Я – король Баварии 3 ((Немного богатый Людвиг))

Глава восьмидесятая Отряд не заметил пропажи бойца

Глава восьмидесятая

Отряд не заметил пропажи бойца

Луфтенберг-на-Дунае

15 ноября 1863 года

Моя личная охота, а точнее вендетта длилась, как на мой взгляд, очень долго. Только дичь, на которую объявлена была загонная забава относилась к категории двуногой и весьма непростой: министр без портфеля, представитель боковой ветви венгерского княжеского рода Эстерхази. Очень мне хотелось задать графу Морицу в приватной обстановке пыточного подвала несколько не самых вежливых вопросов. Типа: «Ты чего это падла, в меня стрелял?» О том, что сей инцидент был не специально спланированной акцией, а появлениями эмоций, сиречь аффекта и сомневаться не приходилось: в противном случае стреляли бы не дробью, а пулей и стрелок был бы не граф, а специально подобранный егерь. Но с чего это Мориц так вспылил? Чего ему от меня надо было?

Тут еще такое дело, что венгерский граф человек не самый простой и даже целый министр без портфеля… Но это не означает, что он из тех чиновников, которые куда пошлют, туда и едут. Это министр по особым, подчеркиваю, особым поручениям, то есть человек, на котором завязано множество вопросов. У него нет собственного аппарата, только штат помощников. Это делает работу такого специалиста более эффективной и менее загруженной бюрократическими процедурами, что в сверхзабюрократизированной Австрийской империи, согласитесь, имеет важнейшее значение. Личная ненависть? Но я, вроде бы, нигде графу дорогу не переходил. Политические разногласия… но… чтобы из-за них палить из дробовика по человеку… Ну не знаю… Какая-то глупейшая ситуация! И именно в ней и надо было разобраться.

По самому венгерско-австрийскому аристократу работали сразу три группы: одна собирала всю доступную персональную информацию: о его привязанностях, привычках, предпочтениях, слабостях, сильных сторонах характера и, главное, связях. Вторая изучала его рабочий график и расписание занятий и поездок на ближайшее будущее с расчетом организации нашего «свидания». Поймите меня правильно, я на свидания с мужиками не бегаю, но тут «свидеться», простите за тавтологию, сам Бог велел. Третья группа пока что лежала на дне — это была группа захвата, которая и должна обеспечить мне комфортные условия такой долгожданной встречи. Надо сказать, что как только мне передали, что всё готово, то я выехал в одно из австрийских заповедных поместий на охоту. Ага… Сезон продолжается! По приглашению императрицы Сиси. Она все-таки еще и баварская принцесса, дальняя, но всё-таки родственница!

В качестве охотничьего домика мне предложили (не без подачи нужных людей) замок Хальбтурн, вообще-то это летняя резиденции императора Франца Иосифа, но тут же есть и охотничий домик, и довольно обширные угодья, по которым можно побродить с ружьишком и сворой собак. Почему именно сей объект? Потому что чаще всего Мориц отдыхал в одном из трех фамильных замков Эстерхази, расположенных неподалеку: Лакенбах (самый центр Бургенланда), Форхтенштейн (хорошо расположенный на вершине холма, когда-то еще и знатно укрепленный) и собственно замок Эстерхази (самый роскошный и комфортный, тут он бывал чаще всего). Но через несколько дней я понял, что планы придется менять. Сначала был, конечно же визит самой прекрасной Сиси (без императора Франца Иосифа). Этим обстоятельством императрица была огорчена, я же — нисколечко. В мои планы пересекаться с этим скользким типом пока что не входило. Ну а по поводу самой охоты — ничего выдающегося. Конечно же, я бродил не в одиночестве, со мной был Марко, королевский егерь Пауль Шиффер (он отвечал за свору собак) и местный егерь Вилли Рутенберг. В первый же день удалось уложить косулю, потом я ограничивался исключительно зайцами. Ну не люблю я уничтожать этих грациозных животных.

Теперь о том, что и почему пришлось менять… выяснилось, что граф Мориц Эстерхази-Галанта четырнадцатого числа ноября месяца будет пребывать в городе Линце по случаю вступления в должность бургомистра некого Карла Визера — известного либерального политика, одного из политических оппонентов графа. Мориц же был представителем радикальной партии, точнее, клерикально-радикальной. Один из самых сильных и ярких «ястребов» имперской политики. Досье говорило ясно и четко: его политическое реноме — доминирование Австрийской империи под идеологическим патронатом Ватикана. И только прочитав небольшую справку по поводу Визера я понял, что либерализм Карла весьма напускной. По своим воззрениям он типичный имперец, так что общие точки соприкосновения с графом Эстерхази они найдут. Не мешало бы узнать, о чем они там будут общаться, но, для моего дела это, скорее всего, мало существенно. А тратить ресурсы на удовлетворение праздного любопытства не стоило. Как оказалось, это я зря так решил. Как говорят в одной недавно возникшей в моем мире стране, цимес[1] этой поездки был в том, что после посещения Линца Мориц собирался посетить Маутхаузен, хотел прикупить каменоломню… Блин, что-то у меня крутится в голове, с этим самым связано… Вот! Это же место расположения концлагеря, того самого, в котором убили Карбышева! И где было восстание! Точно! И массовый побег! Да, кажется, концлагерь и построили, чтобы эту самую каменоломню обслуживать! Интересненько!

Дело в том, что дорога из Линца на Маутхаузен идет по берегу Дуная и там достаточно удобных мест для засады. Рельеф подходящий, так сказать… Ибо берег высокий и покрыт лесами, а лес — лучшее укрытие диверсанта. Так что четырнадцатого числа карета с баварскими королевскими гербами выехала из Хальбтурна. Конечно же, в оной сидела тушка баварского короля, точнее, гвардейца, немного на меня похожего. Королевское же величество совершенно невеличаво плелся на дохлой кляче, достойной самого Д’Артаньяна периода приезда в город Париж. Вот только не помню, моя лошадка была бы ему в масть или не в масть? Впрочем, значения не имеет. Со мной ехали еще пятеро егерей (отпускать короля без охраны никто не собирался), одетых столь же просто, как и король, да еще и выглядевших как голодные волки на тропе войны. Ну, или, если хотите, группа наемников в поисках работы. Как я уже тут намекал, лошадки под нашим отрядом были из разряда «кляча полудохлая». Но и это лучше, чем топать пешкодрала! Так что вечером тринадцатого мы очутились в небольшом импровизированном лагере неподалеку то ли от маленького городка, то ли большой деревушки под названием Луфтенберг-на-Дунае. Название вполне себе громкое. А вот городишко так себе. Небольшой, невзрачный, запущенный и избыточно грязный. Ндя… империи тут гордиться нечем! Впрочем, в том же Линце вроде как получше (слава бургомистрам), но все-таки от настоящего имперского лоска далековато.

Три дня мы были… нет, не в перестрелке, а в ожидании! Воот! Дело в том, что его графское сиятельство все никак не мог расстаться с Карлом Визером, но к обеду шестнадцатого (с большим отставанием от своего графика) сумел-таки из Линца выбраться. Сопровождали графа секретарь (наивные времена — секретарем оказался смазливый молодой человек, а не девица с ногами от ушей), водитель кареты (он же конюх) и четверка гайдуков в традиционных цветах Эстерхази. В общем, для десятка специалистов, спрятавшихся в засаде, этакая кавалькада никакой сложности не представляла. Так и получилось — сняли охрану — стреляли их арбалетов, чтобы грохотом не привлечь любопытных обывателей Луфтенберга. Получилось чисто и быстро. Граф геройствовать не стал, а увидев меня, скривил морду и вручил мне свою шпагу. Ага! Он умудрился не за пистоль схватиться, а обнажить свой длиннющий холодняк. Что за блажь у них в графских головенках? Понятия не имею.

— Граф (я намеренно «сиятельство» опустил, так звучало грубо и кондово), вам не кажется, что наша последняя встреча произошла несколько сумбурно? Извольте-ка объясниться.

Поначалу Мориц ничего объяснять не хотел. Но, поскольку оставлять его в живых в мои планы не входило, очень скоро граф запел. Красиво так, фальцетом (ибо с раздавленными яичками иначе не запоешь). И чем больше яво сиятельство пело, тем сумрачнее становилось на моей королевского величества душе.

Но, ежели говорить по-простому, то получалось, что я вляпался в очередной заговор, причем для Германской империи крайне нежелательный. В общем, пока мои верные егеря занимались грязной работой с трупами (потрошили их и привязывали всякие грузы к голым телам) у меня было время подумать. К чему такая суета сует? Так выглядеть должно было как нападение с целью ограбления. Имперский министр без портфеля был человеком весьма состоятельным. И, хотя большой суммы наличностью с собой не вёз, для простых разбойников, под которых мы косили, куш обещался быть более чем! Так что пусть грубо заметают следы. А я имею время на подумать!

Действительно, Австрия оказалась на грани раскола. Центробежные тенденции! Венгры требовали свое, богемцы — своё… Надо было что-то решать. И тут в головах группы знатной элиты созрел заговор, причем удивительно, в этом деле сошлись не только радикальные клерикалы, но и записные либералы проанглийского толка. Как говорится, всякой политической твари по паре. Смысл заговора был в устранении императрицы Сиси (она же Елизавета Баварская). Для сего императрице уже с месяц давали легкий наркотик с галлюциногенным эффектом. Действительно, Сиси при нашей встрече жаловалась на головные боли, но слишком возбужденной не казалась. На днях ей должны были дать ударную дозу, которая вызывает серьезное расстройство рассудка. И тут либо ее убивали, сообщив публично, что от душевных мук Лизонька наложила на себя руки, либо отобранные врачи свидетельствовали бы о ее недееспособности через душевную болезнь. А далее — монастырь и такой же итог (самоубийство), только отложенное на некоторое время. И цель заговора — устранив Елизавету, королю-вдовцу подбирают в жены венгерскую аристократку (благо, в роду Эстерхази знойных красоток хватало, а другие аристократические семьи даже и не рассматривались). Венгрия от такого кунштюка утихнет, а император получает супругу, которая не будет выносить ему мозг и позволит готовиться к войне с Германией за доминирование в немецком мире! Ага три раза! Нам только война с коалицией Австрия-Саксония на хвост не упала! Как-то да обойдемся!

А события на охоте? Ну, там действительно так совпало… Граф только отъехал от сборища заговорщиков (кроме него задействованы были несколько влиятельных фельдмаршалов и министров) и натыкается на предмет их обсуждения — смысле меня! А дальше граф среагировал на охотничьих инстинктах — увидел цель: стреляй! И был уверен, что от дроби лошадь подо мной взбрыкнет — или я выпаду из седла, на что смерть можно будет списать, либо лошадь понесёт и сверну буйну голову… Вот и пальнул… только лошадка моя была уже утомлена от скачки и не столько понесла, сколько вынесла меня, скажем ей посмертное спасибо (на следующий день ее пристрелили — с дробью в пузе лошадки не выживают). Ох уж эта мне горячая венгерская кровь! Кроме того, по долгу службы граф возглавлял что-то типа разведывательного сообщества: небольшую группу патриотов, способных на всё ради великой Империи. Правда, графу пришлось рассказать о своих «захоронках» на черный день. И самый большой куш оказался в венском банке Ротшильдов. Кроме перстня графа там надо было еще и пароль произнести. И я не был до конца уверен, что перед смертью Мориц не солгал. Но нет, я стал опять немного богаче. Впрочем, это я считаю не грабеж, а справедливая компенсация за свои труды. Между прочим, нам, королям, молоко бесплатно за вредность положено давать! Во!

[1] Цимес — изюминка, смысл (идиш)