядей уйдут на второй этаж, пообщаются. Нам с Мартой этот визит не помешает.

Бабушкин задумался, похлопал себя руками по животу, побарабанил ладонями по деревянной бочке и, наконец, решился:

— Тогда, если вы не против такого поворота, я поговорю со своей партнёршей. Ничего не обещаю, характер у неё своеобразный. Но скажите, о какой партии идёт речь? Ради десяти или даже ста грамм моя партнёрша никуда не поедет. — Тут он виновато улыбнулся и развёл руками.

— Дядя хотел купить… килограмм на пробу, — тихо сказал Тимур. — Он надолго уезжает, и непонятно, когда сюда ещё раз приедет…

Андрей Владимирович резко и воровато обернулся, словно опасаясь подслушивания.

— Надеюсь, ваш дядя понимает что такая партия будет стоить… тысяч пятьсот? — так же тихо, но внушительно уточнил он.

— Понимает… Поэтому и хочет встретиться с вашей партнёршей — лично. Вдруг удастся хороший контакт на будущее наладить, — приглушённо ответил лейтенант, делая упор на последние два слова.

Андрей Владимирович ещё раз обернулся и добавил серьезно:

— Контакты с перспективой дальнейшего сотрудничества между Домами — всегда к пользе.

Они ещё немного обговорили детали предстоящей вечеринки, и Тимур с Мартой стали собираться. Бабушкин не стал уговаривать их остаться. Он торопился, так как концерт уже закончился, и у ёлки должна была начаться дискотека, где он был ведущим.

… Марта и Тимур вышли из пещеры.

Над лесом висела краюха убывающей луны, а на поляне было тихо и пустынно. Это было настолько контрастно тому, что они оба пережили на вечеринке, что некоторое время оба просто наслаждались покоем и тишиной. Было ощущение, что оба избавились от чего-то душного и противного.

— Хорошо тут, — сказала Марта, глядя на темный заснеженный лес.

— У меня чувство, словно бы не развлекаться приходил, а отпахал на тяжёлой работе. Тело — ломает, и спать хочу до безумия, — признался Тимур.

Похоже, энергетическая вампирша все-таки напиталась от него немного, так как он ощущал себя совсем разбитым. Впрочем, это могла быть и банальная физическая усталость от перенапряжения.

Зато после выхода из Подмирья зрение сразу вернулось к норме, и моторика кистей — тоже.

Оба направились к машине. На вечеринке Нариев выпил лишнего, поэтому раздумывал, как поступить. Вызвать такси, чтобы их увезли отсюда? Но не бросать же машину, взятую напрокат.

— Марта, глянь адрес ближайшей гостиницы в Кыштыме. До города дотянем, снимем номер и заляжем спать. В Челябинск я не поеду в таком состоянии.

…Часы показывали четыре утра.

Тимур сладко посапывал в небольшом гостиничном номере с двумя кроватями. Он вырубился почти сразу, как только голова его коснулась подушки.

Золотаевой не спалось. Она лежала в кровати и смотрела на напарника. Свет полумесяца, сияющего за окном, падал на его профиль. У Тимура был слегка приоткрыт рот, и весь он был какой-то беззащитный и трогательный, не такой, как всегда.

В груди Марты при взгляде на лейтенанта поднималось что-то теплое и нежное. Очень хотелось подойти, лечь рядом с ним, уткнувшись носом в его тёплое плечо. Ей уже было всё равно, её это желание или собаки.

Золотаева интуитивно понимала, что Нариев её не прогонит. Но так поступать было нельзя. В фильмах сначала всегда целуются.

«Когда поедем домой, надо не забыть зайти в магазин, и купить помидоры!» — думала она, погружаясь в сон.