Магическая Служба Безопасности – 2. Напарник оборотня

Глава 32 Фальшивый День рождения

Марта спускалась по лестнице со второго этажа. Тимур обернулся и восхищенно замер. На напарнице было эффектное шерстяное платье персикового цвета с коротким рукавом. Наряд был достаточно глухим, но все равно подчеркивал женственность фигуры напарницы. Марта казалась такой красивой, что у него снова сладко заныло где-то в груди.

Динара, одетая в короткое платьице Снегурочки, вертелась чуть в стороне. Она внимательно наблюдала за реакцией на лице Нариева. Ей хотелось знать, как этот парень отреагирует на внешний вид своей подружки.

Молодая вампирша переживала за свой первый опыт в роли стилиста. Она никак не могла понять, почему её закомплексованная во всех отношениях клиентка напрочь отказалась от других моделей, которые были гораздо более открытыми, подчеркивали и плечи, и декольте. Там было что показать. Марта в торговом центре стояла на своём: «Платье должно быть закрытым сверху полностью». Потому и остановились именно на этом фасоне. Впрочем, персиковый клиентке шёл, и сшито тоже было хорошо.

Судя по вытянутому лицу Тимура и его восхищённой улыбке, Динара сделала вывод, что новый образ подруги ему понравился. Это её порадовало. Не зря они больше трёх часов ходили по примерочным.

Молодая вампирша и предположить не могла, что закрытый наряд Марта выбирала не из-за комплексов, а с расчетом надеть под него женский бронежилет скрытого ношения. Подобрать вечернее платье, которое должно замаскировать защиту — непростая задача.

Тимур подлетел к Марте, обнял её, поцеловав в щёку. Нужно, наверное, было сказать ей какой-нибудь комплимент, но, как обычно, когда доходило до красивых слов, он всегда немного тушевался. Зато пользуясь правами «я же твой парень», опустил руки ей на талию, и увлёк в прихожую встречать «гостей».

Вечеринка по случаю фальшивого Дня рождения должна была выглядеть во всех отношениях правдоподобной. Дело было серьезным, и уже касалось не только поимки Айрэн и изобличении всех изготовителей «Гибели богов», но уничтожения Убыра. По поводу последнего даже по-другому вопрос не ставился. Слишком он был опасен для обычных людей.

Небольшой двухэтажный коттедж, где должна была пройти операция, располагался в частном секторе на окраине Челябинска. Помещений было немного, и вся мебель, как это часто бывает в съемных домах — довольно дешёвая. Зато на большом участке находилось много удачно расположенных построек, где можно было спрятаться парням из специальной опергруппы МСБ.

Оперативники в полном боевом облачении давным-давно были на местах и держали связь через компьютер в голове Тимура.

На чердаке бани, как напротив больших окон гостиной, засел опытный снайпер. Ещё несколько человек находились в смотровой яме гаража. Часть из группы захвата изредка проезжала на машинах по соседним улицам, постоянно меняя транспортные средства. Пожарные, «Скорая», газовики — все были готовы выехать на место по первому сигналу.

В коттедже играла музыка, и прибывающие гости шумно поздравляли Тимура с Днем его рождения и наступившим Новым годом. Они вели себя как лучшие друзья и родственники, легко поддерживаю атмосферу спонтанной ролевой игры.

Почти со всеми прибывшими состоялось общение в чатах и по телефону, но некоторых Тимур и Марта видели только на фотографиях, когда накануне заучивали придуманные биографии «друзей» и «родственников».

Большинство из тех, кто пришел его поздравить имели о «имениннике» и его подружке точно такое же представление. Из знакомых присутствовал только Назарбеков, который в качестве спутницы привел Олимпиаду Львовну. Это была его личная инициатива, и её присутствие несколько шокировало Тимура и Марту.

Кажется, между психологом и медсестрой наклёвывался самый настоящий роман. Олимпиада Львовна висела на руке своего кавалера, он периодически поглаживал её пухлую ладонь, нежно называя свою спутницу — Липочкой. Смотрелись они немного комично, так как медсестра была во всех отношениях выше и крупнее своего маленького, лысого спутника.

Впрочем, Олимпиада Львовна не зря была посвященной в Магическую Тайну. Она легко вжилась в роль возлюбленной «дяди», иногда добродушно подшучивала над Тимуром и Мартой, давала им житейские советы на будущую совместную жизнь, но в этот раз не очень докучала. Флирт с Назарбековым интересовал её гораздо больше.

Вечер двигался своим чередом, как и полагалось шумному и весёлому застолью.

Бабушкин, в ярко-красном жилете и галстуке-бабочке, с колпаком Санта-Клауса на голове вёл программу и проводил конкурсы. Тимур, довольный и счастливый, как самый настоящий именинник, ухаживал за Мартой.

Всё бы ничего, но чем дальше продвигался праздник, тем больше возрастало напряжение. Часы тикали, а Айрэн всё не было.

Назарбеков пару раз подходил к Бабушкину, чтобы прояснить вопрос, но тот отшучивался, говорил, что его бизнес-партнёрша подъедет позже, ей неловко прерывать чужое веселье. Это был достаточно логичный ответ, поэтому Тимуру и Марте приходилось делать вид, что ничего необычного не происходит. Но порой оба ловили себя на мысли, что от улыбок сводит скулы.

В какой-то из моментов Нариев поднялся на мансардный второй этаж, чтобы выдохнуть. Наигранное веселье начинало его выматывать. Он после аварии избегал шумных вечеринок, и тем более — ухаживаний за женщинами.

Сейчас, получая со всех сторон комплименты со стороны «друзей» по поводу «своей» женщины, он испытывал двоякие чувства. С одной стороны ему все нравилось. Он был почти опьянен открывшимися возможностями постоянно обнимать любимую. Она к нему льнула, и это было приятно. С другой стороны, это — всё та же игра на публику. Работа. Тимур старался быть искренним, но всё равно ощущал зажатость и скованность.

После возвращения из Копейска у него с Мартой не оказалось времени друг на друга. Стоило немного отоспаться — снова пошли планёрки по поводу отработки различных версий задержания. И оперативники, и приглашенные должны были знать, как себя вести, и кто в каком месте должен оказаться, чтобы свести риск к минимуму.

Серьёзность предстоящей задачи была так велика, что Золотаева и Нариев даже поесть толком не успевали. Никаких интимных, личных моментов у них в эти полтора дня не случилось.

Часы показывали половину девятого. Тревожность лейтенанта усиливалась.

В какой момент появятся Айрэн? Придет ли с ней Убыр? Хорошо, если оперативники сработают профессионально и быстро обезвредят преступников.

За себя Нариев не беспокоился. В таких делах, как задержание, он был профессионалом. За Марту он беспокоился больше. Напарница — из исследовательского отдела. Она бывала на стрельбах и знает приемы рукопашного боя, но весь её опыт — тир и спортзал.

В задачу Золотаевой входило: во время появления кровососов увести под благовидным предлогом часть гражданских на второй этаж, где они должны были спрятаться, чтобы никому не мешать.

Если всё пройдёт по идеальному сценарию — здорово, а если — нет?

Назарбеков долго говорил с ним лично, и у Тимура крепко засели в голове слова психолога:

— Тимур Булатович, Марта-женщина любит вас, пусть и не осознает этого до конца. Не спешите радоваться. Дело в том, что её немецкая овчарка выбрала вас своим вторым хозяином. Это гораздо серьёзнее. Она уже потеряла самого близкого человека, и инстинкт животного в момент, если вам потребуется помощь, может оказаться сильнее любого здравого смысла, сильнее приказа. Собака будет защищать вас до последнего вздоха. Таково свойство её любви и преданности.

Вот и как после таких слов не сходить с ума от беспокойства?

Позади Нариева послышался какой-то шум. Он обернулся и заметил, что на лестнице, боком к нему, стоит Динара. Задрав подол коротенького платьица, она подтягивала чулки.

Заметив, что Нариев на неё смотрит, вампирша одарила его ослепительной улыбкой. Подол она одергивать не стала, а даже подняла его чуть выше, словно выставляя стройную ножку напоказ.

— Именинник, а ты что без подружки?

Тимур некоторое время смотрел на неё, скептически поджав губы. Интересно, девица считает, что все мужчины точно такие же, как её клиенты в «Шёлке?»

Весь вечер «Снегурочка» бросала на него пламенные взгляды, особенно когда исполняла для гостей зажигательный вариант стрип-данса. Впрочем, танец был профессиональный, относительно — приличный, хоть и полный недвусмысленных движений.

— Я за гитарой зашёл. А ты юбочку бы одёрнула. Тут форточка — настежь, цистит заработаешь.

— У меня нет ваших человеческих болезней, — с нотками уязвленного самолюбия произнесла вампирша, поправляя подол.

Знал бы он, как её на самом деле раздражала вся эта игра в соблазнение!

Тусумбаева была на взводе не первый день. Известие о том, что бывшая подруга перерезала себе вены, оказалось настоящим ударом. Вампирша ещё не утратила до конца человечность, и такой поворот событий выбил её из колеи. В частную клинику, куда доставили Женю, Динару не пустили, на звонки та не отвечала.

Вампиршу всё это страшно нервировало. Она и старалась отработать по полной свои деньги на вечеринке, но энтузиазма показной флирт не вызывал.

Тимур, не обращая внимания на «Снегурочку», зашёл в комнату, взял лежащую на двуспальной кровати гитару.

Инструмент он заранее взял у Жанны. Это была не та гитара, с которой та ходила в «Озборн», а значительно хуже. Так как других знакомых, играющих на музыкальных инструментах, в Челябинске у Тимура не было, он был рад и этому.

Заранее продумывая собственное поведение на «Дне рождения», Нариев решил исполнить какую-нибудь песню специально для Марты. Пока та лежала с ним в боксе, удалось выяснить, что она любит бардовскую песню. Это порадовало. Пусть это и не русский рок, к которой он сам тяготел, но все-таки и не песни Уральского народного хора.

Тимур сел на постель, достал инструмент из чехла и стал его настраивать.

Динара бесшумно возникла в дверях, прошла в комнату, примостилась рядом. Она облокотилась на руки и чуть откинулась назад, соблазнительно прогнувшись в спине. Одну ногу закинула на другую, от чего задравшийся подол почти полностью оголил бедра.

Тимур бросил на вампиршу быстрый взгляд и снова вернулся к подкручиванию колков.

Динара, осознав, что потенциальный клиент не обращает на неё никакого внимания, изменила тактику.

— Я люблю, когда играют на гитаре. Ты где-то учился?

— Угу. Полтора класса музыкальной школы, — Тимур даже не врал. — Мама мечтала видеть меня музыкантом.

Он не стал уточнять, что к игре на инструменте вернулся, когда понадобилось освоить мелкую моторику техномагических протезов. Это давалось с огромным трудом, Перед тем, как принять это решение, он уже научился держать кружки за ручки, перестал переламывать шариковые ручки при письме. При этом попытка самостоятельно пришить пуговицу превращалась в пытку. Ему до одури хотелось, чтобы кисть действовала так же виртуозно, как у любого нормального человека.

Тогда Нариев, уже получивший в МСБ должность штатского киборга-оперативника вспомнил про гитару. В детстве он её не ценил, так как занятия отвлекали его от прогулок с друзьями, игр и спорта.

Инструмент долго не поддавался. Тимур изорвал больше сотни комплектов струн, но результат того стоил. Пальцы стали слушаться, как живые, и музыка стала поддержкой в период свалившегося на него одиночества.

— А ты? Неужели мечтал быть электромонтажником? — вампирша вернула ему «укол» по поводу цистита.

— Нет. Я мечтал о секции легкой атлетики. Совмещать не смог, поэтому музыкалкой пришлось пожертвовать.

— Лёгкая атлетика? Так вот почему у тебя такое сексуальное тело.

Тимур криво ухмыльнулся. Незваная гостья даже не знала, что вместе с воспоминаниями о секции в мысли снова пришла Регина. Там, в секции, он с ней и познакомился. Да и мысли о «сексуальном теле» вызывали у него лёгкую иронию. Протезы не видны под одеждой с длинным рукавом.

— Сыграешь мне что-нибудь? — голос вампирши был бархатным, томным и обволакивающим.

Она отставила руки ещё дальше назад и в результате почти легла на постель.

— Конечно. Идём вниз, — бодро кивнул лейтенант.

Быстро поднявшись, он направился вместе с гитарой к выходу.

Динара пожала плечами. Она должна была соблазнять Тимура, предпринимала для этого все попытки, но тот её игнорировал. Можно было смело «отчитаться» Марте о благонадёжности её мужика.

Достав телефон, вампирша вошла на скрытый сложным шифрованием магический форум, и написала на пустой фэйковый аккаунт одну лишь фразу: «Всё спокойно». Заметив, что сообщение было прочитано, Тусумбаева вышла из чата, убрала мобильник и поспешила вниз.

Тем временем Тимур, перекинув через плечо ремень гитары, объявил присутствующим:

— Сейчас я исполню песню известного барда Александра Городницкого — «Жена французского посла». Её я хочу посвятить своей девушке!

Гости захлопали.

— Давно тебя не слышали! — раздался голос кого-то из «друзей». — Давай на середину.

Тимур в центр комнаты уходить не стал, а вернулся к своему месту за столом, встав сбоку от напарницы. Марта, обернувшись в его сторону, взглянула на него такими сияющими глазами, что это его воодушевило. Он пробежал пальцами по струнам и начал:

— Мне не Тани снятся и не Гали,

Не поля родные, не леса,

В Сенегале, братцы, в Сенегале,

Я такие видел чудеса…

Динара спустилась вниз и остановилась сбоку, недалеко от надушенной, ярко накрашенной Олимпиады Львовны. Та стояла рядом с Назарбековым и громко шептала:

— Как хорошо играет наш терминатор… Я не думала, что у киборгов такая потрясающая моторика паль…

Назарбеков крепко сжал её за кисть, и Олимпиада Львовна, испуганно оглянувшись, замолчала. Она заметила стоявшую рядом Динару, и прикусила язычок.

Медсестра, напросившись на вечеринку с Валерием Султановичем, клятвенно пообещала ему, что ни одно лишнее слово не сорвётся с её губ. Весь вечер она держалась, но привычка к болтливости всё-таки подвела. Олимпиада Львовна ещё раз взглянула на девушку в платье Снегурочки. Та смотрела на «именинника», и внешне никак не отреагировала на произнесённую фразу. Возможно, даже не услышала её.

Тем временем Тимур продолжал с нотками лёгкой дурашливости.

— Не нужны теперь другие бабы, — тут он пренебрежительно кивнул в сторону Динары, словно бы она олицетворяла собой тех самых «других».

Вампирша хмыкнула в ответ, но Нариев уже обводил взглядом присутствующих:

— Всю мне душу Африка сожгла.

Крокодилы, пальмы, баобабы…

Тут он развернулся в сторону Марты и со всем чувством выдал:

— И жена французского посла.

Он, сам не замечая, пел так театрально и ярко, что все смотрели на это импровизированное исполнение с весёлыми улыбками.

— Дорогие братцы и сестрицы,

Что такое сделалось со мной,

Всё один и тот же сон мне снится

Широкоэкранный и смешной.

И в жару, и в стужу и в ненастье,

Все сжигает он меня дотла.

В нем постель, распахнутая настежь

И жена французского посла.

Гости грохнули от хохота и разразились аплодисментами. Тимур демонстративно раскланялся и взглянул на партнёршу.

Марта едва улыбалась. Дело было не в исполнении и даже не в том, что присутствующие смотрели на них. Она тоже испытывала странные, двоякие чувства. Её влекло к Тимуру, и вся эта затея с Днем рождения стремительно стирала между ними границы. Ей нравилась роль «его девушки», и она готова была продолжать её играть до бесконечности.

При этом казалось, что воздух был словно бы наэлектризован в ожидании приезда вампирши и её страшного телохранителя. Часы показывают десятый час, а их всё ещё не было. Да и придут ли? Как в такой атмосфере расслабиться по-настоящему?