Нигредо. Созданный из пепла

Глава 18. Убывающая луна

Сказать, что ребята были в замешательстве, — не сказать ничего. Да и слова «замешательство» было недостаточно. Чем дальше заходил сюжет легенды, тем меньше они понимали. Они надеялись, что ответов на их вопросы станет чуть больше, но самих вопросов стало больше раз в десять.

Все молча уставились на Захара, тот выглядел на удивление спокойным. Он нахмурился и пристально вгляделся в страницу, на которой обрывалась легенда, будто если выжечь последние буквы взглядом, они сложатся в ответ на все вопросы, спрятанные в этой витиеватой символике.

— На самом деле, я понял ощутимо больше, чем в прошлый раз.

Ребята широко распахнули глаза. Либо Захар переоценивал свои способности, либо это они недооценивали его. Насколько нужно быть гениальным, чтобы из этой сказочной смеси вынести хоть каплю логических выводов? Богдан прежде нечасто обменивался с парнем даже бытовыми фразами, но теперь понял, почему Тихон его так уважал. До сегодняшнего дня Богдан был слишком высокомерен, раз верил, что Захар несильно превосходит его собственные умственные способности. Богдан, едва отойдя от замешательства, обратился к нему:

— И что же ты понял? Я, возможно, неправильно воспринял пересказ Светы и Амалии о первой части легенды…

— Так ты слышал лишь пересказ? — разочарованно выдохнул Захар. — Так легенду точно не понять. Даже мы, прочитав каждое её слово, почти ничего не узнали. С чего бы начать… Теперь мне кажется, что события крутятся вокруг чего-то наподобие конца света, где небеса покарают всех жителей страны за грехи. Как я понял, эта страна находится на одном из материков, чьи жители всю жизнь были уверены, что их материк — единственный в мире, но в банкетном зале вдруг появилась карта, доказывающая обратное. И, судя по всему, действие происходит не на Земле, поскольку Кастеллан сами родом из Первого Измерения. Также упоминается некое мёртвое поле, в которое грешников отправляют на вечные скитания. В конце через это поле несут гробы с казнёнными королями и королевами, но Герцогиня заставляет колосья разойтись у них на пути. Интересно, почему слуги несли гробы именно через поле. Либо это поле — одна большая метафора, а транспортировка мёртвых отсылает к путешествию души после смерти, либо того требовал особый ритуал, либо поле негде было обойти, и Герцогине пришлось применить какую-то силу, чтобы достичь берега материка. И это звучит логичнее, ведь, по идее, на поле мёртвых нет места живым. Вероятно, Герцогиня отодвинула цветы, чтобы процессия смогла дойти до точки назначения. Такое чувство, что поле окутывает по периметру три холма с королевскими замками или вообще весь материк.

— Последнее объясняло бы, почему жители были уверены, что их страна — единственная на свете. У них не было доступа к другим цивилизациям или исследованию земель на остальных материках, — кивнул Богдан. — Я помню, что главный герой смог добраться до замка сам, никакого мёртвого поля на его пути не упоминается, а значит, оно не окружает замок. Есть ещё один странный момент: если Герцогиня знала, как дойти до берега, значит, уже была там. Кто она такая?

— В первой части мы выяснили, что Бог в легенде является «светом Солнца». Насколько я понял, конец света наступит вследствие небесной кары, но Герцогиня собственными руками наказала часть грешников. Может, она кто-то вроде посланника небес? А небесная кара осуществится, когда Солнце сожжёт материк дотла. Но, захватив чёрную волчицу, Розенкрейц собираются вернуться в Первое Измерение. Они уверены, что им есть куда возвращаться. Выходит, конец света не наступил?

— Или был прерван, — нахмурился Богдан. — Только не знаю, радоваться ли этому. Всё-таки конец света должен был наказать грешников, а так получается, что они выжили. Но пока это неважно, мы не знаем, что произойдёт в следующих частях. Герцогиня может быть не божественным посланником, а наоборот, пытаться воспрепятствовать каре. Она слишком подозрительная, вам не кажется? Почему королей и королев казнит какая-то Герцогиня, да ещё и на их же свадьбе? Да даже это странно… Почему женятся король и королева? Не принц и принцесса.

— Боюсь, это мы тоже узнаем в следующих частях. Почему их шестеро — я даже пытаться предполагать не буду, может, у местных свои традиции. Меня больше интересует внешность королей и королев. Те, что сидели посередине, уж очень похожи на чёрных волков.

— Черноволосые и золотоглазые… — усмехнулась Света, откидываясь на спинку стула. — Чёрные волки, говорят, очень сильными были. Неудивительно, что они были главными правителями той страны. А по бокам от них кто тогда сидел?

Ребята невольно перевели взгляд на Агату и Федю. Те тоже не могли не заметить небольшого сходства. У Агаты волосы были белыми, у Феди — чёрными. И у обоих тоже были голубые глаза.

— Легенда становится всё больше похожей на Пророчество, — неуверенно проговорила Амалия. — У них ведь за спинами ещё и девушки крылатые сидели.

— Я не девушка, — обиженно фыркнул Федя.

— А у меня не тысяча крыльев, успокойся, — заткнула его Агата. На протяжении всего собрания она просидела со скрещенными на груди руками. Всё происходящее в её глазах было нелепой детской игрой, она искренне не понимала, почему остальные, нисколько не смущаясь, следуют её правилам. — И где же вы видите связь?

— Пока нигде, — развёл руками Захар. Всё-таки за сегодня его мозг потратил слишком много энергии, чтобы пытаться увидеть связи также усердно, как в прошлый раз. Но к кое-каким выводам он пришёл, даже почти не напрягаясь. — Девы стали смертными «вновь». Значит, когда-то были обычными, вероятно, обелисками, а затем вознеслись, или что-то вроде того, став похожими на ангелов: у девы в белых одеждах в каждом крыле по глазу. Смахивает на библейских херувимов.

— Говорилось, что эти четыре короля — проводники между мирами живых и мёртвых, — вспомнил Богдан. — Девы стояли за тронами, но на слуг не похожи. Их дочери?

— Тогда это объясняет, почему именно тысячекрылая дева раздавала приглашения на свадьбу — их посылал кто-то с небес, а значит, не Герцогиня. Осталось ещё меньше признаков, подтверждающих, что она связана с небесами. Поначалу приговоры выносила тысячекрылая дева, но затем гильотину призвала Герцогиня, отрубив крылья и ей, поэтому и разлом, из которого появилось лезвие, вероятно, не божественного происхождения. Проводниц казнило не небо. Но и в этом мы не можем быть уверены. Что, если девы тоже были грешницами?

— Эта Герцогиня возомнила себя божественным посланником, что тут непонятного? — ухмыльнулась Сабина. — Будь грешницами и они, их бы, наверное, небеса и казнили. Погоди, я запуталась… Гильотина ж тоже может быть небесной…

— В том-то и дело, мы ничего не можем знать наверняка, — покачал головой Захар. — Ещё было сказано, что в янтарных глазах невесты и жениха запечатаны воспоминания народа, а в глазах четырёх других королей — отголоски прошлого. О последнем можно сказать, что раз в их глазах отражается прежнее голубое небо, с приближением кары оно изменилось. Но о каких воспоминаниях идёт речь?

— Ну, попахивает Пророчеством, — с заумным видом предположила Света, повторив мысль Амалии. — Чёрные волки откроют истину о прошлом всему народу обелисков, и благодаря им справедливость восторжествует.

— Трактовка смутная, но я тебя понял… Вернёмся к другому. Эмблемы королевской семьи описываются как шипастая роза. Я ранее говорил, что допустима вероятность того, что королём и королевой могут быть Розенкрейц, но в названии и эмблеме организации фигурирует не только роза, но и крест. Складывается впечатление, что Герцогиня была пепельной, возможно даже одной из первых. А крест — напоминание о том, что это она, представительница пепельных, вершила суд над королями и королевами.

— Помните, что некоторые значимые события вертятся вокруг происходящего шестьсот лет назад? — вдруг вспомнил Тихон, привлекши всеобщее внимание. На кухне за долгое время вдруг стало тихо: прислушались все. — Может, легенда как раз и есть то самое грандиозное событие шестисотлетней давности? Обелиски тогда сбежали на Землю в попытках спастись от конца света, а оставшихся судили пепельные.

— Об этом пока рано делать выводы, но теория интересная. Не ожидал, что ты тоже что-то предположишь. — Захар тут же осёкся и судорожно замахал руками. — Я не имел в виду, что ты глупый или ещё что! Просто легенда, правда, очень трудна для восприятия…

— Да я и не отрицаю, — посмеялся Тихон. Света хмыкнула. Вот у кого здесь совсем не было комплексов…

— Ладно, мы снова отвлеклись. — Захар смущённо откашлялся и вновь вернул серьёзный вид. — Пока что я не понимаю, что значат семь опаловых гирь, девять достойных гостей и триста шестьдесят пять ступеней — с числовой символикой разбираться ещё труднее, чем со всем остальным. На что может указывать статуя феникса из чёрного агата?

— Фениксы сгорают, чтобы переродиться, — ответил Богдан. — Герцогиня заставляла некоторые предметы гореть, может, надеется сжечь вообще всё, чтобы то переродилось? Погоди, раз говоришь, что Бог — Солнце, а небесная кара сожжёт всё дотла, тогда конец света нужен был, чтобы построить новое на пепле старого? Я мало что запомнил, но одна фраза Герцогини чётко отпечаталась в памяти: «Смерть для зарождения жизни новой служит, ничего нельзя из пустоты создать, каждый атом когда-то разрушен был, дабы новые сотворить». Нормальное такое доказательство. Вы ещё, кажется, выяснили, что вся эта тема как-то связана с алхимией. В алхимии тоже нельзя создать что-то из ничего.

— Ты прав, теперь связь ещё чётче, — глаза Захара вдруг округлились. Кажется, ему в голову пришла самая гениальная идея в его жизни. Он едва не упал со стула. — Минутку, на печати пригласительного письма была Иероглифическая Монада, которая является символом Великого Делания. Герцогиня произнесла эту фразу, когда собрала кровь королей и слёзы гостей в призванный чёрный Грааль. Не для трансмутации ли она это делала?..

— Вся свадьба теперь выглядит как подготовка к Великому Деланию, да? — задумчиво почесала затылок Сабина и покосилась на брата, прищуриваясь. — Да, до меня тоже иногда что-то доходит, не смотрите на меня так.

— Теперь кое-что не сходится! До этого мы думали, что письмо прислали с небес, но Великое Делание нужно явно не небесам: раньше считалось, что алхимия — это происки дьявола. Герцогиня могла подчинить себе все королевские семьи, включая дев, и подделать письма.

— И этим Великим Деланием остановить конец света? — проговорил Богдан. — Напомните-ка, для чего нужен был Философский Камень?

— Есть несколько версий. Первая: с его помощью из любого металла можно создать золото, а Камень должен был получиться из нужного сочетания серы и ртути. Вторая: это некое омолаживающее вещество, исцеляющее все болезни.

— Очень похоже на тот фонтан. Меркурия, кажется.

— Кстати, Меркурий символизировал ртуть, объединяющую в одно целое тело и дух, и нечто универсальное, что пронизывает всё живое вещество. По мнению алхимиков, ртуть могла преобразовать всё что угодно в высшую форму его существования. Меркурий в легенде упоминается как святой. Может, мы ошибаемся, и местные небеса действительно покровители алхимиков?.. Я всё меньше понимаю…

— Статуя Меркурия была высечена из янтаря. Он-то тут причём?

— Алхимики называли янтарь солнечным камнем и пытались создать Философский Камень, смешивая его с ртутью. Греческое слово «электрон» переводится как янтарь, но не знаю, связано ли это как-то с легендой, просто интересный факт. Кстати, мы говорили о глазах главных короля и королевы. Герцогиня определённо не просто так собирала их кровь в Грааль, та, с большой вероятностью, обладала особыми свойствами.

— Ага, а теперь и мою собираются в какой-нибудь Грааль поместить, — невесело усмехнулась Света. — Эта легенда — инструкция по смешиванию органов обелисков для создания Философского Камня? Кастеллан что-то недоговаривают…

— Скорее, предупреждают. Камень также должен был послужить для оживления растений и создания драгоценных камней из кристаллов. Помните, где в легенде фигурируют драгоценные камни? Статуя Феникса из чёрного агата, гири из опалов, те же янтари, в конце концов. Меркурий был знаком ртути, но его статуя создана из янтаря. Тот, кто её высек, точно знал, что делал.

— Герцогиня хочет создавать сверхлюдей из обычных?! — удивился Тихон своей же догадке. Захар удивился не меньше: и как он к ней вообще пришёл?..

— Слишком уж дерзкая гипотеза, доказательств я пока не увидел…

— Оживление растений? — вдруг нахмурился Богдан. — Не мёртвое поле она часом оживить собиралась?

— Кто знает…

— Та фраза на латыни, я её перевела! — воскликнула Амалия, помахивая рукой, в которой держала телефон. — Но гости, кажется, просто поздравляли новобрачных с праздником: «Да здравствует Жених, да здравствует Невеста!» Они, похоже, были уверены, что их король и королева будут в здравии и счастливы в браке, но Герцогиня казнила их, гости были так расстроены…

— И те подписи кровью, — вспомнил Богдан. — Больше похоже на сделку с дьяволом, а не на свидетельство брака. Книгу с тайными знаниями и историей мира сожгли, но осталась страница, на которой якобы записывается всё вечное. И она же потом тоже сгорела. Герцогиня собиралась сжечь вечное, или это намёк на то, что ничто не вечно, а небеса выжгут всё без исключения? Если это контракт с дьяволом, сразу понятно, кому служит Герцогиня.

— Очень похоже, — согласился Захар. — Ещё мне интересны предметы, которые лежали на алтаре. Легенда сама трактовала, что каждый из них значит: книга — тайные знания, свеча — истина мира, глобус — пространство, песочные часы — поток времени, Грааль — живая плоть, а череп — мёртвая, королевский скипетр, возможно, — власть или власть имущих того мира. Все предметы были сожжены, как будет сожжено всё небесной карой.

— Просто символизм, — предположил Богдан. — Авторы дневников всё чаще напоминают, что это некая повесть о конце света, но чем дальше действует Герцогиня, тем больше верится, что она хочет остановить его. Неясно, правда, из добрых намерений или злых.

— Пока не будем делить всё на чёрное и белое, продолжим искать дневники дальше.

— Осталось всего два, — обрадовалась Сабина. — Мы всё ближе к разгадке!

— Целых два, — спустила её с небес на землю Агата невозмутимым тоном, окинув скептическим взглядом. — И будет лучше, если мы сделаем это до того, как Свету поймает Илларион. Не то чтобы мне было не всё равно, но я не хочу сама пострадать из-за всей этой шумихи.

— В этой части легенды хоть были намёки на мечи Луны? — лениво проговорил Федя. — Пока ваши теории заговора слушаешь, так в сон клонить начинает.

— Ты даже не пытался, да? — покосился на него Захар и перевёл взгляд обратно на остальных. — Луна — серебро в алхимии, единственное, что в легенде было серебряного — кубки, из которых гости пили вино, но я не вижу с ними связи. То, что вода в фонтане сверкала серебром, — вероятно, и вовсе лишь речевой оборот. А вот сам символизм круговорота жизни и смерти в этой части легенды…

— Светлая сторона луны — жизнь, — медленно заговорил Богдан, выделяя каждое слово, будто те имели для него значение столь же важное, как кислород и пища, — тёмная — смерть. Цикл за циклом Луна меняет свои стороны постепенно, жизнь за жизнью приходит и уходит. Этот процесс протекал всегда и будет протекать, пока вселенная не завершит своё существование.

Ребята поражённо переглянулись. Богдан скрестил руки на груди и мрачно смотрел куда-то вдаль за окном, словно в одно мгновение его голову охватила тысяча мрачных, одному ему известных и требующих время мыслей. Никто не решался спросить его о чём-то, но все поняли — он прекрасно знал, о чём говорил.

— Так… — неуверенно начал Захар. — Значит, меч светлой стороны Луны — это жизнь, а тёмной — смерть? — Богдан медленно кивнул, не отрывая потемневшего взгляда от окна. — В третьем и четвёртом днях очень часто упоминается и то, и другое. Лезвие гильотины отрубило головы королям и королевам и крылья деве. Мечи сами по себе созданы для того, чтобы забирать чьи-то жизни. Некоторая связь действительно есть.

— Но у кого меч тёмной стороны Луны? — напряглась Света. — Эти мечи довольно опасны. Что если владелец второго решил действовать на своё усмотрение, а не следовать долгу, как Богдан? Где-то в нашем мире, возможно, даже в городе, сейчас разгуливает обелиск с сильным магическим артефактом, а мы и не знаем, кто он.

— В первом дневнике упоминалось лишь, где второй, а также описание мечей, — нахмурился Захар. — Выяснить, где артефакты, не получится. Вы и кубки нашли случайно, и владельца первого меча. Кстати, — обратился Захар к Богдану, который вновь обрёл умиротворённый облик. — Ты рассказал нам о вашем клане. А свойства меча?

— Простите, но это я пока подержу в тайне, — развёл руками Богдан. — Хоть мне и известно о его силе, так как до этого меч не признавал меня хозяином, опробовать его интересности я не мог.

— А в реальном бою не сможешь ими воспользоваться, потому что не тренировался, — закончил за него Федя, усмехаясь. — Или владельцам артефактов чудесным образом в голову тут же приходит осознание того, как ими пользоваться?

— На самом деле, очень на это похоже, — вдруг заговорил Тихон, переглядываясь с Амалией, глаза остальных снова распахнулись шире некуда.

— Что ты хочешь сказать?

— Мы обсуждали это, но всё равно трудно объяснить, — с сомнением в голосе ответила Амалия. — Как будто в сознании за миллисекунду пронеслось обучение использованию снаряжения в компьютерной игре.

— Интересно. Значит, не так уж опасен владелец второго меча, если не видел меня. Никакого ему обучения, — хмыкнула Света и уставилась на притихшего Богдана. Тот откинулся на спинку стула, сцепив ладони на затылке. — У тебя также было?

— Вроде того, — лениво откликнулся он. — Я не сразу понял, что тогда увидел, поэтому списал на разбушевавшуюся фантазию. Значит, всё-таки не она…

— Нам нужно научиться сразу рассказывать друг другу о каких-то догадках, даже если не уверены в их правдоподобности, — покачал головой Захар. — Без командной работы мы результата не добьёмся.

Ребята почти одновременно выдохнули, поглядывая друг на друга. Из тех, кто прежде хорошо общался между собой, были только Тихон, Захар, Сабина и Амалия. Остальные присоединились лишь несколько дней назад: Света — когда переехала в Новый Оскол, Федя с Агатой — когда ребята попросили их помочь с поиском первого дневника, Богдан вообще сначала сработал чуть ли не против всех остальных, когда оставил Свету одну разбираться с тем адептом. Но теперь пути назад нет, и им придётся, несмотря ни на что, сплотиться, чтобы работать на общую цель.

Тихон с Амалией переглянулись. Абсолютно всё равно на какие-либо предрассудки было только им. Захар тоже был довольно сговорчив, но не всегда показывал это, скрываясь за плотной маской рациональности. Заразить ребят дружелюбием не помешало бы. Амалия откашлялась и, поднявшись со своего места, во всеуслышание объявила:

— Слушайте, мы все уже очень устали, так давайте на этом остановимся и дочитаем дневник в другой раз. А сейчас дружно выдохнем и займёмся чем-то менее значимым! Захар, Сабина, у вас же ещё осталась та настолка? Мы так её и не опробовали, потому что там требуется много народа.

— Мы действительно чуть не продали её второклашкам, — почесала затылок Сабина, вспоминая недавние события. Но, увидев, как Захар недовольно на неё косится, нехотя уточнила. — Вернее, я. — Захар нахмурился ещё сильнее. — Я хотела обменять её на файлы со спираченной игрой… Да хватит уже на меня так смотреть!

— Тогда доставайте её! Опробуем.

— Чур, Захар не участвует.

— Это ещё почему? — изумился тот.

— Так ты по-любому выиграешь, даже если тебе везти не будет. Судьёй поработаешь.

— А если я буду поддаваться?

— Тогда я сильно ущемлюсь!

— Ты наконец-то признаёшь?..

— !!!

Так ребята провели остаток вечера за сложной настольной игрой, жалея, что Захар отказался как-либо им подсказывать, как беспристрастный судья и рациональный советчик на умственном поединке. Даже Федя активно участвовал в процессе, пытаясь втянуть и Агату, но та упорно продолжала его игнорировать. В итоге она же и выиграла: как оказалось, молча и без комментариев копила очки, даже косвенно не давая остальным подсказки для успешной стратегии.

В перерыве между играми Богдан вдруг вспомнил, что хотел кое-что предложить. Он посчитал, что лучше бы кубкам быть у Тихона с Амалией под рукой на случай, если что-то случится. Всё же они теперь были их законными хозяевами. Света с Амалией переглянулись. Они как раз на всякий случай принесли кубки на собрание. Но разве это не опасно? Вдруг потеряют или ещё что… В ответ Богдан напомнил, что, даже если кто-то заберёт их, они смогут призвать кубки обратно, и это правило работало со всеми восемью артефактами. Захар некоторое время молча обдумывал предложение, но в конце концов кивнул, и кубки, вновь обернувшись браслетами, вернулись к законным владельцам в этот раз навсегда.

Света, глядя, как радуются Тихон и Амалия, разглядывая украшения на своих руках, невольно представила, как ребята будут сражаться с Илларионом, если тот вдруг нападёт на них. А ведь у них теперь действительно было чем дать отпор. Богдан с мечом, Тихон и Амалия с кубками, Света с огненными боксёрскими перчатками, Сабина с иллюзиями. В детстве Света смотрела много мультиков о супергероях, но никогда бы не подумала, что когда-нибудь станет кем-то вроде них. Даже если Илларион Розенкрейц нарушит контракт первым, они просто так ему не дадутся!

Ребята вновь вернулись к отдыху, но парочки партий показалось мало, поэтому игры продолжались до позднего вечера, когда многим стали звонить родители и родственники, выясняя, почему детей нет дома в такое позднее время. Нехотя ребята разошлись, благодаря друг друга за проделанную на собрании работу.

Тихон и Богдан шагали в одном направлении: их дома были относительно недалеко. Познакомились они также по пути домой из школы и начали общаться, когда узнали, что живут рядом. Оба сложили руки в карманах и не спеша шли, попутно наслаждаясь шелестом листьев на лёгком ветерке.

Когда речь зашла о мечах Луны, у Богдана на душе почему-то потяжелело. Он всю жизнь думал о Пророчестве и о долге клана как о чём-то священном, что упоминалось исключительно с лёгкой улыбкой, но сегодня едва ли не впервые не смог сдержать эмоций, даже пришлось отвернуться, притворившись, что за окном увидел что-то интересное. Долг для него всегда был некоторым бременем, но тем, что он бережно нёс на руках с лёгкостью и благоговением. Однако с тех пор, как появилась Света, всё чаще чувствовал его тяжесть на оледеневшем сердце.

Кусок льда, что замёрз почти полностью, рисковал расколоться от одного неверного движения, а потому следовало быть осторожным. Или хотя бы немного растопить его. Всё это время источники тепла почти отсутствовали в его жизни, но теперь у него, похоже, появились ещё друзья, кроме Тихона. Друг был рядом в любое время, но остальные тоже давали почувствовать капельку лёгкости на короткий миг.

Богдан усмехнулся собственным мыслям и обратился к Тихону, всё также любуясь ночным видом впереди:

— Что думаешь о Полюсовых? Странная у меня семья, да?

— Да уж… — Тихон почесал затылок, неловко склонив голову. Богдан хоть и не слишком эмоционально разъяснил положение дел в клане, но фантазия и эмпатия Тихона позволяли ему хотя бы примерно догадаться, что чувствовал Богдан, столько лет посвятив призрачному долгу и даже не будучи уверенным, что его кто-то когда-нибудь исполнит. — Ты как сам? Держишься?

— Будто у меня есть выбор, — пошутил Богдан, но вышло не слишком весело. — Чувствую себя марионеткой в руках кукловода, которым тоже кто-то управляет. Столько всего могло пойти по-другому, но что толку сейчас об этом думать… Если всё время оборачиваться на прошлое, будешь спотыкаться о препятствия будущего, так и застряв в воспоминаниях. Чтобы обходить эти препятствия, нужно смотреть чётко вперёд.

— И не поспоришь, — усмехнулся Тихон. Вышло как-то совсем уж грустно.

Богдан покосился на друга. Когда он вообще в последний раз был таким задумчивым? Было почти незаметно, но последние несколько дней Тихон был сам не свой. Хоть он и был привычно весёлым и бодрым на постоянной основе, бывали моменты, когда он на пару секунд уходил в себя, что для него совсем несвойственно. Даже такие мелочи Богдан умел подмечать, выросши в клане прирождённых манипуляторов. Тихон был из тех людей, что относятся ко всему максимально оптимистично, а если их что-то и тревожит — тут же напрямую говорят, что именно и какие чувства за этим следуют. Случись у него что, точно не умолчал бы.

Поэтому за Тихона Богдан теперь беспокоился ещё больше, чем даже за собственную боль. Он сам уже давно привык прятать всё в глубине души, хороня в тёмной бездне любой намёк на слабость. Но чтобы жизнерадостный Тихон о чём-то беспокоился, при этом замыкаясь в себе? Насколько серьёзные вещи его сейчас тревожили?

— А сам-то ты чего такой тихий в последнее время? — Богдан всё ещё не глядел пристально на друга, но краем глаза считывал любые изменения в его поведении. Полюсовы были и прирождёнными актёрами. И точно также они могли по малейшей детали определить игру других.

Тихон не смог скрыть запинки и, вздохнув, вдруг остановился. Такого Богдан точно не ожидал. Он затормозил чуть поодаль, развернувшись к другу корпусом. Тот невольно сжал кулаки, хмурясь и глядя себе под ноги, проговорил:

— В тот раз, когда мы убегали из библиотеки… — Богдана ледяной волной окатило нехорошее предчувствие. Он не смог сдержать эмоций и свёл брови к переносице, стискивая челюсти от напряжения. Тихон неуверенно взглянул другу в глаза, собираясь с силами, чтобы договорить. — Тем адептом с пистолетом был Антон.