Магическая Служба Безопасности – 2. Напарник оборотня

Глава 35 Бой в Пустоши

Тимур резко замедлил движение на последних ступенях лестницы и огляделся, чтобы не нарваться на какой-нибудь боевой артефакт или растяжку. Он усилил магическое восприятие глаз и внимательно осмотрел небольшой коридорчик, из которого в комнаты вело четыре закрытых двери. В паре мест внутренний компьютер зафиксировал несколько магических всплесков.

Подождать, когда в коттедж войдёт сапёр? Он знал, что требовалось действовать осторожно, осмотрительно и не бросаться без поддержки в возможные засады. Наибольшие потери всегда происходят в моменты, когда без разведки и подготовки оперативники бросались в не проверенные места. Однако лейтенант должен был учитывать и оперативную обстановку.

Тимур заранее изучил список преступлений Аллы Боровской. В числе пострадавших от её укусов значился сильный маг Телепорта. Вампирша могла использовать приобретённую с кровью способность для побега из коттеджа. Силы крови мага было достаточно, чтобы переместить Айрэн на десятки километров или перебросить на другой пласт Мира. Вряд ли опергруппа успела установить мощные блокираторы телепортов после спешного переезда с места прежней засады.

Возможно, по свежему магическому следу специалисты определят точку координат, куда тварь перенесётся. Был риск, что при этом могут пострадать гражданские. Айрэн без раздумий остановит любую машину на трассе, высосет кровь из водителя и попытается сбежать.

Взвесив «за» и «против» за доли секунды, Тимур решил действовать, не дожидаясь подхода опергруппы. Он достал антимагическую гранату и обернулся к напарнице:

— Марта, в тамбур!

Она поняла, стремительно бросившись в сторону маленькой прихожей, чтобы её не задело антимагической волной.

Выдернув чеку, лейтенант катнул гранату в конец коридора, а сам скатился вниз по ступенькам и влетел в тамбур вслед за Золотаевой, резко прикрыв за собой двери. Нельзя допускать, чтобы его снова вырубило, как это случилось в доме Крязина.

Где-то сверху раздался негромкий хлопок разорвавшегося снаряда. Тимур, взглянув на Марту, заметил, что у той всё платье справа залито кровью.

— У тебя… — он кивнул на её бок.

Золотаева взглянула на окровавленное платье. В пылу боя она даже не почувствовала ранения.

— Я — оборотень. Затянется быстро.

— Подлечись, пожалуйста, — в его голосе слышались одновременные приказ, обеспокоенность и забота.

Выждав положенные десять секунд, Тимур выскользнул из тамбура, устремившись наверх.

Напарница выскочила следом, подхватив с пола сумочку. Разорвав платье на боку, она вытащила магический эликсир и вколола его в себя. Зелье должно было ускорить регенерацию.

Со стороны улицы кто-то использовал магию. Влияние волны пришло через разбитое окно и чуть взъерошило волосы Марты. Уголки её губ дрогнули в улыбке — помощь была рядом.

Не выпуская сумки из рук, Золотаева рванула вслед за Нариевым. Она тоже читала о возможностях Айрэн-Боровской, и серьёзно опасалась за Тимура. Возможно, опытная вампирша обладала куда более весомым набором накопленных способностей, и в МСБ о каких-то из них даже не подозревали.

Лейтенант с ноги выбил первую дверь, готовый стрелять на поражение в любую секунду.

Услышав шум, Марта остановилась на лестнице, чтобы в случае пальбы во внутренних помещениях второго этажа не оказаться сразу же в зоне поражения.

В первой и второй комнате никого не оказалось. Когда лейтенант распахнул третью дверь, в него градом полетели острые красные дротики. Каждый — толщиной с небольшой гвоздь.

В пылу боя с Убыром он забыл, что его собственные защитные артефакты разрядились, а потому не успел закрыться.

Звякнула разбитая вдребезги камера в глазнице. В левую щеку вошёл другой дротик, а ещё один оцарапал сбоку шею, по которой тут же заструилась кровь. Одежда стала напоминать подушечку для иголок. Бронежилет и куртка защитили от ударов грудь, но в предплечья тоже засело несколько дротиков.

Тимур оглядел оставшимся глазом помещение. Едва заметный остаточный магический след он зафиксировал лишь от разряженного артефакта, установленного напротив выбитой двери. К сожалению, рванувшая в коридоре граната не развеивает волшебство через стены и любые другие серьезные механические препятствия.

— Тимур, лови!

Марта не поднималась наверх, но бросила в его сторону автоинтъектор с регенерирующим эликсиром.

Тимур не заметил этого, так как выдирал из тела дротики. Автоинъектор ударился об его куртку со спины и упал к ноге. Нариев только хотел его поднять, но, скользнув взглядом по проёму в спальне, заметил между стеной и шкафом сильный магический всплеск.

Что там?

Лейтенант сделал несколько осторожных шагов в сторону ниши и заметил медленно угасающий, затягивающийся портал Арки Телепорта.

Он знал, что в запасе, быть может, есть несколько секунд до её полного закрытия, поэтому, быстрым разрядом магической энергии на пальцах протезов чуть подзарядил Портал. Надо было продержать его до прихода опергруппы. Выжав из протезов несколько жалких искр, он смог добиться, чтобы на несколько мгновений Арка, получив источник волшебного питания, немного расширилась и стала ярче.

— Группа не успеет. Портал через пару секунд схлопнется. Я — за Айрэн! — быстро выпалил Тимур поджидающей в коридоре напарнице, и, не раздумывая больше не секунды, шагнул в Арку.

Марта влетела в комнату, когда напарника уже не было. Портал тускло светился, стянувшись до размера гимнастического обруча. С пистолетом в одной руке и гранатой в другой Золотаева «щучкой» нырнула следом за лейтенантом.

В последнюю секунду перед прыжком Марта услышала характерный топот военных ботинок по лестнице. Оперативники антитеррора, поднявшись на этаж, опоздали буквально на несколько секунд.

…Нариев не сразу сообразил, где находится. Кажется, это был тот же коттедж, только он словно бы ещё не был достроен. Ни мебели, ни даже штукатурки на стенах. Двери и окна отсутствовали. Снаружи лился тусклый серый свет, словно вокруг была не зимняя ночь, а промозглый осенний день. Датчики фиксировали минусовую температуру, и при выдохе изо рта шёл пар.

Быстро оглядевшись, Тимур выглянул наружу, заметив улицу из таких же пустынных, недостроенных домов. Вся земля была серой, словно бы присыпанной лёгким пеплом. Зато внутри дома не было даже пыли.

Техномагическое зрение ухудшилось, но не так сильно, как в Подмирье Дома Свободных.

«Пустошь!» — догадался лейтенант.

Этим словом называли границу с Подмирьем. Чем-то Пустошь напоминала Реальность, но в неё отражались только стабильные, старые объекты. Именно к ним относились давно построенные дома. На некоторых можно было заметить даже деревянные рамы со стёклами, но большинство зияло глазницами пустых оконных проёмов.

Из Портала позади Нариева вылетела и упала на пол Марта. Он резко обернулся на шум, чуть нахмурился, но ничего не сказал. Сейчас — никаких лишних слов. Надо было найти Айрэн. Если та покинула здание, они легко по цепочке следов, оставленных на припорошённой пеплом земле, её отследят.

Впрочем, вряд ли та рискнет оказаться на открытых пространствах, где легко поймает пулю в спину. Скорее всего, тварь затаилась где-то в доме. Используя выпитую кровь, преступница могла временно обострить свои чувства и заметить преследование. Лейтенант почти не сомневался, что у гадюки в запасе ещё много яда.

Марта тревожно взглянула на напарника. Из щеки и по шее Тимура вытекали темные капли. Красные пятна появлялись так же на куртке и штанах в местах многочисленных дыр. Марта с ужасом поняла, что у неё в руках только пистолет и антимагическая граната, а автоинъектор остался валяться на полу на слое обычной Реальности. Как тут оказать первую помощь?

Она быстро поднялась с колен и принюхалась. В доме сильно пахло человеческой кровью, и этот железистый запах резал ноздри в стерильном мире Пустоши. Пахло со стороны дверного проёма.

Тимур кивнул напарнице на стену, чтобы она прижалась к ней и вышла из-под обзора со стороны коридора и лестницы. Золотаева поняла, перебежала к двери. Замерла, почти слившись с кирпичной кладкой.

Нариев двинулся к выходу первым. Он оказался в пустом коридоре, и ему хорошо было видно сразу несколько комнат. В них никого не было. Передвигаясь короткими перебежками, он осмотрел все четыре верхних помещения. Пусты.

Значит, вампирша где-то внизу. Чтобы увидеть пространство гостиной, требовалось подойти ближе к лестнице. Еще несколько шагов вперёд…

Тихо так, что уши закладывает, но подозрительных шевелений нет.

Марта, высунувшись из-за угла, заметила, что он обернулся к ней, показывая жестом, что намеревается спуститься вниз.

Из-за сбоя в технике он слишком поздно заметил замаскированный с обратной стороны перилл взрывной артефакт, скрытый иллюзией.

— Наза… — заорал лейтенант, осознав, что у него самого времени на отступление — нет.

Нариев понятия не имел, какая мощность у артефакта, но в доли секунды понял, что Марта оказалась на линии взрывной волны. Всё, что он мог сделать, это немного отскочить от эпицентра взрыва и успеть встать между взрывчаткой и напарницей, прикрывая её собой.

Тут рвануло!

Тимур принял на себя весь град летящих во все стороны острых, как бритва, металлических осколков. Мелкие железяки пробивали одежду, врезаясь в незащищённые части тела. Ударной волной киборга подбросило и шмякнуло о стену. Ударившись о бетон спиной, лейтенант сполз вниз и кубарем покатился по лестнице.

У самой последней ступеньки тело Нариева дёрнулось в последний раз и замерло.

Марта, успев отпрянуть за косяк, получила только несколько незначительных царапин от осколков раскрошившихся кирпичей. Выглянув, она увидела, что взрывом снесло верхнюю часть перил и выбило несколько верхних досок со ступенек. Каким-то чудом остальной каркас лестницы не пострадал.

Добежав до края, Золотаева увидела внизу неподвижное, окровавленное тело напарника, поверх которого лежала разломленная балясина.

Зрачки Марты стремительно расширились. В голову лезли страшные мысли, но она боялась даже думать о худшем.

«Очнись! Пошевелись! Пожалуйста!» — лихорадочные мысли рикошетом били в виски.

Тимур неподвижно лежал в нелепой позе, и вокруг него по полу растекалось кровавое пятно.

Медлить было нельзя. Марта шагнула на ставшую шаткой лестницу и стала быстро спускаться, ориентируясь на резкий, тревожный запах несвежей крови. Она дала волю собаке, и шла, повинуясь её чутью.

Золотаевой хотелось нагнуться к Тимуру, но она знала в этот момент так поступать нельзя. Вампирша могла воспользоваться любой её оплошностью, чтобы напасть и добить обоих.

Человеческая ипостась Марты была не самой сильной. У неё была неплохая общая физическая подготовка, но в Магическом Мире даже неподготовленные вампиры обладают нечеловеческой силой и выносливостью. В схватке с Айрэн единственная надежда — антимагические пули и граната.

Овчарка дала сигнал своему человеческому «Я» остановиться на первом этаже. Она повела носом, отделяя запах свежей крови напарника от чужого резкого запаха.

Комнат было четыре — зона гостиной, совмещённая с кухней, санузел, котельная и тамбур. Где-то в них должна была спрятаться вампирша.

Услышав шевеление со стороны одной из комнат, Марта дёрнула чеку гранаты и, не задумываясь, метнула её вглубь. После броска Золотаева подбежала к стене, чтобы не попасть под влияние антимагической волны.

Это не сильно помогло. Марту задело остатками силы, развеивающими волшебство. По телу разлилась слабость, а в ушах сильно зазвенело. Оборотень тряхнула головой, почесала за ухом, пытаясь собраться с мыслями.

Оставалось надеяться, что вампиршу накрыло в разы сильнее, если, конечно, у той не было брони из артефактов, принявших удар на себя.

— Вы сдохнете здесь, легавые! — раздался из комнаты спокойный, великолепно поставленный женский голос. В нём чувствовалось превосходство и высокомерие.

«Значит, была под бронёй!» — сообразила Марта.

Бросив взгляд на неподвижного лейтенанта, она, держа дверной проём под прицелом, Золотаева направилась в сторону комнаты, где скрывалась Айрэн. Чем быстрее будет обезврежена вампирша, тем быстрее Марта окажет помощь Тимуру. У того в кармане куртки должны быть автоинъекторы магических зелий.

Марта прижалась к стене. Сердце бухало в груди оглушительным набатом, и, казалось, его слышно в ватной тишине дома. Запах крови из комнаты закладывал ноздри.

Резко появившись в проёме, Золотаева огляделась и заметила краем глаза шевеление в углу.

Вампирша, как бронёй, была окутана кроваво-красным паром защитного заклинания. Развернувшись в сторону этого «кокона», Марта начала стрелять.

Пули жужжащими шмелями входили в кровавое марево, и антимагия выедала в защите огромные бреши. Они становились всё больше, но заклинание, которое Айрэн наложила на себя, было слишком мощным.

Преступнице терять было нечего, и она резко бросилась в атаку. Подскочив к Марте, вампирша перехватила руку с пистолетом. Её хватка была такой сильной, что она чуть не сломала Золотаевой запястье.

Нежить кулаком ударила Марту под дых, а другой рукой схватила за шиворот, приподняла над полом и отбросила к стене. От удара пистолет выпал из кисти и улетел в дальний угол комнаты.

Золотаева быстро осознала, что у неё нет шансов выстоять против нечеловечески сильного противника. Сопротивляться по-настоящему могла лишь овчарка, в генах которой была кровь германских волколаков и южнорусских вервольфов. Зверь уравнял бы шансы. Собака рвалась принять бой, но чтобы перекинуться в животное, нужно было хотя бы немного времени на спокойное сосредоточение.

Марта ушла из-под второго удара остервеневшей вампирши и бросилась бежать сторону тамбура, ведущего на улицу. Айрэн в одном прыжке перекрыла ей выход. Золотаева затормозила, огляделась и поняла, что рядом — лестница. Ей пришлось перескочить через тело Тимура, чтобы подняться наверх. На бегу она стаскивала с себя платье.

Только бы успеть!

Вампирша не спешила. Она заранее подготовила «выпитое» из чародея-жертвы заклинание Молнии, её ладонь наливалась пурпурным огнём. Айрэн готовилась поразить разрядом спину убегающей.

В этот самый момент Тимур открыл глаза. У него было сломано предплечье, грудь ломило от боли, а лоб и щеки изрезало осколочными. В ушах закладывало после взрыва, но надо было вставать, чтобы прикрыть напарницу.

Заметив, что у Айрэн искрит ладонь, лейтенант здоровой рукой поднял пистолет и нажал на курок.

Пули одна за другой входили в кровавый «щит» вампирши, уничтожая остатки защит. Несколько пуль вошло и в её тело.

Лицо Айрэн исказилось клыкастым оскалом. Тварь развернулась к нему, перенаправляя мощный разряд в сторону недобитого киборга. В последний момент лейтенант прикрыл грудь и голову протезами, чтобы защитить сердце и мозг. У его техномагических рук была прекрасная изоляция.

Все же ударившее в него заклинание, которое он принял в себя, оказался лишком сильным. Протез, принявший на себя основной удар, разлетелся на куски.

Тимура ударило током. Боль и адреналин удержали лейтенанта в сознании, но драться он уже не мог. Айрэн, видя, что противник не опасен, взглянула наверх. Она понимала: назойливая эмэсбешница где-то скрылась, но уйти со второго этажа некуда. Разве что в окно выпрыгнуть или воспользоваться артефактнным телепортом и сбежать обратно в Реальность. Этого нельзя было допускать, так как мерзкая девчонка могла привести с собой подмогу.

Вампирша бросилась к лестнице. Надо было прикончить противницу и срочно напиться ее крови. Антимагические пули начинали действовать, и Айрэн понимала, что слабеет.

Тимур, превозмогая боль в израненном, резко ослабевшем теле, попытался подняться на четвереньки. Так как он лежал поперёк лестницы, нежить, перескакивая через него, споткнулась и упала. Она быстро сгруппировалась, поднялась и хотела рвануть наверх, но решила не оставлять врага за спиной. Развернувшись прямо на ступеньках, она замахнулась, чтобы пнуть лейтенанта в лицо.

Нариев, откинувшись назад, подставил под удар целый протез. Это причинило невыносимую боль в плече, но голову он спас, а вампирша, с размаху въехав ногой по протезу, заорала от злости и боли.

Обезумевшая, разъяренная тварь набросилась на лейтенанта, рывком приподняла за грудки, нанося удар за ударом с целью сломать ненавистному эмэсбэшнику ребра.

Тимур попытался сбить вампиршу с ног, но раненное тело двигалось непривычно медленно. Его бёдра и голени были изрешечены осколками, культя с разлетевшимся протезом была бесполезна, а вторая, переломленная рука уже почти не слушалась. Между тем нежить, напавшая на него, билась с холодной остервенелой злостью.

…Марта, скинув с себя всё до последнего нитки, снова выбежала в коридор. Собака внутри неё рычала и лаяла, требуя дать ей волю. Марта не сопротивлялась, спуская зверя с поводка.

Из её кожи полезла шерсть, лицо мялось и вытягивалось вперёд, а ладони превращались в лапы. Мучительное превращение пронзило всё естество оборотня миллиардом раскалённых иголок. Подстёгиваемая адреналином и страхом за близкого человека, Золотаева превращалась в немецкую овчарку быстрее обычного.

Подбежав к лестнице, собака увидела, что окровавленный, израненный Тимур уже лежит на полу, а клыки нежити тянутся к его шее.

Повинуясь инстинкту защиты хозяина, овчарка прыгнула вниз. Невзирая на жуткую, изматывающую боль, оборотень завершала превращение прямо в полёте. Собака, завершив трансформацию, упала на спину вампирши, клацнула зубами, захватывая малиновые косы. Оборотень мотнула головой, словно бы пытаясь оторвать волосы от черепа Айрэн.

Голова вампирши дёрнулась назад, и острые клыки прошли в сантиметре от сонной артерии лейтенанта.

Не ожидавшая нападения со спины, Айрэн попыталась развернуться, чтобы достать невесть откуда взявшуюся овчарку стремительно заострившимися длинными когтями.

Собаке пришлось выпустить её волосы, чтобы не подставлять бок под удар.

В этот момент вампирша нанесла по овчарке второе, подготовленное заранее заклинание.

Марту подхватило ветром и вынесло в окно, отбросив далеко от дома. Она шмякнулась метрах в двадцати от стены, но стремительно вскочила и, не раздумывая понеслась обратно.

Айрэн уже вскочила, и её рука снова искрились для повторной магической атаки. Овчарка атаковала первой, вонзаясь в руку, на которой еще не успел сформироваться огненный хлыст. Вложив в силу клыков всю мощь своих предков, оборотень перекусила запястье, ломая вампирше кость.

Айрэн, испытав сильнейшую боль, страшно заорала.

Пасть Марты сверкнула, отражая от себя магию крови вампирши. Так она сделала капли безопасными и безвредными для себя.

Нежить занесла вторую руку для удара, но собака, обученная перехватам во время курса защитно-караульной службы, повисла и на второй руке, роняя Айрэн на землю и прижимая её лапами.

Вампирша поняла, что у неё почти нет сил на сопротивление. Антимагические пули, вошедшие в её корпус, высасывали из неё волшебную энергию, делая тело вялым и непослушным. Нежить при всём желании уже не могла так же яростно сопротивляться, как раньше.

В этот миг где-то наверху послышались голоса, топот ног.

— Всем лежать! — раздался громкий приказ. — Лицом в пол!

Айрэн, приподняв голову, увидела, что в неё целятся ребята в форме, бронежилетах, касках и с балаклавами на лицах.

Их было много, и сопротивляться больше не было смысла. С яростным стоном, больше похожим на рёв, вампирша замерла.

Марта, всё еще скалясь и рыча, отступила. Шерсть её по-прежнему стояла дыбом, но расслышав знакомые голоса, собака начала успокаиваться

Пока несколько человек из группы задержания надевали на вампиршу антимагические наручники, несколько человек склонились над Тимуром.

— Эй, лейтенант, ты как? — капитан Потапов снял маску с лица.

Тимур попытался что-то прошептать пересохшими губами, но из горла вырывался только хрип. Ему отчаянно не хватало воздуха, и тело уже почему-то даже не болело, а цепенело, оказывалось слушаться. Было только холодно, очень холодно.

— Ирка, аптечку!

Присевшая рядом старлей Ермолаева, не снимая маскировки с лица, полезла пальцами в висевшую на поясе сумочку.

Марта бегала рядом с ними, скулила, преданно заглядывая в глаза каждому.

Собака чувствовала, что с её обожаемым Тимуром всё плохо. Она не знала, что делать и как вмешаться. Овчарка попыталась лизнуть его в нос, но её отогнали, чтобы она не мешала реанимационной работе. Марта отошла, но её полный боли и невыносимой собачьей тоски взгляд метался по глазам людей, предпринимающим попытки реабилитировать раненого.

Овчарка видела мир не так, как люди. Для неё тело лейтенанта словно бы засветилось изнутри. Вряд ли она осознавала, что в этим минуты душа Тимура отчаянно борется за земное право остаться в теле.

Сверху спустили штурмовой щит, на котором, вместо носилок, предполагалось вынести тело лейтенанта. Ермолаева вколола Тимуру эликсир сразу в несколько мест, обильно полила им открытые раны на лице и теле. Это всё, что она могла сделать для оказания экстренной помощи.

Нариев приоткрыл веко уцелевшего глаза, увидел сбоку собачью морду, попытался улыбнуться, но не смог даже мускулом пошевелить на лице

— Эй, кто там первый выходит! Реанимацию! Срочно! — заорал Потапов наверх.

С трудом подняв тело на щите по шаткой лестнице наверх, Виталий Захарович обернулся. Марта все так же неподвижно стояла внизу, и смотрела куда-то в сторону дверного проёма, ведущего на улицу.

Потапов нахмурился, взглянул через окошко в сторону унылого пейзажа, но ничего особенного не заметил. Что там увидела собака?

— Марта! Э-эм, Марта Максимовна… Мы уходим.

Собака повернула голову куда-то в бок, после — снова на улицу.

Потапов не мог больше отвлекаться, так как держал щит и помогал выносить Нариева.

— Марта, ко мне! — раздраженно крикнул он.

Ждать овчарку он не мог. Надо было вынести тело из Портала и передать на руки санитарам. Только после этого он мог вернуться к собаке. Досадливо покачав головой, Виталий Захарович вместе с остальной группой вошел в комнату, где находилась хорошо напитанная магической энергией новая Арка Телепорта.

Овчарка осталась на первом этаже. Она видела, что всё пространство на улице заливает яркий солнечный свет. Лучи проникали в дверном проём и достигал подушечек её лап. Там, в месте дверного косяка стоял дедушка. Федот Максимович был в светлой рубашке, жилетке и своих самых любимых брюках с идеально отутюженными стрелками. Дедушка ласково смотрел на Марту и улыбался.

Собака была готова броситься к нему, но что-то её сдерживало. Она повернула голову и взглянула на стоящего рядом Тимура. Тот тоже был очень светлый и… совершенно лишён какого-либо запаха. И всё же это был именно он. Собака ощущала его присутствие даже острее, чем когда он пах по-настоящему.

Овчарка ничего не понимала, но вместо радости от того, что видит дедушку, ей почему-то отчаянно захотелось поднять морду и… завыть от щемящей боли потери.

Тимур присел перед ней на корточки, и взглянул в преданные собачьи глаза. Некоторое время они сидели, не шевелясь. После лейтенант поднял голову и едва заметно отрицательно качнул головой в сторону Федота Максимовича.

Тот улыбнулся в бороду, и гусиными лапками у его глаз собрались морщинки.

— Береги её, — беззвучно, одними губами сказал он.

Тимур чуть усмехнулся и кивнул Марте в сторону лестницы. Собака вильнула хвостом, и побежала за ним. В какой-то миг она остановилась, и, обернувшись назад, увидела, как дедушкина фигура тает в белом сияющем свете. Он махал ей рукой, и преданное собачье сердце разрывалось от любви и светлой тоски.

…Шатовский склонился над лежащим на диване неподвижным телом Нариева. Его руки, прижатые к обнажённой раненого груди, светились магией. Рядом стоял Назарбеков, держа наготове эликсиры.

— Давай, лейтенант… Ты сильный, ты — выберешься!

Капитан делал коллеге непрямой массаж сердца, слабыми заклинаниями Воздуха вдувая кислород в рот лейтенанта. Шторм был боевым магом, привыкшем работать по площади и разрушать. В медицине он был не так силен. Ему приходилось работать очень осторожно, как скальпелем, чтобы реанимировать Тимура, сердце которого остановилось.

Эликсиры должны были подействовать, но Тимур получил слишком много ран, и всё ещё находился на грани жизни и смерти.

Кто-то снизу крикнул:

— «Скорая» подъехала!

Шатовский был бледен, на лбу выступили бисеринки пота от тяжёлой, почти ювелирно-точной работы. Ещё одна попытка запустить остановившееся сердце… И ещё… И ещё…. Нужно было продолжать, пока не прибегут медики с дефибрилляторами.