Я – король Баварии 3 ((Немного богатый Людвиг))

Глава восемьдесят вторая. Любовный фронт не спит или полезности для здоровья

Глава восемьдесят вторая

Любовный фронт не спит или полезности для здоровья

Мюнхен. Королевский дворец

1 декабря 1863 года

Приехав в столицу, сразу же окунулся в кучу неотложных дел и всяких необходимых торжественных и не очень мероприятий, где приходилось «светить» лицом, представляя королевство и империю (в качестве наследника престола). Да, эти светские мероприятия меня жутко раздражали, но приходилось с этим мириться. Кроме того, спасали те же исключительные манеры, привитые Людвигу еще во время его детства и отрочества. И терпение было в числе этих положительных качеств, которые воспитывались в молодом романтическом юноше. Вот я был терпения лишен, что в ЭТОЙ жизни, что в ТОЙ. Порывист, это правда. Выдержку проявляю только в самых сложных жизненных ситуациях. А тут приходится… Вся эта лавина всякой шелухи представительских мероприятий стала погребать меня под своей массой прежде всего потому, что отец стал чувствовать себя хуже. И вынужден был в сопровождении надежного лекаря (и не менее надежной охраны) отправиться на воды. Остановились на Карловых Варах, как наиболее рекомендованное место с водами, подходящими государю. Сопровождать императора отправился небольшой коллектив эскулапов во главе с Карлом Фридрихом Циммером — одним из главных врачей, которому я постепенно передавал знания из будущего. Во всяком случае асептику и антисептику в немецких докторов я вбил намертво. Да, господа лекари к новшествам весьма недоверчивы. Но у немецких работников скальпеля и фонендоскопа (пока еще в виде деревянной трубочки) кроме высокомерия есть и одно положительное качество: дисциплина. Старший приказал! Вот и делаю как приказано! Новшества вводились мною постепенно, на каждом направлении трудились свои ответственные лекари, да и химики им в помощь! Во всяком случае, йод сумели изготовить (морских водорослей на берегах Германии найдено в достаточном количестве), бриллиантовый зеленый (синтетический краситель на основании анилина) получен недавно[1] и начато его производство в промышленных масштабах (еще один прекрасный антисептик, популярный в СССР, помните, чем смазывали разбитые детские коленки?). Плюс освоили синтез стрептоцида и получение активированного угля. Из жаропонижающих — аспирин (ацетилсалициловая кислота). И ведутся работы по определению групп крови. Пока что это самая сложная проблема, поскольку понятия генетики не существует и правильно (научно) обосновать учение о группах крови не получается. В общем чуть-чуть медицину подтолкнул в развитии, а то тут все еще всякие настойки датского короля в ходу… И патентованные непонятно кем непонятно от чего средства.

Второй моей заботой стал разбор архива господина бывшего австрийского министра без портфеля. Да, удалось обобрать его несколько тайников с документами и денежными средствами. Главное (как для меня) с документами! И картина получалась весьма неприглядная. Во-первых, Мориц Эстерхази-Галанта оказался кем-то вроде главы чего-то вроде разведывательного сообщества при правительстве Австрии. Фактически, негосударственная структура, получавшая щедрое финансирование и добывавшее ценную информацию. И действительно, кое-что ими была получено. В частности, я узнал, что в Пруссии под патронатом королевской семьи создали фонд, целью которого оказалось… ни много ни мало, а уничтожение Виттельсбахов! То есть не просто короля Баварии или императора Германии, а в планах сей организации значилось финансирование уничтожение всего нашего семейства в качестве мести за поражение Пруссии! Ах твою ж-то мать! Сначала даже не поверил. Но потом вспомнил, что такой фонд, но направленный на уничтожение Романовых приблизительно в это же время в Пруссии был создан… родственницей русского императора (если не ошибаюсь, тетушкой, по совместительству прусской королевой-германской императрицей[2]). Но теперь аналогичный фонд создали против меня и моей родни. И опять там засветилось милое личико Августы и не самая приятная физиономия Альбрехта, нынешнего венценосца Пруссии. Вот и еще один вопрос, который надлежало решить. И решать кардинально. Как только мы приехали в Мюнхен, как Штиглиц пропал. И это не случайность — он кого-то разыскивает, тем более что его люди постарались и решили вопрос с министром Австрии. Кстати. в Вене пропажей оного серьезно обеспокоились. Полиция и люди самого Эстерхази ищут следы, пока безуспешно. Надеюсь, что имитация нападения разбойников свою роль сыграет. Очень не хочется обострять ситуацию «до срока». А ситуация для кардинальных действий пока что не вызрела.

Порассуждаем чисто теоретически: вот если завтра прямо на черепушку Франца Иосифа приземлится кирпич (чисто теоретические изыскания, не поймите меня превратно) с летальным не только для кирпича исходом. И что изменится? Рудольф станет императором и страну возглавит регентский совет. И тут совершенно ясно, что власть в руки возьмет императрица-мать, она же баварская принцесса София, у которой, кстати, отвратительные отношения с Елизаветой. Нет, София к Германии с баварским королем в качестве императора относится довольно терпимо, но, тем не менее, именно при ней венские «ястребы» набрали силу и влияние. Мои конфиденты доносят, что вдовствующая императрица с интересом рассматривает возможность расширения империи в Придунайских областях и на Балканах (за счет Османской империи). Во всяком случае, планы Вены не ограничиваются Хорватией и Боснией. Они не против окучить практически все балканские земли. И даже Герцоговину прихватить. А как же мой любимый табак «Герцоговина флор»? Не дам! Главное, потому что оное зелье стало любимым курительным ресурсом Иосифа Виссарионовича! Я же должен как-то думать о будущих поколениях!

Ладно, поёрничали, и хватит… Реальность такова, что Елизавета более договороспособна и более годиться в качестве противовеса венским упырям-разжигателям войны. Но сейчас, вот прямо сейчас она может опираться на весьма узкий круг лиц, готовых оказать ей поддержку. И это надо исправлять. Противостояние Сиси-София должно быть сведено хотя бы в ничью! Тогда Австрия не станет препятствием для моих планов. И не скажу, чтобы я так сильно опасался ее армии, хотя она стала объективно сильнее, нет, но вот война на два фронта — против Парижа и Вены для нас катастрофа. Мы ее реально не потянем. Извините, но Наполеона Великого у меня в генералах нет, даже в капитанах такой персонаж не проглядывается.

А тут появился главный интендант мюнхенского гарнизона — Клаус фон Дитмар, я ему на днях вручил патент полковника. Уж очень деятельный товарищ. К сожалению, он меня не обрадовал. В сопровождении охраны я поехал в магазины нашего гвардейского корпуса. Там складировали экспериментальную партию тушенки от трех возможных конкурентов-производителей. Заложена на хранение ровно девять месяцев назад. А еще через три месяца кто-то из них должен был получить имперский заказ. Речь шла о консервах. А что? оцинкованная жесть известна давно и в Британии уже весьма широко применяется. Нашим предпринимателям была подсказана идея консервов и их стерилизации автоклавным методом. Пробные автоклавы они изготовили, сделали и пробную партию консервированной свиной тушенки. Интересно, что все банки были не круглыми, как я привык по своему прошлому времени, а в виде прямоугольных, почти что кубической формы кирпичей. Чисто технологичнее и проще оказалось. Ага! В магазине (на складе) нас поджидали и господа предприниматели. Толпой вошли в охраняемое помещение и весьма скоро оттуда вышли. Практически все банки вздуло, несколько разорвало, и запах стоял просто убойный, не смотря на холод и на улице, и в помещении…

Сказать, что я был в гневе — это не сказать ничего! Хотел заставить господ производителей сожрать хотя бы по банке своего товара, чтобы их черти драли! Но как-то перевел свой гнев в рабочий деловой режим и потребовал отчета — буквально по дням, что, когда и у кого портилось. Увы мне — консервы начали портиться уже через полтора месяца хранения… У всех трех «гениев от производства». Развели их по разным углам и начали методично вытягивать показания. Неужели я где-то в технологии просчитался? Ларчик открывался просто. Господа решили сэкономить. Аргументировали тем, что сама жесть обходится им дорого и такие цены вынуждены будут выставлять за консервы, что интенданты ни за что их не купят. А посему один вообще автоклавом не пользовался, а два иных тоже схитрили, один не доводил температуру до необходимой, а второй сократил время выдержки вчетверо! Экономисты хреновы! Пришлось им объяснить, что если нарушение режима произойдет еще раз, то они отведают испорченную партию — и только ею будут питаться: они сами и их семьи заодно. А чтобы не впадали в соблазн, то… введу-ка я что-то типа государственной приемки. На предприятиях двух господ, которые все-таки автоклавы использовали следить за соблюдением технологии будут отобранные люди — инспектора из отставных военных. Сами понимаете, самого ушлого, который автоклав и не включал из гонки за госзаказ сразу же исключил.

О! Господи! Завтра приезжает Матя… Я же обещал о ней чуток рассказать! Скажу сразу же, суперкрасавицей в свои тридцать три года «Диди» не была. «Диди» — это ее семейное уменьшительно-ласкательное имя. Так-то она Матильда, для меня просто Матя. Но имела довольно привлекательные черты лица, гладкую белоснежную кожу и густую копну волос неожиданно русого цвета. Росточком чуть выше среднего. Хорошо воспитана и довольно умна. Последнее и стало той каплей, которая меня к ней привлекла. С Матей было о чем поговорить! Кроме того, Матильда оказалась весьма искусной в постели и совершенно лишена каких-то комплексов, присущих девицам этого времени, главное — в ней не было и капли жеманства! Да, меня привлекло именно то, что в чем-то она походила на женщин моего ТОГО времени! А когда мои люди чуток копнули ее биографию, я аж охренел, честное слово!

Итак… Немного о корнях. Как-то 3 апреля 1807 года у старого пирата и по совместительству английского адмирала Генри Дигби родилась дочка. Джейн Элизабет Дигби. Генри стал известен успешными захватами испанских кораблей и получил весьма солидные призовые от короны. Губа у пирата была не дура и он женился на одной из первых красавиц островов — леди Джейн Элизабет Кокс, дочери лидера вигов. Так что маленькая наследница адмирала Дигби пошла красотой в маман. И это неудивительно! Девочка ни в чем не нуждалась и в юности получила за свой неугомонный характер и пренебрежение некими общепринятыми нормами морали прозвище «Байрон в юбке!» Весьма многозначащее прозвище, доложу я вам! В двадцать один год красавица Дигби вышла замуж за лорда Эдварда Лоу, второго барона Эттенборо, будущего первого лорда адмиралтейства. Брак красотку разочаровал. Ее частыми гостями стали ослепительные дамы высшего света как графиня Мария Эстерхази, жена австрийского посла, известна была тем, что меняла любовников еженедельно и графиня Доротея Ливен, та самая, которая родственница Бенкендорфа и русская разведчица по совместительству! Ух! Скажу я вам. И чего от них Джейн набралась, думаю, представить не сложно. Достаточно сказать, что в ее активе значились три любовника одновременно: герой Ватерлоо полковник Джордж Энсон, сэр Фредерик Медден и австрийский дипломат, принц Феликс Шварценберг. От храброго полковника Энсона Джейн родила мальчика. Который умер в младенчестве. А вот ее связь с принцем принесла девочку Матильду. В данном случае, мою Матильду, простите за нелепое уточнение. Так вот, муж про всё узнал и вскоре развелся актом парламента! Джейн переехала в Париж, позже в Швейцарию, где и родилась девочка Диди. Но вот принц Шварценберг на Джейн жениться не решился. В итоге он Матильду уволок в Вену, а Джейн оказалась… фанфары!!! В Мюнхене, где стала любовницей короля Людвига I Баварского, моего родного дедули! Нет слов кроме матерных! Я, когда это узнал матерился примерно с четверть часа без перерыва и повторов на великом русском. Поверьте, иначе никак! Вспомнилось, как Дюма сын спрашивал Дюма-отца, почему он подбирает папашиных любовниц, получивших отставку. И многомудрый отец заявил сыну, что это доказывает одно: у тебя сынок, как и у меня — большой член и маленькая нога!

Надо сказать, что наша неугомонная Джейн не успокоилась. Вскоре она вышла замуж за барона Веннингена, которому изменила с греческим графом Спиридоном Теотокисом. Они бежали, барон их догнал, стрелялся с греком, попал, но тот выжил. Через несколько лет Джейн бежала со Спиридоном в Грецию. После измены очередного любовника бросилась путешествовать по Османской империи, по возвращению в Грецию стала гражданской супругой генерала (бывшего бандита) Христопулоса Хаджи-Петроса. После измены генерала сбежала в Сирию. Там вышла замуж за шейха Меджуэлема эль-Мезрабома. И уже с оным сейчас и жила, отправив родственникам в Британию роскошное издание Камасутры. Вот кому мы обязаны такой прекрасной утренней зарядкой. Кому с утра, кому и с вечера!

Принц Феликс (ученик самого Меттерниха) на этом фоне казался человеком сухим и каким-то бледноватым. Но, как истинный дипломат только казался таковым. На самом деле тот еще был ходок! Но вот дочери имени своего не дал, но воспитание и образование (домашнее, но весьма приличное) обеспечил. Как и неплохое приданное. Матильда оказалась бесплодна, а ее брак с фрайхером (полубароном) Антоном фон Бешина достаточно условным. Ее поездка в Вену была вызвана кончиной австрийского дипломата и ее отца[3]. Так что ко мне она попала достаточно свободной. В том числе и от всяких так романтических иллюзий. И к чему эта связь приведет я только мог гадать, лучше всего на кофейной гуще.

[1] Недавно так недавно, но синтезирован бриллиантовый зеленый был в той же Германии в 1873 году, у нас более чем на десять лет раньше. А вот его антисептические свойства — это уже заслуга начала следующего века. Долгое время использовался исключительно как краситель.

[2] Речь идет об Августе, супруге Вильгельма I, короля Пруссии, в НАШЕЙ версии истории так и не ставшего германским императором, в РИ ходили слухи о ее антирусской деятельности, хотя Августа была внучкой Павла I.

[3] В РИ принц умер в 1853 году. У нас протянул на десять лет дольше.