НеТемный 9

Глава 14

— Прекрасна она… — ворчал я, карабкаясь вверх, — Прекрасна, как смрад смердяще смердящего смердения… смердячего света! Расщелину мне в душу! Сожри меня Бездна!

В общем-то, так я озвучивал все свои мысли, пока поднимался к вершине. Других каких-то рассуждений там пока не было. Ну, кроме того, как же я стал таким вестником невезения, грязью из комьев неудач!

Оглянувшись, я посмотрел вниз.

Солнце уже повисло над горизонтом, и вправду представляя мне север Троецарии во всей красе. Заснеженный хвойный лес, своим пологом будто сдерживающий выпирающие тут и там холмы и невысокие горы. Где-то скалам удавалось пробиться, вытаскивая голые зубы, но тут в бой вступало небо, закидывая голые каменные лбы снегом.

Сейчас север был алым, в лучах рассветного солнца… Несмотря на пронизывающий ледяной ветер, даже моя грубая бросская душа дрогнула перед раскинувшейся красотой, и я одобрительно хмыкнул. Ну да, родной край Агаты красив… кхм… как сама Агата.

Внизу текла река. Отсюда она уже казалась довольно тонкой, но при её виде моё поднявшееся было настроение тут же улетучилось.

— Жених хренов! Любовничек несостоявшийся!

Перехватив топор Огнезима одной рукой, я прицелился в полоску реки и, довольно улыбнувшись, перерезал её одним движением лезвия. Ну, то есть, провёл им, вообразив, как убил могучего Холодрага. Вот тебе, засранец!

Горько вздохнув, я вытащил из кармашка ремня «амулет чужого взгляда» и надел на шею. Здесь мощь Холодрага не могла уже меня достать, а до Вьюжары ещё дойти надо.

Затем я продолжил карабкаться. Конечно же, никакой Холодраг от одного движения моего топора не погиб — мечты мечтами, но пока что у меня не было другого выхода, кроме как ползти наверх. Я ненавидел быть чьим-то заложником, но тут сам был виноват — ослабел, обзавёлся друзьями, и теперь мне есть, что терять. Впрочем, Всеволод и подавно бы не справился с этим драконом, и даже не знаю, смог бы он от него улизнуть?

— Холодурак! — гневно прошептал я, отчего стало чуть веселее на душе.

Где-то в стороне журчал водопад — река Холодрага брала начало из ледников гораздо выше, но сам дракон почему-то сюда не поднимался. Он, конечно, мог слышать моё злословие, но мне было глубоко наплевать.

Он вообще мне ничего не объяснил! На все вопросы краснел, как варёный рак, да ещё злился…

«Кто такая Вьюжара?»

«Она — луч света во тьме! Минута радости в тысячелетиях печали! Источник исцеляющей надежды в океане отчаяния! Один блик с прекрасных чешуек её утреннего тела дарит мне крылья на весь день!»

Это было очень… очень информативно и познавательно, и сразу закрыло все мои вопросы. Холодраг, могучее магическое существо, дух этих земель, который по силе мог поспорить с богами, лишь возмущённо смотрел на меня в ответ — мол, неужели тебе мало всего того, что я сказал? Я открыл тебе все свои самые сокровенные тайны о Вьюжаре, и ты ещё смеешь задавать вопросы⁈

А вопросов у меня было много. Какой магией владеет, насколько она могуча, как относится к таким незваным гостям, как я? Какие у неё отношения с Яриусом, или с Моркатой, или с Храмом Холода, ну или на худой конец с хладоградским царём? Что она вообще думает о бросском воителе, о котором могла что-то слышать, что думает о Вечном Древе, о лиственниках?

Может, я умру сразу же, как открою рот? Может, меня сожрут? А может, между этими двумя вообще игра такая — я посылаю тебе смертного, а ты его убиваешь?

«Хочешь чего-нибудь особенного, радость моя?»

«Желаю съесть заморского бросса-варвара, но чтобы был магистром огня, да при этом лиственник…»

«Ммм, у моей ненаглядной отменный вкус!»

Я лишь сплюнул, представив этот диалог. На мои вопросы ответов я, конечно же, не получил. Лишь понял, что у этого вестника озабоченности Холодрага стало кончаться терпение.

Может, я действительно просто упитанное угощение на день рождения Вьюжары? Вот, даже поднимаюсь в удобной кованой посуде, чтобы меня запечь было полегче.

Хм-м, запекать она меня навряд ли будет. Судя по имени Вьюжары, она всё же северный дух, и повелевает вьюгами. Надеюсь, только вьюгами… Уж как минимум, заморозить она меня не сможет.

Мой путь становился всё круче и круче, и вскоре скалы уже нависли надо мной гроздьями щербатых валунов, намекая, что дальше подъём будет гораздо опаснее. Это наверняка была самая опасная часть пути, и я даже не мог разглядеть, насколько высокий здесь обрыв.

Внизу под скалами всё было припорошено снегом, который не задерживался на отвесных стенах, то и дело сползая сюда с уступов. Поэтому, хрустя по сугробам, я не сразу понял, что под сапогом треснуло что-то ещё.

Сначала снял слой топором, как лопатой, а потом воздушным вихрем я сдул остатки снега, под которым обнаружилось промороженное тело… Какой-то воин, судя по стёганной броне и клинку.

Теперь, более внимательно глядя под ноги, я прошёлся вдоль скал и нашёл ещё нескольких таких бедолаг, погребённых под снегом. Неужели подъём тут был таким сложным, и они все сорвались?

Я не строил себе иллюзий насчёт своей магической мощи. Падающий с огромной высоты магистр огня и воздуха точно так же представляет из себя мышцы да кости, которые имеют свойство разбиваться. У меня, конечно, больше шансов выжить, чем у обычного смертного, но проверять упругость воздушного вихря или цепкость своих огненных щупалец я не особо хотел.

Обходя гору в поисках более удобного подъёма, я обнаруживал ещё «счастливчиков», понимая, что Холодраг не первого меня послал к неприступной Вьюжаре. Ну, а чем ещё развлекаться одиноким могучим духам на холодном краю земли?

Многие трупы были истерзаны дикими зверями, тут для них был самый настоящий пир. Но меня вдруг заинтересовало одно тело, которому тоже повезло стать обедом — только голова осталась целой, а всё, что ниже, обглодали хищники.

— Так понял, мы собратья по несчастью? — спросил я, присев перед заиндевевшим беднягой. Меня привлёк серебряный медальон, блестящий среди обглоданных рёбер.

Я снял его, просвечивая магическим зрением. Это был защитный артефакт, от чего-то явно разрядившийся. Нет, он точно не выдохся сам по себе, в таком случае остались бы крохи энергии.

Значит, вестники невезения, вы тут не просто сорвались? Повинуясь интуиции, я запрокинул голову, и тут же дрогнул «амулет чужого взгляда» на груди… Ух, расщелину мне в душу!

Я мог поклясться, что заметил какое-то движение среди щербатых скал. Словно кто-то шмыгнул, спрятавшись за выступ. Точнее, мелькнул чей-то хвост.

Нюх на магию у меня был хороший, и я понял, что это какое-то магическое существо. И оно очень ждёт, когда я начну подниматься вверх.

Магическое излучение сразу исчезло, словно я и не видел только что на выступе никого… Так тварь умеет не только хорошо прятаться, но и закрывает магические каналы?

Честно, не среагируй медальон «взгляда», я бы засомневался. Мало ли, вдруг показалось?

Вытащим из кармашка несколько боевых амулетов, я выбрал амулет огня и повязал его на колечко на топорище. Затем вытащил ещё и амулет маскировки, тоже надел на шею.

Прицепив топор на спину, я примерился и ухватился за выбоину в скале. Здесь, как мне казалось, был самый удобный подъём… Вон, и тот обглоданный внизу, видимо, тоже так считал.

Но поясе у меня позвякивало несколько стрел со странными наконечниками. Арбалет я не брал, не доверял этому оружию.

Да, как только я начал подъём, так начал всё чаще ловить на себе хищные взгляды. Правда, они явно смазывались — едва слышно загудел амулет маскировки, я даже почуял, как он нагрелся.

Сложно было спрятать большого бросса в чёрном доспехе, карабкающегося по скалам, припорошенным снегом. Да ещё и спрятать от хищников, обладающих отменными нюхом и слухом. Но амулет старался.

Через полчаса я, выбравшись на удобный уступ, глянул вниз… Да, высота уже внушительная.

В груди стал просыпаться огонёк тревоги, который ещё и здорово подогревался гудящим амулетом маскировки. Тот уже едва ли не раскалился, вибрируя и позвякивая об доспех, а потом вдруг чихнул искрами и испустил дымок.

— Сдох, — вздохнул я, понимая, что амулет проиграл битву с хищниками, — Какой слабак тебя чаровал?

А затем мне пришлось пригибаться и выпускать из руки огненно-воздушный щит, который оттолкнул нечто, бросившееся на меня сверху.

Какая-то смесь хищного барса с горным козлом, явно имеющая в далёких родственниках дракона. Синяя морда ящера с рогами и бородой, тело кошки с четырьмя… эээ… копытными лапами, но с кучей вьющихся хвостов.

Зубастую тварь снесло моим щитом, но она успела плюнуть в меня, причём часть плевка всё же прошла сквозь защиту. Рисковать я не стал, уворачиваясь от летящих блестящих капель… Они звякнули, попав в скалу за моей спиной, и застыли, словно ледяные наросты.

А затем эти кусочки льда вдруг стали дрожать и раскаляться изнутри. Это ещё что за лёд такой⁈

— Твою ж… — вырвалось у меня, и я тут же прыгнул с уступа изо всех сил, цепляясь топором за соседний.

За спиной рвануло, по моему доспеху застучали крошки. Я тут же, помогая себе воздушным вихрем, взлетел на следующий выступ.

Дракозлокот, которого я так назвал, и которого я так бесцеремонно сшиб своей магией, уже долбанулся где-то далеко внизу и перекатывался по склону. Ай-яй-яй, какой я неаккуратный бросс.

Сверху послышалось рычание — две такие же твари, шелестя двойными языками, цокали копытцами сверху. Они цеплялись хвостами за малейшие выбоины, легко удерживаясь на крутом обрыве, и просто издевались над моим «амулетом чужого взгляда». Тот едва не сходил с ума на моей груди, буквально крича — нас хотят съесть!

Всё же я улыбнулся, перехватывая поудобнее топор и готовясь к схватке. Неизвестность меня всегда страшила больше, а теперь, когда я вижу врагов воочию, можно и потанцевать.