Магическая Служба Безопасности – 2. Напарник оборотня

Глава 31 Финал новогодней ночи

Минут через шесть после отъезда Нариева и Золотаевой, Шатовский, вбежал в помещение гаража.

— Что тут на ходу? — крикнул он Михалычу.

Тот пальцем указал на пару стоящих машин. Подлетев к «Бурану», капитан попытался его завести, но не тут-то было. Мотор чихал, фыркал, но постоянно глох.

— Дай я! — начальник базы подскочил к нему, чтобы помочь разобраться с движком.

Шторм отошел назад, и только со стороны заметил, что под обоими снегоходами — лужи разлитого горючего, капающие из пробитых бензобаков. Дырочки были совсем незначительны. Винт большой силой не обладал, и, скорее всего, не успел проковырять их больше. Михалыч всё время его «пас», и отлучился лишь на пару минут, чтобы позвонить в МСБ.

Резко углубившаяся складка между бровей и прищур стальных глаз едва отразили на лице сдерживаемый, бессильный гнев офицера. Он не мог отправиться в погоню.

Тимур гнал по накатанному следу. Он знал, что в отношении напарницы поступил плохо, но в его жизни уже была авария с родителями на заднем сиденье автомобиля. Те выжили чудом, но повторения ситуации Нариев не хотел. Сохранить Марте жизнь было важнее даже ценной нарушения приказа капитана Шатовского. Тот рассчитывал на участие Золотаевой в задержании, и уж точно за такой поступок лейтенанта по голове не погладит.

Нариев готов был ответить за сделанное, но — позже. В эти минуты все угрызения совести и размышления: прав или не прав — в сторону. Надо слиться со снегоходом, чтобы догнать и обезвредить самоучку-подрывника.

Сработала рация вызова. Шторм информировал, что Винт пробил бензобаки. Тимур глянул на датчики горючего. Цифры ему не понравились, но он так и не понял: они такие, потому что на снегоходе кто-то днём катался, или это следствие повреждения? Проверять машину времени не было. Да и что он мог сделать, даже если бы течь была обнаружена?

Не сбавляя скорости, лейтенант плотнее прижался к рулю.

— Принял. Продолжаю движение. Один.

Время работало против него, и Нариев это знал.

Винт, воспользовавшись заминкой со стороны преследователя, оторвался на приличное расстояние.

Лёха, тратя ресурсы невосполнимой без посторонних магической энергии, неустанно преследовал Шкотова. Преступник был не глуп, сообразил, что от такого «хвоста» так просто не избавиться. Он осознавал, что рано или поздно призрак растеряет свой ресурс и развеется, но когда это произойдёт?

В просвете между расступившихся деревьев Винт наметил поворот. Как раз у излучины реки. Ночь была тёмной, и чтобы сбить преследователя, он бросил одну за другим несколько дымовых шашек. В лесу итак была плохая видимость, но он делал её опасной для быстрой езды. В темноте на высокой скорости можно было запросто налететь на занесённый снегом камень, пень или дерево.

Сразу за дымом в сторону Лёхи полетела антимагическая граната. Высокая скорость снегохода не позволила плавно прицелиться, и призрак увернулся. Его лишь слегка накрыло остаточной волной, лишив части силы.

Ругнувшись, Мурахин вылетел из дымовой завесы навстречу Тимуру, завис сбоку от него и, синхронизируя собственную скорость с движением снегохода, проорал:

— За дымом — вправо. Прямо — река. За мной, я выведу.

Тимур, не сбавляя скорости, влетел в плотный туман жёлтого дыма. Видимость была почти нулевой, но он перевёл магические датчики на максимум, и увидел впереди яркое свечение призрака. Он и стал тем навигатором, который позволял уверенно двигаться

— На счёт «раз» руль на десять часов. И-и-и-и… Раз!

Благодаря корректировке призрака, лейтенант легко прошёл над крутым обрывом берега и обогнул росшие по краю толстые стволы сосен.

— Резко влево! По прямой! — командовал Лёха, то взмывая вверх, над дымом, то стремительно пикируя. Это позволяло Нариеву маневрировать.

Молоденькие, низкие берёзки вперемешку с ивняком Лёха не заметил, поэтому один из тонких, криво стоящих на пути стволов чуть не снес Тимуру голову. Защитный амулет с хрустом сломался, уберегая лейтенанта от сотрясения, увечий и вылета из седла.

Пошла зона низких прибрежных кустов, они наперебой стали хлестать по ногам.

Хрясть! Второй артефакт разлетелся вслед за первым. Нариев от неожиданности резко сбавил скорость, но быстро пришёл в себя и, вылетев из полосы дыма, заметил вдали мелькающий огонек снегохода.

— Он медленнее стал двигаться, — крикнул призрак, поравнявшись с «Ямахой» Тимура. — Я — вперёд. Гляну, что там.

Мурахин, быстро увеличивая скорость, но теряя при этом драгоценную энергию, устремился за Винтом.

«Не хватит ему надолго заклинания, усиливающего двигатель!» — мрачно подумал Тимур, у которого в голове отложилось, что Шкотов — не самый сильный маг Технологий. Тот должен был серьёзно потратиться на ремонт и усиление машины, и теперь энергия чародея должна быть на исходе.

Лейтенант начал постепенно сокращать дистанцию.

Лёха оказался в непосредственной близости от снегохода Винта. Слабое зрение призрака не позволяло ему разглядеть, окрашен ли мотор волшебным сиянием. Забыв об осторожности, Мурахин приблизился к «Ямахе» почти вплотную.

Преступник, воспользовавшись оплошностью старшего лейтенанта, метнул две антимагические гранаты. Призрак, заметив их, не успел выйти из зоны поражения.

Остатки энергии развеяли духа, оставив Тимура один на один с Винтом.

Тело гомункула, оставшееся в машине, было для Лёхи «якорем» в мире живых. Через десять минут Мурахин восстановился в теле, резко дёрнувшись. Мужчина забился в конвульсиях, ударяясь лбом то о боковое стекло, то затылком о кресло. Шторм, заметив это, резко обернулся, чтобы его успокоить заклинанием. Тут Мурахин резко открыл глаза, дёрнул за ручку двери и почти вывалился наружу. Его выворачивало наизнанку.

«Контузило!» — понял Шатовский, доставая лечебный эликсир.

По рации пришёл запрос от Тимура, который хотел узнать, что с Мурахиным.

— Очнулся. Я — рядом, — последовал короткий ответ.

«Теперь надежда на меня» — подумал Нариев, почти прижавшись к рулю, чтобы снизить сопротивление ветра.

GPS-трекер в теле киборга передавал информацию о его местоположение в МСБ, поэтому патрули ДПС знали, в какую сторону движется Шкотов. До ближайшего поста полиции было больше пяти километров, и преступник легко мог изменить движение, направившись в противоположную сторону.

Через полкилометра Нариев понял, что всё-таки догоняет Винта. Тому приходилось не сладко. Он ехал первым, и приходилось постоянно маневрировать, опасаясь во что-нибудь врезаться. «Ямаха» иногда разгонялась, но так как просеки были плохо прочищены от молодой поросли, постоянно приходилось резко сбрасывать скорость.

В одном месте преступнику не повезло. Его «Ямаха» въехала в зону рыхлого снега, и от того снегоход завалился на бок. Винту пришлось потратить последнее заклинание, чтобы раскачать машину и выскочить из опасной ловушки.

Пока он возился, Нариев ещё больше сократил дистанцию.

Тут лес неожиданно кончился, и оба оказались на краю широкого поля. Преимущество в этой ситуации получил лейтенант, так как ехал по натоптанному «Ямахой» следу.

Расстояние между преступником и преследователем неуклонно сокращалось, и Тимур уже чётко видел снегоход беглеца, а не только его габаритные огни. Две машины летели по торчащей из спрессованного наста траве, сминая и ломая хрупкие стебли.

— Остановись! Полиция! — заорал Тимур во всю мощь лёгких, начисто забыв, что ветер и рёв моторов глушат его слова.

Очевидно, обрывки слов всё же долетели до преследуемого. Тот обернулся, и Тимур увидел что-то тёмное и длинное в его руках. Возможно, стволов ружья. Снегоход преступника чуть сбавил скорость, и Винт, резко развернувшись, выстрелил в преследователя дуплетом.

Тимур, стремительно сокращая дистанцию, успел пригнуться.

Облако картечи накрыло старенькую «Ямаху», начисто снеся защитное стекло снегохода. Тимура окатило кусками пластика, пополам со свинцовыми шариками.

Под курткой затрещал, разряжаясь, последний артефакт. Если бы не он, лицо оказалось бы изрезанным осколками. Теперь из защиты на лейтенанте оставался лишь бронежилет, но все прочие части тела были под ударом.

Второй выстрел со стороны Винта прошёл мимо. Одна злая картечина, летевшая по касательной, едва заметно задела голову Тимура, прогладила волосы, прорвала вязаную шапку, и чуть сбрила кожу с черепа.

Винт начал перезаряжаться. Выхватив пистолет, лейтенант выстрелил в снегоход несколько раз. Два выстрела попали в гусеницы снегохода, но это не оказало никакого влияния на скорость. Испугавшись, Шкотов заставил свой снегоход вилять.

Винт, почувствовав, что теряет преимущество, резко прибавил газ и в очередной раз попытался усилить «Ямаху» с помощью заклинания. Напрасно, энергии не хватило. Лишь на миг снегоход взревел и стал чуть быстрее двигаться. Рывка хватило, чтобы вырваться вперед на десяток метров.

Пользуясь незначительным преимуществом за счёт ускорения, преступник на ходу стал перезаряжать ружье, перебирая патроны в патронташе. Достав пару пулевых патронов, он отвлёкся, и в это время снегоход пошёл юзом. Руль выгнуло вправо, и патроны полетели в снег. Схватившись за руль обеими руками, преступник выровнял движение, но снова потерял преимущество в скорости и чуть не обронил ружьё.

Поняв, что Шкотов на расстоянии выстрела, Тимур вскинул пистолет. Его техномагические протезы стабилизировали ствол, убрав тряску. Камеры в глазных имплантатах сработали, и Тимур, поймав в прицел силуэт водителя, довернул мушку штатного Ярыгина по красной точке.

Снегоход дважды подпрыгнул на снежных ухабах, из-за чего Тимур временно потерял свою цель, но снова нашёл

Над полем разнеслось ещё два выстрела.

Одна пуля пролетела мимо, вторая попала в ногу Винта. Тот дернулся, и ветер донёс его громкий вскрик. «Ямаха» снова начала петлять, уходя из-под выстрелов лейтенанта.

Руки волшебника заискрили, пытаясь в очередной раз передать импульс мотору, чтобы повысить его мощность. В любой другой ситуации у него, возможно, ничего бы не получилось, но на адреналине он выжимал из себя остатки жизненных сил, чтобы заставить машину делать невозможное.

Казалось, для преступника всё потеряно. Поле упиралось в полотно высокой железнодорожной насыпи, и это был тупик. Винт, осознав, что преграду не преодолеть, развернулся и помчал вдоль неё в поисках прохода.

Ему повезло, так как в одном месте широкая бетонная труба была проложена под русло небольшой речушки, больше напоминающей узкий ручей. Сейчас вода превратилась в лёд, но труба по высоте достигала полтора человеческих роста, и это значило, что снегоход вполне проедет под насыпью.

Рванув руль, Винт залетел внутрь на полной скорости. Ему не хватило угла поворота, и снегоход, ударившись о борт трубы боком, чуть не раздробил кости седоку. Шкотов снова заорал от боли, но, вывернув руль ещё сильнее, справился с управлением. Не сбавляя хода, он проехал под насыпью и вылетел из трубы.

Беглец знал о преследователе, потому шёл на хитрость. Отъехав метров на двадцать, резко свернул в сторону. Поставив «Ямаху» боком к бетонной трубе, спрыгнул и присел за профиль своей машины.

Трясущимися руками Винт нащупал первые попавшиеся патроны и засунул их в краденный старенький ИЖ. Он даже не понял, что один был — пуля, второй — картечь. Некогда было разбираться в темноте. У него был единственный шанс — подстрелить преследователя, когда тот покажется из трубы.

Ждать не пришлось, лейтенант выехал в тот момент, когда дуло было устремлено в сторону тёмного пятна трубы.

Приборы ночного видения в глазах тут же указали на опасность. Нариев в ту же секунду понял, что теперь они с Винтом поменялись ролями. Жертва подстерегла загонщика, приготовив ему смертельную ловушку.

Тимур резко крутанул руль, чтобы хотя бы как-то уйти из-под зоны выстрела. Маневр удался, и первый выстрел разнёс мотор его «Ямахи». Пуля пробила цилиндры. Смертельно раненый мотор взревел ещё сильнее, жалуясь на свою незавидную участь.

Тимур вылетел из седла в рыхлый глубокий снег, перевернулся и открыл ответный огонь из пистолета.

Выстрел.

Второй.

Третий.

Четвёртый…

Только бы попасть в чёртова подрывника, пока они не кинул гранату или не сделал бы ещё что-нибудь.

Дробь рассерженными шмелями прожужжала рядом. Часть дробин разорвала одежду лейтенанта, рикошетом отлетела от стального протеза и застучала по корпусу отъезжающего снегохода.

Барахтаясь в снегу, лейтенант чувствовал себя мишенью в тире. Надо было уйти с линии выстрелов, но под насыпью подходящих мест не было, кроме одинокого заметенного кустика, обозначившего своё присутствие веточками макушки.

Несколькими тяжелыми перекатами Нариев перевалился за это нехитрое укрытие. Тут можно было перезарядить пистолет. Через некоторое время он осторожно выглянул.

Похоже, Винту тоже требовалась пауза чтобы закинуть патроны в ружьё. Лейтенант пополз в сторону пыхтящей, слегка дымящейся «Ямахи».

Когда лейтенант оказался под прикрытием снегохода, угол обзора чуть изменился. Он больше не видел Шкотова. Куда тот делся? По таким сугробам не уйти, разве что подняться на саму насыпь, где рельсы чистят. Цепочки следов не было.

Осторожно высунувшись, и готовый в любой миг стрелять, Тимур несколько минут сканировал снегоход противника. Ночное видение пыталось разглядеть дуло ружья.

Его не было.

Лейтенант снял шапку, свернул её в трубочку и высунул из-за «Ямахи», чуть помахав ею для обманки противника. Выстрела не последовало.

Тимур ещё немного полежал, после начал подниматься, держа пистолет в вытянутой руке и пытаясь поймать в оптический прицел любое шевеление за снегоходом преступника.

Тишина.

… Винт лежал на снегу и хрипел. По его одежде в нескольких местах расплывались тёмные пятна. Одна рука его была завалена в сторону, и на ней в области плеча темнело пулевое отверстие. Другая рука пыталась что-то достать из внутреннего кармана куртки. Координация движений была нарушена, поэтому попытки были безуспешными.

— Стой! Руки! — заорал лейтенант.

Раненый, не обращая внимания на окрик, продолжал копаться в кармане.

— Руки убрал! А ну, прекратил! Руку! Руку из кармана!

Винт осклабился в улыбке и потянул из куртки какой-то предмет. Тимур, в мгновение оценив потенциал опасности, открыл огонь, метясь в предплечье. Одна пуля разорвала рукав, не задев тела, вторая попала в цель, третья прошила преступнику грудь. Кисть разжалась, и артефакт Хаоса выпал на снег, рядом с боком раненого.

Шкотов не шевелился, и лишь по движению глаз и хрипам можно было слышать — он ещё жив.

Подобравшись к нему, Тимур первым делом проверил состояние артефакта. Тот не был активирован, а потому — безопасен.

Следовало заняться преступником, чьё состояние выглядело тяжёлым. Судя по дыханию с характерными всхлипами, пуля, попавшая в грудь, задела лёгкое.

Для следствия Шкотов был нужен живым, и Тимур потянулся к аптечке с магическими эликсирами. Приоткрыв рот раненого, лейтенант попытался влить в того зелье заживления, усиливающего внутреннюю регенерацию тканей. Винт тут же попытался выплюнуть попавшую в рот жидкость, но Нариев знал, как заставить глотать.

— Падла ты. Дай сдох… нуть.

— Шах и мат, ублюдок.

Лейтенант с мрачной решимостью расстегнул молнию на пуховике задержанного. Надо было проверить всю одежду на наличие спрятанных в ней артефактов. Находок оказалось немного, и все они перекочевали в специальный антимагический сейф.

Зашуршала вызовом рация. Шатовский вышел на связь.

Тимур ответил сухо:

— Винта принял. Требуется «Скорая». Уже ждёт? Скоро будем.

Расстегнув куртку раненого, Тимур разрезал ножом одежду в местах пулевых отверстий и стал лить на дыры регенерирующие бальзамы. Те действовали быстро, заставляя быстро стягиваться и закупоривать раны. Это не спасало Винта от возможности внутренних кровотечений, особенно в области лёгкого, но хорошо обезболивало и останавливало неизбежную кровопотерю.

Пули, попавшие в чародея, были антимагические, а потому причиняли раненому сильный дискомфорт. Даже если бы тот нашел в себе силы, не смог бы сейчас воспользоваться волшебством. Вкупе с болью от ранений и холода, антимагическое воздействие способствовало тому, что Шкотов быстро отключился.

Закончив нехитрое врачевание, Нариев застегнул обратно пуховик Винта и щёлкнул наручниками на его запястьях. Он знал: зелья неизменно подействуют. Как следствие, раненый почувствует себя лучше и даже, возможно, придёт в себя по дороге назад. Необходимо было соблюсти все необходимые предосторожности при доставке задержанного на базу.

Переключив техномагические протезы на максимальную мощность, Тимур вытащил заглохший снегоход Винта из сугроба. Мотор послушно затарахтел. Нариев подобрал ружье, посадил перед собой на сиденье бесчувственного Винта и запрыгнул в седло.

«Скорая» увезла раненого в больницу Копейска. Туда же приехали офицеры МСБ, учувствовавшие в задержании.

— Товарищ капитан, вас ждать? — спросил Тимур у Шатовского, поставив очередную подпись на протокол.

Голова Нариева в районе виска была выбрита, тщательно обработана и заклеена пластырем.

Шторм оторвался от бумаг. Лицо капитана выглядело слегка осунувшимся после беспокойной ночи.

— Возвращайтесь без меня. Мне тут ещё после операции надо будет пообщаться со всей дежурной бригадой врачей, — он чуть усмехнулся.

Тимур понимающе кивнул. У хирурга и его ассистентов наверняка слишком много вопросов по поводу того, как внутри тела человека оказались пули, в то время как ни одной открытой внешней раны не было. Капитану придётся немного дочистить им память и заменить воспоминания.

Электронные часы на внутреннем компьютере киборга показывали три пятнадцать. За окошком где-то далеко над кварталами Копейска полыхнула одинокая ракетница припозднившегося салюта. Кто-то ещё праздновал Новый год.

С делами было покончено, можно отправляться домой. Тимур хмуро ухмыльнулся. Для начала следовало объясниться с Мартой. Пока они летели до города, все разговоры были только по делу и касались исключительно ранения Винта.

Как же по-дурацки все вышло в эту новогоднюю ночь! Он не хотел, чтобы всё получилось именно так. Столько готовился, столько запланировал… И вот из-за какого-то шизанутого ублюдка всё пошло наперекосяк.

То, что он сделал по отношению к той, которую любил, было непростительно. Регина в жизни бы ему этого не простила. Да он вообще не знал такой девушки, которая бы позволила с собой так поступить.

В те минуты, когда он спихнул Марту в снег, он знал, что поступает правильно. Сейчас, когда вся опасность миновала, его накрывало отчаяние, вина и чувство непоправимой ошибки. Он испортил всё, что можно было испортить в отношениях, которые только-только начали складываться.

Выйдя в коридор, лейтенант виновато посмотрел на Марту. Та сидела за простым крашеным столом коридора и смотрела в окно. Заслышав приближающие шаги, она обернулась.

— Извини, задержался. Канцелярия и всё такое.

Марта кивнула, пристально глядя ему в лицо.

Нариев понимал, что должен сказать что-то ещё, но слова тяжким грузом повисали на языке. В тот миг, когда он открыл рот, двери, с табличкой «Приемный покой» распахнулись, и на пороге возник разрумянившийся Лёха.

— Уф, вы ещё здесь? А я сбегал, тётку с Новым годом поздравил. Она тут, в больнице, работает. У неё тоже «весёлый» Новый год. Что, в отделение едем?

Тимур некоторое время смотрел на него, потянулся в карман, достал брелок с ключами от машины.

— Держи… Мы… Чуть позже…

Лёха посмотрел на него, на Марту, хмыкнул, забрал ключи и вышел.

В пустом коридоре они остались вдвоем. Пахло больничным железистым запахом и лекарствами, а откуда-то из соседних помещений доносились людские голоса.

— Обиделась?

— Нет. Но мне казалось, ты должен был меня предупредить. У тебя же рация при себе…

Он предупреждал, он кричал ей, чтобы она готовилась. Впрочем, на скорости она могла его не слышать. А про рацию он просто… забыл. Это объяснять сейчас было бесполезно.

— В той ситуации я не мог поступить иначе.

— Понимаю.

Тимур осмелился взглянуть в лицо напарницы. Оно было спокойным, но напряжение между ними не исчезало.

Они вышли из больницы вместе.

Снег падал пушистыми хлопьями, красиво мелькая в лучах горящего фонаря. Все деревья поблизости запорошило. Наверное, для кого-то это была бы по-настоящему волшебная новогодняя ночь, но у него и Марты она не получилась.

Нариев остановился, лихорадочно пытаясь придумать, что он может сделать, чтобы исправить хотя бы что-то.

Марту он догнал почти у самого «Патриота», схватил за локоток, разворачивая к себе.

— Подождите, Марта Максимовна.

Взяв за руку, он потянул напарницу под фонарь. Золотаева безропотно пошла за ним, иногда искоса поглядывая на его сосредоточенное лицо. Ей словно бы хотелось узнать, чего он хочет.

Тимур остановился, развернулся в её сторону.

— Марта Максимовна… Разрешите вас… на вальс пригласить.

Карие глаза Золотаевой широко распахнулись от удивления, ресницы чуть вздрогнули, опустились вниз. Она растерялась и смутилась.

Тимур, бросаясь как в омут с головой, просто притянул её к себе, встав в вальсовую позицию.

Очень просто, двигаясь по маленькому кругу, он повёл её в танце. Один крохотный кружок, второй. Марта сначала двигалась, словно бы подчиняясь партнёру, после остановилась.

— Что-то не так? — напряжённым голосом спросил Тимур.

Он понимал, как все это неуклюже и нелепо смотрится.

Уголки губ Марты дрогнули в полуулыбке.

— Всё — так. Просто хочу спросить: почему мы танцуем… без музыки?

Нариев с облегчением улыбнулся, достал телефон, быстро нашёл какой-то вальс, и включив динамик на полную громкость, снова подал руку партнёрше.

Кружился снег, и они, аккуратно, не очень изящно танцуя, двигались в ритме. Другой возможности отметить вместе новогоднюю ночь у них всё равно не было. Напряжение на лицах таяло, и на губах обоих заиграли улыбки.

Хрупкую идиллию прервала компания подвыпившей молодёжи:

— С новым годом! Счастья вам!

Парни и девчата окружили танцующую пару. Кто-то хлопнул хлопушкой, осыпав их конфетти.

Тимур и Марта остановились. Стало немного неловко. Молодёжь прошла мимо, но к вальсу уже возвращаться не хотелось. Настрой был сбит.

Из окна машины высунулся Лёха:

— Эй, танцоры, вы долго там? Поехали в отделение. Там все давно уже празднуют!

«Патриот» гнал по пустой дороге в сторону Челябинска. Снег валил, и дворники едва успевали с ним справляться.

— Вы как хотите, но сегодня я никаких бумажек писать не буду, — весело трещал Мурахин. — С меня хватит. Такое чувство, будто бы снова сдох на работе, а после — воскрес. За это надо выпить!

Тимур усмехнулся. Сдохнуть призрак не может. Его давно нет. То, что сидит с ним рядом на сиденье — всего лишь сконцентрированные «тень» старшего лейтенанта.

— Такая у нас работа. Вся страна празднует, но киборг, оборотень и призрак за стол садились лишь протоколы заполнять.

— Волшебника забыл. Я про Шатовского, — устало откликнулась с заднего сиденья Марта. — Ещё тех, кто сегодня всю ночь торговые центры караулит. И патрули ДПС, которые Винта поджидали!

Тимур, взглянув в зеркало заднего вида на напарницу, ухмыльнулся:

— Такая работа, Марта Максимовна. Хотите, я вам песню подходящую поставлю?

Не дожидаясь ответа, он включил динамики. Оттуда полилась знаменитая мелодия из советского телесериала «Следствие ведут знатоки»

Наша служба и опасна, и трудна,

И на первый взгляд как будто не видна…

Лёха обрадованно подхватил:

— Если кто-то кое-где у нас порой честно жить не хочет.

Марта рассмеялась и вступила вслед за ним:

— Значит с ними нам вести незримый бой,

Дальше вмешался красивый, хорошо поставленный драматический тенор Тимура:

— Так назначено судьбой для нас с тобой… Служба, дни и ночи.

А снег за стеклом всё летел и летел.