Непокорная для наследного принца. Академия Дэмфилд

Глава 23

Тьерра

Утро после ночи откровений, прерванных поцелуев и заговоров с драконами встретило меня серым, бесстрастным светом из окна и легким запахом свежих оладий с кухни.

Я лежала, уставившись в потолок, и пыталась собрать мысли в нечто, отдаленно напоминающее внятный план.

Вместо этого в голове крутился обрывками вчерашний разговор: теплые ладони Криса, его слова о письмах, взгляд, полный чего-то такого, от чего до сих пор екало под ребрами… и идиотское ворчание драконов из кустов.

«Собралась, Харташ, — сурово сказала я себе мысленно. — У тебя миссия: раскрыть заговор, переиграть самозванца и не дать отцу с Крисом сцепиться насмерть. Романтические терзания — в конец списка. Где-то после пункта „не забыть почистить сапоги“».

С этим твердым, хоть и шатким, решением я поднялась с кровати и наткнулась на Эорию, которая свернулась калачиком прямо перед дверью, как огромная, чешуйчатая дверная змея.

— Ты вчера храпела, — сообщила она, не открывая глаз. — С присвистом. Очень мило. Напоминает молодого дракончика, который объелся конфет.

— А ты сопела, — парировала я, пробираясь через нее к шкафу. — И во сне шевелила когтями. Снилось, как гоняешься за Веридором с целью причинить ему нежные, но болезненные увечья?

— Не угадала, — буркнула она, наконец приоткрыв один глаз. — Так что, твердо решила играть в эту опасную игру с мерзким самозванцем? Не передумала за ночь?

— Передумать — значит признать, что вы были правы, назвав мой план подростковым максимализмом, — сказала я, натягивая свежую форму. — А этого я допустить не могу. Гордость, знаешь ли.

Эория издала звук, похожий на сдавленный смешок.

— Ну что ж, тогда слушай. Наш с Ридом «вход» в твой гениальный план прост. Мы не можем превращаться в людей пока, но мы можем… ммм… проецировать. Создавать слабые, почти невидимые ауры, которые будут привязаны к тебе. Для непосвященного это будет выглядеть как небольшое искажение воздуха вокруг тебя, легкая рябь в магическом поле. Ничего особенного. Но для того, кто умеет смотреть — а этот лжец, похоже, умеет — это будет сигналом. Сигналом, что ты находишься под защитой чего-то древнего и непонятного.

Я замерла с сапогом в руке.

— То есть вы предлагаете повесить на меня магическую табличку «Не трогать, сзади драконы»?

— В некотором роде, да, — кивнула Эория. — Но тонкую. Элегантную. Чтобы разжечь не страх, а любопытство. «Что это за странная сила у этой девчонки? Откуда?» Любопытство заставит его приглядываться к тебе внимательнее. А значит, он может начать делать ошибки. Или, по крайней мере, уделять меньше внимания тому, что будем делать мы.

— А что будете делать вы? — спросила я с подозрением.

— Мы, — раздался с улицы голос Веридора, — будем заниматься рекогносцировкой. Или, на твоем примитивном языке, шарить носом по академии и ее окрестностям в поисках знакомых запахов. Колдовство того старого мерзавца, что заточил нас, имело… специфический аромат. Тухлой карамели и старого пергамента. Если его ученик или последователь тут замешан, мы это почувствуем.

План начинал обрастать деталями. Рискованными, безумными, но хотя бы не пассивными.

После завтрака, на котором папа бросал на меня изучающие взгляды (видимо, пытаясь угадать, не свихнулась ли его дочь окончательно), а мама с легкой улыбкой подкладывала мне еще оладий, я отправилась в академию.

На пороге дома меня ждал Крис. Вернее, он стоял в тени высокого кипариса, сливаясь с ним так, что я даже не сразу его заметила. Он был в простом темно-сером плаще, капюшон натянут на лоб, но осанка, этот военный, собранный стан, выдавала его с головой.

— Ты решил начать с тайного наблюдения за моим домом? — спросила я, подходя. — Папе это не понравится.

— Твоему папе в принципе мало что нравится, что связано со мной, — отозвался он, откидывая капюшон. Его лицо было серьезным, без намека на вчерашнюю мягкость. — Я пришел сказать одно: я знаю, что ты что-то затеваешь. Не знаю что, но вижу по глазам. Этот блеск «я-сейчас-сделаю-что-то-эпически-глупое-и-победю».

Я попыталась сделать невинное лицо. Получилось, судя по его взгляду, как у криворога, пойманного на краже печенья.

— Я просто иду на пары, — сказала я. — Учеба, знаешь ли. Основа всего.

— Тьерра, — он произнес мое имя тихо, но так, что по спине пробежали мурашки. — Вчерашний план с ловлей на живца был плохой. Любой план, где ты в центре и играешь с огнем — плохой. Дай мне время. Я разберусь.

Его забота трогала и одновременно бесила. Я не была хрупкой фарфоровой куклой, которую нужно прятать в шкаф.

— А если у нас нет времени? — спросила я, глядя ему прямо в глаза. — Если он что-то планирует и каждый день промедления дает ему преимущество? Я не буду лезть на рожон, обещаю. Но и сидеть сложа руки, пока ты играешь в шпиона, я тоже не буду. У меня есть свои козыри.

Я мысленно попросила Эорию включить то самое «прикрытие». Ничего не произошло визуально, но я почувствовала легкий, едва уловимый толчок магии, словно вокруг меня сомкнулось невидимое, теплое кольцо.

Крис, кажется, тоже что-то почувствовал. Его глаза сузились, взгляд стал пронзительным, сканирующим. Он сделал шаг ближе.

— Что это? — спросил он тихо. — Это… от тебя?

— Защита, — честно сказала я. — Моя. Не спрашивай подробностей.

Он долго смотрел на меня, его лицо было напряженной маской, за которой шла борьба. Страх, долг, желание уберечь — и понимание, что я уже не та девочка, которую можно просто запереть в комнате для ее же блага.

— Дрыш тебя раздери, — наконец выдохнул он и в его голосе прозвучало что-то вроде смирения. — Ладно. Но условия: никаких встреч с ним наедине. Никаких попыток выведать что-то напрямую. И ты сообщаешь мне о любом, самом незначительном контакте. Договорились?

— Договорились, — кивнула я, чувствуя странное облегчение. Он не пытался запретить. Он пытался… координировать. Как с равной.

— И еще одно, — он снова понизил голос. — Будь осторожна не только с ним. В академии сейчас… странная атмосфера. Лукас говорил, что некоторые преподаватели ведут себя нехарактерно. Замкнуто, напряженно. Будто что-то затевают.

Это была новая информация. И ничего хорошего она не сулила.

— Поняла, — сказала я. — Иди. А то опоздаю на «Основы эмоционального сопротивления». Как раз к твоему двойнику.

Он хмыкнул, беззвучно, и на секунду в его глазах мелькнула знакомая ироничная искорка.

— Удачи. Постарайся не разнести аудиторию.

Дорога до академии прошла в размышлениях. Я чувствовала легкое, но постоянное присутствие Эории и Веридора где-то на периферии сознания, как два теплых уголька. Они следовали за мной, оставаясь невидимыми, выполняя свою часть плана.

Аудитория, где должна была быть пара по эмоциональному сопротивлению, была переполнена студентами. Казалось, пришли даже те, кто учился на курс старше.

Когда я вошла в аудиторию, гул стих и все взгляды — любопытные, насмешливые, сочувствующие — почему-то уставились на меня. Я прошла к своему месту, стараясь выглядеть невозмутимо.

И вот вошел Лже-Крис. Тот же камзол, та же надменная осанка, тот же холодный, оценивающий взгляд.

Он обвел аудиторию презрительным взглядом и когда его глаза остановились на мне, я почувствовала, как по спине пробежал холодок. Но на этот раз это был не просто страх. Это было азартное, острое предвкушение.

Он улыбнулся. Не той ехидной усмешкой, что была раньше. А чем-то более… заинтересованным. Его взгляд задержался на мне чуть дольше, чем на остальных, и в нем промелькнуло легкое удивление.

«Сработало! — мысленно послала я знак Эории. — Он точно считал мое „прикрытие“».

— Начнем, — сказал он и его голос, такой похожий и такой чужой, прозвучал в настороженной тишине. — Сегодня поговорим о манипуляции эмоциями как об оружии. И о том, как распознать, когда вами пытаются манипулировать.

Его слова прозвучали как выстрел. Он смотрел прямо на меня и его улыбка стала чуть шире, чуть опаснее.

Игра началась.